Моя. Чужая. Истинная

Глава 5

Я оцепенела, чувствуя, как по конечностям расползся первобытный страх. Время, казалось, замедлилось, расщепляясь на мелкие частицы пыли, поднявшиеся из-за громкого хлопка и кружившие вокруг хаотичным потоком.

Марта резким броском отползла к кровати, забившись в угол между деревянными ножками и хлипкой стеной. А вот Айвен был спокоен и ленив, словно охотник, дождавшийся свою добычу.

А затем чья-то рука отодвинула полог. Альфа Райдзен вошел неспешно, даже не глядя по сторонам. Всё его внимание принадлежало другому волколаку. Айвену.

– Так-так-так, – мужская усмешка даже со стороны показалась мне слишком наглой. – Удачно мы зашли.

Впрочем, он никогда не отличался страхом, даже перед моим отцом не лебезил, как другие. Несмотря на мою к нему неприязнь, это было достойно уважения. Поговаривают, что его предком был архей, оттого и сильна в нем несгибаемая воля, железный характер и непомерные амбиции. Качества, привлекшие в свое время моего отца и решившие судьбу данной ставки, которую он взял под свою опеку. Впрочем, легкая рыжина на висках Райдзена подтверждала его корни. Так что слухи могли оказаться и вовсе не слухами.

За ним следом вошло двое самцов клана. Приспешники, выполняющие мелкие поручения да принеси-подай. Не имеющие веса в клане черной масти самцы.

– Старуха не врала? Татуировки те самые, альфа? – гоготнул один из них, который стоял ближе к Марте. Одноглазый, лишившийся левого глаза в прошлогоднюю великую охоту.

Оба соблюдали субординацию и стояли на шаг позади альфы, не позволяя себе встать вровень с ним. Это равносильно вызову за главенство над стаей, а равным по силе с альфой во всей округе был только один волколак. Бета Свайн. Которого здесь на удивление не было.

Никто не ответил парню, и его смех растворился в воздухе, сменяясь неловким кашлем. Внимания на это мужчины не обратили, альфа и Айвен сверлили друг друга взглядами, безотрывно и в попытке давления с целью определить главенство.

Второй черноволосый, стоявший с моей стороны, вдруг раздул ноздри и повернул голову ко мне. Прищурился, узнавая меня и дергая верхней губой. Мои глаза расширились, когда напротив меня оказалось оскаленное от предвкушения лицо. Так было устроено наше общество. Над более слабыми пытались доминировать те, кто не мог противостоять сильным самцам.

– А ты что тут забыла, крошка Нереа? – ухмыльнулся щербато мужчина и сплюнул на пол.

– Отошел от нее, пока я тебя в землю не утрамбовал, – процедил сквозь зубы Айвен, слова его были подкреплены силой, которая пригнула черноволосого к полу.

– Р-р-р, – того вдруг начало корежить, но несмотря на сопротивление он припал на колени и опустил покорно голову. Вот оно, истинное проявление настоящей волчьей силы.

Второй черный, одноглазый, зарычал и хотел было кинуться на Айвена, набычившись и стискивая кулаки, но одно движение руки Райдзена – и тот прикусил язык моментально, даже не дернулся. Чего у альфы не отнять, так это авторитета над самцами. Может, тому служит их уважение перед сильнейшим, но я больше склоняюсь к страху. В гневе сильный волколак злобен и силен, может разорвать на части, совсем не жалея, а наказывая за любую провинность, если сам не в духе.

– Да наш нагваль положил глаз на нашу самочку? Интересные дела, – прищурился Райдзен, не отрывая от Айвена своего внимательного взгляда.

Его подчиненные не двигались с места, словно оцепеневшие – один сидел на полу, как приклеенный, а второй стоял молча, словно боясь испытать на себе чужое воздействие.

