- -
- 100%
- +
***
Иеремия замер с открытым ртом на мгновение от невероятной картины. Детектив увидел из окна машины вознесение Гвоздя, которого он мог опознать даже в толпе одинаково одетых латиносов. В очередной раз, поднеся к глазам прибор ночного видения, полицейский смог рассмотреть полноватую фигуру человека, запрыгнувшего на забор. И тут, человек не останавливаясь, полетел выше, сразу в небеса. Такой подлости и способа избежать ловушки от вора инспектор никак не ожидал. И главное, как он почувствовал засаду?
Скинув оцепенение и выскочив из машины, коп рванул что есть силы к тому месту, откуда вознёсся Гвоздь. В том, что это был именно он Иеремия не сомневался ни капли. Очевидно, в этом был какой-то скрытый план. Иеремия даже не пытался себе объяснить, почему он несётся к забору, размахивая пистолетом. Допрыгнуть до взлетавшего преступника он никак не мог. Стрелять он был не в праве -летать в Чикаго людям закон не запрещал, если конечно они это делают без технических средств. Да и формально Гвоздь закон нарушить просто не успел. Забор был все ближе, когда…
***
«Второй готов» – отсчитывал браконьер пойманных рабов– «Да, мне сегодня везёт шибко, не спугнуть бы!» – суеверно подумал Виг. С первыми двумя ловцу откровенно повезло. Оба раба были достаточно близко друг от друга, но при этом расстояние позволило их затянуть поочерёдно, не сбрасывая скорость. Такое везение – большая редкость. Но именно такие моменты делали жизнь браконьеров радостнее, приятнее и прибыльнее. Улыбаясь удаче, Виг ушел на следующий заход. Сегодня с улиц исчезнет несколько людей, и никто не узнает, куда они делись. Браконьер улыбался. Он любил свою работу, а работа любила его.
Первый рейс младшего Рамла был, как братья решили совместно, самым удачным. Семнадцать горожан оказались в состоянии оглушенной тушки в трюме челнока ловца. Выгрузив их, а точнее просто покидав оглушенные тела в медсекцию, где медтехник должен был провести более точное сканирование и подготовить тушки к заморозке в крио камерах, браконьер вылетел за новой партией. Работа спорилась у профессионала и второй рейс принёс ещё четырнадцать отличных рабов, молодых, крепких, с уровнем интеллекта выше среднего. А вот третий – только пятерых. Увы, последний рейс выдался смазанным и не продуктивным. Аргу почудилось, что на краю системы появляется возмущение как от корабля, выходящего из гипера. Точнее, привиделось это системе контроля, которая выдала сообщение о потенциальном возмущении метрик, с вероятностью в двадцать семь процентов, являющихся выходом корабля из гипера. Старший из браконьеров решил перестраховаться и на всякий случай Арг прекратил отлов брата и вызвал его к рейдеру, попутно сходя с орбиты и выходя на вектор разгона для прыжка в сторону фронтира, где они планировали продать свой улов. Работа браконьера и так опасна, так зачем повышать никому не нужные риски? Тридцать шесть рабов конечно едва на половину заполнили трюм, но с другой стороны, в прошлые рейсы они и так трюм не заполнили. А деньги мертвецам не помогут.
Получив результат первичной диагностики товара, и проконтролировав заморозку по крио капсулам, где медтехник запустил процесс обучения базовому языку, братья сели подводить первые итоги своего рейда.
– Думаю, улов не плох. Хотя всего тридцать шесть рабов, зато неплохого качества. Половина вон даже выше пилотного минимума. – Старший, Арг, вёл бухгалтерию и занимался сбытом по-братски.
– Арг, ты какого меня сдёрнул с рейда? Что там тебе почудилось? Набздел от страха? – младший не успел прихватить женщин и теперь немного бесился. В лапы работорговцев попались только мужчины, а к ним младший браконьер был равнодушен. Теперь он должен был маяться от скуки весь длинный переход до базы, где можно было сбросить товар и расслабиться.
– Там был или пробой выхода из гипера или помехи, похожие на пробой. И мы с тобой давно забились валить при первом признаке парней из троек. Первом, а не втором или сколько ты там цифр знаешь. Или ты хочешь, чтоб нас замели как папу? Нет уж, папаша тогда с трудом свалил. – Арг был непреклонен. Пример родителя был ещё слишком свеж в памяти браконьера, а забота о собственной шкуре была наипервейшим приоритетом в его жизни.
