Свет – Тьма. Вечная сага. Часть 2

– Иван, – затаив дыхание, ответила я.

Но Эмили разрушила мою несмелую надежду:

– Иван… Нет, такого я ещё не встречала.

– Может, тогда подскажешь, как найти Стражей?

Где-то глубоко внутри вспыхнул и ярко разгорелся крошечный огонёк, заставивший изнывать от нетерпения. Только бы услышать нужный ответ! Только бы Эмили знала о них хоть что-нибудь, и это помогло мне отыскать Давида!

– До сегодняшнего дня Стражи находились либо на Вратах Тьмы, либо на границе скал. Но перед Битвой все, кроме Дозорных, должны присоединиться к нам. Не знаю, в лагере они уже или ещё нет, но они здесь точно появятся.

– Ясно, – выдохнула я, испытав лёгкое разочарование. – Спасибо…

А что я надеялась услышать? Что Ваня в палатке номер десять, а Давид в палатке номер восемь? Это три метра прямо, потом налево, потом направо и четвёртая с конца? Разве могла Эмили владеть подобной информацией? Разве могла она знать их, ведь лагерь наполняли тысячи людей?..

Хорошо. Допустим, она могла знать Стража, поскольку он появился здесь давно… И она давно… И, без сомнения, мне было бы легче, если бы Стражи по-прежнему находились на Вратах Тьмы – видимо, так назывались две скрюченные скалы по краям портала, – я бы незамедлительно отправилась туда! Однако отыскать Давида среди бесчисленной людской массы не представлялось возможным.

Как и Ваню.

– Слушай, что подсказывает интуиция, только она здесь и работает, – посоветовала Эмили, заметив моё разочарование. – А ведь и ты ещё совсем юная… Сколько тебе лет?

– Двадцать.

Женщина с немым укором покачала головой, но вслух произнесла:

– Ладно, я пойду. Располагайся.

И быстро вышла из палатки, оставив меня в одиночестве.

Я осторожно подошла к лежанке и опустилась на её край. Ещё раз окинула взглядом интерьер: серую ткань полога, доспехи на подставках и тоненькие матрасы на золотистом полу. Кстати, они оказались не такими уж и тонкими – например, матрас подо мной ощущался как воздушная перина, хотя возвышался над поверхностью всего на три сантиметра.

Почему-то захотелось сменить одежду. Мой нынешний наряд не был неудобным, поскольку в последнее время я ценила комфорт и абсолютно не задумывалась над внешним видом. Однако здесь, в этом странном месте, он казался неуместным и чуждым, словно деталь из другого конструктора, а мною двигало подсознательное желание присоединиться к большинству и стать частью чего-то большего и нужного. Зато надеть сапоги действительно повод имелся – покидая квартиру через окно, я не вспомнила про обувь, а ходить босиком по идеально гладкой, но раскалённой поверхности оказалось не особо приятно.

Быстро, опасаясь, что кто-то может зайти в палатку, я стянула джинсы, скинула майку и надела выданную униформу. Одежда оказалась очень удобной и, естественно, идеально мне подошла. Для проверки я помахала руками и прошлась туда-сюда по пятачку свободного пространства, опробовая сапоги – те послушно повторяли все движения, словно вторая кожа. Потом, немного поразмыслив, я вытащила из джинсов ремень и подпоясалась, решив, что он идеально дополнит этот средневеково-карнавальный наряд. А цепочку с маминым крестиком спрятала под рубаху – поближе к сердцу, ведь теперь он станет единственным напоминанием о моей прежней, земной жизни.

Что ж, вот я и нашла своё место.

Вернее, место само нашло меня.

Я больше не чувствовала себя одинокой и ненужной. У меня появился собственный угол, где можно было спрятаться от посторонних глаз, как делала Мелания. Появилась клонированная одежда, доспехи и оружие, которые сделали из меня крошечный винтик в гигантской машине под названием «Армия Света». И теперь я могла позволить себе немного отдохнуть…

Я вновь опустилась на лежанку, свернулась в позу эмбриона и закрыла глаза, надеясь на долгожданное расслабление и забвение. Однако мышцы окаменели, будто готовясь к решающему броску, а мысли продолжали роем носиться в и без того переполненной голове. Тело требовало покоя, но разум держал его в полной боеготовности, ни на секунду не ослабляя железной хватки. И я поняла, что уснуть мне просто не удастся.

