Загадка графа Сторна

– Я так и поняла, – снова улыбнулась девушка. – Если вы не знаете таких очевидных вещей. Мужчины будут наряжаться? Блистают только дамы.

– Э-э… – Наташа никак не могла понять, зачем весь этот разговор по теме, которую она никогда не любила – о нарядах. – Не стоит так обобщать, всё-таки. К тому же, вы не совсем справедливы.

– У вас на родине полагают иначе?

– У меня на родине есть специальные люди-ученые, которые занимаются изучением разных животных. Почитать их исследования бывает интересно. Так вот, самцам птиц как раз и бывает важно привлечь внимание самок, что они и делают своим опереньем – чем оно наряднее и пышнее, тем больше шансов. Что касается людей… никто просто так тоже не блистает. У всего есть цель.

Лицо виконтессы вытянулось.

– Я правильно поняла, вы сейчас сравнили глупых птиц и людей?

– Сравнила? Нет, конечно. Но поведенческие реакции у всех животных, а люди…

– Наташа, – зашипела сквозь зубы за спиной у нее Альда.

– То есть сравнили.

– Эм… – Кажется, Наташа сообразила, что излишне увлеклась. – Прошу прощения, просто… э-э-э… увлеклась…

– Полагаю, это вам простительно, – едко улыбнулась виконтесса. – Если у вас на родине люди не отличаются от животных, то отсутствие манер понять можно.

Альда быстро переводила взгляды с лица подруги на виконтессу и подруг виконтессы. Хотя какие тут подруги? Скорее свита, причём, состоящая из зависимых девушек. Но даже так те выглядели малость хмурыми. Наташа может и увлеклась объяснением, но точно не имела в виду ничего плохого, чтобы нарваться на такое вот прямое оскорбление на пустом месте. Неприятно слушать? У виконтессы была куча способов прервать разговор, ставший для неё в тягость, либо поменять тему. Она выбрала так.

Наташа молчала, о чем-то размышляя.

– Гордыня, – наконец проговорила она. – Виконтесса, мы обязательно с вами обсудим отличия поведения людей и павлинов в зависимости от роскоши оперенья, но позже. К сожалению, сейчас не могу уделить вам время.

Она резкого развернулась и зашагала по дороге, перестав обращать внимания на виконтессу и её спутниц. Сама виконтесса буквально побелела, хотя непонятно от чего – ярости или растерянности. Видно, не привыкла, что ею настолько явно пренебрегают, а она только-только настроилась ещё повеселиться, это Альда заметила. В этом плане решение подруги она одобрила целиком и полностью. Спор в данном случае мог обернуться только ещё большим позором. Верно барон предупреждал: тягаться с местными ядовитыми гадинами в плевках яда – занятие бесперспективное в силу большего опыта последних. И Наташа сделала единственное, что у неё получалось лучше всего, ошарашила окружающих. Фигурально выражаясь любимыми ее словами – перевернула доску. Не бежала от разговора, просто отложила его.

Альда заторопилась следом за пылающей гневом подругой. Та же слегка замедлилась, позволив себя догнать. Альда заметила, что Наташа чуть прикрыла глаза и что-то бормочет под нос.

– Наверное, мои мысли по орнитологии были не к месту, – наконец спокойно заметила Наташа.

– По чему?

– Орнитологии. Наука моего мира, которая изучает птиц.

– А зачем их изучать? – удивилась Альда.

Наташа хмыкнула. Судя по всему, хорошее настроение к ней медленно возвращалось.

– Понятия не имею. Но если ученые мужи их изучают, значит это зачем-то нужно. Между прочим, неплохие деньги из бюджета получают на свои исследования. А вот я что-то расслабилась. Мне ведь показалось, что она искренне заинтересовалась моим мнением. Дура.

– А откуда ты знаешь об этих исследованиях ваших учёных?

– О! Какой только фигни не начитаешься в интернете, пока готовишь доклад по биологии в школе. Я тебе потом объясню, что такое интернет. Жаль с нами нет посла Орилия, он бы тут пригодился.

Альда мысленно согласилась. Господин Орилий легко смог бы разрешить ситуацию. Или вообще не дал бы ей возникнуть.

– Могла бы попросить помощи, – не очень уверенно отозвалась Альда. – Уха коснуться надо, да?

– Не знаю, кто там придёт на помощь, – пожала плечами Наташа, – но я их не знаю. И не знаю о возможной цене, которую придётся заплатить за помощь. И я вовсе не о деньгах. Сами справились.

Дарк Вром одобрительно кивнул.

– И правильно. В империи не стоит принимать помощь, если можешь справиться сама. Дело тут, конечно, не в цене. Просто за нами наблюдают и оценивают. Сами справились – один вывод про нас, обратились за помощью – совсем другой. Соответственно и отношение поменяется. А посол не может появиться раньше императора.