– Твой архей не учил тебя держать язык за зубами? Или ты считаешь, что произошедшее сойдет с рук? Оттого так уверенно смеешь сейчас дерзить мне? – вздернул бровь Айвен, глаза его похолодели, но поза была расслабленной, будто он не воспринимал пришедших за реальных соперников.

– Времена меняются, и давно, нагваль. Грядут перемены, и в новом мире таким, как ты, не будет места, – хищно растянул губы альфа Райдзен, прищурился и наклонил немного голову вперед, глядя на самца исподлобья, словно знал что-то важное и сакральное, способное изменить судьбу Содружества Звериных Кланов.

– Пустые слова, – фыркнул Айвен, а я вздохнула, медленно и осторожно отходя к стене.

Я встретилась взглядами с Мартой, у которой по лбу стекал вниз пот, волосы прилипли к голове, а над губой выступила испарина.

А затем содрогнулись и пол, и стены дома, в ушах прострелило болью, и я зажала их ладонями. Мощная волна силы прошлась в воздухе, заставляя волоски топорщиться от дикого звериного ужаса.

– А-а-а! – закричала Марта, не в силах выдержать волчью силу.

Дышать стало тяжело, а вот мужчины, члены стаи, пока держались и не скулили, хотя их челюсти были стиснуты, а капилляры в глазах лопнули, наливая их белки кровью. А после воздух задрожал, стекла окон задребезжали, но силу Айвена мне оказалось переносить гораздо сложнее. Она взывала к моей крови глубже, чем сила Райдзена или зов архея Титуса. Корежила, вспарывая внутренности, выпивала силу досуха.

Я от такого проявления двойной силы тяжело и грузно застонала, не удержавшись, а затем зажала рот ладонью, прикусывая чувствительную кожу. Марта всё это время тяжело дышала, из ее носа пошла кровь, которая стекала вниз по губам и подбородку, падая каплями на деревянный пол. Если ее присутствие никого не волновало, то мой возглас боли привлек ненужное внимание. Воздействие моментально прекратилось. И когда четыре пары мужских глаз посмотрели на меня, дыхание сперло, а от стука сердца разболелась голова.

– Ты плохо усвоила урок, Нереа? – ленивый тон Райдзена. – Тебе запрещено присутствовать при серьезных разговорах. Марта, негодная повитуха, вставай и уходи вместе со своим смеском.

В ответ на это оскорбление раздался злобный рык от светловолосого волколака, и я сделала шаг в его сторону. Только занесла ногу для еще одного шага, как застыла на месте от предчувствия беды.

– Иди на улицу, красивая, а я пока разберусь со сбродом этой стаи, – попросил меня выйти Айвен, но я не сдвинулась с места. Тело одеревенело, ноги и руки отказывались слушаться, и всё, что я могла – тяжело дышать и всхлипывать.

– Мне выкинуть ее, альфа? – оскалился одноглазый, который всё это время молчал, дергаясь и выказывая желание подчиниться любому приказу со стороны своего альфы.

– Это будущая жена моего сына, Халиф. Будь снисходительнее, всё же не портовая девка для утех, – фыркнул и оскалился Райдзен, а я за секунду до его слов вспомнила имя этого волколака, о ком даже старейшины отзывались презрительно после прошлой весны.

– Прошу простить, альфа, – тут же забормотал недоволк, а затем застонал, когда резкая сила Айвена откинула его к стене.

Он ударился о твердь с грохотом, с потолка даже посыпалась труха от слишком старых досок потолочного настила. А вот альфа легкий поток силы выдержал, но слегка пригнулся и напрягся, отчего на шее и лбу вздулись вены. Воздуха в моих легких катастрофически стало не хватать, а после раздался злобный рев альфы Райдзена. Он кинулся на нагваля, на ходу выпуская зверя наружу. Перекинуться до конца ему не удалось – голова стала волчьей, руки покрылись шерстью, а его вой прервался, когда Айвен мощным ударом кулака откинул его назад. Голова альфы дернулась, он встряхнул ей и заревел повторно, налитыми кровью вытянутыми зрачками прожигая беловолосого.