Что же тогда?

А тогда следовало поискать Ваню.

Или Давида.

Или кого-нибудь из них, пока ещё было, кого искать…

Палатку покидать не хотелось. Внутри царила тёплая и уютная атмосфера, а снаружи всё было пугающим, чужим и враждебным. Однако я понимала, что не смогу отсиживаться здесь вечно – ну какой из меня Воин, если я даже из палатки выйти боюсь?!

Быстро, пока не успела передумать, я поднялась, направилась к выходу и резко откинула полог.

Сперва не увидела ничего, кроме натянутых перед самым носом верёвок. Потом глаза немного привыкли, и я смогла разглядеть слабый свет костров, людские тени, сновавшие по лагерю, и очертания скал на фоне призрачного горизонта. Затем сделала шаг, осторожно поправив после себя ткань…

И тут же за моей спиной в палатку юркнула неизвестно откуда взявшаяся Мелания, будто всё это время выжидавшая подходящего момента.

Я замешкалась, но не стала возвращаться, чтобы поговорить. Да и о чём, собственно? Мы не были ни подругами, ни знакомыми, и уж точно не жаждали ни утешения, ни жалости друг друга. Мы являлись обычными неудачницами, волею Высших Сил оказавшимися в одном месте в одно очень неприятное время, так что все разговоры стоило пока отложить…

Но куда же мне идти? В любом из направлений виднелись только одинаковые палатки и такие же одинаковые костры, потому я решила пойти направо. Просто решила, и всё.

Стараясь запомнить путь, я снова бродила среди огней, и снова на меня с надеждой смотрели люди, ещё не сменившие мирских одежд. Подобно мотылькам, они слетались на свет, желая получить свою порцию тепла и безопасности. Некоторые что-то бурно обсуждали с соседями по несчастью. Некоторые молча сидели, наблюдая за большими дымящими котлами, хотя вокруг и без того всё дымилось. А некоторые подходили и спрашивали своих знакомых – как ни странно, но мы понимали друг друга, какую бы расу и национальность ни представляли. Мне встречались и темнокожие африканцы, и люди с монголоидными чертами, и светлоглазые и светловолосые представители финно-угорских кровей, и со всеми я беспрепятственно общалась. В этом странном месте просто не существовало языковых барьеров, что, несомненно, являлось огромным плюсом.

Вот только Ваню я нигде не встретила.

Ни Ваню, ни Давида, ни Елиазара.

О Стражах никто ничего не знал. О парне по имени Ваня – тем более. Так что через некоторое время я начала впадать в отчаяние, а потом и вовсе поняла, что потеряла ориентацию и заблудилась. Моя палатка осталась где-то далеко, среди бесчисленного множества абсолютно одинаковых, неприметных палаток, а вокруг никто не мог подсказать дорогу, равно как и ответить на мои бесчисленные вопросы.

– Вы не видели светловолосого парня с голубыми глазами? Его зовут Иван. Он появился недавно… – в который раз спросила я, уже и не надеясь получить ответ.

Мужчина лет семидесяти, сидевший передо мной, имел абсолютно седые волосы и бороду, чем сильно напоминал Елиазара, и излучал непробиваемое спокойствие. Он выглядел так, будто давно здесь находился, следовательно, должен был хоть что-то знать. Однако первое впечатление оказалось обманчивым. Мужчина просто помотал головой, не проявив никакого интереса и даже не взглянув в мою сторону. Его спокойствие было обычным безразличием или же глубокой задумчивостью, которую мало что могло нарушить даже здесь.

– А про Стражей вы что-нибудь знаете? Они уже вернулись в лагерь? – снова спросила я, надеясь, что не сорвусь, если он отреагирует так же холодно.

Но вместо ответа последовал кивок из стороны в сторону и больше никаких признаков жизни – мужчина просто замер, немигающим взглядом уставившись на пламя.

Я всплеснула руками, испытав одновременно раздражение, злость и досаду, поскольку не ожидала столкнуться с подобным безразличием в светлом Войске. Мы должны были проявлять отзывчивость и помогать друг другу, ведь как иначе сможем вместе сражаться? Но это в теории. А на практике я продолжала тратить время на старика, словно он являлся единственным человеком в тёмном мире, способным разговаривать.