– Я и говорю про цену не в деньгах. А так… этикет всё портит.

– Точно, – согласилась Альда. – Зачем ты вообще заговорила про этих дархов и их поведение?

Наташа на миг задумалась.

– Растерялась, наверное, – честно призналась она. – Задали вопрос, я машинально стала отвечать. Дурная привычка.

– Точно, – теперь согласился и Дарк. – Отвыкай. Тем более в империи.

Наташа помрачнела.

– Я сейчас себя такой дурой чувствую, вспоминая, что маленькой хотела быть принцессой.

– Быть маленькой принцессой здорово, – глубокомысленно согласилась Альда. – Одна беда – принцесса очень быстро становится взрослой, и сказка заканчивается.

– Я не понимаю смысл вот этого нашего дефилирования тут! – скрывая раздражение, заявила Наташа, заметив, что они тут, как модели на подиуме – идут по тропинкам, а все из беседок на них смотрят. Оценивают наряды, походку, поведение, делают какие-то свои выводы.

– Ты недалека от истины, – поежилась Альда. – Жуть. Скорее бы император пришёл… О! А вот и он. – Девочка поспешно склонилась в реверансе.

Наташа резко обернулась, лихорадочно вспоминая весь вылетевший из головы этикет, который вдалбливала ей на корабле Альда. Потом вспоминала слова барона о приветствии в соответствии с её родным миром и несколько неуклюже склонила голову, шагнула навстречу подходившему по тропинке мужчине в окружении небольшой свиты. За спиной у него, кстати, находился и барон Лоран Раскин. Он ободряюще улыбнулся и скрылся за спиной повелителя.

Как ни странно, но это помогло Наташе взять себя в руки. Уже более уверенно она сделала ещё один шаг навстречу, протягивая руку.

Вживую император производил более сильное впечатление, чем по связи. Сейчас ощущение власти буквально заставляло склонять голову. Наташа с трудом держалась, чтобы по примеру Альды не присесть в реверансе – сразу и этикет вспомнился. Почему-то ей показалось, что император её проверяет. И если она сдастся, то… непонятно, что будет тогда, но ясно, что к ней потеряют любое уважение.

– Интересный способ приветствовать у вас на родине, госпожа Наташа, – усмехнулся император, не делая даже попытки движения в её сторону. – Барон Лоран говорил, что когда протягивают руку для рукопожатия, то показывают, что не держат оружия, и что пришли с миром.

– Ответное пожатие показывает, что гостя принимают и тоже не таят зла.

– Но дамы всегда подают руку первыми?

– Это привилегия…

– И проклятье, – кивнул каким-то своим мыслям император. – Ты ведь говорила, что если протянешь руку для рукопожатия, а не для поцелуя, то это будет оскорбление мне? Я правильно понял.

– Нет, ваше величество. Точнее я не совсем верно объяснила барону. Первым протягивает руку старший по положению, показывая, что принимает гостя. Если же женщина протянет руку для рукопожатия, то, раз она всегда подает её первой, сделает заявку на равное положение с тем, с кем здоровается. Так протянуть руку я могу другу, мужчине, с которым вместе работаю, например, но никогда начальнику. И чем выше он положение занимает, тем менее такое допустимо.

– Интересно… мы потом с тобой обсудим нормы поведения в твоем родном мире. Имперский этикет, откровенно говоря, давно пора упростить. – Император наконец шагнул к ней и склонился к руке, изобразив осторожный поцелуй и выпрямился, с насмешкой поглядев куда-то в сторону одной из беседок. Чуть наклонился, чтобы его голова как раз оказалась вровень с головой Наташи и прошептал так, чтобы слышала только она:

– Готов спорить, что сейчас почти все приглашенные девушки согласны променять последние золотые, лишь бы оказаться на твоем месте, ибо император ни перед кем и никогда не склоняет голову даже из вежливости. И уж тем более никому не целует рук. А пока наслаждайтесь отдыхом, госпожа Призванная. – И император, не скрывая усмешки, зашагал дальше, оставив растерянную девочку хлопать глазами.

– Что? Что он сказал? – запрыгала от нетерпения Альда вокруг подруги.

Наташа наградила её сердитым взглядом.

– Что, что… сказал, что вляпались мы… точнее я.

– В смысле?

– В том смысле, что половина… хотя нет, все девушки, что видели нашу встречу с императором, теперь мечтают вырвать мне волосы.

– О… Ха. Не переживай, у тебя парик, – хохотнула Альда.

– Ты не представляешь, какой величины камень сняла с моей души! Что нам вообще делать? В беседку или гуляем на всеобщем обозрении? Чувствую себя обезьяной в зоопарке.

– Если идём в беседку – присоединяемся к какой-то компании. Уверена, что сможешь говорить?

