Философия. Учебное пособие

Особенности человека Декарт объяснял существованием Бога и производной от него мыслящей субстанции – души. Если свойством материальной субстанции является протяженность, то свойством души, как субстанции особого рода, является мышление. Эти две субстанции существуют одновременно и вечно. Именно поэтому Декарта считают крупнейшим представителем философской позиции дуализма.

Много внимания Декарт уделил исследованию процесса получения достоверного знания. Если я хочу разработать новую философию, рассуждал он, то должен отрешиться от всего того, что прежде преподносилось мне, в том числе и Отцами Церкви, в качестве неизменных и готовых истин. В этом – исходный пункт «картезианского сомнения» (Картезий – латинизированное имя Декарта): «De omnibus dubitandum est» («Во всем необходимо сомневаться»). Иными словами, Декарт призывает сомневаться в так называемых «вечных истинах».

Единственно, в чем невозможно сомневаться, – в реальности того, что ведет к сомнению, в реальности мысли сомневающегося человека. Отсюда знаменитый тезис Декарта, который и является, с его точки зрения, единственной прочной и достоверной истиной: «Я мыслю, следовательно я существую (ego cogito, ergo sum)».

Метод Декарта – аналитический или рационалистический («размышленческий»). Он требует ясности и непротиворечивости операций самого мышления, расчленения объекта мышления на простые части и сначала – изучения их в отдельности, а затем – движения мысли от простого к сложному. В теории познания Декарт был оптимистом: нет ничего столь сокровенного, что нельзя было бы открыть.

Пантеизм Бенедикта (Баруха) Спинозы (1632–1677). Спиноза не принял дуализма Декарта и создал монистическое учение о единой субстанции, которую он назвал Богом, или природой. Он решительно отверг представление о мышлении как особой субстанции, которая якобы существует сама по себе. Философия Спинозы выступает как натуралистический пантеизм, в котором воедино сливаются Бог, материальное и идеальное, образуя единую субстанцию. В основу философской системы Спиноза положил учение об этой единой субстанции: «Истинной является лишь одна субстанция, атрибутами которой являются мышление и распространенность, или природа». 14-е утверждение первой части важнейшего труда Спинозы «Этика» гласит: «Иная субстанция, чем Бог, не может ни быть, ни быть понятой»[19]. Таким образом, Спиноза сливает Бога с субстанцией в одно понятие. Бог не стоит над природой, не является творцом вне природы, находится прямо в ней как ее неотъемлемая причина. Спиноза, таким образом, отвергает Бога как личность и понимает его как универсальную причину мира.

Природа сама себе субстанция, активная и животворящая сила. Хотите видеть Бога – смотрите на природу! Спиноза по сути дела полностью снимал вопрос о возникновении природы и о Боге как ее творце, поскольку отвергал главный христианский догмат – творение мира «из ничего». Данью времени было лишь то, что природу он называл Богом, а Бога – природой. Таким образом, Спиноза отстаивал идею о субстанциональном единстве мира. Единая субстанция обладает двумя познаваемыми атрибутами (неотъемлемыми свойствами) – протяжением и мышлением.

Мыслить способна любая материя, а человеческое мышление – это лишь частный случай мышления вообще. (Учение, согласно которому всей материи присуще свойство живого и, прежде всего, способность к ощущению, носит название гилозоизм.) Мышление выступает как своего рода самосознание природы. На этом основании Спиноза приходит к идее познаваемости мира и к выводу о том, что порядок и связь идей те же, что и порядок и связь вещей.

Разум стремится постичь внутреннюю гармонию причин и следствий. Спиноза подчеркивает, что все имеет свою причину и лишь субстанция имеет причину в самой себе. Все является причиной чего-то иного. «Не существует ни одной вещи, из природы которой не вытекало бы некое действие»[20]. Понятно, что причинность у Спинозы, как и многих его современников, носит механический характер, ибо опирается на современное ему естествознание, где механика оказывается наиболее развитой. Под сильным влиянием Декарта Спиноза однозначно присоединяется к картезианскому рационализму и «геометрическому методу» как основному принципу философских рассуждений. Его главный труд в соответствии с таким подходом получил название «Этика, изложенная способом, используемым в геометрии».

