Суженая для Альфы

Глава 10

Утро встретило пробуждающуюся девушку прохладным ветерком с открытого окна, колышущим шторы и ее небрежно разбросанные волосы. Лёжа лицом к стеклу, смотрела, как слегка моросит дождь, снаружи пахло свежескошенной травой и озоном. Она с наслаждением потянулась и в недоумении замерла, что-то упругое и напряженное касалось ее ягодиц. Бессильно застонала, когда отрывки прошлой ночи возникли в ее голове. Поворачиваться было страшно, глядеть в глаза своему страху тяжелее самой худшей пытки.

На нее пристально, не отрываясь ни на секунду, смотрели бесстыжие глаза, в которых снова плескалось желание.

– Доброе утро, – хрипло произнес, плотоядно оглядывая все ее неприкрытые прелести.

Взвесив ладонью тяжесть груди, потер розовый сосок, медленно опустился ниже, притронулся к расщелине между ее сжатых бедер. Пытаясь ему помешать, схватила ладонь, пытаясь убрать с самого беззащитного места, но не смогла и на миллиметр сдвинуть его руку.

– Все еще стесняешься? – тихо рассмеялся, глядя на ее потуги.

Нажал на комочек, и она застонала, вызвав у него гудение в чреслах.

– Не надо, это неправильно, – не давала сознанию уплыть в пучину приятного помутнения, – мы не должны.

– Все правильно, – нежно потер пальцем вверх-вниз, оглаживая заветный вход, погрузился слегка внутрь и обратно, смело подразнивая ее, – разве не с твоих губ ночью срывались яркие стоны наслаждения, не я ли довел тебя до оргазма.

– Ничего подобного, о-о-о, – вопреки своим словам, она тазом подавала навстречу шаловливым дразнящим пальцам, имитируя движения более крепкой плоти.

– Нас ждут прекрасные бессонные ночи, – и одним слитным движением вошел в ее неостывшее после ночных постельных приключений лоно, вызвав слаженный вздох мучительного наслаждения, – и не только ночи, сладкая моя.

Пальцы ловко управляли ее неопытным телом, словно предугадывая все желания и зная ключевые точки, на которые стоит нажать, чтобы ей стало хорошо. Между плечом и шеей слегка сжались клыки, прикусывая, но не ставя метку. Оторопев, Наира не шевелилась, пока он то кусал, то облизывал ее кожу, со страхом ожидая метки, и облегченно выдохнула, когда пытка прекратилась. Внутри разлилось тепло, ее разморило и почти укутало сном, когда альфа огладил ее и придвинул ближе к себе.

– Было хорошо, очень хор-р-рошо, – самодовольно прикрыл глаза, – заключим с тобой контракт, об отмене парности теперь и речи быть не может.

– К-какой контракт? – в шоке привстала и повернулась к нему, нависая над его лицом.

– Стандартный, – пожал плечами, будто каждый день заключает такие соглашения, словно все должны быть в курсе, что это такое, – пропишем пункты взаимовыгодного во всех смыслах сотрудничества, проведем ритуал привязки, станешь моей второй супругой, без права на пост альфа-самки, конечно, но, если дети родятся сильными, способными на оборот и главенство, то займут мое место со временем.

Наира слышала о подобном, мужчина находил истинную пару среди полукровок, и если она не устраивала его, то брал в супруги, но все равно со временем женился на чистокровной суке, чтобы выводить ту в свет и производить на свет чистокровных щенков. А вторая жена как бы не существовала, да, она рожала детей, была даже любима своей парой, но власти как таковой в клане не имела. Такое извращение было в ее собственной семье. Только отец ее уже был женат и имел наследника, когда встретил свою истинную, ее мать. Наира всегда с содроганием вспоминала детство, когда мама еще была жива. То, каким презрением Элла, главная жена отца, смотрела на них, каким ненавидящим взглядом провожала пару мужа, шепотки за спиной, в общем, росла она в атмосфере страха и притеснения. Пожалуй, только за это отца можно ненавидеть, он испортил жизнь не только ей, но и своей половинке. Отец держал их существование в секрете, считая их наличие собственным позором, так что в мире двуликих они и правда были пустым местом. Во всем девушка винила эту глупую предвзятость оборотней к полукровкам, хотя они сами же и плодили их, не задумываясь о последствиях.