– Тр-р-руп, – зарычал Райдзен, но сделать бросок снова ему не удалось.

Айвен рыкнул и молниеносным рывком оказался у соперника, не успел ни он, ни его приспешники отреагировать. Он схватил мужчину за грудки и выбил за порог, отчего ткань полога разорвалась и кулем осела на пол следом за ними.

Завязалась потасовка без применения альфа-силы, только с использованием кулаков, клыков, когтей и звериной ярости. Мы вчетвером – двое мужчин, я и Марта – остались стоять на своих местах, с опаской глядя на чужую драку. Я прижала кулачки к груди, которая тяжело приподнималась, сквозь зубы вырывалось хриплое надорванное сипение. Но я лишь продолжала наблюдать, как холеное лицо Райдзена превращалось в кровавое месиво под жесткими кулаками нагваля. Перевес сил был явный и неоспоримый, и я не сомневалась в исходе битвы.

– Что стоишь? Помоги альфе! – недовольно прорычал Халиф другому волку, который назвал меня крошкой.

– Сам и помоги, а мне еще жить не надоело, – фыркнул тот в ответ, они оба уперлись лбами и рыками пытались подавить друг друга.

Я на секунду отвела взгляд на этих трусов, и это оказалось фатальной ошибкой.

– Свайн! – зарычал альфа, а затем раздался свист.

Нагваль дернулся, отпустил Райдзена, а его ноги подогнулись. Из мужской шеи торчал дротик с голубым оперением. Его голова медленно повернулась, а взгляд упал на меня, но с каждой секундой глаза его покрывались пеленой, а губы белели. Верхняя губа дернулась, обнажая клык, но он не успел ничего произнести. Только выдернул дротик, глянул на него и хрипло зарычал.

Почти сразу тело грузно свалилось на пол, раздался гулкий грохот от его веса, а Марта вдруг запричитала и расплакалась, подползая к порогу и глядя испуганными глазами на потерявшего сознание нагваля. Я затряслась всем телом, сделала шаг вперед, в то время как вышедшие из ступора мужчины кинулись к своему альфе.

– Вы вырубили его, – синхронный довольный рык самцов. Кто-то из них даже пнул мужчину по ноге, проявляя шакальи замашки, а я дернулась, всё внутри меня коробило от этого ужасного представления. – Что это, альфа?

– Яд из крови нагваля, – раздался глухой голос Райдзена, которого еще шатало после драки.

Я сглотнула горькую слюну и схватилась дрожащими пальцами за косяк.

– Действует, Свайн, невероятно, – воскликнул радостно альфа Райдзен, приходя в себя.

Я подняла голову и увидела сбоку бету. Стиснула кулаки, коря себя за недальновидность, ведь должна была это предвидеть. Альфа никогда не ходит без своей правой руки. Глупо было ожидать честной битвы, это не их удел.

Жестокий бета, от руки которого я страдала много раз, сейчас с довольным видом наблюдал за лежащим на полу телом волколака Айвена. Я же задержала дыхание, меня всю трясло. О чем они говорят? Кровь другого нагваля?

– Кто такие нагвали? – дрожащим прерывающимся голосом спросила вслух, впрочем, не ожидая ответа.

Но это было ошибкой.

– Грязная кровь всё еще здесь? Выкинь ее за порог, Халиф, – усмехнулся альфа, но боли его слова не причинили, я к этому привыкла.

– Будет исполнено, альфа, – улыбнулся щербатым ртом одноглазый.

– И побыстрее, – щелкнул пальцами мужчина, сразу же потеряв ко мне интерес. Повернулся к Свайну, обсуждая нюансы выдержки крови нагвалей.

Услышать разговор мне не удалось, меня больно схватили за локоть и небрежно потащили к выходу. Жесткие пальцы наверняка оставят на моей коже синяки, но всё, что меня сейчас волновало – это Айвен, который остался в доме.

