- -
- 100%
- +
Глава 1
Снег валит стеной, превращая огромные окна аэропорта в мутные экраны, за которыми — только бесконечная, ледяная пелена. Зима отчаянно борется с приходящей весной, и, кажется, выигрывает этот раунд.
Я устало вздыхаю, поправляя дочери шапку. София тихонько жмётся к моему боку, и от её тепла становится хоть немного легче. Рейс опять задержали, и мы, как и десятки других пассажиров, застряли в этом бесконечном ожидании.
— Мам, когда мы уже полетим? — негромко спрашивает Соня, поглядывая на меня большими карими глазами, такими знакомыми и одновременно тревожными.
— Скоро, — успокаиваю её, хотя сама не верю своим словам.
Кажется, это слово — «скоро» — преследует меня уже пять лет.
Скоро станет легче, скоро забуду Кирилла, скоро перестанет болеть.
Но всё это — ложь самой себе.
Отчего-то в голове всплывает воспоминание о Кирилле. Я редко позволяю себе думать о нём, но сейчас усталость и бесконечное ожидание будто снимают привычные защитные барьеры. Я отчётливо вижу его холодные глаза, слышу его уверенный голос, наполненный сарказмом и обидой.
— Мы оба знаем, что это тупик. А я не люблю терять время зря. — Тогда он посмотрел на меня так, словно я была самой большой его ошибкой.
Эти слова до сих пор режут по живому, хотя я отчаянно убеждала себя, что пережила, отпустила и забыла.
Не получилось.
Скрытая от Кирилла беременность стала моим тайным наказанием, моей виной, которую я несу каждый день. София не должна страдать из-за моих ошибок, но что, если однажды ей придётся узнать правду?
От этой мысли на мгновение перехватывает дыхание.
— Мам, я хочу пить, — снова дергает меня дочь, возвращая к реальности.
Киваю и беру её за руку, направляясь к ближайшему кафе.
Лишь бы не думать, лишь бы не вспоминать.
Мы почти доходим до кафе, когда я внезапно останавливаюсь, словно наткнувшись на невидимую стену. Сердце пропускает удар, а потом начинает колотиться так громко, что едва слышу собственные мысли.
У панорамного окна, через которое почти ничего не видно, кроме метели, стоит мужчина. Высокий, статный, безупречно одетый. Он стоит спиной, но я мгновенно узнаю эту осанку, эти широкие плечи, знакомую небрежность в том, как он держит телефон.
Кирилл.
Всё вокруг мгновенно исчезает — и гул аэропорта, и холодные взгляды уставших пассажиров, и даже шум собственного дыхания. Остаётся только он. Тот, кого я старательно стирала из памяти и так безнадёжно не смогла забыть.
— Мам, что случилось? — Соня обеспокоенно тянет за руку.
Торопливо перевожу взгляд на дочь и пытаюсь улыбнуться, хотя губы едва слушаются.
— Ничего, малыш. Просто задумалась, — говорю тихо, но голос предательски дрожит.
— Мам, ну пойдем уже! — Соня снова дергает меня за руку, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Я пить хочу!
— Сейчас, малыш, сейчас, — отвечаю автоматически, но взгляд никак не отлипает от знакомой фигуры.
Кирилл стоит, словно издеваясь, прямо на нашем пути к кафе. Он всё так же невозмутим, всё так же уверен в себе и невыносимо спокоен.
Пять лет прошло, а у меня снова от одного его вида дыхание сбивается и сердце бьётся чаще.
Чёртова привычка.
Он не смотрит в нашу сторону, занят телефоном, но я вижу, как привычно хмурит брови, когда чем-то недоволен. От этого движения внутри начинает гореть какая-то давно забытая рана.
— Мам, ты зависла, — Соня смотрит серьёзно, почти строго.
— Прости, задумалась, — пытаюсь улыбнуться, но получается так себе. — Идём.
Я делаю шаг, второй, почти веря, что удастся проскользнуть мимо незамеченной, но в последний момент Кирилл поднимает глаза, словно почувствовал мой приближающийся побег.
Наши взгляды сталкиваются.
Он не вздрагивает, не меняется в лице, просто холодно и внимательно изучает меня несколько долгих секунд. В его глазах — тот самый стальной блеск, от которого я когда-то сходила с ума, а теперь чувствую, как меня прошибает противная, липкая дрожь.
— Алиса, — произносит спокойно, словно встретились мы не после болезненного разрыва, а обычным вечером за кофе.
— Кирилл, — выдыхаю я, едва слышно, и чувствую себя откровенно глупо.
Неловкая пауза затягивается.
И тут я замечаю, как его взгляд медленно перемещается вниз и упирается в Соню. В лице мелькает что-то странное, неопределённое, будто он пытается понять, что именно не так с картинкой перед его глазами.
— Здравствуйте, — вдруг тихо, но вежливо говорит Соня и тут же прячется за мою ногу, выглядывая на Кирилла большими карими глазами.
Его глазами!
— Привет, — отвечает Кирилл, чуть наклоняя голову и снова переводит взгляд на меня. Вопросительно, внимательно, слишком цепко.
— Это София, — говорю я спокойно, словно представляю ему случайного попутчика, а не его собственную дочь, о существовании которой он даже не подозревал.
Кирилл хмурится чуть сильнее, явно улавливая сходство, но пока не веря в собственные догадки. Он смотрит на меня, потом на Соню, и я буквально вижу, как в его голове складываются цифры и даты.
— Красивая девочка, — произносит нейтрально, но голос чуть меняется, становится жёстче и тише.
Я прекрасно знаю этот тон. Он уже что-то понял. Или только начал понимать.
— Мам, ты его знаешь? — дёргает меня Соня за руку, и Кирилл слегка приподнимает бровь, ожидая моего ответа.
— Да, мы знакомы, — отвечаю, не отводя от него взгляда, и чувствую, как каждое слово даётся с трудом.
— Давно не виделись, — говорит он так спокойно, будто нам совершенно нечего вспоминать, и будто не было тех слов, после которых я чуть не перестала дышать.
— Давно, — соглашаюсь, почти шёпотом, и отвожу глаза.
Кирилл молчит секунду, потом снова переводит взгляд на Софию, и я вижу, как напряжённо он всматривается в её лицо.
— Сколько ей? — спрашивает негромко, голос звучит спокойно, но что-то в нём заставляет меня содрогнуться.
— Пять, — отвечаю и понимаю, что сейчас он окончательно поймёт всё.
Поймёт, посчитает и сделает выводы.
Кирилл медленно кивает и снова поднимает глаза на меня. Во взгляде больше нет холода, зато теперь там затаилась такая неприкрытая злость, что я почти физически чувствую её на себе.
— Мам, так мы пойдём пить или нет? — Соня снова дёргает за руку, прерывая мучительную тишину.
— Идите, — вдруг говорит Кирилл, отступая чуть назад, освобождая нам дорогу. — Ещё увидимся.
Это звучит не как пожелание, а как угроза.
Обещание чего-то неизбежного и явно неприятного.
Я только киваю в ответ и беру Софию за руку, чувствуя его тяжёлый взгляд в спину.
Похоже, у весны свои планы на мою жизнь. И эти планы мне совершенно не нравятся.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.