– Я ищу Стража, – попыталась я снова. – Его зовут Давид… То есть звали раньше. Он высокий, темноволосый, у него тёмные глаза… Может, вы видели его в лагере?.. Вы меня вообще слышите?!

Лишь после моего истеричного возгласа мужчина всё-таки поднял голову. Однако на старческом лице не дрогнул ни один мускул – оно осталось таким же безразличным и непробиваемо-каменным, как и всё вокруг.

– Вон твой Иван, – он ткнул пальцем куда-то за мою спину и вновь перевёл взгляд на огонь.

Не поверив, что мужчина сказал правду, а не просто пожелал избавиться от назойливой и крикливой тётки в моём лице, я резко обернулась. И действительно увидела Ваню! Вот только мимолётная радость мгновенно сменилась растерянностью и беспокойством. Ваня находился всего в паре шагов от нас и, конечно же, слышал, что я искала не только его. А возможно, что вообще не его…

Мысли заметались: стоило ли вести себя как ни в чём не бывало или нужно было начать с оправданий? Слышал ли он весь диалог или только концовку? И как теперь всё ему объяснить? Несколько мгновений я стояла в оцепенении, пытаясь уловить эмоции, которые бы отразились в кристально-голубых глазах, но не увидела ничего: ни восторга и радости от нашей встречи, ни разочарования от моего предательства. Последнее вселяло слабую надежду, что Ваня на меня не злился, и потому, отбросив все сомнения, я дала волю чувствам, подбежала и бросилась ему на шею.

– Ваня! Ты жив! Ты в порядке? Я испугалась!

– Не совсем в порядке, раз уж я здесь… – холодно ответил он, даже не пошевелившись.

Ваня слышал.

Я немного отстранилась, пытаясь подавить нахлынувшую волну неловкости. Мы давно расстались, давно общались как друзья, и в данных обстоятельствах об отношениях не могло идти речи. Но всё же тот последний первый поцелуй возле подъезда, подаривший нам обоим призрачную надежду, теперь заставлял волноваться, как Ваня воспримет услышанное.

– Я так рада тебя видеть! – воскликнула я, стараясь наполнить голос всей искренностью, на которую была способна.

Я ведь не врала…

С секунду Ваня просто смотрел, а в его светлых и чистых глазах читалось недоверие, причинявшее почти физическую боль. Но потом он коснулся моих волос и словно бы немного оттаял.

– Лиз… – тихо произнёс он. – Не представляешь, как я рад!

Недоверие сменилось глубокой скорбью, а меж бровей появилась та самая морщинка, которую я видела в синем зеркале Тьмы. Наверное, Ваня уже успел в полной мере осознать, где и для чего находился, и понять, что наша встреча здесь ничем не поможет.

А ревность не поможет тем более.

– Как ты? – наконец спросил он.

– Нормально, – я развела руки, демонстрируя типичное одеяние, в которое облачился и Ваня. – Видишь, уже устроилась и отправилась… Правда, теперь придётся искать дорогу обратно, поскольку я совершенно заблудилась!.. А ты где расположился?

– Здесь недалеко, – Ваня небрежно махнул в сторону дальних огней, а потом вдруг улыбнулся. – Серая палатка в третьем ряду, вторая с конца.

– Ага! Они все серые, и рядов нет! – нервно усмехнулась я. – Пойдём «К тебе»? Поговорим, пока нас не позвали строиться…

– Сегодня не позовут, – спокойно и уверенно отозвался он. – Воевать будем завтра.

– Откуда ты знаешь?

– Исаия сказал.

– Ты уже встречался со Старцем? – я удивлённо вскинула брови.

– Да. Я ведь прибыл чуть раньше, чем ты…

– Всего на пару минут! – невесело возразила я, с ужасом вспомнив событие, которое перенесло Ваню в тёмный мир.

– Пара минут – это в нашей реальности. А здесь прошёл день, – угрюмо заметил Ваня. – Или ночь… Не знаю, тут всегда темно и всегда тучи… Но предложение принимается, а также имеется встречное: хочешь перекусить? Извини, в итальянский ресторан пригласить не могу, но здесь тоже неплохо кормят! – добавил он в шутку.

После этих слов желудок требовательно заурчал, напомнив, что я не успела сегодня поужинать. И такой привычный физический дискомфорт немного меня удивил, ведь я не знала, должна ли испытывать здесь чувство голода. Но в противном случае в котлах отпадала необходимость, а они висели над каждым костром и что-то себе тихонько варили. Наверное, не просто так.

