Вечное ожидание папы, старый Чоно

– Обалдеть! Старый басмач в «войнушку» играет?! – он оглянулся на Александра. А врач многозначно кивал, они пошли к месту схватки.

Охранники были разных национальностей, а Токтобеку, казалось, его окружают «моджахеды». Он собрался в них «стрелять», но что-то проблеснуло у него на лице. Токтобек заморгал, с удивлением взглянул на прижатую лопату, изготовленную для стрельбы из ствольного оружия. Он бросил взгляд на охранников, снова на свою прижатую к плечу подборочную лопату. Токтобек поднялся на ноги, опустил воображаемое оружие. Заметивший его замешательство Хабу с грозным рыком замахнулся резиновой дубинкой на Токтобека сбоку. Направленный в спину, удар прошёл вскользь, задел лишь одежду на плече, Токтобек смог уклониться. Пропустив мимо себя резиновую палку, он деревянным черенком лопаты без размаха, коротко шлёпнул Хабу в голову. От неожиданного удара у Хабу поскользнулись ноги, он снова грохнулся на землю. В следующее мгновение стоящий спереди молодой охранник, недавно убегавший от его тележки, взмахнул дубинкой сверху вниз. Так как черенок лопаты был наготове, Токтобек встречным движением отклонил в сторону летящую дубинку. Она прошла мимо, а Токтобек двинул черенком по руке нападающего. Резиновое оружие мгновенно выпало, Токтобек толкнул охранника ногой, отчего тот, потеряв равновесие, грохнулся рядом с Хабу. Его место заняли другие надсмотрщики, держа наготове резиновые дубинки.

Павел громко крикнул:

– Ну хватит, парни!

Поднявшиеся молодой охранник и Хабу остановились тяжело дыша. Токтобек продолжал стоять в защитной позе, быстро вытер лицо рукавом и размазал по лицу свежую кровь. Павел подошёл к нему и упёрся в него взглядом.

– Ты, старый, будешь работать или в супермена играть, хочешь умереть?!

Токтобек заговорил, оглядываясь по сторонам, но уже более внятно:

– Кто вы такие, как я у вас здесь?! А я кто?!

– О-о, нормально заговорил, ты сам не знаешь, кто ты, нам откуда знать?! А кто мы?! Мы те, кто тебе дадим работу, еду и жильё! Вот смотри, они работают, потому что хотят жить! – Павел показал на рабочих. До этого замершие в ожидании трудяги продолжили свою работу. Токтобек слушал с притупленным взглядом, криво улыбнулся одну сторону и тихо произнёс:

– Я вообще не понимаю, кто вы и кто я?

– Зато я знаю, кто ты сейчас, ты, рабочий номер шестьдесят семь, понимаешь меня?

У Токтобека отрешённый взгляд исчез, теперь он учащённо моргал и осознанно оглянулся вокруг. Его терзали догадки и сомнения. Павел смотрел на него сверху и спокойно продолжал:

– Поверь, дружище, я не хочу, чтобы тебя били, – он по приятельски положил ладонь на плечо Токтобека, – мы с тобой почти ровесники, чтобы выжить, ты просто будь послушным, начни потихоньку работать, и ты пойдёшь в горячий душ, тебя будут кормить три раз в день. Идёт?

Павел обратился к охранникам:

– Отведите его в душ, дайте ему сменное бельё и покормите, – похлопал Токтобека по плечу, – через полтора часа приведите его ко мне.

Он медленно и требовательно взял из рук Токтобека лопату и передал одному из надзирателей.

– Сперва в санчасть, пусть раны ему обработают, – уверенно добавил Александр.

Токтобек послушно пошёл за охранниками.

Когда те отошли, Павел закурил и обратился к Александру:

– Как бывший военный, я скажу, что этот азиат тоже участник военных действий, ты видел он лопату, как автомат схватил.

– А я, как врач, скажу, что ему не нужны вот эти экстремальные ситуации, ты видел, как у него взгляд оживился? – Александр уставился на Павла.

– Да, я на это обратил внимание, он стал нормально говорить, не как пьяный.

– Если его ещё пару раз ударят по голове, у него может память восстановиться?

– Я с тобой согласен, не зря я отправил его купаться, – одобрительно кивнул Павел.

– Чем ты решил занять его? – не унимался Александр, – нам отчёт Васильевичу отправлять завтра.

– Скажу как есть, предложу им сделать из него надсмотрщика, – ответил Павел.

– Логично, но ты уверен, что этот старый будет работать?

– Он бывший военный, любит и умеет командовать, дадим ему мнимую свободу, над ним не будут стоять наши охранники, а рабочие уже побаиваются его и будут слушаться! – Павел уставился на Александра.

– А что если память вернётся, это не исключено ведь, – упорствовал Александр.

– Будем наблюдать за ним, у нас камеры везде.

Подпольный промысел в таёжном зимнем лесу не останавливался ни на минуту. Таёжный ветерок носил мелкий снежок между ветхими строениями неизвестного посёлка.

Примечания