Борьба вольнодумцев

Ещё одним вопросом, над которым много думал Шар, было то, как отобрать продукты производства у племени так, чтобы племя не просто добровольно передавало то, что оно произвело, но ещё и сердечно благодарило за это. Над безопасным механизмом отбора ресурсов у трудящихся долго работал Шар. Ведь для этого нужно было знать основы математики хотя бы на уровне седьмого класса общеобразовательной школы. А между тем в той звёздной системе шёл каменный век, если переводить на язык планеты Земля. Шар работал над математическим аппаратом обезразмеренных единиц и пришёл к знаниям о процентах. Мысли Шара крутились вокруг да около, и он никак не мог сформировать нужный механизм перетока ресурсов в свой карман из кармана его сотоварищей по племени, который внешне бы выглядел не только приемлемо, но и как единственно возможный вариант организации хозяйственной деятельности племени.

В ходе мощной интеллектуальной атаки и поиска ответа на заданный самому себе вопрос Шар впал в бессознание и уснул, и ему приснился странный художественно-документальный сон. Он оказался на планете Земля в одной из музыкальных школ. В мониторе сна Шар видел, как в одном из классов мальчик возился со странным предметом, из которого слышались потрясающие звуки, пленившие его своей гармоничностью. Мальчик смотрел в какую-то тетрадь, на которой были изображены чёрные кружочки с хвостиками, странные геометрические фигуры и знаки, прямые и кривые линии. При этом создавалось впечатление, что то, что изображено, имеет строгую упорядоченность, по которой мальчик управлял предметом, излучающим завораживающие механические продольные колебания молекул воздуха. Управляющий предметом излучения звуковых волн сам являлся таковым источником, формирующим колебания в такт с излучением предмета. Потом сон резко сменил картинку, и перед его взором встали кадры из фильма «Буратино».

Встав после такого глубокого сна, Шара осенило, и он понял, что если организовать торговлю в племени и управлять этой торговлей, то можно у толпы отобрать сколько угодно ресурсов. Но торговля — это когда один товар меняется на другой. А в эту схему нужно добавить ещё один каскад — зелёные листочки. То есть один товар меняется на зелёные листочки, а потом эти зелёные листочки меняются на другой нужный тебе товар. Очень удобно в условиях, когда племя производит широкий перечень различных товаров. А в будущем, как раз это и произойдёт, этот перечень расширится. Зелёные листочки обеспечат удобный обмен товарами. Каждый производимый племенем продукт должен быть выражен в количестве зелёных листочков, на которое его можно поменять. Тот, у кого окажется монопольное право на выращивание зелёных листочков, тот и сможет управлять рынком. Для того чтобы выращивание зелёных листочков было исключительно у финансовых аферистов, нужно придумать байку о священности дерева, на котором эти зелёные листочки растут, о том, что это священное дерево может расти только на определённой территории, называемой «Поле чудес в Стране дураков», и что эти деревья могут быть выращиваемы только определённым образом и в определённой последовательности действий, иначе эти зелёные листочки не смогут иметь силу обмена.

Чтобы особи в племени могли обмениваться товаром, зелёные листочки планировалось давать толпе в долг под проценты. Сейчас племя обменивается напрямую: мясо на молоко, инструменты на шкуры. Товаров станет много — и бартер запутается. Шар планировал объявить: отныне единственное средство обмена — зелёные листочки. Они растут только на священном дереве, которое находится на Поле чудес в Стране дураков. Выращивать дерево имеют право только финансовые аферисты — иначе листочки теряют силу.

Шар рассчитал: если в долг давать без процентов, то ресурсы распределятся справедливо при условии, что зелёные листочки дополнительно ими не выращиваются. Но дополнительно выращивать на начальных стадиях зелёные листочки было опасно — всё-таки толпа может почуять неладное. Поэтому процентная ставка за пользование зелёными листочками была необходимым фактором для перераспределения ресурсов. Толпа всё равно не понимала, что такое процент, главное — что это было удобно для обмена.