Быстрым и уверенным шагом Ваня направился прочь от огня с буквально окаменевшим возле него флегматичным мужчиной, и я послушно пошла следом. А буквально через несколько минут, свернув возле очередной неприметной палатки, мы вышли к другому костру, возле которого, к моему счастью, никого не было. Пока Ваня добывал из чана еду, я устроилась прямо на земле, даже сквозь плотные штаны ощутив степень её разогретости, и попыталась разглядеть, что же там горело в костровище. Охваченные золотистым пламенем вытянутые бруски напоминали обычные дрова, но нигде не было видно поленниц, и никто их не подкладывал. Так откуда же они появлялись? Может, оттуда же, откуда и палатки, и котлы, и всё наше обмундирование? Дрова просто были, а огонь просто горел – сверхъестественный и вечный, как в заброшенном доме древней Лаодикеи, где мы беседовали с Елиазаром…

– Держи, – нарушил мои раздумья Ваня.

Он протянул небольшую миску чего-то жидко-серого и грубую ложку, сделанную то ли из серого дерева, то ли из матового металла.

– Что это? – спросила я, принимая из его рук бутафорские предметы с бутафорской похлёбкой внутри и пребывая в полнейшем недоумении.

В обычном мире я не особо привередничала в плане еды и уж тем более не собиралась привередничать здесь. Однако варево имело слишком странный и неаппетитный вид, будто один раз его уже кто-то съел…

– Еда, – просто ответил Ваня, слегка пожав плечами и усевшись рядом со мной.

– И что в этой… Еде?

– Я точно не знаю. Мне сказали, что в ней есть всё необходимое для организма. То есть белки, витамины, микроэлементы и что-то там ещё. Мы в другом мире, здесь никто не будет жарить тебе мясо или готовить овощной салат. Я даже не видел, чтобы «Это» кто-то варил. Еда просто есть. Кстати, у неё не такой уж мерзкий вкус, попробуй…

Я не поверила.

Для начала понюхала содержимое миски, чтобы хоть примерно представлять, какое разнообразие вкусовых ощущений или их отсутствие меня ожидало. Но жижа вообще ничем не пахла – она немного отдавала сыростью, вот и всё. Потом я осторожно пригубила с кончика толстой ложки и обнаружила, что Ваня не соврал – варево оказалось вполне съедобным и немного похожим на жидкое картофельное пюре с томатом. А затем я плюнула на все предрассудки и просто начала есть. В конце концов, Свет не стал бы травить своих Воинов неизвестно чем, ну а вид похлёбки, в принципе, не имел особого значения.

– Съедобно, – подытожила я, немного насытившись. – Но твоя мама готовит лучше. Жаль, что я не прихватила контейнеры – я ведь даже не успела ничего попробовать…

– Жаль, – мрачно согласился Ваня.

И я увидела, как дрогнули его скулы при упоминании о родителях.

– Интересно, а как кормят в тёмном Войске? – задала я вопрос, чтобы разрядить обстановку. – Если они обещают своим Воинам абсолютно всё, то, наверное, у них и условия совсем другие…

– Не знаю и не хочу знать, – отрезал Ваня. – Меня и тут всё устраивает.

– Да я просто так спросила…

Я почувствовала жуткую неловкость и мысленно согласилась с Ваней – это была не лучшая тема для разговора. Однако и делать вид, что вокруг ничего не происходит, тоже не хотелось.

– Как ты здесь оказалась? – первым нарушил он повисшее молчание.

– Выпрыгнула из окна… Сразу после того, как связь прервалась… – я нервно хмыкнула. – Так что теперь я самоубийца! У меня наследственное безумие, разве ты не знал?

– Знал и давно. Я же с тобой встречался, – с серьёзным видом ответил Ваня. – Ты абсолютно чокнутая!

Я скривила губы.

Шутку, конечно, оценила, вот только смеяться почему-то не хотелось.

– А что произошло с тобой? Я испугалась – думала, что ты разбился!