– Пшла отсюда! – рявкнул Халиф и толкнул меня с крыльца.

От удара о землю заныли колени, которыми я ударилась о лежавшие мелкие камни. Ладони саднили, но больше всего болела душа. Одинокая слеза скатилась по щеке и окропила промерзлую землю, в то время как в голове вертелись слова Керука.

“…мы сможем сбежать. Лучшего времени не будет, Нереа”.

Глава 6

Я стояла у кромки леса, прячась за широким стволом дерева. Кожа на ладонях и коленях саднила, но я цеплялась пальцами за кору и выглядывала наружу, наблюдая за домиком Марты, из которого выходили самцы. Альфа Райдзен ступил на землю первым, за ним следом бета Свайн, в то время как подчиненные тащили с двух сторон Айвена, чья голова повисла вниз. В сознание он так и не пришел. Сильфиды воздуха вновь благоволили мне, сменив направление ветра в мою сторону, позволяя мне скрыться от острого нюха волколаков.

– Свайн даст вам снадобье, приставим Марту, она займется его состоянием, а вы, олухи, будете следить за старухой. Держите его без сознания, уяснили?

В это время мое внимание привлекло движение шторы в окнах дома. Показалось, словно Марта собралась с силами, но не рискнула подходить к двери, опасаясь привлечь внимание мужчин. А приоткрытые ставни позволяли слышать всё, что происходило снаружи.

– Да, альфа, – синхронный кивок самцов. – Куда его?

– В клетку, как обычно, он же нагваль, идиот! – рявкнул альфа, взмахивая рукой почему-то в сторону леса. – Выходи, Марта, пока тебя не выволокли за волосы!

Я дернулась, но осталась стоять на месте. Под моей ногой хрустнула ветка, и этот звук разнесся по всей округе. Мне казалось, что он оглушил, но стук сердца так сильно барабанил в ушах, что я замерла, со страхом глядя на мужчин, которые будто не обратили внимания на шум.

В этот момент скрипнули половицы в доме, а затем на крыльцо грузно ступила Марта, переваливаясь и передвигаясь так тяжело, словно на ее ногах были кандалы, тянувшие ее вниз.

– Альфа, – даже голос показался мне постаревшим.

Одна ее рука повисла вдоль тела, словно неживая, а вторую она держала у груди, будто пыталась унять стук своего испуганного сердца. Морщины на ее лбу и вокруг рта углубились, выдавая ее истерзанное состояние.

– Ни слова больше, Марта. Ты разочаровала меня, так что не делай больше глупостей, – прищурился Райдзен, тон у него был угрожающим. – Если тебя увидят возле дома старейшин, ты повторишь судьбу Илдреда. Ты меня услышала, старуха?

Илдред – старейшина, которого задрал медведь.

Воцарилась тишина. С ветки соседнего дерева взметнулся ворон, взмахивая иссиня-черными крыльями вверх.

– Я… П-поняла вас, альфа, – прохрипела Марта, опуская голову.

Вся ее поза выражала скорбь и вину, но ее унижение не радовало меня, заставляло испуганно дрожать, чувствуя себя как никогда беззащитной перед миром волков.

– Где девчонка?

Альфа стал озираться по сторонам, казалось, ожидая, что я буду неподалеку. Кора под моими пальцами захрустела от моей силы, но как бы это ни было странно, никто не смотрел на меня. Словно лес укрыл свою воспитанницу от враждебных взглядов стаи.

– Я выкинул ее из дома, вожак, как вы и приказали, – ответил Халиф, прищуриваясь целым глазом.

– И? Где она? – скептически вздернул бровь альфа Райдзен, иронично глядя на подчиненного.

– Никак не знаю, альфа, – покачал головой Халиф и сделал шаг назад, но из-за этого потянул на себя и Айвена, который так и не очнулся, его ноги подогнулись, он упал на колени.