На первых порах Шар произвел следующие расчёты. Всего племенем на момент разработки злодейского плана производились три номенклатуры товара: мясо, молоко и инструменты обработки и охоты. За один хозяйственный цикл племя вырабатывало 8000 кг мяса, 2000 литров молока и 3000 кг инструментов. Всего на момент размышления в племени функционировало около 1000 особей. Значит, на одну особь приходилось в среднем 8 кг мяса, 2 литра молока и 3 кг инструментов. Чтобы у каждого оказалось приблизительно такое распределение товара, членам племени планировалось выдать под 10 процентов по 10 зелёных листочков. Для обмена этими товарами вводилось следующее правило: 1 кг мяса меняется на 8 зелёных листочков; 1 литр молока — на 1 зелёный листочек; 1 кг инструментов — на 1 зелёный листочек.

В конце хозяйственного цикла каждый член племени имел долг в 11 зелёных листочков. Поскольку в среднем у каждого должно быть по 10 листочков, то они вынуждены долг по проценту отдавать товаром, соразмерным одному зелёному листочку. В среднем 998 членов племени (Шар и Латан не считаются) им должны отдать: 798,4 кг мяса; 199,6 литра молока; 299,4 кг инструментов. Всё вместе составляет одну десятую часть всех товаров племени. То есть всего за один хозяйственный цикл математический фокус с процентами позволит овладеть десятой частью всех ресурсов племени. И чем больший процент установишь, тем быстрее ресурсы перельются в карман! Оказывается, знание законов математики — это наивыгоднейшее состояние головного мозга.

Математический фокусник ещё долго про себя что-то рассуждал, что-то писал, но эти его записи до сих пор никто не расшифровал, поскольку соображающих в математике учёных-историков практически нет. Остались только какие-то каракули. Постепенно мысли Шара устремились от грустных формул (наверное, для Шара формулы были всё-таки весёлыми) к глубоким мечтаниям, где он представлял себя повелителем мира сего.

Но всем известно, что мечты сбываются, особенно у волевых. Когда волевые люди о чём-то мечтают, то всем своим существом воля преобразует поток мечтательных мыслей в реальность. Чем лучше вообразить мечту в голове, тем лучше она потом реализуется наяву. Мечта — это первый этап к достижению цели. Если нет мечты, то и цель неспособна сформироваться. Если же мечтает безвольный человек, то это не мечта, а хотелка, вероятность свершения которой зависит от социального статуса хотелко-мечтателя. Шар мечтал, чтобы особи его племени мечтали о зелёных листочках. Он назвал эту мечту «зелёная мечта». Каждый должен стремиться к «зелёной мечте». Если особь не мечтает о зелёных листочках, то она должна быть признана ущербной. Скорее всего, для этого нужно создать специальные учреждения, где выявлять такие ущербные особи и помещать их в карантин, изолируя от общества.

Латан воображал в своей голове психологические аспекты построения будущего мироустройства. В процессе наблюдения за собой и остальными членами племени он понял, что абсолютно у всех есть такие, развитые в той или иной степени, психические качества, как память, речь, логика, чувства, способность к анализу, ощущения, инстинкты и прочее. Он понял, что все эти качества можно развить абсолютно у всех или, наоборот, подавить. Вследствие этих наблюдений он пришёл к выводу, что племя должно находиться в состоянии постоянного страха для того, чтобы зёрна разума, которые имелись у каждого мозговека, не смогли вырваться наружу. В состоянии страха особи боятся, но никак не думают. Вообще процесс думания является одной из угроз их будущего господства, поэтому необходимо создать несколько эшелонов защиты от воздействия вредоносных дум, особенно вольных.

Первым эшелоном защиты, по мнению Латана, должна была стать система выявления на самых ранних стадиях рождения особи наиболее рассудительных мозговеков. Эти наиболее умные особи должны были воспитываться лично им, а в будущем — в специально созданных учебных заведениях, где в процессе обучения направлять их мысли и думы в нужное русло. Такие особи станут основой научной деятельности племени, поставленной под контроль корпорации. В общем, поместить их в идеологические железные прутья. Остальные члены общества вообще не должны были учиться, а быть олухами, не умеющими читать, писать и, тем более, думать.