– Я домой хочу, – убито заявила Наташа Дарку. – Я, конечно, понимала, что императорский бал – тот ещё «праздник», но даже не догадывалась до какой степени.

– Наташа, вспомни, что говорил Лоран Раскин – тебе простят всё, кроме убийства императора, – хмыкнул Дарк.

– Предлагаешь убить всех гостей? – оживилась Наташа.

– Только без фанатизма!

Наташа рассмеялась.

Вопреки её опасениям, время до официального начала бала прошло без эксцессов. Честно говоря, она так и не поняла, зачем эта прелюдия вообще нужна. Судя по тем разговорам, которые ей поневоле пришлось услышать, предстоящий бал довольно активно обсуждался с упоминанием массы имен, которые девочке ничего не говорили. Кто-то там провинился, кто-то отличился, кто-то что-то не так сделал. Когда их группа подходила к очередной беседке, разговоры смолкали. Их дежурно спрашивали о дороге в империю и здоровье, они дежурно отвечали, после чего шли дальше.

Судя по одобрительным взглядам некоторых старых матрон, это было самым правильным поведением с их стороны. Они успели пройтись по всему саду, поздороваться со всеми встречными и обменяться с ними дежурными фразами. Как говорится, себя показали, на других посмотрели.

Вынырнувший из-за какого-то декоративного деревца барон Лоран Раскин подтвердил её мнение.

– Вы молодцы, – кивнул он. – Всё правильно сделали.

Наташа неодобрительно промолчала. По её мнению, барон мог бы им и подсказать что делать. Сам барон, судя по всему, это неодобрение уловил и задорно усмехнулся, вернувшись в образ этакого весельчака-мажора.

Очередная проверка? Да задолбало всё!

Барон заулыбался ещё лучезарнее.

Бесит, когда кто-то так легко читает настроение. Чувствуешь, себя словно под рентгеном. Опасный этот барон тип. Очень опасный. Барон, судя по всему, это тоже считал и улыбаться перестал. Покосился на Наташу.

– Не переживайте, госпожа Наташа. Считайте это моим доверием к вашему уму. Если бы я подсказал, то придворные сразу бы поняли это. Поверьте, они такие тонкости уловят вмиг. А так вы в их глазах заработали маленькие плюсики. Они вам пригодятся. А сейчас идёмте, скоро начнется бал. Поскольку он организован в вашу честь, то вам надлежит быть рядом с императором, ваши сопровождающие будут недалеко, не переживайте о них.

С Альдой Наташа чувствовала себя увереннее, но также понимала, что тут ничего поделать нельзя. Потому только вздохнула, беспомощно покосилась на подругу с телохранителем и зашагала следом за бароном, краем глаза заметив, как к её друзьям подошёл какой-то человек в парадной форме и пригласил их за собой.

Барон провёл её какой-то неприметной тропинкой к небольшой двери в стене дворца, скрытой за плющом. Они прошли по коридору и вдруг оказались в просторном зале, где уже стоял император и общался с какой-то женщиной. Судя по короне на её голове – императрица. Недалеко от них о чём-то оживлённо спорили трое детей, старшему из которых было лет двенадцать, младшей девочке лет десять. Средний брат стоял между ними, похоже пытаясь предотвратить драку. Император иногда поглядывал в их сторону и чему-то улыбался. Кажется, ссора детей его скорее забавляла, чем волновала. Точнее не сама ссора, а её причина.

На звук шагов он повернулся и кивнул, приглашая Наташу подойти. Барон поклонился, слегка попятился и, развернувшись, исчез. Судя по всему, всё это обговаривалось им и императором заранее. Тут, похоже, вообще никого, кроме императорской семьи, не было.

Императрица смотрела с интересом и улыбкой. Дети, перестав спорить, дружно повернули голову в сторону гостьи.

– Наташа, – император кивнул. – Пока мы одни, позволь без политесов. Я специально попросил барона пригласить тебя сейчас. Хочу поговорить не как император, а как муж и отец. – Император кивнул жене и с улыбкой глянул на детей. – Награда наградой, но хотел поблагодарить тебя просто как человек… – Император помолчал. – Жалко Жордеса. Ты тогда была совершенно права. Не годился он для такого поручения. Слишком прямолинеен. Ты же, когда нашла убийцу, помогла раскрыть очень серьёзный заговор. И он был подготовлен намного лучше, чем восемнадцать лет назад. Ты спасла не только меня, но и мою семью.

Наташа заметила, как при этих словах старший мальчик нахмурился и сердито глянул на отца. Сестра пихнула его локтем, а средний как-то печально вздохнул и снова втиснулся между старшим братом и младшей сестрой. Кажется, причина ссоры брата с сестрой именно она. Император снова улыбнулся.

