Армения глазами русских литераторов

Казаки разбудили меня на заре. Первою моею мыслию было: не лежу ли я в лихорадке. Но почувствовал, что, слава богу, бодр, здоров; не было следа не только болезни, но и усталости. Я вышел из палатки на свежий утренний воздух. Солнце всходило. На ясном небе белела снеговая, двуглавая гора. «Что за гора?» – спросил я, потягиваясь, и услышал в ответ: «Это Арарат»[3]. Как сильно действие звуков! Жадно глядел я на библейскую гору, видел ковчег, причаливший к её вершине с надеждой обновления и жизни – и врана и голубицу излетающих, символы казни и примирения…

Лошадь моя была готова. Я поехал с проводником. Утро было прекрасное. Солнце сияло. Мы ехали по широкому лугу, по густой зелёной траве, орошённой росою и каплями вчерашнего дождя. Перед нами блистала речка, через которую должны мы были переправиться. «Вот и Арпачай», – сказал мне казак. Арпачай! наша граница! Это стоило Арарата.

Я поскакал к реке с чувством неизъяснимым. Граница имела для меня что-то таинственное; с детских лет путешествия были моею любимою мечтою. Долго вёл я потом жизнь кочующую, скитаясь то по югу, то по северу, и никогда ещё не вырывался из пределов необъятной России. Я весело въехал в заветную реку, и добрый конь вынес меня на турецкий берег. Но этот берег был уже завоёван: я всё ещё находился в России…

Абамелек-Лазарев, Давид Семёнович (1774–1833) – граф, генерал-майор, герой Отечественной войны 1812 г., из знаменитой семьи известных армянских промышленников Лазаревых, ставших одной из самых богатых семей в России; в 1774 г. Лазаревы получили русское дворянское звание, а в 1807 г. основали первую в Москве типографию.

Арпачай – ныне Ахурян, левый приток реки Аракс.

Лазаревский институт – в 1815 г. Лазаревы открыли училище, преобразованное в 1827 г. в Лазаревский институт восточных языков, на основе которого в начале XX в. был создан Московский институт востоковедения.

Эмин, Мкртич (Никита Осипович) (1815–1890) – историк-арменист, переводчик ряда средневековых историков на русский язык.

2.3. Найдите в тексте словесные образы, в основе которых лежит сопоставление прямого и переносного значений слов.

2.4. Составьте предложения по содержанию текстов, употребляя следующие сочетания:

свежие равнины; крутая дорога; иметь странные предчувствия; библейская гора; поручить себя провидению; демон нетерпения; промочить до последней нитки.

2.5. Какие чувства вызывает у автора суровая природа Армении? Сравните описания природы Армении у Грибоедова и Пушкина.

2.6. Прочитайте с выражением отрывок о том, как Пушкин встретил повозку с телом Грибоедова. Раскройте смысл фразы: «Мы ленивы и нелюбопытны».

2.7. Составьте рассказ по картине Мартироса Сарьяна «Встреча Пушкина с повозкой, везущей тело Грибоедова» (http://artcyclopedia.ru/1936-37_vstrecha_pushkina_s_povozkoj_vezushej_telo_griboedova_harkov-saryan_martiros_sergeevich.htm). Используйте в своём сообщении фразы из текста.

2.8. Составьте словесный портрет поэта в момент описываемых событий.

2.9. Разбейте текст на смысловые части и озаглавьте их.

2.10. Посмотрите фрагмент «Библейская гора» из видеофильма «Армения – земля Ноя» (http://goo.gl/6zms3; 09:20–09:45). На основе увиденного прокомментируйте следующее высказывание из текста: «Как сильно действие звуков! Жадно глядел я на библейскую гору, видел ковчег, причаливший к её вершине с надеждой обновления и жизни – и врана и голубицу излетающих, символы казни и примирения».

2.11. Составьте 3–4‑минутный пересказ текста.

2.12. Продолжим читать отрывки из записок Пушкина «Путешествие в Арзрум».