Вторым эшелоном этой защиты являлось формирование условий, при которых все постоянно чего-то или кого-то боятся. Для формирования этих условий Латан планировал внедрить в сознание масс объекта боязни — Волонда. Вот краткая стратегия-программа по этому объекту.

Волонд — это тот, кого надо постоянно бояться и испытывать чувство страха перед ним. Волонд существует везде и за всеми наблюдает. Волонда можно увидеть только в виде рисунков, нарисованных теми, кому разрешил Волонд рисовать. Общаться с Волондом могут только специальные особи, у которых с рождения отрезают средний палец на руке; они же передают волю Волонда толпе. Если кто-то забабахает что-нибудь не по-волондовски, то суровая кара его настигнет, услышится плач и скрежет костей. Скрежет костей происходит от того, что прожорливая барабашка извергается из планетарных глубин и сжирает непокорного. Замысел и идеи Волонда никому и никогда не должны быть понятны — в этом его суть. Если Волонд кого-то покарал, то наказуемый не должен понимать, за что его покарали, и смиренно принять эту кару: на то воля Волонда. Чтобы все думали постоянно о Волонде, у каждого на спине должен висеть специальный камень, напоминающий о нём. При виде рисунка, на котором изображён Волонд, требуется несколько раз присесть или отжаться в знак трепетания перед Волондом.

Третий эшелон защиты от вольнодумия тоже должен быть. Поскольку вероятность «пропуска цели» в ходе отбора в первом эшелоне могла составлять 0,01 от отобранных, а второй эшелон мог подавлять рассудочную деятельность особей гарантированно у обычных особей и с вероятностью 0,99 у наиболее разумных, — то есть если количество особей на планете увеличится до одного миллиарда, то первый и второй эшелоны какой-то частью могут быть прорваны. Для этого нужно, чтобы население планеты не превышало одного миллиарда особей. А если вдруг это произойдёт, то Вольнодумцы должны быть признаны дураками. Для этого нужно воспользоваться древней межгалактической уловкой с убеждением в сознании масс «я начальник — ты дурак», а также чтобы начальники разного уровня кричали на своих подчинённых так, чтобы те вообще боялись какую-либо думу произнести вслух, пустив её на вольные хлеба. Следовательно, для создания третьего эшелона защиты от вольнодумия требовалось:

— чтобы на постах начальников находились особи с меньшим интеллектуальным уровнем, чем их подчинённые;

— чтобы у начальников была сформирована культура постоянного крика и ора на своих подчинённых вне зависимости от их действий;

— чтобы подчинёнными крик начальников воспринимался не как приступ истерии, а как проявление мужества, храбрости, воли и необычайного героизма;

— чтобы подчинённые подхалимничали и трепетали перед своими начальниками.

Таким образом, если появлялся Вольнодумец, прорвавшийся через первые два эшелона, он атаковался своим же начальником.

Четвёртый эшелон борьбы заключался в объявлении Вольнодумца ненормальным, или дураком, в непризнании в социуме, в непредоставлении благ общества.

Такая мощная эшелонированная система обороны гарантированно защищала от любых проявлений случайно появившихся дум, идущих вразрез с концепцией управления корпорации «Шарлатанов». Прорваться сквозь неё возможно в случае превышения населения планеты более одного миллиарда, и то такие особи будут представлять собой ничтожное меньшинство одиночек, которых система не заметит, и на уровне погрешностей их влияние на мир будет непринципиальным. Тот, кто сможет через неё прорваться, будет представлять собой сильную и волевую личность, способную к познанию мира. Кто из них пойдёт по первому сценарию? Скорее всего, никто! Так считал Латан, но, как показала история той планеты, он глубоко ошибался.