Спиноза рассматривал также единство конечного и бесконечного, единого и многого, необходимости и свободы. Именно ему принадлежит классический тезис: «Свобода есть осознанная необходимость». Все в мире совершается по необходимости, и человек может лишь познать ход мирового процесса, чтобы действовать в соответствии с ним. Отношение Спинозы к судьбе, необходимости, смерти похоже на отношение стоиков к этим проблемам: свободный человек меньше всего думает о смерти.

Много внимания Спиноза уделял вопросам общественного устройства. Он показывает методы разумного государства: «… людей нужно вести так, чтобы им представлялось, что они не ведомы, но живут по своей воле и что решают свои дела совсем свободно; чтобы были удерживаемы в узде лишь любовью к свободе, стремлением увеличивать имение и надеждой, что достигнут почетных мест в государственных делах»[21]. Причиной появления религии Спиноза считал невежество людей, их страх перед неизвестным будущим. Он утверждал, что Библия написана людьми и не есть плод божественного откровения, а есть лишь свод книг, отражающих уровень нравственных убеждений людей. Цель религии, по его мнению, сводится лишь к нравственному наставлению.

Немецкий философ Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646–1716) противопоставил монистическому учению Спинозы и дуалистическому учению Декарта плюралистическую концепцию множественности субстанций – духовных сущностей, которых он назвал монадами.

По Лейбницу, материя не может быть субстанцией, поскольку она протяженна; раз протяженна, то должна быть делимой; субстанция же должна быть абсолютно простой. Если бы существовала одна субстанция, то, по Лейбницу, все вещи были бы пассивны, а не активны. Из того, что вещи обладают собственным действием, он делает вывод, что все вещи – силы. Любая вещь – субстанция, поэтому число субстанций бесконечно. Каждая субстанция, или сила, есть «единица» бытия, или «монада» (от древнегреч. monas – единица, простая сущность). В монадах Лейбниц усматривал составные части всех вещей. Из монад, как простых субстанций, духовных по своей сущности, возникают различные сложные субстанции: камни, растения, животные.

В зависимости от степени развития монады подразделяются на простые монады, обладающие лишь смутными представлениями; на монады-души, обладающие ощущениями и представлениями (животные), и на монады-духи, обладающие разумом (люди). Таким образом, по Лейбницу, монады – это деятельные души принадлежащих им тел. Верховная монада – это Бог.

Бесчисленное множество монад не связано между собой причиной и следствием, но находится в гармонии, синхронном взаимодействии. Причина такой гармонии – Бог. Лейбниц вывел четыре доказательства бытия Бога: онтологическое, космологическое, доказательство от вечной истины и от предустановленной гармонии. К трем законам логики Аристотеля он добавил и обосновал четвертый – закон достаточного основания. Внес вклад в развитие математики (один из создателей дифференциального исчисления), физики, других отраслей науки.

Если в XVII веке в философии Нового времени критиковалась религиозная схоластика, то просветители XVIII века уже критиковали предшествующую им философию. Начало критике умозрительных концепций метафизики положил английский просветитель Джон Локк (1632–1704).

В работе «Опыт о человеческом разуме» Локк подверг критике концепцию врожденных идей Декарта и выдвинул теорию чувственно-эмпирического познания, разделив опыт на внешний и внутренний. В качествах вещей он выделял первичные (существующие «сами по себе»: давление, протяжение, вес и т. п.) и вторичные (восприятие первичных качеств с помощью органов чувств человека: вкус, цвет, запах, температура и т. п.). На основе чувственного опыта у человека возникают простые и сложные идеи. В частности, слова, по Локку, есть чувственные знаки, и основная часть их – общие термины, в которых и выражаются общие идеи.