ливмя лить – лить очень сильно, долго, не переставая

…Мы въехали в Карс. Подъезжая к воротам стены, услышал я русский барабан: били зо́рю. Часовой принял от меня билет и отправился к коменданту. Я стоял под дождём около получаса. Наконец меня пропустили. Я велел проводнику вести меня прямо в бани. Мы поехали по кривым и крутым улицам; лошади скользили по дурной турецкой мостовой. Мы остановились у одного дома, довольно плохой наружности. Это были бани. Турок слез с лошади и стал стучаться у дверей. Никто не отвечал. Дождь ливмя лил на меня. Наконец из ближнего дома вышел молодой армянин и, переговоря с моим турком, позвал меня к себе, изъясняясь на довольно чистом русском языке. Он повёл меня по узкой лестнице во второе жильё своего дома. В комнате, убранной низкими диванами и ветхими коврами, сидела старуха, его мать. Она подошла ко мне и поцеловала мне руку. Сын велел ей разложить огонь и приготовить мне ужин. Я разделся и сел перед огнём. Вошёл меньший брат хозяина, мальчик лет семнадцати. Оба брата бывали в Тифлисе и живали в нём по нескольку месяцев. Они сказали мне, что войска наши выступили накануне и что лагерь наш находится в 25 верстах от Карса. Я успокоился совершенно. Скоро старуха приготовила мне баранину с луком, которая показалась мне верхом поваренного искусства. Мы все легли спать в одной комнате; я разлёгся противу угасающего камина и заснул в приятной надежде увидеть на другой день лагерь графа Паскевича.

чичерон – устар. проводник, дающий объяснения при осмотре достопримечательностей, музеев

цитадель – сильно укреплённое сооружение внутри крепостной ограды, приспособленное к самостоятельной обороне

предписание – здесь: официальное распоряжение, бумага с таким распоряжением

Поутру пошёл я осматривать город. Младший из моих хозяев взялся быть моим чичероном. Осматривая укрепления и цитадель, выстроенную на неприступной скале, я не понимал, каким образом мы могли овладеть Карсом. Мой армянин толковал мне как умел военные действия, коим сам он был свидетелем. Заметя в нём охоту к войне, я предложил ему ехать со мною в армию. Он тотчас согласился. Я послал за его лошадьми. Он явился вместе с офицером, который потребовал от меня письменного предписания. Судя по азиатским чертам его лица, не почёл я за нужное рыться в моих бумагах и вынул из кармана первый попавшийся мне листок. Офицер, важно его рассмотрев, тотчас велел привести его благородию лошадей по предписанию и возвратил мне мою бумагу: это было послание к калмычке, намаранное мною на одной из кавказских станций. Через полчаса выехал я из Карса, и Артемий (так назывался мой армянин) уже скакал подле меня на турецком жеребце с гибким куртинским дротиком в руке, с кинжалом за поясом, и бредя о турках и сражениях.

…24 июня утром пошли мы к Гассан Кале, древней крепости… Она была в 15 верстах от места нашего ночлега. Длинные переходы утомили меня. Я надеялся отдохнуть; но вышло иначе.

Перед выступлением конницы явились в наш лагерь армяне, живущие в горах, требуя защиты от турков, которые три дня тому назад отогнали их скот. Полковник Анреп, хорошо не разобрав, чего они хотели, вообразил, что турецкий отряд находился в горах, и с одним эскадроном Уланского полка поскакал в сторону, дав знать Раевскому, что 3000 турков находятся в горах. Раевский отправился вслед за ним, дабы подкрепить его в случае опасности. Я почитал себя прикомандированным к Нижегородскому полку и с великою досадою поскакал на освобождение армян. Проехав вёрст 20, въехали мы в деревню и увидели несколько отставших уланов, которые спешась, с обнаженными саблями, преследовали несколько кур. Здесь один из поселян растолковал Раевскому, что дело шло о 3000 волах, три дня назад отогнанных турками и которых весьма легко будет догнать дня через два. Раевский приказал уланам прекратить преследование кур и послал полковнику Анрепу повеление воротиться. Мы поехали обратно и, выбравшись из гор, прибыли под Гассан-Кале. Но таким образом дали мы 40 вёрст крюку, дабы спасти жизнь нескольким армянским курицам, что вовсе не казалось мне забавным.

улан – в дореволюционной русской и некоторых иностранных армиях: солдат или офицер лёгкой конницы

кровля – крыша

…Полки наши пошли в Арзрум, и 27 июня в годовщину полтавского сражения в шесть часов вечера русское знамя развилось над арзрумской цитаделью.