– Папу не поминай. Как вспомню, так тошнит. Старик полгода тогда отходил. И полгода мы ремонтировали наш рейдер. – Виг передёрнулся от воспоминаний и сразу сник. Папин любимчик, он с трудом перенёс отцовские неудачи и их последствия.
– Вот! Так что, если ты хочешь стырить астероид, лучше много понемногу, чем всё за один раз! – настоятельно продекламировал старший любимую присказку деда, известную обоим.
– Лады. Уболтал. Что нам по деньгам светит? – младший махнул рукой. Виг рассудил, что предстоящие барыши его могут взбодрить и перенести скуку перелёта.
– Товар неплохой. Ты реально молодец и сработал на отлично. – старший Рамл решил подбодрить брата и похвалить его.
– А то. Удачно словил! – младший с ходу стал зазнаваться.
– Ага. Половину мы загоним где-то по сорок и остальных в среднем по двадцать семь. Я за меньшее не согласен. Если будут быковать, топлива у нас хватит прыгнуть на край Империи. Можем и там расторговаться. – поделился бухгалтерскими прогнозами старший браконьер.
– Значится, по шесть сотен на каждого выходит? – оживился в предвкушении младший ловец.
– Ну, нет! На каждого мы возьмём по триста. А на остальное махнём движки и проведём профилактику нормальную. Тогда можно будет не срываться с рейда, а нормально хватать полный трюм и только после валить. – Арг давно запланировал сделать важные траты и довольно удачный рейд его убедил в обоснованности этих трат. Тот, кто проедает кредиты и не вкладывается в себя долго в космосе не живёт. Старший Рамл, как более умный, это правило давно усвоил.
– Ну, ладно. По триста на каждого тоже ништяково. – согласился младший, принимая аргументы брата. В финансах он больше понимал.
Крейсер братьев – работорговцев должен был сделать пять или шесть прыжков, в зависимости выбранного пути. Обычно, они старались не повторять свой предыдущий маршрут и не боялись сделать лишний прыжок – другой. Дедушка учил, что непредсказуемость важна в деле отъёма ценностей. Но поскольку братья торопились, то решили срезать покороче. Тем более, что коротким путём они давно не летали. Проблема пути «покороче» была в том, что предпоследний прыжок проходил в зоне патрулей Антранской империи, конкурента родной Арварской Империи. И патрули эти очень не любили работорговцев и контрабандистов. И нелюбовь свою доносили до них всей наличной корабельной артиллерией с применением ракетного вооружения, истребительного прикрытия и абордажными командами на завершающей стадии демонстрации. А это уже риск.
4
Антранская Империя, как государство в техническом плане не самое продвинутое. В Содружество империя была включена относительно недавно и не на самых удачных условиях. Более того, протекционистская политика центральных миров содружества не предполагала техническое развитие окраинных территорий до уровня центральных миров Содружества. Скорее, они были буфером, защищающим центр Содружества от всякого – разного и торговым посредником в перепродаже различного старья за границы Содружества государствам и территориям, пока не включенным в Содружество. Обратно, предполагались поставки сырья. Так же Империя была вынуждена смириться с утечкой мозгов и засильем техники. Одним из результатов такой ситуации было отставание в технологическом развитии флота. Империя для своих нужд строила только средние и малые суда. Да и то – строила, было слишком громко сказано. Большая часть начинки и вооружения была импортирована из центральных миров с самым высоким уровнем технического развития. На окраинах строили корпуса и монтировали начинку. Ну и старались выжать из этой ситуации максимум.
Патрульный крейсер был как раз таким симбиозом технической мысли Империи. По большому счёту его сигарообразный корпус не представлял из себя ничего выдающегося. Середнячок, которые так любят адмиралы флота. Средний корабль за разумные деньги. Бюджет правил балом. Капитан патрульного крейсера «Пачу-Ху» империи Аратан с нетерпением ожидал конца патрулирования, до которого оставалось всего – ничего. Сладости ожидания добавляло то, что именно этот патрульный рейд у него был последним в судовой роли капитана крейсера. После возвращения на базу капитана ожидало повышение. Он должен был принять командование ударным авианесущим крейсером восьмого поколения «Гордость Империи Аратан», новичком во флоте империи и очень грозным вооружением. Империя закупила его не так давно и сейчас он проходил заключительную обкатку и тестирование. Именно ожидание этого события скрашивало жизнь капитана, когда его приятель и по совместительству старпом (ну, или наоборот), вызвал его в центр пилотирования.