– Я и разбился, – подтвердил он мои опасения. – Ехал на дачу (мама попросила), услышал по радио репортаж и сразу позвонил тебе. Ну… Ты в курсе… А потом кто-то неожиданно вышел на дорогу прямо передо мной. Теперь-то знаю, что это был Исаия, но тогда не успел разглядеть. В общем, я попытался объехать, но потерял управление и слетел в кювет… Кажется, ещё и врезался во что-то… Честно говоря, меня ни один из вариантов не радует. Я видел, какой ты была после аварии, а теперь, наверное, сам выгляжу не лучше…

– Но ты ещё жив! – попыталась я подбодрить. – А выздоровление после травм, нанесённых Светом, идёт очень быстро. Я выкарабкалась меньше чем за две недели, ты же помнишь!

– Помню, но всё равно это пугает…

– Если ты выживешь, то тебя ждёт обычная жизнь. А вот мне светит дурдом – на вторую попытку суицида никто уже глаза не закроет…

– Не волнуйся, мы за тебя поборемся! – решительно заявил Ваня, а затем сделал неожиданный комплимент: – Кстати, ты выглядишь лучше. Твои шрамы… Они исчезли.

– Правда? – я принялась недоверчиво разглядывать руки, но обнаружила лишь гладкую кожу там, где раньше красовались грубые рубцы. – Я и не заметила… Наверное, их не будет только здесь.

– Хоть какой-то плюс от этого места, – хмыкнул он. – Хотя я привык достаточно быстро. Я ведь знал, что окажусь здесь не один…

И замолчал.

– Вань, – не выдержав очередной паузы, выдохнула я. – Я тебя искала! Честно! Просто мне нужно было узнать и о нём…

– Не переживай, – он улыбнулся и неожиданно спокойно на меня посмотрел. – Мне она тоже снилась.

– Она?.. – я удивлённо вскинула брови.

Она?!

Но как? Ваня не мог видеть во сне свою пару, как я видела Давида, ведь его душа ещё не имела воспоминаний! Однако в памяти сразу всплыл образ светловолосой незнакомки, и это заставило меня сомневаться. Возможно, то были не просто случайные видения, порождённые и его, и моим подсознанием, а проблески будущего, опровергавшие слова Елиазара. Возможно, Старец ошибся, утверждая, что ничего не предопределено…

Или просто соврал.

– И кто тебе снился? – осторожно спросила я.

– Не знаю, – Ваня пожал плечами и отвернулся к огню, словно ему было стыдно. – Девушка. Очень красивая… И очень злая.

– Злая?! – подобный эпитет заставил меня улыбнуться.

– Не злюка. Просто в моём сне она была чем-то рассержена.

– Кажется, я тоже её видела… – решила я признаться. – Блондинку в голубом платье…

– Значит, я не спятил? – Ваня посмотрел на меня удивлённо и с какой-то неясной надеждой.

– Никто из нас не спятил, – мягко ответила я. – Вспомни, где мы находимся… Думаешь, она тоже здесь?

– Тоже не знаю, – он снова отвернулся. – И вряд ли хочу, чтобы так оказалось. Понимаешь, я видел её всего пару раз, но…

– Но чувствуешь, что она важна для тебя, и что твоя душа тянется только к ней, – помогла я завершить фразу, описав собственные эмоции.

– Да! – встрепенулся Ваня. – Именно так!

– Но тогда… Зачем ты предложил снова встречаться?..

– Я думал, что это просто дурацкий сон… Что это неправда.

– Это правда, – я положила свою ладонь поверх его, пытаясь подбодрить.

Ваня вздрогнул, но руку не убрал.

– Девушка из твоего сна действительно существует, – продолжила я. – И вы связаны, раз ты чувствуешь её.

– А твой?.. – Ваня напряжённо сжал скулы, и его взгляд, устремлённый в огонь, стал жёстким. – Он здесь?

– Здесь, – я потупила взор, поскольку понимала, что должна ему об этом рассказать. – В моих кошмарах… В воспоминаниях о прошлом я видела не только Битву, но и его. Когда-то мы вместе сражались, и я чувствую к нему то же, что и ты к ней… Только он не «Мой». Я знаю лишь, что он Страж и охраняет Врата Тьмы… Точнее, охранял, а теперь должен вернуться в лагерь. И мне необходимо его найти, чтобы разобраться в себе и своих снах…

– Из-за него ты со мной рассталась? – сухо спросил Ваня, не тронутый моими откровениями.

