Среди призраков. Рассуждение об эпохе метавселенной и генеративного искусственного интеллекта

Критика распространилась даже внутри таких гигантов, как Facebook и Google, где столкнувшиеся с разного рода злоупотреблениями начали открыто их изобличать[13]. Наемные рабочие также успели осознать иллюзорность радужной картины, где «единороги»[14] и стартапы помогают им найти себя, обеспечив органическим питанием или столами для пинг-понга и скрывая за всем этим изматывающие условия труда, замаскированные под вечный праздник на свежем воздухе. С начала 2020-х годов Силиконовая долина, а с ней и вся сфера информационных технологий переживает первый глубокий кризис, можно сказать – обратную цифровую реакцию. Проявляется это в чувстве разочарованности и «утрате смысла», особенно среди молодежи, которая сегодня скептически смотрит на всякое сугубо утилитарное ремесло, особенно если с ним связан распад общества и экологические проблемы, поскольку из-за наших индивидуальных и коллективных привычек потребляется слишком много энергии. Вера улетучилась, момент эйфории и восхваления «цифровых инноваций» остался далеко позади; тучи сгущаются, и их тень накрывает даже политиков: опьянение прошло, и они стараются вести себя более осмотрительно.

Ситуация изменилась, мы все чаще ощущаем, что тренд развил ураганную скорость, перешел все границы, но не можем избавиться от чувства, что внутренне нуждаемся в его механике, она теперь неотъемлема от нашей среды, сделалась нашей второй натурой. Впечатление это будто сполна подтвердил локдаун с его новыми способами организации, показав незаменимость цифровой индустрии, которая благодаря способности быстро и легко устанавливать связь с реальным и с другими людьми чуть ли не в одиночку обеспечила нам выживание. Так что мы нет-нет да задавались вопросом, что было бы, например, в 1970-х и 1980-х годах, когда этот технологический фундамент еще не возвели? Для обитателей Силиконовой долины момент, когда ее авторитет вдруг рассыпался, как раз и стал толчком, чтобы совершить «большую перезагрузку», с небывалой уверенностью удержаться на ногах и, обретя второе дыхание, зашагать вперед, навстречу миру, который вскоре должен стать совершенным.

Только вперед

Когда пожар недоверия продолжает охватывать всё и вся, нельзя ни опускать руки, ни анализировать причины возгорания, предаваясь затем самокритике. Не стоит пользоваться ловко выстроенными готовыми формулировками каких-нибудь крупных специалистов, пытаясь сохранить лицо, – не поможет. Все это изначально – составная часть умело разработанной стратегии коммуникации. На семинарах, где учат рассуждать, мы как будто превращаемся в роденовского Мыслителя в его корпоративной версии и без конца твердим об «этике», обесценивая это понятие, делая из него риторический защитный экран, при этом жутко искривленный. Здесь нет ничего общего со Спинозой, выдающимся мыслителем, который понимал этику как самореализацию – без хищнических целей, в гармонии с окружающими людьми и средой. Определенно практика унизительного самобичевания не заложена в формуле ДНК нашего мира. Потому предпочтение получил диаметрально противоположный вариант.

Такая логика проявляется все настойчивее, ведь речь идет о неоспоримой истине нашего времени, причем, как бывает с любой истиной высшего порядка, все знают, что простым смертным обычно нужно время, прежде чем они осознают всю ее глубину. Тем более что в ней – залог могущества. Финансовые методы, как и головокружительная рыночная капитализация, – несмотря на регулярную встряску, – не перестают развиваться. Этот механизм никогда не замрет из-за одного лишь недовольства, явления малозначимого, без последствий, которое к тому же проявляется преимущественно в вербальной форме. У нас настолько прочные габитусы, что со временем они только подтверждают неизбежность этих процессов. Чем не повод с верой и энтузиазмом взяться за выпавшую нам историческую миссию, которая два с лишним десятилетия служила появлению столь многих чудес, а теперь, кажется, должна вступить в завершающую стадию.

Императив дня сегодняшнего

Нам не видать того дня, когда архитектура метавселенной примет окончательный вид. Во-первых, потому, что она сначала фиксирует существующую реальность и только потом отражает ее на устройстве, – реальность, в которой наши связи с цифровыми технологиями постоянно расширяются: мы с ними буквально срослись, так что теперь они денно и нощно обращаются к нам, иногда даже голосом, стараясь, чтобы он источал безграничную теплоту и предупредительность. Во-вторых, потому, что в этом слове – заветная цель отрасли, намеренной без устали набирать обороты – ведь нет предела размерам прибыли и темпам роста – и потому требующей, чтобы мы не высовывались за пределы окружающей пиксельной реальности. Причем так обозначается и то, что мы наблюдаем в настоящем, когда строящееся здание метавселенной кирпич за кирпичом быстро обретает форму и внушительный вид, и перспектива, в которой оно станет едва ли не единственной средой нашего существования. Так сложилось еще в начале 2010-х годов, когда распространились смартфоны и делал робкие шаги искусственный интеллект, впервые представший в наглядной форме в 2020 году, когда вся планета сидела на карантине. С тех пор каких только начинаний не предпринято. Сколько предложено различных решений, еще в зачаточных формах, на этапе между экспериментом и эксплуатацией, – каждая относительно крепкая бета-версия окажется полезной для будущего.