– Марг, тут у нас пробой. Сканеры фиксируют Арварскую развалину. Есть повод пошалить. – приятели обычно между собой, когда подчинённые их не слышали, общались без чинов.
– Начинай перехват, Лотти, я сейчас подойду. – капитан расплёл ноги, которые закинул на столик в капитанской каюте и поднялся с кресла. Как самый высокий чин на корабле, он имел некоторые привилегии: самую большую и светлую каюту, не убираемую кровать и кресло, в котором сидел в настоящее время, закинув ноги повыше. Основной причиной такой позу были размышления о продвижении по карьерной лестнице, и подвернувшаяся лоханка Арварцев была тут очень даже кстати.
Пока невысокий и пухленький Марг Твел, капитан Аратанского патрульного крейсера неспешно передвигался в сторону мостика корабля, попутно, скорее по привычке выискивая непорядок, высокий и сухощавый старпом Лотти Лот принял на себя пилотирование и начал процедуру перехвата потенциального противника. Да собственно почему потенциального? В уставах и наставлениях флота империи Аратан указанный корабль до сих пор причислялся к противной стороне и в его адрес предписывалось производить все не толерантные меры, которые только могут быть применены без развязывания горячей фазы войны. Военный сканер показывал модернизированный буксир Арварской постройки с намертво приваренным грузовым отсеком. Буксир сам по себе выглядел уродливо и, казалось бы, ещё больше изуродовать его было невозможно, но тот, кто копался в этом корыте смог осилить непосильную задачу. В принципе, граница фронтира, где сейчас находились оба корабля, видала даже корыта времён первых схваток с Аргхами, так что буксир не сильно выделялся на общем фоне. Впрочем, как и патрульный крейсер, который тоже не был шедевром кораблестроения последнего поколения, хотя военный корабль всё же военный корабль и в схватке был в состоянии разделать пяток таких же буксиров не сильно напрягаясь.
Команда корыта очевидно заметила интерес патруля к себе и корабль стал наращивать скорость, одновременно меняя вектор разгона на более короткий, чтоб успеть до перехвата прыгнуть в системы фронтира, куда, формально, патруль соваться не должен был. Старпом слегка улыбнулся. Как же всё-таки предсказуемы эти маргиналы с окраин! Именно этого он и добивался, обозначив свой вектор на сближение для сканирования. Хотя буксир формально срезал угол, на самом деле он подставлял свои движки под обстрел батарей и ракет крейсера в наиболее уязвимую точку – дюзы. И это был реальный шанс обездвижить развалюху, не повредив груза и не раздолбав приз, за который светила приличная премия. Подоспевший капитан открыл канал связи к буксиру и стал прессовать команду.
– Неизвестный буксир, с вами говорит капитан крейсера «Пачу-Ху» империи Антран. Немедленно прекратите ускорение и примите досмотровую команду. – параграф устава о досмотре предписывал начинать обращение примерно так. Все сравнения с вонючими животными и прочими скотомутантами начинались позже.
– С чего бы это? Мы, граждане империи Арвар, находимся в зоне свободных миров за границей Содружества. Вы не имеете право нас досматривать. – голос затих, очевидно для раздумья, а потом не уверенно добавил – Я буду жаловаться.
– Обращаюсь под протокол, от имени флота империи Аратан приказываю вам прекратить ускорение и принять досмотровую партию. В противном случае буду вынужден открыть огонь на удержание в объёме местной системы вашего судна. После досмотра сможете обсудить с нашим юристом правомерность досмотра и форму, и адрес подачи жалобы. – Всё! Всё что необходимо сказать под протокол, было сказано. Дальше уже можно и про вонючих животных.
– Вот ща всё бросил и пустил твоих уродов к себе на борт. Иди чеши лапуту у себя на корме. – второй голос прорезался в канале переговоров и стал употреблять незнакомые термины.