– Нет! Тогда я ни о чём не знала!.. – поспешила я оправдаться. – Вань, нам предстоит биться с Тьмой, и думать нужно о Битве, а не о нас и не о них. Пойми, наши с тобой чувства здесь больше ничего не значат. Давай просто воспринимать всё как должное, ведь мы не вчера расстались…

– Ну да, мы ни в чём не виноваты! Виноваты Высшие Силы, устроившие подобное гадство! – и он кивком указал на два скрюченных пика. – Только из-за этого вполне можно перейти на другую сторону! Разве нет?! Ты говоришь, что наши чувства ничего не значат, а для человечества они, оказывается, важны!

– Всё может быть… – я прикусила губу, вспоминая, сколько ещё ему не рассказала, и что может произойти, если расскажу. – Вань… Я на самом деле рада, что нашла тебя. Несмотря ни на кого и ни на что. Рядом с тобой даже в Аду гораздо спокойнее…

– А как же Давид? Ведь «Всё может быть», – переиначил он мою фразу, заставив поморщиться.

Я прекрасно понимала, что каждое сказанное слово потихоньку разрушало хрупкие остатки наших отношений, и от этого становилось очень больно. Я не просто хотела не потерять друга – я хотела не потерять доверие человека, которым дорожила и которого всё ещё любила земной любовью. Однако Ваня стремительно отдалялся от меня, и, чтобы не остаться единственной виноватой, я перешла в наступление:

– Между прочим, ты сам сказал, что тебе Вероника снилась!

Последняя фраза слетела с языка, прежде чем я её осознала. И удивила меня не меньше, чем его.

– Вероника?! Ты о ней что-то знаешь? – встрепенулся Ваня, и в его глазах промелькнула искра надежды.

Однако я увидела не только её, но и разгоравшийся глубоко внутри неистовый, всепоглощающий, иррациональный огонь, грозивший спалить его душу. Хоть Ваня пытался ревновать и обвинять меня в измене, но он уже любил светловолосую девушку, как я любила Стража. Наверное, в моих глазах светились такие же иррациональные эмоции, когда я искала объяснения странным снам и присутствию в них темноволосого Воина. И мы не могли сдерживать или отрицать подобные чувства, ведь они были, есть и будут намного сильнее любых земных чувств.

Всегда.

– Нет, – быстро ответила я, чтобы не подпитывать Ванины надежды. – Это первое имя, которое пришло в голову. Но Эмили сказала, что нужно доверять своей интуиции, и, возможно…

Я не успела договорить.

Меня прервал неожиданный, пронзительный звон, будоражащей волной пронёсшийся над долиной. Звук был настолько громким и мощным, что тело моментально охватила ледяная дрожь, а сердце бешено заколотилось от испуга. Я помнила его – в воспоминаниях следом пришло огромное чёрное облако, превратившее всё вокруг в кровавый Ад. И теперь я напряжённо всматривалась в призрачный горизонт, ожидая увидеть появление Тьмы, но там ничего не происходило.

Испытывая некоторую растерянность, я начала озираться по сторонам и в целом паники не увидела – только поспешные бытовые действия. Люди вокруг засуетились, повставали с мест и принялись убирать свои скромные пожитки, лишь изредка поглядывая в сторону скрюченных пиков.

Наверное, в колокол ударили там…

– Отбой, – спокойно прокомментировал Ваня. – Нужно расходиться.

– Ничего страшного?

– Ничего… Пока.

Я облегчённо выдохнула, чувствуя, как утихает дрожь, и с надеждой посмотрела на Ваню.

– Может, посидим ещё? Я не хочу спать… И боюсь оставаться одна.

– Нельзя, – ответил он тоном, не терпящим возражений. – Ночью из палаток выходить опасно. Не знаю почему – так Исаия сказал, а я ему верю. Тем более завтра начнётся первая Битва, и я не допущу, чтобы тебя или меня убили из-за банальной сонливости. Лично я планирую выжить!

– Первая?.. – изумилась я. – Разве будут ещё?!..

– Да. Тринадцать.

Я задохнулась…

Нет, это не правда!

Не могло быть правдой!

Тринадцать Битв!..

Всё это время я искренне считала, что нам предстоит одно очень долгое и очень страшное сражение. Но что их окажется тринадцать, не могла представить даже в самых страшных фантазиях! Вероятность выжить в одной Битве уже была чем-то нереальным, но что потом придётся выживать ещё и ещё…