Ещё Латан понял, что эмоции играют сильную роль в психологии. Если толпе безэмоционально и скучно рассказать, например, о законах астрономии и движениях звёзд, то толпа не то чтобы не поймёт — толпа заснет. А если у толпы вызвать эмоции, то толпа заслушаеться и поверит в любую чушь. Поэтому механизм внедрения образа Волонда и прожорливой барабашки в сознание был найден. Всего то надо немножко подучиться актёрскому мастерству — и дело в шляпе. А также научиться самообладанию, чтобы не заржать, когда начнёшь рассказывать байку про Волонда. Все идеологические разработки загружать в сознание масс в различных эффектных шоу, когда безумцы веселятся и ни о чём не думают. Хорошо бы изобрести вещество, меняющее восприятие объективной реальности, чтобы племя употребляло бы добровольно это вещество на различных таких шоу, праздниках и увеселительных мероприятиях, — мечтал Латан. Кстати, если бы изобрести такое вещество, то оно вполне могло бы послужить пятым эшелоном в борьбе с вольнодумием.

Шар и Латан порой любили абстрагироваться от каких-то деталей и свойств предмета или явления, чтобы сосредоточиться на их ощутимых закономерных признаках. Метод формирования абстракций помогал им воспринимать и получать знания, недоступные для масс. Они видели членов племени абстрагировано, как некие точки, имеющие вес, скорость, направление и связи с другими точками, как элементы, которые могут принимать информацию, передавать её, обрабатывать и хранить.

Товарищи из корпорации «Шарлатанов» боялись появления Вольнодумцев на воле ещё больше, чем племя «Почемучка» впоследствии начало бояться Волонда с барабашкой. Поскольку Волонда боялись бессознательно, не осознавая причин страха. А бессовестные математические фокусники прекрасно оценивали угрозу разгула вольнодумия на просторах их планеты.

Прошло какое-то время, и Шар с Латаном решили поделиться между собой своими мыслями о построении будущего общества, точнее, глобального проекта рабовладельческого строя, в котором рабы не осознают своего положения и являют собой автоматы невольнических программ.

Латан, выслушав идеи Шара, расширил его мысли:

— Для реализации твоего проекта с процентами было бы неплохо закрепить это в сказке про Волонда и прожорливого барабашку. Якобы процент по долгу — это воля Волонда. А для, того чтобы ухаживать за деревьями с зелёными листочками, нужно подобрать подходящую кандидатуру, чтобы она была не совсем тупой, но и не умной, не смогла мыслить масштабно дабы не позволить ей понять весь глобальный смысл нашей затеи. Также должен быть компромат на неё на случай, если она что-то заподозрит, чтобы пикнуть не смогла. Если ощутит какой-то подвох и попытается увильнуть в сторону, мы, используя порочащую честь информацию, заставим ее петь под нашу дудку. Кандидатуру дополнительно подкормим зелёными листочками. Короче, у меня есть на примете одна такая особь по имени Феня Блеф. В логике слабоват, компромат есть (недавно он стырил у своего товарища кусок мяса, и он чуть не помер; искали «кто стырил?» всем племенем, но так и не нашли, а я всё это видел). Алчный, за зелёные листочки готов на всё, что угодно.

— Отличный вариант, — заявил Шар. — Я ещё вот что прикинул. Мы вместо мяса, молока и продуктов будем брать за долги средства производства. Ну, то есть вместо молока возьмём часть коровы, например рога; вместо мяса — оружие, с помощью которого оно добывается. Потому что, если забрать мясо и молоко у толпы, она сдохнет от голода. А мы им скажем, что мы добрые и решили, вместо того чтобы они расплачивались по долгам продуктами, расплачиваться средствами производства. Таким образом, толпа превознесёт нас за добродетельность, а за несколько хозяйственных циклов мы станем полными обладателями всей номенклатуры средств производства, и вообще всё, что производится племенем – наша собственность.

— Круто ты шаришь, Шар! Мы сможем управлять технологиями путём изменения процентной ставки. Те технологии, которые нам приемлемы, мы поддержим давая в долг без процентов, а те, которые угрожают нашему господству, — тем долг под большой процент. Но в таком случае нам нужно иметь охрану, которая бы не позволила ворам украсть нашу собственность.