Капитан мысленно запросил у искина крейсера значение термина «лапута». Ответ его не порадовал. И даже разозлил. Такого ему даже в борделях не предлагали.
– Ах ты вонючий скот. Ты кому сейчас это предложил? – в капитане вскипела ненависть к Арварским уродам, позволяющим себе такое – Да я тебя и твоих предков на штурвале крутил. Ты, мутант недоразвитый и дедушка у тебя был первый пердун. А бабушка дура. Только дура может дать такому пердуну, как твой дед. А ну тормози, зараза рогатая. Или я тебе движки оторву и самому в лапуту засуну.
– Застрелись капитан. Сам застрелись. Я сейчас свалю, но потом я тебя найду, и ты пожалеешь, что не застрелился. – на развалюхе похоже сильно обиделись. Не то за дедушку, не то за бабушку. А может ещё за что? Пилот, глотая слова, угрожал и угрожал. Поток слов лился, не переставая.
Капитан был офицером опытным и понял, что беседа не задалась. При таком словесном обмене остаётся только стрелять на поражение.
– Старпом, отстрели ему что хочешь, но чтоб он затормозил. Я в глаза этому говоруну хочу посмотреть. В эти наглые глаза. – прорычал капитан, а старпом понял, что живых свидетелей не останется. Переход на официальный тон означал, что его приятель в ярости.
– Есть капитан. – по уставу ответил старпом, решив, что потом проставится капитану и успокоит его. Так оно как – то безопаснее.
Две противокорабельные ракеты выскочили из стволов стартовой установки. Одна ракета несла уменьшенный заряд и дополнительный генератор помех. Вторая шла к цели под управлением первой. Допотопная электроника не смогла ни поставить помехи ни грамотно указать цель для турелей противокорабельной обороны. Всё же разница между технологиями флотских, пусть с окраины, но содружества и фронтирных авантюристов была гигантская. Итогом стали выбитые два из трёх двигателей. После подрыва обеих боеголовок скорость буксира упала так сильно, что абордажный челнок с двумя погонщиками и шестью боевыми дроидами легко догнал и взял на абордаж замедлившуюся лоханку братьев-браконьеров.
***
Катастрофа! Именно так можно назвать то положение, в которое попали браконьеры. И где? В двух прыжках от конечной точки маршрута. И Арг Рамл и его брат Вирг Рамл прекрасно понимали, что после поломки двигунов шансов уйти нет и быть не может. А уж после того, что Вирг наговорил Аратанскому капитану, шансы выжить были ниже трюма. Равно как шансов отмазаться при наличии такого компромата как груз замороженного рабского мяса тоже небыло. Империя Аратан была последовательным противником рабства и работорговли, и на этой почве регулярно схлестывалась в пограничных конфликтах с Империей Арвар. Но даже то, что обе империи входили в Содружество на правах обособленных территорий, не прекращало регулярные пограничные конфликты. Так что в случае поимки, братьям светила высылка на каторжную планету с поселением до конца жизни, и то, если сильно повезёт. А могло и не повезти и тогда им светило три месяца добычи в астероидах чего-то вредно– полезного. В смысле вредного для них и полезного для владельцев рудника. А больше трёх месяцев там никто не выживал. Но это было до переговоров.
– Чо делаем? – Вирг искренне надеялся, что старший брат что-то придумает. Что-то такое, чтоб раз и дома. Фокус такой.
– У тебя из стволов что есть?
– Импульсник десантный и игломёт с отравленными иглами.
– Доставай. Будем отбиваться. Они сейчас десантный бот вышлют. Если отобьёмся, есть шанс уйти. – Арг ни разу не верил в такую возможность, но вдруг, вот совсем случайно вдруг у бота двигунцы сами взорвутся или в него астероид попадёт.
– В пилотской отбиваться будем?
– Давай там. Там потолочная турель есть.