– Позволь представить тебе мою семью. Моя жена – Эриана. – Женщина чуть склонила голову. Наташа поклонилась намного глубже, вызвав одобрительную улыбку императрицы. Формально, раз все без чинов, она не обязана была так кланяться, как объясняла ей правила Альда, но шея у неё не обломится, а окружающим приятно. – Мой наследник – Арест.

Старший мальчишка надулся, но, чётко следуя этикету, кивнул, никак не выразив недовольства. Наташа поклонилась и ему.

– Второй сын Дориан. Самый рассудительный из них.

В ответ на реплику отца Арест надулся ещё сильнее, а второй мальчишка никак не выразил своего отношения к похвале. Вежливо шагнул вперёд, поклонился, отступил, замер.

– И самая младшая и единственная дочь – Леора. Твоя страстная поклонница, – неожиданно хмыкнул император.

– Что? – растерялась Наташа и тут же заметила восхищённый взгляд девочки, направленный на неё.

– Ты доказала, что девочки тоже что-то стоят, – тихонька просветила императрица Наташу. – Теперь у них с Арестом вечный спор на тему того, что девочки могут не только вышивать.

– О… – Больше ничего не успела сказать. Леора хоть и с соблюдением этикета, но с максимально дозволенной им скоростью приблизилась и присела в реверансе.

– Госпожа Наташа, а правда, что у вас на родине девочки могут чем угодно заниматься? – выпалила вопрос принцесса и замерла в ожидании ответа.

– Э-э… – Наташа покосилась на императора, на императрицу, но те не спешили на помощь, только улыбались. – В пределах здравого смысла, – осторожно ответила девочка.

– Это как? – растерялась Леора.

– Ну-у… конечно, чисто теоретически, у нас девочки могут заняться любым делом, ограничений нет. Вот только много ли будет пользы, если кто-то захочет пойти, допустим в грузчики.

– Грузчиком не интересно, – махнула рукой Леора. – Я про другое. Могут ли у вас заниматься наукой? Или иметь свой магазин?

– И даже завод… э-э-э… мануфактуру…

– Ух ты!

– Леора, – оборвал император энтузиазм дочери. – Всему своё время. Полагаю, у тебя ещё будет возможность задать вопросы нашей гостье.

Девочка недовольно нахмурилась, потом победно глянула на старшего брата и отошла.

– Это правда? – поинтересовалась императрица? По поводу того, что у вас женщины могут владеть мануфактурным производством?

Наташа пожала плечами.

– Бывает такое. Не скажу, что часто – к этому всё-таки особый склад характера нужен. А так да. И владеют, и управляют, что не одно и то же.

– Как это?

– Ну одно дело, если, допустим, завод достался по наследству. Муж умер, например. Технически, предприятием будет владеть жена, как наследница. А практически всем заправляют управляющие, а она получает свою долю. Другое, если женщина не владеет мануфактурой, а работает на ней управляющей. То есть непосредственно руководит ею.

Император покачал головой. Видно, что тема его не очень заинтересовала, он постоянно поглядывал на часы в углу зала. Вот он кивнул.

– Пора, госпожа Наташа. Сейчас откроются вон те двери, и мы войдём в зал, где ожидают гости. Порядок такой: я иду с женой, а ты с другой стороны от меня, как почётный гость. Рядом с тобой идёт Арест, как мой наследник. За нами Дориан и Леора. Ничего сложного.

Наташа нервно кивнула. Дождалась, когда император возьмёт под руку жену и пристроилась с другого бока от него. Рядом встал Арест.

– Ты ведь соврала? – скосив взгляд, прошептал он.

– Врать нехорошо, – таким же шёпотом отозвалась Наташа, с трудом удерживаясь от смеха. – Папа учил меня не врать.

В этот момент двери перед ними распахнулись.

– Его величество император Арвийской империи Юлиус Первый! Императрица Эриана! Гостья империи призванная Наташа Астахова!

Силён мужик! Всё на одном дыхании.

Император тем временем сделал первый шаг вместе с женой. Наташа чуть замешкалась, поймала на себе насмешливый взгляд принца, явно ожидавшего её. Ну да, снова вспомнились разговоры с Альдой. Кого объявили – тот и выходит.

– Наследник престола его высочество Арест!

Мальчишка быстро догнал Наташу и пристроился рядом, выйдя за дверь лишь чуть позже её. Похоже, тут всё имело значение, даже время пересечения порога.

– Его высочество Дориан! Её высочество Леора!

Семья императора Арвийской империи и почётная гостья Наталья Астахова вошли в зал и медленно зашагали к ожидавшему их церемониймейстеру с огромным посохом в руках. Сейчас он стоял перед тронами и ожидал приближения правящей семьи. Стоило им приблизиться, как церемониймейстер поднял посох и с силой ударил в пол. Потом второй раз… Третий… После третьего удара величаво отошёл в сторону, уступая место императору.