Профессиональные встречи, университетские занятия, прогулки по торговым центрам, осмотр недвижимости, модные показы, концерты – все это начинает «проходить» дистанционно, в имитированном пространстве или на фоне видео. Можно сказать, что процесс совершенствуется на практике: он позволяет учиться и в то же время показывает, что мы не хотим пройти мимо Грааля – не важно, какого он сейчас качества. Несмотря на все сомнения, на признание неудач, последовавшее за общим сбором, объявленным тогда Марком Цукербергом, запущен мощный маховик. Сложилось общепринятое представление, докса: для экономического выживания, преимущественной конкурентной позиции, да и вообще, чтобы быть в первых рядах, нужна причастность к метавселенной, а теперь еще и к так называемому генеративному искусственному интеллекту, благодаря которому появился чат-бот ChatGPT и генератор изображений Midjourney, – выбора не осталось, есть только необходимость.

Сработала совокупность трех факторов. Во-певых, бесконечные обещания радужных перспектив и новых возможностей обогащения. Да еще «оракулы цифрового мир» и консалтинговые компании предлагают увидеть в этом счастливый поворот судьбы. Наконец, раз уж за это хватаются другие, значит, надо поспешить, бросив все другие дела[15]. Фантастические обещания и домыслы, расцвеченные технико-экономическим детерминизмом и клановой мимикрией, – элементы той механики, которая порождает своего рода самоисполняющееся пророчество. Такой динамикой отмечена цифровая индустрия с начала двухтысячных, ею одновременно движут вечный поиск чудотворного зелья (каким, например, будет kill app, «убойное приложение»[16] – до тех пор, пока не вышло следующее), догма, гласящая, что лихач и храбрец, который пытается догнать время, все равно обречен, и, наконец, принцип «бонус за регистрацию».

Таким образом, сохраняется постоянная нестабильность: полагаясь лишь на «перспективу», рынок вынуждает большие компании и всевозможные стартапы ставить на бесконечные «подрывные инновации»[17], дабы сорвать джекпот или в надежде выйти сухими из воды, какие бы страсти ни кипели вокруг. В этом «культурном котле» умы оказываются на грани нервного срыва, что объясняет специфический «психиатрический» характер экономики, которая при внешнем пафосе наполнена перевозбуждением и тревожностью, она не знает состояния покоя и не допускает в радиусе своего действия, – куда попадает все общество, – передышку или хотя бы короткую остановку.

Пора без оглядки пуститься по просторам эльдорадо «убиквитарной» жизни, где все решают алгоритмы. Словно в античном Риме или бурлящем Нью-Йорке начала XX века, мы наблюдаем, как начинают возводиться сооружения фараоновского масштаба, но не из стекла, бетона и металла, а из массивов данных, из вычислений, все прибавляющих в скорости, вездесущих пикселей и систем, создающих тексты или изображения, опираясь на наши краткие вводные – промпты[18]. Facebook/Meta воздержалась от фанфар, но есть другие члены GAFAM, многочисленные компании и стартапы – OpenAI[19] в первых рядах, – отражающие богатую палитру направлений (платформы, где продают «участки»[20], как Decentraland или The Sandbox, видеоигры, консалтинг, сфера труда и целая индустрия, рассчитывающая извлечь выгоду из этого нового мира сплошной пикселизации и «промпта-куда-ни-плюнь»). Они-то и пытаются «поучаствовать». Все «активничают» – метят на роль ключевого игрока с инфраструктурной точки зрения либо стараются содействовать превращению этой призрачной вселенной в среду, где сосредоточится почти вся наша деятельность, где нам придется и получать инструкции от призраков, и инструктировать их – пусть генерируют тексты, изображения, музыку по нашему желанию и сколько нашей душе угод-но. Вотпочему, если хочешь ухватить вожжи актуальных разработок, следует одновременно анализировать другие процессы – постепенное внедрение иммерсивности и взлет генеративного искусственного интеллекта. Соединившись, и то и другое продолжит все более настойчиво встраивать наши тела и умы в технико-экономическое пространство, в котором наш повседневный опыт и когнитивная деятельность могут беспрепятственно развиваться, задавая тем самым наши экзистенциальные границы.