– В-второй супругой, – не могла никак совладать с собой, дрожа то ли от холода, то ли от мрачных перспектив, – а первая?

– Скоро узнаешь, – и счел разговор оконченным.

– Нет, мы так не договаривались, – жестко произнесла, отталкиваясь и отползая назад, – никакого брака, никаких детей.

– Хорошо подумай, это выгодно, тебе не придется работать, всем будешь обеспечена, – нахмурился, не понимая такого яростного сопротивления, – никаких забот, общения с посторонними кланами.

– Может, для тебя и выгодно, – ядовито выплюнула ему в лицо, жалея, что в слюне не содержится яд, – а я мечтала совершенно о другой жизни, и в ней нет ни тебя, ни твоего клана.

– Мечтала выйти замуж за человечишку, нарожать ему таких же ущербных детей? Об этом ты мечтала? – вспылил в ответ на ее слова и попал в больное место, «таких же ущербных», вот он и сказал ей, что думал о ней на самом деле. Девушка не тешила себя иллюзиями и знала с самого начала, как он к ней относится, но слышать такое все равно оказалось неприятно.

– Да, именно об этом и мечтала, – процедила, с трудом контролируя влагу, готовую вот-вот пролиться на ее щеки, – чтобы никогда не видеть тебе подобных, вершителей судеб, ненавижу двуликую кровь, свою кровь, и тебя ненавижу.

В конце сорвалась на крик, чуть ли не срывая голос, глаза ее бешено пульсировали, мышцы напряглись.

– Жаль, – цинично ответил, глядя в ее влажные глаза, все-таки не удержала слезы, – будешь с этим жить, выбора у тебя нет, я здесь закон, и поверь, когда-нибудь ты скажешь мне спасибо, кровь все же не водица, взыграет в тебе.

В комнате установилась тишина, рядом пролетала муха, громко жужжа и хлопая крыльями. Альтаир поднял ладонь и резко сжал кулак, жужжание прекратилось, а он лег на кровать.

– Ложись, – хладнокровно приказал, не сомневаясь, что девушка послушается, однако она встала и попыталась спуститься на пол, но запуталась в складках одеяла и чуть не упала, но ее резко сдавили и опрокинули на белую простыню.

– Спи, – ей сдавили подбородок, четко удерживая лицо в стальных тискать, да так, что ни повернуть, ни двинуть головой она не могла, – а когда проснешься, нас ждет еще один серьезный разговор, о том, что хорошим девочкам полагается делать, а что нет.

– Не твое дело, не смей мне диктовать, – попыталась сдвинуть его, но снова не смогла.

Разозлилась на такой произвол, на свою беспомощную позу, ненавистную слабость и его гнусность. Она только ощутила себя свободной от клановых порядков, бестолковых предубеждений, презрении к себе и своему происхождению. И снова ее ждала участь хуже рабской, на этот раз спрятанной за благовидным предлогом «истинная пара», хотя в этой ситуации она считала это проклятием, бичом всей своей жизни.

– Я видел видео, твои бесстыдные приставания к этому жалкому слизняку, как ты терлась об него в баре, как чуть ли не залезла на него в попытках оседлать, – прошипел ей шокирующие обвинения, – не думай, что оставлю это безнаказанным.

Наира внутри стыдливо сморщилась, но внешне лишь твердо сцепила зубы. Ей было стыдно за тот случай, когда на дне рождении друга Игоря глотнула крепкий алкоголь, потом нечаянно еще один бокал. Тогда у нее снесло тормоза, сдернув шелуху зажатости и стеснения. Она до сих пор помнила, как глядела на своего тогда еще парня и трогала его за плечи, прикусывала шею, интимно прижималась во время танца и хохотала, о, как она безудержно хохотала. Залезла даже на барную стойку, засветив своими красными трусиками, но ее быстро оттуда сняли. Кто-то из его друзей заснял всё на видео, и на утро ей было морально плохо, такой опозоренной она себя еще не чувствовала. Особенно когда Игорь ей выговаривал, как она его опозорила, очернила его безупречную репутацию, и все, что его волновало в тот день, что скажут его друзья. Сказал, что видео из уважения к нему удалили, а он так великодушен, что простит ее на этот раз, и она, морально раздавленная произошедшим, своим позором, с надеждой как собачонка уставилась на него и радостно с облегчением разревелась.