Развивая идеи «естественных прав человека» и «общественного договора», Джон Локк сделал важный вывод о том, что государство получает ровно столько власти, сколько необходимо для достижения главной цели общества. Эта цель состоит в том, чтобы все и каждый могли сохранить и реализовать свои гражданские интересы: жизнь, здоровье, свободу, собственность.

Учение Локка оказало серьезное влияние на последующее развитие философии, прежде всего на представителей французского материализма XVIII века и на субъективно-идеалистические взгляды Дж. Беркли.

Таким образом, философия Локка развивает идеи материалистического сенсуализма – происхождения всех знаний из чувственного восприятия внешнего мира. Однако в это же время формируются концепции, стремившиеся опровергнуть материалистические идеи Бэкона, Декарта, Спинозы, Локка, защитить и дать философское обоснование религии. Наиболее ярко эти тенденции выступают в учении английского епископа Дж. Беркли.

Идеалистический сенсуализм Дж. Беркли и Д. Юма. Как убежденный сторонник религии, последовательный критик понятия материи выступил ирландский священник Джордж Беркли (1685–1753). В главной своей работе «Трактат о началах человеческого разума» он развивает свою философскую систему субъективного идеализма и выступает как последовательный критик понятия материи. «Мои доктрины, правильно понятые, сокрушают всю философию Эпикура, Гоббса, Спинозы и им подобных»[22], – утверждал Беркли, подчеркивая антиматериалистическую направленность своей философии. Он жестко критиковал концепцию Локка. Все вещи, полагал Беркли, – суть устойчивые комплексы человеческих ощущений. По его мнению, за человеческими ощущениями, вопреки Локку, ничего не существует, – нет никаких «первичных качеств», нет и объективного существования вещей помимо ощущений.

Беркли утверждал, что понятие материи является общим, а потому ложным. В основе этого понятия якобы лежит допущение, что мы можем отвлечься от частных свойств вещей, которые являются содержанием наших ощущений, а на основе такого отвлечения – образовать отвлеченное понятие «материя вообще». Однако, по утверждению Беркли, мы воспринимаем лишь отдельные свойства вещей – вкус, запах, цвет. Поскольку человек воспринимает конкретные вещи как различные совокупности отдельных ощущений: запаха, цвета, вкуса, формы и т. д., то Беркли утверждает: удалив эти ощущения, мы увидим, что исчез и предмет. Значит, реально существуют только ощущения. К примеру, что такое яблоко? Это совокупность наших ощущений круглого, красного, влажного, сладкого (или кислого). Что же останется от яблока, если мы это круглое, красное, влажное, сладкое перестанем ощущать? Да ничего и не останется, ибо не из чего будет «собрать», «смонтировать», «синтезировать» яблоко, поскольку оно есть не более чем совокупность конкретных ощущений!

Значит, и материя есть ничто, она выдумана материалистами для борьбы с религией. Но если допустить, что окружающий мир – это только ощущения субъекта, то и другие люди – это не реальные существа, а лишь комплексы ощущений. Тогда со смертью субъекта исчезает и мир. Однако ни один здравомыслящий человек не сомневается в существовании других людей и мира в целом. Как же быть с этим противоречием?

Чтобы избежать солипсических[23] выводов («В мире нет никого, кроме меня и моих ощущений»), Беркли, изменяя своему принципу, утверждает, что если нет человека, воспринимающего данную вещь, то она не исчезает, поскольку постоянно воспринимается Богом. Более того, и ощущения всех людей возникают не сами по себе, а вследствие воздействия Бога на человека. Основной принцип философии Беркли: «Esse – esse percipi» («быть», существовать – значит «быть воспринимаемым»), или, в другой формулировке, – «Мир есть совокупность моих ощущений».

Таким образом, основу философии Беркли составляет абсолютизация роли ощущений (лат. – sensus), более того, – признание их единственной реальностью. Поэтому его философия может быть названа сенсуализмом, и это сенсуализм идеалистический.