Раевский поехал в город – я отправился с ним; мы въехали в город, представлявший удивительную картину. Турки с плоских кровель своих угрюмо смотрели на нас. Армяне шумно толпились в тесных улицах. Их мальчишки бежали перед нашими лошадьми, крестясь и повторяя: Християн! Християн!.. Мы подъехали к крепости, куда входила наша артиллерия; с крайним изумлением встретил я тут моего Артемия, уже разъезжающего по городу, несмотря на строгое предписание никому из лагеря не отлучаться без особенного позволения…

Раевский, Николай Николаевич (младший) (1801–1843) – участник Отечественной войны 1812 г.; во время Русско-турецкой войны 1828–1829 гг. командовал кавалерийской бригадой в действующей армии.

Анреп, Роман Романович (ум. 1830) – командир уланского полка во время Русско-турецкой войны 1828–1829 гг.

2.13. Подберите эквиваленты к выделенным словам:

изъясняться на чистом русском языке; ветхий ковёр; казаться верхом поваренного искусства; рыться в бумагах; толковать военные действия.

2.14. Найдите в тексте слова и выражения, которые указывают на авторское отношение к сообщаемым фактам и описываемым событиям.

2.15. Составьте предложения по содержанию текста со следующими сочетаниями:

письменное предписание; послание к калмычке; бредить о сражениях; дать 40 вёрст крюку.

2.16. На материале текста покажите, что замыслом Пушкина при написании «Путешествия в Арзрум» было не восхваление русских войск на Кавказе, а описание его путевых впечатлений.

2.17. Расскажите об армянской семье, с которой автор встретился в Карсе. Как вы представляете себе молодого армянина Артемия?

2.18. Опишите следующие ситуации по тексту: «Осмотр Карса вместе с молодым армянином Артемием», «Преследование уланами кур».

2.19. Составьте устный пересказ текста из 200–250 слов.

2.20. Прочитав тексты данной главы, найдите правильное завершение для каждого из предложений.

1. Появление «Путешествия в Арзрум» пресса и критика встретили…

[а] восторженно.

[б] настороженно.

[в] прохладно.

2. Равнины Армении напомнили автору…

[а] райские сады.

[б] цветущую пустыню.

[в] безжизненный край.

3. При виде горы Арарат поэт представляет…

[а] ковчег.

[б] библейские времена.

[в] врана и голубя.

4. Путешествия для поэта с детства были…

[а] приятным времяпрепровождением.

[б] любимой мечтой.

[в] заветным желанием.

5. В доме армянина в Карсе Пушкин с удовольствием отведал…

[а] баранину с луком.

[б] мясо в виноградных листьях.

[в] плов.

6. Вместо письменного предписания поэт показал офицеру…

[а] свидетельство о звании камер-юнкера.

[б] послание к калмычке.

[в] письмо к другу.

7. Мальчишки, встречавшие русские войска, бежали перед лошадьми и кричали:

[а] Христиане! Христиане!

[б] Ура! Ура!

[в] Добро пожаловать!

2.21. С какими произведениями Пушкина вы знакомы? Какие из них вам особенно понравились?

2.22. Советуем вам прочитать повести Пушкина «Капитанская дочка», «Повести Белкина», «Пиковая дама», роман в стихах «Евгений Онегин», поэмы «Руслан и Людмила», «Бахчисарайский фонтан», «Кавказский пленник», драму «Борис Годунов».

2.23. Познакомьтесь с книгами Ю. Н. Тынянова «Кюхля» и «Пушкин», Ю. М. Лотмана «Александр Сергеевич Пушкин. Биография», Б. В. Бурсова «Судьба Пушкина».

2.24. Подготовьте доклад о жизни и творчестве Пушкина.

2.25. Составьте сообщение на тему «Путешествие Пушкина в Арзрум».

Глава 3

«Поэзия Армении»

в творчестве Валерия Брюсова

Армения! Твой древний голос –Как свежий ветер в летний зной!

…В изучении Армении я нашёл неиссякаемый

источник высших, духовных радостей.

В.Я. Брюсов

Валерий Яковлевич Брюсов (1873–1924) – русский поэт, основоположник русского символизма (сборники «Шедевры», 1895; «Это – Я», 1897; «Третья стража», 1900; «Городу и миру», 1903 и др.). Помимо поэзии, Брюсов много занимался критической и переводческой деятельностью, его перу принадлежит целый ряд пьес и прозаических произведений (сборник рассказов «Земная ось», роман «Огненный ангел»).