– Нет, – просипела она, – не может быть, видео же удалили.

– Не удалили, – констатировал факт угрожающим тоном, – более того, отправили мне, с этим храбрецом я еще разберусь, а вот с тобой…

И не закончил фразу, нагнетая обстановку и держа в страхе перед будущим.

Она яростно покачала головой, демонстрируя непокорность, и вдруг его глаза засветились голубоватым отливом, гипнотизируя ее разум.

– Спи, – снова приказал он, и после она провалилась в темноту.

Второе пробуждение было не таким приятным физически, хотя морально легче. Вторая половина кровати пустовала, только смятая подушка и еще теплое одеяло хранило запах самца. С ванной доносились звуки льющейся воды, с щелей двери шел пар, окно на этот раз было прикрыто, но она, будучи мерзлячкой, поплотнее укуталась в одеяло. Дав себе минуту отдыха, затем резво подскочила, собрала разбросанное нижнее белье и нашла свои вещи сложенными на кресле, не аккуратно, конечно, но и не скомкано.

8:30 утра. Фух, Лена вряд ли проснулась, так что она успевала сбежать отсюда до того, как та поднимет тревогу. Повезло, что сегодня воскресенье. Быстро надевая вещи, сверху накинула давешний подружкин халат. Критично осмотрев себя сверху донизу, усмехнулась, представляя, какими взглядами будут провожать ее прохожие. Ища телефон в ворохе постельного белья, в панике блуждала взглядом по комнате, только сейчас обратив внимание, что на номер отеля обстановка совсем не похожа. По приоткрытой двери догадалась, что здесь не только ванная комната, но и гардеробная к спальне прилагается. Внизу пиликнул сотовый. Наклонившись, нашла свое сокровище под кроватью. От Ленки пришло сообщение «куда пропала?». И злющий смайлик. Сокращая расстояние до двери, чуть не споткнулась о костюм, в котором приехал Альтаир, и замерла, в страхе ожидая, что вот-вот откроется дверь душа и оттуда выйдет полуголый мужчина. Представила, как по влажной коже стекают блестящие водяные капли, очерчивая накаченные грудные мышцы, мускулистый торс. Невольно будто наяву увидела провокационную дорожку, уходящую вниз под полотенце, где от любопытных глаз сокрыт источник ее удовольствия. Помотала в шоке головой, изгоняя дурные мысли, тихо приоткрыла дверь, выглянула с целью разведать обстановку, убедилась, что никого нет, и вышла в коридор, также медленно прикрыв за собой. Это была квартира, причем, как она определила, двухкомнатная. Ей даже далеко уходить не пришлось, выход находился аккурат слева в трех метрах от нее. Удивилась наличию подобного жилища у главы волчьей стаи Северного края. Клан вроде не бедствующий, да и по слухам, Архонт края обладал несметными богатствами, вызывая у женской половины населения оргазмические конвульсии. Глядя на свои босые ноги, заметила мужские тапки и, недолго думая, приватизировала их за неимением ничего другого, не пешком же идти.

На всякий случай вскрыла свою заначку, под чехлом телефона она всегда хранила несколько хрустящих купюр, так, на всякий случай. Облегченно выдохнула, когда нашла искомое, и бодро спустилась по лестнице, не став использовать лифт. Зная свою везучесть, могло произойти, что угодно – замыкание, поломка, в общем, полная остановка кабинки, а рисковать она не могла.

Когда приехала к родному подъезду, от Ленки высвечивалось шесть пропущенных, девять грозных сообщений, в общем, Наира готовилась к серьезной взбучке.

– Давай, заходи, – с порога затащила ее внутрь и спешно провернула все три замка, – ты где была ночью? И почему в пижаме?

Пока ехала в такси, так и не придумала себе оправдание, но оправдываться не пришлось, подружка принюхалась, осмотрела ее с ног до головы и вынесла вердикт.

– У мужика была, – выражение лица из злобного превратилось в удовлетворенное, – по запаху явно альфа-самец, повезло, одобряю.

За год Наира так и не смогла определить, к какому роду двуликих та принадлежит, а спрашивать о таком считалось не комильфо, признаком дурного тона. Судя по отменному нюху, по ее родословной явно потоптался кто-то из псовых.