– Я приказал тебе выгнать ее из дома, а не терять из виду, идиот! Найдите мне ее и быстро приведите ко мне в дом. Сегодня прибывает архей Титус. Она его дочь, если вы не растеряли последние остатки своих мозгов!

От рева альфы задребезжали стекла и задрожала земля. Рядом вдруг послышался странный шорох, кто-то из лесных обитателей копошился в лесной подстилке неподалеку. В иной раз я бы обратила на это внимание, но сейчас вся сосредоточилась на волколаках. Упоминание Титуса заставило меня замереть, я во все глаза смотрела вперед и вслушивалась в каждое слово, ведь встретиться лицом к лицу с тем, кто меня породил, была не готова. Впрочем, радости от его прибытия я не испытывала уже много лет подряд.

– Понял, альфа, будет исполнено, – ответил Халиф и вдруг кинулся в сторону рва.

– Вернись, идиот! – зарычал недовольно альфа. – Сначала отнесите пленника, а после займешься Нереей.

Одноглазый пристыженно вернулся на свое место, грубо подхватил руку Айвена, а я с болью наблюдала за тем, как бесцеремонно с ним обращались. Без уважения и пиетета.

– Напомни мне потом, Свайн, пересмотреть свое окружение, – фыркнул альфа, теряя интерес к происходящему.

Они с бетой пошли по проторенной тропинке в сторону центра поселения. А Марта и мужчины двинулись после, вот только в противоположную сторону. По заросшей дороге, куда мне всегда было запрещено ступать. Путь в Запретный лес. Там, где находилось ритуальное капище Полярного Волка. Ноги сами собой двинулись следом, вот только в этот момент прозвучал странный писк над головой. Тот, что звучал недавно из лесной подстилки. Я подняла глаза и увидела мелькнувший коричневый хвост, который исчез так же быстро, как и появился. В эту секунду ослепило солнце, но когда я подняла веки, заметила то, что не видела раньше. На листьях дерева были белесые личинки. Множество. Сердце загрохотало в груди, и я, ошалело озираясь по сторонам, стала отбегать от одного дерева к другому. Почти в каждом видела яйца в крупных листьях и под корой.

Снова прозвучал писк. Ласка с белым мехом на брюшке, сноровисто цепляясь коготками за кору, спустилась вниз и вдруг посмотрела на меня светящимися голубыми глазами.

– Ты не зверь, – прошептала, чувствуя игру шаловливого ветра в волосах, присела на корточки.

Глаза смотрели на меня безотрывно, на что-то намекали, но мне было этого не понять.

– Ты – пицен, – выдохнула, когда память совершила кульбит, вовремя подсунув когда-то увиденную картинку.

Пицен – дух, помогающий расти определенным видам растений или животных. В книге “Особенности природных духов”, которую мне когда-то подарил лекарь Аврелий, говорилось, что по всему миру в лесах обитает много пицен, но в нашем я вижу его впервые. И оттого предчувствие внутри меня сейчас голосило во всю мощь.

– Я тебя раньше не видела, – пробормотала, с благоговением протягивая руку, но хищница гневно пискнула и вдруг отбежала, наклонилась к земле.

Ее хвост засиял голубым огнем, а пространство вокруг затрещало, словно что-то в земле подпитывалась инородной силой. Вокруг вдруг стал шуметь и завывать ветер, ветки затряслись, а на землю обрушился личинкопад. Я запищала и прикрылась руками, дыша через раз и вслушиваясь в то, что шепчет дух леса. Предупреждает о цикадах. Судя по тому, как активизировался пицен, рождение нового выводка вот-вот наступит.

А когда шум прекратился, я открыла глаза и увидела, как земля поглотила последний будущий выводок.

– Это плохой знак.

Мой шепот ветром унесся вглубь чащи леса, голосу моему вторило чириканье пицен, одного из духов, оберегающих редкий вид хтонических цикад.

