Закат сотворения. Книга первая. Исчезающий свет

***

1888 год, 17 июля. Прошло почти три дня, но все наши попытки задействовать хитроумное изобретение, которое мы забрали у Бенчфорда, оказались тщетны. Ни один из известных нам источников энергии не смог потянуть даже четверти той энергетической силы, что нужна для работы этого артефакта. Дьявол! Ева последнее время не в духе, к ней невозможно подойти, и даже мои искрометные шутки делают только хуже. Она одержима Им, а для меня Ева – смысл жизни и единственный стимул двигаться дальше. Не переживай, любимая! Неважно, сколько времени понадобится, мы найдем решение, найдем Отца и остановим цикл мучений наших детей и нас самих!

Глава 5. Дух ненависти

Солнце светило ярко и напоминало золотой сверкающий шарик. На небе не было ни единого облака, еще один ясный день, несущий незабываемые события и приключения. Так думал маленький мальчик человеческой «чистой расы» по имени Кирран Крейд. Он крепко держался за руки родителей и вертел головой в поисках чего-то необычного и интересного. Вокруг расслабленно гуляли другие дети со своими родителями, многих Кирран знал лично по школе. Везде стояли небольшие голографические экраны, где любой желающий мог почерпнуть интересные сведения об окружающем мире и расширить свой кругозор. Маленькие боты в виде сказочных светлячков медленно летали забавной синевато-зеленой стайкой и транслировали какую-то веселую и задорную музыку из недавнего детского сериала. Кирран, услышав знакомую веселую мелодию, едва бессознательно не пустился в пляс. По обеим сторонам широкой чистой улицы возвышались холодными громадами стеклянные небоскребы, по периметру которых тут и там показывали чудесные картинки, прямо в воздухе. На одной рекламировали новомодных виртуальных помощников, которые были похожи с виду на миленьких зверьков, но на деле были весьма многофункциональны. Папа как раз обещал Киррану подарить такой на десятилетие, при условии хорошей учебы. Мальчик всегда старался прилежно учиться и уже грезил о том, что его помощник будет похож на маленькую красную панду и будет ему лучшим товарищем и другом, в отличие от злобных одноклассников, которые постоянно подшучивали и задевали Киррана.

И вот он шел с родителями, чтобы заказать питомца, которого загрузят на домашний терминал как раз ко дню его рождения, всего через каких-то два дня. Папа с мамой шли, разговаривали о чем-то своём и иногда тихо смеялись. Кирран смотрел на свою заботливую, красивую маму и могучего, добродушного отца, и просто гордился и восхищался ими. Мама работала врачом, спасала жизни, а отец отважно боролся со стихийными бедствиями и всегда выручал людей из различных опасных ситуаций. «Мои родители – герои», – думал маленький Кирран, – «Когда я вырасту, то тоже буду помогать людям, спасать их от бед и защищать нашу планету от зла!».

– Кирран! Не считай ворон! – услышал он возглас матери, которая дергая зазевавшегося сына за руку, весело улыбалась.

– Давай-давай, чемпион! Уже почти пришли! – бодро поддержал отец. – Еще немного, и твоя хорошая учеба будет справедливо вознаграждена.

– Вознгражена? – попытался повторить мальчик.

– Ну, то есть ты получишь то, чего хотел. – видя замешательство сына, объяснила мама. – Вознаградить – значит, дать какой-то подарок за хорошие и полезные дела.

– Наверное, у тебя много подарков, мам? Ты же вообще самая полезная! – восхищенно сказал мальчик.

– Да, как и твой героический папа!

– Эйми, – взмолился отец, смущенно улыбаясь, – Ну, хватит! Это ты у нас делаешь чудеса, а я просто вытаскиваю людей из неприятностей!

– Мистер Баррен Крейд, да Вы, никак, скромняга у нас! – ехидно улыбаясь, сказала мама.

А потом они весело рассмеялись. И вот они уже почти подошли к высокому стеклянному зданию, отливающему многоцветием оттенков, будто чудесная сказочная радуга. Отец забежал вперед, и как всегда склонился в забавной учтивой позе, жестикулируя руками пройти жене и сыну вперед в автоматически исчезающую дверь. Кирран был в предвкушении чудесного путешествия по игровому центру.

Он сделал шаг, но внезапно краем уха уловил, что задорная музыка, которую играли музыкальные боты, сменилась на тревожное и холодящее внутри сочетание заунывных завываний скрипки и бемольный стенаний фортепиано, рождающих мелодию, очень похожу на те, что они изучали в школе на уроках по истории музыки.

– Смотрите! – отец трясущейся рукой показывал на голографические экраны, которые больше не рекламировали всякую всячину со спокойной мелодией, а в данный момент ослепляли кроваво-красным фоном, на фоне которого слышался грозный и громкий голос короля Стейрна.

Кирран не понимал, что происходит и почему отец, взяв его на руки и, крепко держа маму за запястье, вдруг рванул прочь от чудесного места, в которое они шли. Вокруг все суетились, бежали и паниковали. Вот одна женщина споткнулась и ее просто затоптала непонятно откуда взявшаяся обезумевшая от непонятного испуга толпа людей.