— Точно! Об этом я и не подумал. Но нам нельзя бороться с воровством путём воспитания высокой нравственности. В стаде мы должны поддерживать самые низменные животные чувства: жадность, гордыню, хвастовство, честолюбие. Хотя, с другой стороны, мы сможем воспитать в стаде чувство справедливости так, чтобы они не воровали друг у друга, в том числе и у нас. Но, в чём соль, дорогой друг? Справедливость — это когда всем всё поровну: воспитание, знания, труд, продукты питания и т. д. А у нас-то разный уровень знания! Тогда предлагаю два вида справедливого распределения: первый вид для нас, корпорации «Шарлатанов», а другой вид справедливости — для стада. То есть внутри стада распределение должно быть равнозначным. Но в любом случае охрана нам пригодится, хоть воры и не представляют особой угрозы для нас. Само стадо пускай думает, как бороться с воровством. Хм, хотя согласно нашей задумке, они не должны уметь думать. В общем, воры — это проблема стада. А вот Вольнодумцы — это наиболее опасное явление, и твоя четырёх-эшелонированная система очень хорошо придумана. Причём эту систему нужно постоянно совершенствовать сообразуясь с обстановкой. Чего стоит такой фактор как численность племени, имеющая тенденцию к постоянному возрастанию. Как раз научные организации нужно направить на создание дурманящего мозг вещества и разработку теории его употребления, а может быть, даже включение этой теории в сказку про Волонда и барабашку.

— Слушай, Шар. А как ты допёр до манипуляции с зелёными листочками? Это же гениально!

— Мне просто сон приснился, где два персонажа по имени Алиса и Базилио вскружили чью-то деревянную голову, которую, кажется, называли Буратино. Они ещё песенку пели прикольную, которую можно отождествить с нашими принципами манипуляции стадом бандерлогов. Тьфу ты, бамбук мне по голове, вылетел текст. А-а-а-а, вспомнил, — почесав затылок, произнёс Шар. — Там её играл какой-то тип на необычном музыкальном инструменте и вглядывался в папирус. А на папирусе были изображены чёрные кружочки с хвостиками, иногда соединёнными между собой. Я скажу тебе, что это весьма гармоничный код отображения музыкальной информации. Тот, кто его разработал, является, по всей видимости, незаурядной личностью. Он точно обладал высокой интеллектуальной мощью, сопряжённой с волей. Таким товарищем вряд ли возможно манипулировать.

И Шар начал напевать мелодию и одновременно изображать чёрные кружочки на средствах отображения графической информации своей планеты:

Лап ти бу ди дубудай,

лап ти бу ди дубудай,

Лап ти бу ди дубуда дай,

лай-лай-лай.

Ла-ла-ла-ла-ла-ла...

Лап ти бу ди дубудай,

лап ти бу ди дубудай...

Лай-лай-лай

Ла-ла-ла-ла-ла-ла...

Пока живут на свете хвастуны,

Мы прославлять судьбу свою должны!

Какое небо голубое,

Мы не сторонники разбоя.

На хвастуна не нужен нож:

Ему немного подпоёшь —

И делай с ним, что хошь!

Покуда живы жадины вокруг,

Удачи мы не выпустим из рук!

Какое небо голубое,

Мы не сторонники разбоя.

На жадину не нужен нож:

Ему покажешь медный грош —

И делай с ним, что хошь!

Покуда есть на свете дураки,

Обманом жить нам, стало быть, с руки.

Какое небо голубое,

Мы не сторонники разбоя.

На дурака не нужен нож:

Ему с три короба наврёшь —

И делай с ним, что хошь!

После передачи Алисой и Базилио деревянной голове некоторых сведений последняя решила непременно очутиться на Поле чудес в Стране дураков для зарытия в землю металла, надеясь на то, что он сможет дать всходы быстрее, чем растения с самой короткой фазой выхода из земли семени в жизненном цикле воспроизводства во всём растительном мире Вселенной. Короче, деревянный товарищ пал жертвой собственного невежества и не понимал, что объективно возможно, а что нет.