Iron Men[21]

Сейчас цифровая индустрия видит свою главную задачу в полной интеграции этого автоматического механизма, способного интерпретировать/рекомендовать различные виды поведения. Таков технолиберализм в его совершенной форме. Около пятнадцати лет он выбивался из сил, упрочивая непрерывную связь с нашей жизнью, а теперь вот-вот начнет выполнять функции пуповины. Возьмем несбыточную – со времен подъема современного капитализма – мечту о постоянном сокращении разрыва между производителями и потребителями. Это делалось посредством многочисленных стратегических методов, призванных будить желание и упрощать его удовлетворение – в основном с помощью рекламного обольщения и облегченного кредитования. Чтобы в итоге, под видом финального аккорда, внушить людям, будто они движутся по бесконечной торговой галерее, – выглядит она фантасмагорично, и кажется, мы в ней уже растворились. Торговая сфера перестала в любых обстоятельствах дистанцироваться от других и образует естественную, недифференцированную, перманентную «воздушную оболочку» любой реальности. Вырастает технико-экономическая конфигурация, оставляющая минимум лазеек для бегства, – чего с виду не скажешь, ведь вокруг все сияет огнями. Еще бы – наши действия упрощаются, а повседневная жизнь протекает под знаком исключительной безопасности – в частности, в силу того, что минимизирован телесный контакт с другими. К тому же лестно воображать себя пупом земли. Между тем такая конфигурация ежесекундно приносит прибыль и совершенствует ведение общих дел. В связи с этим можно вспомнить слова Пьера Бурдье о том, что «любым отношениям, основанным на силе, свойственно скрывать это свое качество, и лишь потому, что оно скрыто, вся сила в них и проявляется»[22]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Перевод Е. В. Баевской. Здесь и далее под знаком * примеч. Переводчика.

2

Перевод А. Н. Егунова.

3

Перевод А. А. Франковского.

4

Перевод М. Л. Лозинского.

5

Benjamin W. Paris, capitale du XIXe siècle. Le livre des passages: [Бельямин В., Париж, столица XIX столетия; 1924–1939]. Cerf, 1997. P. 36.

6

См. в числе недавних примеров, показательно отражающих стремление производителей постоянно сопровождать алгоритмами нашу жизнь, разработку Google – помощника, «предназначенного, чтобы раздавать наиболее мудрые советы, касающиеся повседневной жизни». Также: Grant N. «Google Tests an A.I. Assistant That Offers Life Advice» // The New York Times. 16 April 2023.

7

Социальная сеть, запрещенная в РФ.

8

Компания, признанная экстремистской и запрещенная в РФ.

9

«The Metaverse and How We’ll Build It Together». Connect 2021. 28 octobre 2021 [youtube.com/watch?v=Uvufun6xer8] При переводе использован текст расшифровки видеозаписи на английском языке: https://www.rev.com/blog/transcripts/meta-facebook-connect-2021-metaverse-event-transcript – А. З.

10

От англ. ubiquity – вездесущность, повсеместность.

11

Google, Amazon, Facebook, Apple, Microsoft.

12

См.: Gramsci A. Cahiers de prison. T. 1: Cahier 3 [1930]. Gallimard, 1996.

13

Один из многих – Чамат Палихапития, бывший топ-менеджер Facebook, описавший стратегические принципы, использовавшиеся при нем в компании, чтобы играть на психологических слабостях пользователей. Или Джастин Розенштейн, создатель кнопки «лайк» («большой палец») на той же платформе, признавшийся, что единственной задачей этого инструмента было поддержание эффекта зависимости. Или Тристан Харрис, бывший дизайнер, занимавшийся вопросами «этики» в компании Google и заявивший журналу The Economist, что «истинная цель технологических гигантов – вызвать у людей зависимость, пользуясь их психологической уязвимостью».

14

Так называют стартап-компании, рыночная оценка стоимости которых превышает 1 миллиард долларов.

15

«Некоторые компании опасаются этого „Дикого Запада“, где их ждет поле непаханое; ступая на просторы метавселенной, они не уверены, что от этого выиграют, но те, кто туда не пойдет, точно проиграют!» (Richebois V. «Le métavers promet de révolutionner la publicité» [Ришбуа В. «Метавселенная сулит революцию в рекламе»] // Le Monde. 10 juillet 2022).

16

«Убойное приложение», или «приложение-убийца» (от англ. killer app), – программное обеспечение, представляющее для пользователя такой интерес, что ради него приобретается технологическое устройство нового поколения. Термин часто используется в сфере компьютерных игр.

17

«Подрывные инновации» – термин, обозначающий инновации, изменяющие систему ценностей на рынке.

18

В цифровых технологиях термин промпт (от англ. prompt – побуждать, подсказывать) обозначает набор данных, которые вводит пользователь, общаясь с искусственным интеллектом. Иначе говоря – запрос, от содержания которого зависит релевантность ответа системы.

19

Американская научно-исследовательская организация, разработчик решений в области искусственного интеллекта, в том числе ChatGPT.

20

Имеется в виду построение метавселенных, наделенных, в частности, виртуальным ландшафтом. Часто встречается в монетизируемых онлайн-играх.

21

Железные люди (англ.).

22

Bourdieu P. «Les modes de domination» [Бурдье П. «Способы господства»] // Actes de la recherche en sciences sociales. 1976. № 2-3. P. 127.