3.1. Прочитайте текст и ответьте на вопросы.

Деятельность Брюсова по изучению и пропаганде армянской культуры исключительно многогранна и плодотворна. Его переводы открыли русскому читателю богатый мир армянской поэзии, имеющей более чем 1500‑летнюю историю. Перу Брюсова принадлежат историко-литературный очерк «Поэзия Армении и её единство на протяжении веков», обширная «Летопись исторических судеб армянского народа», ряд статей, цикл поэтических произведений об Армении. Кроме того, Брюсов неоднократно выступал в Москве, в других городах Закавказья с лекциями по армянской литературе и истории.

Начало взаимосвязей Брюсова с Арменией и её культурой восходит к июню 1915 г. Образованный в октябре 1914 г. Московский армянский комитет предпринял, по инициативе литератора Карена Микаэляна, издание сборника армянской поэзии на русском языке. Перед создателями сборника стояла чрезвычайно трудная задача – раскрыть огромное богатство многоковековой армянской поэзии, показать русскому читателю её самобытную прелесть, красоту и многообразие.

В том, что эта задача была предложена именно Брюсову, который никогда прежде армянской поэзией не занимался и, как он сам признавался, был знаком с нею «лишь по смутным и неопределённым слухам», нет ничего удивительного. Крупный поэт, прославленный мастер слова, многоопытный переводчик, литературовед, критик и историк, редкий эрудит и, наконец, человек исключительной трудоспособности и энергии – эти известные качества Брюсова как нельзя лучше отвечали задаче создать в короткий срок монументальную антологию армянской поэзии.

Однако, когда представители Московского армянского комитета явились к Брюсову с просьбой взять на себя редактирование сборника, он ответил решительным отказом. «С одной стороны, мне представлялось невозможным взять на себя редактировать книгу, относящуюся к той области знания, которая мне была едва знакома; с другой (сознаюсь в этом откровенно), – я не предвидел, чтобы подобная работа могла дать что-либо важное, что-либо ценное мне самому», – писал Брюсов. Лишь уступая настоятельным просьбам армянских литераторов, Брюсов дал предварительное согласие…

Приступив к работе над антологией без энтузиазма, но с присущей ему ответственностью и добросовестностью, Брюсов очень скоро почувствовал, что эта работа превратилась для него в «заветное, страстно любимое дело», которое заняло все его помыслы, которому он уже не мог не отдаться всей душой. Он начал с изучения армянского языка: с незнакомого языка он, как правило, не переводил. За короткое время – два-три месяца – он научился читать и писать по-армянски.

Понятно, что Брюсов овладел армянским языком не в такой степени, чтобы переводить стихи без подстрочника, тем более древние и средневековые. Но при обширной лингвистической эрудиции Брюсова и его удивительной способности воспринимать чужой язык приобретённых знаний было достаточно, чтобы он мог слушать армянскую речь, чувствовать её звучание, схватывать смысл, воспроизводить её. А недостатки в освоении языка, затруднявшие более глубокое проникновение в содержание и дух произведений, Брюсов стремился компенсировать обстоятельным изучением истории Армении, армянской литературы, а также творчества переводимого автора.

За полгода он прочёл, по его же словам, «целую библиотеку книг» на разных доступных ему языках. И это было не простое чтение, а настоящая, серьёзная исследовательская работа…

Одновременно с изучением армянского языка, литературы, истории и работой над переводами Брюсов вёл интенсивную переписку со многими русскими поэтами, приглашал их участвовать в сборнике, посылал им подстрочники произведений для перевода, убеждал, агитировал, давал советы. Он смог привлечь к участию в антологии виднейших поэтов России того времени. Среди них следует особо выделить Александра Блока, чьи переводы для сборника явились образцом высокого художественного мастерства, а также других выдающихся русских поэтов – Бальмонта, Иванова, Сологуба, Ходасевича, Бунина и др.