— Так где же в деревянной голове можно найтись мозгу-то? — риторически спросил Латан. — Там объективно невозможно присутствие мыслящей материи. Кстати, нам нельзя поддерживать в толпе гармонию, иначе они нас рассекретят быстро. Поэтому требуется наложить запрет на знание теории музыки и уж тем более на то, чтобы кто-то умел играть на каких-либо в будущем придуманных музыкальных инструментах. А то, чего доброго, начнут вольнодумничать и придумывать свои мелодии, которые могут оказаться гармоничными. А мелодия, между прочим, — это процесс, который связан с процессом извлечения звуков из инструмента с последующей их оценкой слуховым аппаратом. Извлёк из инструмента одну последовательность звуков — получил одну мелодию, извлёк другую — получил другую мелодию, сравнил эти мелодии между собой, выбрал из них более гармоничную, которая лучше резонирует в сердце, ну и так далее. А это уже управление музыкой, где можно найти наиболее гармоничные сочетания. И тогда Вольнодумцы додумаются, что раз есть гармония в музыке, значит, есть гармония и в других явлениях: живописи, архитектуре, товарообмене, диалоге между людьми и так далее. Если толпа достигнет гармонии, тогда нам крышка!

— Позвольте, — уточнил Шар, — но тогда нам нужно запретить и теорию живописи, и архитектуры, и товарообмена, и диалога между людьми и прочие направления.

— Я считаю, что знание о музыке в первую очередь не должно распространяться в массах.

— Почему? — задал резонный вопрос Шар.

— Потому что, — рассуждал будущий мафиози, — во-первых, у нас нет своей планетарной теории музыки, но её можно стырить у землян, как ты стырил мистическим способом ловкий приём с зелёными листочками. Я бы назвал этот приём «деревянное железо». Во-вторых, живопись и архитектура нам нужны будут для использования культа Волонда и прожорливого барабашки для содержания толпы в страхе и состоянии нахождения их в «обделанных штанишках». В-третьих, теорию товарообмена мы уже состряпали, и она весьма негармонична. В-четвёртых, если все будут находиться в состоянии «обделанных штанишек», никакого гармоничного разговора не может быть.

— Я не понял только одного: почему «деревянное железо»?

— Потому что, — резюмировал Шар, — «деревянный» был железно убеждён в растительном происхождении железа, способного на волшебное преобразование под землёй в дерево, из которого возможно было бы произвести таких же «деревянных» собратьев.

— Кстати, отличный приём получения знаний из Вселенной с помощью сна, — заявил внезапно Латан. — Нужно взять на вооружение! Ты запомнил, как ты погрузился в это состояние?

— Не совсем понял, как у меня это получилось. Но нужно нарабатывать такую практику.

— Но хватит рассуждать, пора действовать. Думаю, что стартовать нужно через три дня. Ты готов?

— Всегда готов.

— Тогда вперёд и с песней.

После этих слов Шарлатаны запели свою любимую и в то же время единственную песню на своей планете про Поле чудес и Страну дураков, избрав её текст как основу будущей концепции оболванивания соплеменников. От напевания песни лисы Алисы и кота Базилио у них ещё поднялось настроение и началась генерация идей. Глобальные злодеи поняли влияние музыки на сознание живых душ. Какую песню поёшь — таково и настроение, таково и состояние духа, от которого зависят когнитивные возможности. Поработители и эксплуататоры рода мозговеческого непременно решили в будущем организовать научное направление по исследованию влияния музыки на всё живое, дабы на основе полученных результатов претворять в жизнь своё коварное межгалактическое злодейство. А ведь, дорогие друзья, полученные результаты исследований можно применить и в целях благих, направленных на достижение каждым членом племени своего потенциала развития. Что ж, мечом можно убить, мечом можно спасти, мечом можно достичь какой-то цели. Вопрос — какой цели?

Закон

Природный закон изучает наука о жизни,

Закон о всемирном потоке безумных идей,

И кто-то стремится найти правду жизни,

Но их пожирает зловещая лапа когтей.

Я вижу, как люди гноят покрывало вселенной,

Они ищут радость, комфорт, убивая мой дом,

И спектр цветов смещается в сторону бездны,

И я подаю вам команду «Планета, подъём!».