Все знали, что это символ Полярного Волка, жестокого божества, чей день жертвоприношения наступит со дня на день. Вылупление такого огромного выводка происходит лишь раз в двадцать лет. Последний был еще до моего рождения. Цикл природы не поддается нашему влиянию, так что найти земли, на которых ко дню великого бога вылупятся его любимцы, довольно сложно. Но не моему отцу. Случайно ли он выбрал для покровительства именно эти земли?

“Иди скорее” – вдруг прошелестел листьями ветер.

Пицен стояла на своем месте на задних лапах, уставилась на меня в ожидании, а когда завладела моим вниманием, вдруг развернулась и побежала в ту сторону, куда ушла Марта и куда увели пленника Айвена. Я смотрела ей вслед, а затем подорвалась, следуя по пятам за духом цикад.

Время словно замедлилось, текло размеренно и слишком протяжно. Тропинка была заросшей, ей давно никто не пользовался, оттого и чувство тревоги нарастало с каждым шагом сильнее. Зеленые листья на деревьях встречались всё реже, сменяясь черными, ветки казались сухими, а кора новых видов мертвой.

Очертания леса неумолимо менялись, и я сама не заметила, как мы пересекли ту самую черту, которая разделяла живой лес от Запретного, мертвого. Как вдруг пицен остановилась, отчего-то я чувствовала, что природа у той женская. Она посмотрела на меня голубыми глазницами, а после развернулась и убежала обратно. Направление, указанное ей, больше не ветвилось. Деревья словно выстроились в ряд, приглашая в эпицентр самых страшных событий. Даже птиц и шума ветра здесь было не слышно. Голая земля, серое небо – всё намекало на то, чтобы я бежала обратно сломя голову.

– Давай поменяемся, Халиф, – раздался впереди напряженный мужской голос.

Я остановилась, пригнулась и выглянула из-под толстого сухого ствола. Внизу простиралась лощина, в центре стояла клетка, серебристые бока которой заросли ветвями, скрывая от посторонних взглядов, если не знать, куда смотреть.

– Нашел дурака, охраняй тут со старухой, а я пошел смеска искать, – неприятный голос одноглазого разрезал пространство вокруг.

Айвен лежал внутри клетки, Марта сидела на коленях снаружи, раскачиваясь из стороны в сторону, бормотала себе что-то под нос и в целом выглядела обезумевшей. Кровоподтеки на коже лишь усиливали это впечатление.

– А если нагваль очнется? У нас же даже ключей нет! – прошипел второй волк, опасливо озираясь по сторонам.

И я его понимала. Эта часть леса и у меня вызывала страхи и неприятные ощущения.

– Заодно и возьму у беты и ключи, и снадобье. А ты присмотри за ними обоими, не хватало еще, чтобы я за тебя огреб, – сказал как отрезал Халиф и побежал в мою сторону, взбираясь по склону.

Я юркнула под защиту черных стволов, но не питала надежды, что всё обойдется. Нюх зверя невозможно обмануть. Вот только когда самец промчался мимо и даже не повел ни носом, ни ушами, я догадалась. Лес благоволил мне и поставил защиту, сделав невидимой для природных сил волколаков. Вот только его сила не всемогуща, так что уповать на нее мне не приходилось. Всему есть свое время, так что нужно использовать подарок леса по назначению, пока меня не обнаружили.

Сердце застучало несколько раз неравномерно, а затем его биение пошло на спад, возвращая мне самообладание и уверенность.

– Очнись, старуха, сделай что-нибудь! – накинулся на Марту оставшийся приставленный охранник, выплескивая на нее свой звериный страх. Он чуял опасность этого леса, но не понимал его подоплеки.

– Нас накажут, глупец! Отпусти нагваля, пока не поздно. Нас всех убьют! Убьют! – заголосила Марта, вскакивая на ноги и впиваясь пальцами в голову, словно пытаясь выдрать остатки своих волос.

– Успокойся, старая, и без тебя страшно, – отскочил от нее мужчина и замахал руками.