Не к месту во рту разлилась горечь от понимания того, что, такие как они, полукровки, или смески, как их любили называть, далеки от настоящего принятия в стаю, и тем обиднее и горше это осознавать. Разве виноваты тысячи детей, что их родители в свое время зачали неугодное этому обществу дитя.

– Мне нужно с тобой поговорить, – решила открыть ей часть правды.

– Пойдем, за чашкой утреннего чая и расскажешь мне все в пикантных подробностях, – игриво подмигнула, играя белесыми бровями.

– Выслушай меня серьезно, – старалась донести до Лены всю важность ситуации, – насчет альфа-самца ты права, я была ночью у него, подожди, не спеши радоваться, насчет второго ты ошиблась, не повезло.

Поведав причину, по которой обманула ее и жила все это время в доме главы волков, умолчала, что он Архонт, но со слезами рассказала о его нынешнем ультиматуме.

– Вот козёл, – мрачно произнесла подруга, подавая ей платок, – таких надо учить, как с собой считаться.

– Домой я вернуться не могу, – не стала вываливать все подробности семейно-клановых перепитий, сказав лишь, что находится с ними в ссоре и возвращаться смерти подобно.

Была у нее идея позвонить брату, но тот еще в тот раз предупредил, что свяжется с ней сам, а навязываться уж кому-кому, а ему точно не следует.

– Есть у меня одна идея, – просияла девушка, – у моего друга, ну тот, с которым познакомилась, когда мы с тобой в клуб ходили, есть загородный дом, находится глубоко в тайге, так что никто там особо не ошивается.

Смутно припомнила, как в тот злополучный вечер возле Лены сидел парень.

– И он пустит? – с сомнением покосилась на нее.

– Пустит, пустит, мы с ним неплохо сдружились, – активно закивала она, – и не смотри на меня так, никакого интима, только дружба.

– Ну-ну, – усомнилась в ее словах.

– Да правду же говорю, – покачала головой, осуждая меня за недоверие, – и потом, у него свои счеты с чистокровками, так что он не откажет, отсидишься, а там посмотрим, что делать дальше.

– Мне нужна хотя бы неделя, – была уверена, что брат позвонит к этому моменту и вопрос с ее переездом решится, и на этот раз она не сглупит, и уедет так далеко, что никто и никогда ее не найдет.

– Все, значит, звоню ему, – и, не дожидаясь положительного ответа, нажала на звонок.

Через пять минут Наира уже выходила из дома, с наспех собранной сумкой подружкиных вещей. До места удалось добраться, минуя все посты, благо, Зейн вызвался отвезти ее и помочь устроиться, когда узнал, какому благому делу служит. Каждый раз при остановке она в страхе замирала, но все обошлось, и на время скрыться от альфы ей удалось.

Альтаир в это время ловил такси, нутром понимая, что опоздал. Яростно зарычал и пнул первый попавшийся под ногу мусорный бак, вымещая на нем всю свою злость.

– Найти ее, – дал указание подъехавшим СБшникам клана.

Глава 11

– … ну а потом мне сунули под нос судебное предписание, об этом быстро узнали на работе, и вот я тут, – улыбка у Зейна была ослепительная, не видно было, что он этому как-то расстроился или испугался.

– Предписание? Она же сама к тебе приставала, – неудивительно, что та девушка его преследовала, все-таки внешность у него была даже для оборотня весьма эффектная, словно он сошел с обложек журналов – волевой подбородок, четко очерченные скулы, овальное правильной формы лицо, глаза цвета сочной зелени и волосы, пожалуй, волосы были мечтой каждой девушки – черный шелк струился вдоль спины, ей приходилось каждый раз одергивать себя, руки так и тянулись ощутить, настолько ли они приятны на ощупь, насколько радуют глаз.

– Ты в Западном Граде, как я погляжу, не была, – она даже слегка смутилась, хотя не понимала, почему, – там совсем другие нравы, почти все население – это люди, процентов девяносто, так что они там – и за обвинителей, и за прокуроров, и за судей, двуликим часто инкриминируют домогательства, считается, что у нас горячая кровь, и человеческим девушкам не устоять, так что весьма опасно флиртовать с ними, никогда не знаешь, как огребать придется.