Несколько иную, но в целом совпадающую с теориями Беркли позицию занимал английский философ Давид Юм (1711–1776). Его философия также представляет собой органическое продолжение линии, вытекающей из сенсуализма Локка. Из философских трактатов Д. Юма наиболее известна работа «Исследование человеческого разума».

Если Локк видит источник наших ощущений во внешнем мире, а Беркли – в духе или Боге, то Юм, по сути дела, отвергает оба этих решения. На вопрос о существовании внешнего мира он отвечал: «Не знаю». Основывался при этом на том, что человек имеет дело только со своими ощущениями и не может выйти за их пределы. Достоверное знание для Юма может быть только логическим. Предметы исследования, которые касаются фактов, выводятся из опыта. Но опыт – это «поток впечатлений», поток ощущений, причины которых нам неизвестны. Поэтому опытное, эмпирическое знание не может быть достоверным.

Так, в опыте сначала мы получаем одно впечатление (например, видим молнию), затем другое впечатление (слышим гром). Однако из того факта, что одно впечатление следует за другим, логически недоказуемо, что первое из них – причина другого. Отсюда мы делаем вывод о невозможности познания объективного характера причинности. В конечном итоге он пришел к убеждению, что источником нашей практической уверенности служат не знания (раз они не могут быть достоверными), а вера. К примеру, мы уверены в ежедневном восходе солнца, но эта уверенность происходит не из теоретического знания, а из привычки видеть это явление повторяющимся.

Беркли критиковал понятие субстанции, которую он применил к материи, для того, чтобы защитить идеализм и религиозную веру. Юм, хотя и был последователем Беркли, распространил берклианскую критику не только на материю, но и на идеальное бытие, что переросло у него в критику церкви и религиозной веры.

Позиция Юма выражается примерно так. Существует ли внешний мир как источник наших ощущений, мы доказать не можем. Наш разум оперирует лишь с содержанием наших ощущений, а не с тем, что их вызывает. По Юму, мы не можем доказать (хотя такую попытку предпринял Беркли), что внешний мир не существует, – наши ощущения так же мало говорят как о существовании мира, так и о его несуществовании. В этом отношении философия Юма может быть охарактеризована как агностицизм. «Результатом всей философии, с которой мы встречаемся на каждом шагу, несмотря на все наши усилия избежать его, являются познание человеческой слепоты и слабости»[24].

Юм критикует целый ряд принятых в то время доказательств существования Бога, утверждая, что наши доказательства истинности христианской религии являются более слабыми, чем доказательства истинности наших чувств.

В этом смысле субъективный идеализм Юма оказывается более последовательным, чем философская система Дж. Беркли.

Раскрепощение мысли шло убыстряющимися темпами, чему в немалой степени способствовало мощное движение Просвещения, возникшее за четыре десятилетия до Великой революции 1789 г., распространившееся во Франции, Англии, Германии. В числе деятелей Просвещения – мыслители, навечно вписанные в книгу человеческой культуры: Шарль Монтескье (1689–1755), Мари Франсуа Аруэ Вольтер (1694–1778), Этьен Бонно де Кондильяк (1715–1780), Жан-Жак Руссо (1712–78), Готхольд Эфраим Лессинг (1729–81), Иоганн Вольфганг Гёте (1749–1832), Иоганн Фридрих Шиллер (1759–1805) и др.

Идеология Просвещения подготовила деятельность новой плеяды философов, прежде всего великих французских энциклопедистов.