И братья дали последний и решительный бой абордажной партии Аратанских десантников. Ну, как дали? Сделали пяток выстрелов в сторону приближающихся боевых дроидов, турель выдала длинную очередь. Даже краску на боку одного боевого дроида поцарапали. Погонщики очень обиделись, им эту краску потом восстанавливать. Для десантуры – мимолётный эпизод. Для братьев – браконьеров последний в жизни. Для фронтира вообще ежедневная рутина. Для капитана крейсера «Пачу – Ху» и его старшего помощника – пара строк в рапорте и одна благодарность. Нет, стоп. Еще десять строк в бухгалтерской ведомости при дележе премий за приз, заезженный буксир с насмерть приваренным трюмом с чужого плеча, который выкупили на аукционе через полтора месяца какие – то шахтёры. На этом – всё.
Тела браконьеров были разорваны очередью из крупнокалиберного пулемёта. Такой бесславный конец ждал многих торговцев живым товаром в будущем, но братьям это было уже не интересно. Их трупы выбросили в космос после стандартной процедуры забора ДНК для отчётности.
А вот каптенармус патрульного крейсера, на которого повесили уборку трофея, распоследними словами поминал всю родню криворуких и тупоголовых погонщиков, которые не могли аккуратно как-то грохнуть этих уродских работорговцев на их уродском корыте и этой гадской системе. Поминал так, что погонщики икали часа полтора. В принципе, у них было подозрение, что икали они не потому, что их каптенармус поминал, а потому что они выжрали какую-то жидкость интересного цвета из каюты капитана, когда потрошили захваченное корыто на предмет мелких трофеев. Обычно, руководство на это закрывало глаза, при условии, что бойцы возвращаются обратно на своих двоих.
Кровищи то было просто прорва и вся тонким слоем по стенам и потолку, ну и по полу. Дроиды с потолка с трудом отмыли всё. Дроидам помог техник, которому штатный медик «Пачу – Ху» отключил рабскую нейросеть. Но помощник из него был так себе. К сожалению, в луже крови была и частичка медтехника. Братья приказали ему броситься на десантников и тот не смог ничего возразить. Увы, одним из неприятнейших свойств нейросети для рабов был прошитый императив, по которому раб не мог ослушаться хозяина. Десантники не стали разбираться и тот погиб.
***
В капитанской каюте витал дух праздника. Капитан «Пачу-Ху» был доволен собой как в тот день, когда он дорвался до бабушкиного торта за час до визита гостей. Поимка работорговца была отличным штрихом в завершении карьеры патрульного капитана. Великолепным штрихом, так замечательно украсившим его личное дело. Он так и представлял мысленно запись в своём личном деле: «До конца выполняет возложенные на него задачи. Постоянно высокая само мотивация к несению службы. Преданность идеалам Империи в борьбе за права разумных». И ещё, его ждало повышение персонального рейтинга. Высокий рейтинг, а он таки повысится, за каждого пойманного работорговца рейтинг поднимали всегда, означал более высокие выплаты на новом месте. В общем, последний рейс удался. А ещё, скорее всего, в личном деле напишут: «Везуч». И она эта запись стоит многих. По этому поводу он и старпом старательно поглощали планетарку под хорошую закуску.
К слову сказать, его приятель и помощник получал тот же дождь благостей, разве что немного скромнее. С другой стороны, это именно он стоял на вахте, когда сканнеры засекли Арварца. Так что пометка в личном деле об этом деле тоже будет смотреться хорошо и на месте. Кстати, старпома капитан планировал забрать с собой. Не сразу, но забрать. По имевшимся данным, капитана старпому не дадут. На базе Марга уже ждал офицер – сменщик. А хорошего старпома найти не просто.
Доложив на базу об инциденте и получив указание ожидать буксир или судно инженерной поддержки, после чего сопроводить на базу обоих, капитан довольно потирал руки. Вот она, долгожданная движуха. Скука патрулирования закончилась и закончилась удачно. Привычно отчитав погонщиков, которые по идее должны были захватить команду в плен, капитан оставил командный мостик на старпома и ушёл составлять рапорт. Эту процедуру доверить никому другому было нельзя. Никто, кроме капитана, не смог бы так точно и изящно отразить в документе все события и заслуги капитана. Ну и старпома тоже. А погонщики напортачили, хотя и тоже молодцы. К сожалению, помимо команды работорговцев, пострадал навигационный искин захваченного корыта, так что происхождение рабов и в этот раз будет сложно определить. Это уже традиция какая-то, опять представители имперской службы безопасности будут ныть на совещаниях о том, что их директивы никто не исполняет. Однако мало найдётся офицеров во флоте, кто согласится менять жизни подчинённых на информацию, которая нужно СИБовцам. Слуги покорные, ищите дураков в зеркале. Да и не так и страшно. Это не его забота. Пусть спецура этим занимается сама. А его забота, чтоб побыстрее сдать дела и устроить вечеринку по случаю нового назначения. Ох и погуляют они там! Надо будет пригласить девчонок из отдела снабжения. Пара девушек изредка строила ему глазки. Так что надежда на продолжение банкета приятным образом имелась. Ну а затем его должны были называть капитан ударного авианесущего крейсера. А во флоте это фигура! Дальше – только адмиралом стать.