– Папа, что случилось! Все бегут, будто за нами гонится монстр…

Но не успел Кирран договорить, как раздался оглушительный грохот, а затем яркая вспышка, которая двинулась на людей, на здания, на самого мальчика и его родителей. С ревом, словно натуральный сказочный монстр из виртуальной игры, он сметал все, что Кирран наблюдал буквально несколько минут назад, оставляя за собой лишь столп вздымающегося дыма и огня. Вот отец вдруг резко оторвал сына от себя и со всей силы бросил в сторону. Кирран оказался в воздухе, а потом порыв сильного ветра вдруг резко выкинул его прочь. Короткий полет в аду, а затем пустота.

– Когда я очнулся, повсюду была эта пустота. И это бы не зияющая черная бездна, а кровавое, горящее, вонючее месиво из людей, зданий, осколков ботов и животных. В тот день мои отец и мать стали героями в последний раз в их жизни. Они сделали последний подвиг – спасли сына. Когда меня нашли и восстановили то, что можно было, целью всей моей жизни стало стремление найти и уничтожить причину того хаоса, что отнял у меня когда-то всё и всех. Неважно, сколько это займет времени, сил и жертв, я решил двигаться вперед, пока мне будет чем идти. А потом ползти к цели, пока от меня не останется лишь прах. И я нашел причину – прославленный жестокий король Стейрн, который не просто оставил после себя последствия ужасных решений, но еще и начал распространение иноземной заразы – фуриомии. И тогда я понял, что у причины есть корни, которые уходят в землю настолько глубоко, что вырывать их придется трудно и очень больно. Из-за них, пришедших из порталов, мы болеем, не можем найти нормальную работу, имеем проблемы с чистотой крови. Из-за них мы стоим на пороге гибели. И я вырву этот сорняк, сотру эту заразу – мы все вместе это сделаем и очистим эту замызганную унылую планету!

Могучий, внушительной силы и ума, сорокалетний глава группировки «Чистокровных» стоял перед своими соратниками и сжимал поднятый в порыве яростной речи кулак до боли в костяшках пальцев. Он окинул единственным уцелевшим глазом всех, кто шел за ним, и чувствовал облегчение и возможность вот-вот закончить свое многотрудное и длинное путешествие, отнявшее у него после смерти родителей очень и очень многое.

– Славься, Спиритус! – раздавались громкие ободрительные крики со всех сторон, – Славься, наш пророк!

«Именно, – думал он. – Кирран Крейд умер тогда, вместе с отцом и матерью, и родился дух ярости и ненависти. Он стал пророком, которому были открыты величайшие познания об этом мире и последствия возможных глобальных решений. Сейчас мир стоит на пороге гибели и единственная возможность все остановить – вернуть эту планету чистокровным людям, изгнав всех пришельцев обратно в их гниющие миры».

– Любимый, Колтера нашли и привели сюда – услышал он голос женщины, которая любила и почитала его до беспамятства.

Она была четвертой по счету, кто привязался к нему, как хвостик, поддерживая все его идеалы и цели. Оливия Меррен, бывшая когда-то дочерью помощника советника по особым связям с внеземными расами, которая также столкнулась с фуриомией. Однажды ее отец пришел с работы и просто забил ножом ее мать, как свинью. Девятнадцатилетней Оливии пришлось защищаться и убить родного отца. В испуге она сбежала из дома окровавленная и шокированная, когда случайно встретила Спиритуса, который увидел в ней потенциал. Оливия влюбилась в него сразу, как увидела – для нее он был, словно опытный воин – весь в шрамах, сильный и рассудительный, лидер своих людей. Когда Спиритус рассказавал ей о своих целях, о том, как устроен мир, девушка жадно впитывала каждое его слово. Очень скоро, она стала мыслить в унисон со своим возлюбленным, делая ради него беспощадные и жестокие вещи. Еще скорее она стала его полноправной девушкой, не первой и не последней, но это было неважно. Она любила его так сильно, что связь эту разрушить могла разве что ее собственная смерть.

«Красивая и безнадежная, – думал Спиритус, глядя на Оливию. – Она, безусловно, была бы мечтой любого мужчины, и будь мы в другой ситуации, возможно, я бы даже в нее влюбился. Есть что-то адское в ее темно-синих глазах и ехидной улыбке. Очень жаль, но когда-нибудь и она станет частью фундамента нашего чистого будущего»

Однако, при этих мыслях на лице Спиритуса не было ни тени сомнений или замешательства. Он повернулся к Оливии, окинув ее обычным безразличным взглядом.

– Так веди всех этих мерзавцев сюда!

Он повернулся и отошел подальше к мраморной стене, на которой были выбиты все имена «чистокровных братьев», которые пожертвовали собой во благо этой планеты. С постамента он взял полумаску, на которой была нарисована хищная огненно-кровавая пасть духа Гхорни, который в одной из древних мифологий был символом неугасаемой ненависти и неутолимого мщения. Людям нужен символ, и Спиритус стал им целиком и полностью.