Философские взгляды французских материалистов XVIII века. Зачинатель французского материализма XVIII века Жюльен Офре де Ламетри (1709–1751) в общей форме высказал почти все идеи, которые впоследствии были развиты Гельвецием, Дидро, Гольбахом. Признавая единство материи, он отрицал принципиальную разницу между неорганическим и животным царством и в книге «Человек – машина» пытался с позиций законов механики описать поведение и деятельность человека. Наиболее систематическим пропагандистом идей материализма стал Поль Гольбах (1723–1789), известный прежде всего своим крупным сочинением «Система природы». Клод Адриан Гельвеций (1715–1771) главное внимание уделял философской разработке проблем этики, формированию идеала общественного устройства. Самым выдающимся представителем французского материализма по праву считается Дени Дидро (1713–1784), органически сочетавший глубину теоретических философских разработок с изяществом литературной формы. Недаром целый ряд философских идей он выразил в художественных произведениях – романах и драмах (наиболее известен «Племянник Рамо»).

Согласно учению французских материалистов, природа есть причина всего, она существует сама по себе, будет существовать и действовать вечно; она есть своя собственная причина. Все материальные тела состоят из атомов. По отношению к человеку материя есть то, что каким-либо образом воздействует на его органы чувств. Религию великие французские философы рассматривали как оружие духовного порабощения народа, как опору тирании. Они считали, что путь к освобождению людей от религии и тирании лежит через просвещение. Если человек, его личностные качества зависят от окружающей среды, то его пороки также являются порождением этой среды. Значит, для переделки человека необходимо преобразовывать окружающую среду, прежде всего общественную жизнь.

Французским материалистам были свойственны элементы диалектики. Особенно обстоятельно они развивались в работах Д. Дидро. Движение они считали неотъемлемым атрибутом материи, без движения нельзя себе представить природы. Дидро высказал мысль о развитии организмов, о связи растений и животных с условиями их существования.

В теории познания они решительно выступали против учения Декарта о врожденных идеях: идеи, представления возникают у людей из опыта, формируются в процессе познания. В противоположность Спинозе на первый план они выдвигали не рациональное, а чувственное, опытное познание.

Дени Дидро выступил основателем и редактором «Энциклопедии наук, искусств и ремесел» – великой французской Энциклопедии. Дидро и его соратники своим обобщением достижений естествознания повлияли на развитие всех областей науки, расширили и обогатили концепцию человека. Дидро отмечал: «Обширную область наук я представляю себе как огромное пространство, одни части которого темны, а другие освещены. Наши труды должны иметь целью или расширить границы освещенных мест, или приумножить средоточие света»[25].

Перед философией была поставлена задача исследовать общие законы движения и развития мира, опираясь на данные из всех областей научного знания (потому-то в основе развития ими философских идей и лежала работа над Энциклопедией). Основу всех процессов природы в понимании французских материалистов составляет материя с присущим ей свойством движения, которое в основном понималось механически. Однако Гольбах, например, признавал особое, скрытое движение, свойственное молекулам и зависящее от присущей им энергии. Он считал, что движение есть источник таких первоначальных свойств материи, как протяженность, вес, непроницаемость частиц и т. д.

Природу познания они понимали на основе принципа отражения: «Мы – инструменты, одаренные особенностью ощущать и памятью. Наши чувства – клавиши, по которым ударяет окружающая нас природа и которые часто издают звук сами по себе…»[26], – писал Дидро. Он высказал мысль, что способность, аналогичная ощущению, является всеобщим свойством материи, даже находящейся на очень низком уровне организации. Истину французские материалисты понимали как соответствие представлений о вещах самим вещам.

Внимание к нуждам человеческой личности, защита ее свободы и права на счастье, обоснование равенства всех людей от природы, другие гуманистические идеи великих французских ученых – все это характеризовало общественные воззрения, которые для своей эпохи носили революционный характер.

Главное достижение материалистов XVIII века состояло в смелой критике ими идеализма и религии, феодальных форм общественного и государственного устройства, обосновании нового типа гуманизма. Именно поэтому их взгляды по сути дела означали идеологическую подготовку Великой французской революции (1789–1794).