В августе 1916 г. сборник «Поэзия Армении» вышел в свет. В многочисленных отзывах читателей и критиков этот сборник расценивался как яркий праздник культуры двух народов. В 1923 г. на вечере, посвящённом памяти Брюсова, Ованес Туманян говорил: «Я не могу не выразить открыто своего бурного и искреннего восторга и благодарности нашим лучшим друзьям за мастерство и любовь, проявленные ими в этом прекрасном начинании… Сколько нужно искусства, умения, чтобы перевод передал не только своеобразную форму подлинника, но и его неповторимый аромат! Значение сборника „Поэзия Армении“ велико: он не только даёт возможность армянам продемонстрировать плоды своей творческой мысли перед другими народами, но и явится ценным изданием для русской литературы… Такие культурные предприятия – одно из общественно значимых средств взаимного сближения народов».

(По К. В. Айвазяну и Г. А. Татосяну)

1. Как возникла идея издать сборник русских переводов армянской поэзии?

2. Почему именно Брюсову предложили возглавить работу по созданию сборника? Какой была его первая реакция на предложение?

3. Каким образом Брюсов работал над сборником армянской поэзии? Кого из виднейших поэтов России он привлёк к этой работе?

4. Какие отзывы получил сборник «Поэзия Армении» со стороны российской и армянской общественности? Какое значение придавал этому сборнику Ованес Туманян? О чём он говорил на вечере, посвящённом памяти Брюсова?

3.2. Познакомьтесь с отрывками из предисловия Брюсова к антологии «Поэзия Армении». Прочитайте стихотворение Брюсова «К Армении» (1916).

…В изучении Армении я нашёл неиссякаемый источник высших, духовных радостей… как историк, как человек науки, я увидел в истории Армении – целый, самобытный мир, в котором тысячи интереснейших, сложнейших вопросов будили научное любопытство, а как поэт, как художник, я увидел в поэзии Армении – такой же самобытный мир красоты, новую, раньше неизвестную мне вселенную, в которой блистали и светились высокие создания подлинного художественного творчества.

самобытный – непохожий на других, своеобразный, отличающийся яркими индивидуальными чертами

…Есть у армян более высокое право на наше внимание и на внимание всего мира: та высокая культура, которую выработал армянский народ за долгие века своего самостоятельного существования, и та исключительно богатая литература, которая составляет драгоценный вклад Армении в общую сокровищницу человечества.

<…> Каждый век последнего тысячелетия, без исключения, имеет в армянской поэзии своих достойных представителей… Григорий Нарекский (X в.), Нерсес Благодатный (XII в.), Фрик (XIII–XIV вв.), Константин Ерзынкайский (XIV–XV вв.), Мкртич Нагаш (XV в.), Ованес Ерзынкайский (XIV–XV вв.), Григорий Ахтамарский (XVI в.), Наапет Кучак (XVI в.), Нагаш Ионатан (XVII в.), Саят-Нова (XVIII в.) и лучшие поэты современной Армении, – всё это имена, которые должны помнить и чтить все, кому дорога поэзия, наравне с именами любимых лириков других народов…

чтить – проявлять глубокое уважение, почтение

<…> Но в то же время армянская поэзия, взятая в её целом, представляет другой, также выдающийся, интерес: исторический. Поэзия всегда – верное зеркало народной души; поэт, даже думая, что воспевает свои личные скромные радости, свои личные маленькие скорби, бессознательно, неприметно для самого себя всегда думает о великих торжествах или о великих печалях всей своей родины; в созданиях художников всегда воплощены переживания родного народа. И многообразная история Армении, сплетённая за двадцать пять столетий с судьбами всех народов нашего мира, ассиро-вавилонян, древнеперсов, греков, римлян, парфов, византийцев, новоперсов, арабов, монголов, турок-сельджуков и турок-османов, народов новой Европы, русских, отчасти также с судьбами Индии, Китая, Африки, Америки, – эта история живыми отголосками, далёким эхом живёт в армянской поэзии. Народы, давно сошедшие с мировой сцены, оставили следы в народной душе Армении, и эти следы таинственно оживают в стихах армянских поэтов. Прислушиваясь, мы слышим в средневековой армянской лирике отзвуки седой, нам еле ведомой старины… А в созданиях новоармянской поэзии оживает перед нами жизнь современной Армении, тоже малоизвестная нам жизнь целого народа, своеобразная, красочная, также связанная незримыми нитями с отдалённейшими веками.

Сноски