5
Иеремия уже второй день обитал в центре по иммиграции и натурализации империи Аратан на планете Ахта. Процесс разморозки и приведения в чувства он слабо зафиксировал в памяти – было откровенно плохо. Организм отчаянно протестовал против такого насилия над собой и выражал это всеми доступными средствами. Но после, когда их три с небольшого десятка граждан США собрали в просторном конференц – зале, местный чиновник, сидевший за столом большого, светлого зала, пояснил им, что находятся они не в демократическом государстве с президентской системой правления, а в натуральное монархической империи, где император правит пожизненно и не переизбирается раз в четыре года. Да ещё и на другой планете в далёком космосе. На реплику соседа слева, здорового афроамериканца, который начал сразу нагнетать про свои права, ответ был резким и незамедлительным. Права есть только у граждан Содружества, в которое входит Империя. И должны оказывать помощь только своим, а не свои должны компенсировать затраты на оказанную помощь. Так что-либо становитесь гражданами империи, либо гуляйте на все стороны хоть по частям, хоть одновременно. Иеремия поинтересовался, знает ли чиновник, где находится Земля? Чиновник ответил, что в базах флота такая планета, а равно звезда по имени Солнце упоминается, но координаты неизвестны. Однако, за свой счёт и в свободное время все, находящиеся здесь разумные могут заниматься поисками в своё удовольствие. И даже записаться в программу картографирования Содружества. Так что все могут дружно забыть про прежнее местожительства, работу, гражданство и лучше бы им принять гражданство империи Аратан. Хотя бы в благодарность за то, что не стали рабами в империи Арвар. Где та служба? Где город Чикаго? Да хотя бы где планета Земля, Иеремия не знал.
Разумеется, при такой постановке вопроса, все тридцать шесть человек практически час спустя согласились принять гражданство империи Аратан добровольно и даже с некоторым облегчением. По этому случаю их по одиночке вызвали в кабинет чиновника, где места было мало и с трудом хватало на стол и кресло для чиновника и дико неудобный стул для посетителя. Скучающее лицо чиновника выдавало обработанность процедуры. Чиновник ещё раз поинтересовался, не передумал ли разумный становиться гражданином и получив подтверждение, поинтересовался именем, под которым гражданин будет регистрироваться.
– Меня зовут Иеремия Симпсон.
– Хм. – чиновник пожевал губы, прежде чем продолжить – У нас в Империи приняты короткие имена. Не желаете ли вы несколько сократить своё имя для написания в документах?
– Это обязательно? Так по закону положено? – Иеремия вдруг вспомнил, как переиначивали имена иммигрантов чиновники миграционной службы в США, когда люди разных национальностей приплывали в Нью Йорк.
– Не обязательно, но вы многим упростите жизнь. Или усложните, если не сократите. В вас будут видеть чужака. Это может вам повредить.
– Я готов сократить имя. Но не фамилию. Это династическая фамилия – наследие предков. Я не буду с ней расставаться.
– Ваше право, разумный. Как вы смотрите, если в документах я напишу Ие Симпсон?
– Нет. Пишите Рэм Симпсон.
– Зафиксировано. Как иммигрант, вы должны принести присягу. Прослушайте её текст.
Чиновник зачитал текст присяги и поинтересовался наличием вопросов. Иеремия интересных тем для обсуждения не увидел и тогда чиновник протянул ему планшет, с которого читал текст присяги и попросил приложить палец к оранжевому кругу в углу прямоугольника. Прижатый палец обдало жаром, а голос из пустоты объявил разумного Рэма Симпсона гражданином империи Аратан нулевого индекса социальной полезности.