Это положение достаточно ясно понимала королевская власть. Недаром после выхода двух томов «Энциклопедии» Королевский совет принял постановление, в котором говорилось: «Его величество признало, что в этих двух томах излагается положение, стремящееся уничтожить королевский авторитет, укрепить дух независимости и своими темными и двусмысленными выражениями заложить основы заблуждений, порчи нравов и неверия»[27].

Соратник Дидро Даламбер отошел от работы в Энциклопедии, и понадобилась незаурядная смелость и упорство Дидро, чтобы довести огромный труд до конца. Этой работе он отдал 20 лет. Любопытно, что, переписываясь с Екатериной II, Дидро рассказал ей о своем бедственном положении. Императрица купила у него библиотеку и оставила ее в распоряжении Дидро до конца жизни, назначила библиотекарем в купленной библиотеке и выплатила солидный оклад за 50 лет вперед. Она спасла Дидро от нищеты, а сама легко приобрела славу покровительницы философии (что не помешало ей через шесть лет после этого осудить на смертную казнь русского философа Александра Радищева (1749–1802), заменив ее затем ссылкой в Сибирь).

Дени Дидро писал по поводу создаваемой Энциклопедии: «Наши притязания основываются на этой книге. Пусть потомство вынесет свой приговор»[28]. Ныне в Пантеоне Франции стоит памятник и Энциклопедии, и ее главному редактору Дени Дидро. Потомство вынесло им свой приговор. Они бессмертны.

Немецкая классическая философия. Европейская философия в XIX веке в целом характеризуется наличием и взаимодействием двух противоположных тенденций: рационалистической, классической и иррационалистической, неклассической. Первая тенденция органически выросла из учений XVIII века и получила свое высшее завершение в немецкой классической философии (И. Кант, Г. Гегель, Л. Фейербах), а также в философии марксизма (К. Маркс, Ф. Энгельс). Вторая тенденция – иррационалистическое направление в философии – возникло как реакция на рационализм и просветительство XVIII века, в частности, на их ограниченность и неспособность в познании сущности мира и достижении благоприятных социальных перемен. Наиболее ярко она выразилась в философии А. Шопенгауэра, С. Кьеркегора и Ф. Ницше.

XIX век по праву называют «веком классики». И философия в этот период достигает наиболее зрелых классических форм прежде всего в Германии. Пять выдающихся философов сформировали славу немецкой классической философии: Иммануил Кант, Георг Вильгельм Фридрих Гегель, Иоганн Готлиб Фихте, Фридрих Вильгельм Шеллинг, Людвиг Фейербах. Правда, имя Л. Фейербаха в этом ряду стоит особняком: если первые четыре философа развивали идеалистическое направление философии, то Фейербах всемерно старался возродить в немецкой философии материалистические традиции. Очевидно, на этом основании ряд исследователей философские теории Фейербаха не включает в немецкую классическую философию.

Философия Иммануила Канта. Родоначальником немецкой классической философии выступил великий мыслитель Иммануил Кант (1724–1804). Именно с него, по выражению А. Г. Спиркина, занялась утренняя заря философии Новейшего времени[29].

Философское развитие Канта обычно делят на два периода: первый – до начала 70-х годов XVIII века называют «докритическим», второй – с начала 70-х годов – «критическим», поскольку именно тогда были написаны главные произведения, доставившие философу мировую славу: «Критика чистого разума», «Критика практического разума» и «Критика способности суждения». Главным является первый труд, посвященный теории познания. Вторая «критика» излагает этическое учение, а третья – эстетику и учение о целесообразности в природе.

Канта – одного из самых великих умов Европы – разбудил от «догматической спячки» агностицизм Д. Юма. Уже в «докритический период» Кант пришел к мысли, что решение фундаментальных проблем философии и религии невозможно без предварительного выяснения возможностей и границ человеческого познания. Он считал, что условия, составляющие основу знания, заложены в самом разуме. Вместе с тем эти условия образуют и непереходимые границы достоверного знания. В «Критике чистого разума» (1781) развивается его понимание процесса человеческого познания.