Записки путешественника. Италия

ВАТИКАН

Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как

дети, не войдете в Царство Небесное.

(Матф.18:3)

Собор Святого Павла, Ватикан.

Еще накануне я предусмотрительно приобрел в табачном киоске («Tabacchi») проездные билеты, а также узнал от Рудольфо, что до Ватикана можно спокойно добраться, воспользовавшись 64-м маршрутом автобуса. Благо, остановка находится в двух шагах от нашей гостиницы.

Проездные билеты стоят полтора евро и годны на все виды городского транспорта (включая метро) в течение 100 минут с момента их компостирования. То есть, вы можете пересесть на другой автобус или трамвай и проехать далее или – наоборот – вернуться назад, если уложитесь в указанное время. Правда, на метро по такому билету можно проехать только 1 раз.

Билет необходимо прокомпостировать, иначе штраф за неоплаченный проезд очень высокий. Сам компостер (желтого цвета) выглядит незатейливо: приставляешь к его щели билет, он «заглатывает» его на пару секунд, после чего, снова «выплевывает» вам эту картонную бумажку. Естественно, мы предпочли не играть в «русскую рулетку» и как исполнительные «облико-морале», сразу же прокомпостировали наши проездные.

Проездные билеты на транспорт…

Как оказалось, ехали мы совсем недолго – не более 30 минут – и остановились с обратной стороны Собора св. Петра. Вылезли из автобуса и ничего не можем понять: где Собор, где Ватикан? Наконец, пройдя немного вдоль стены, выясняли, что нам следует обойти весь этот комплекс сбоку. Едва мы попали на саму площадь, как нас мгновенно вычислили русско-говорящие гиды и стали наперебой охмурять своими «выгодными» предложениями. Однако, мы вежливо отказались от их услуг, поскольку у нас на руках уже имелись электронные билеты в музеи Ватикана, преобретенные мною заранее по онлайну. Вскоре выяснилось, что для таких умников как мы, тоже имеется своя отдельная очередь. Правда, значительно короче и быстрее по времени.

Полагаю, нет надобности, описывать вам все красоты Ватикана: во-первых, всё это бесполезно, так как невозможно выразить в словах те чувства, которые охватывают тебя при виде такого великолепия и роскоши, а во-вторых: лучше, приехать самому и всё увидеть своими глазами.

Да-а… бохато, бохато: от обилия позолоты глаза быстро устают…

Эти нескончаемые папские галереи, с их несказанным убранством и восхитительной росписью, когда ты вдруг понимаешь, что ни один сантиметр пространства не остался не заполненным. Когда уже через полчаса, всё это золото, блеск и роскошь, бьющая тебе в глаза на каждом шагу, становится настолько привычным, как нечто будничное и обыденное, что понимаешь – надо отойти, присесть в сторонке и отдышаться. Ибо, нормальный человек не способен за раз переварить столько духовной и художественной пищи. Во всём должна присутствовать разумная мера.

Во всяком случае, я описываю исключительно свои чувства. Так, к примеру, от Сикстинской Капеллы (в смысле, росписи Микеланджело) – откровенно говоря – я почему-то не пришел в тот исключительный восторг, который предвкушал. Нечто подобное произошло у меня в своё время и с леонардовской «Мадонной», что находится в Лувре. Вероятно, происходит это потому, что подобные вещи следует лицезреть внезапно, без той рекламной обработки, которая наделала столько шума, что уже не позволяет тебе взглянуть на работу непредвзято и отстранённо. Всё это лишь вызывает в тебе какой-то внутренний протест и даже некое раздражение.

«В общем, работа неплохая…» – скромно вывел я своё резюме, относительно творчества Микеланджело.

Роспись потолка Сикстинской Капеллы.

Между прочим, из-за огромной толпы туристов и похожести галерей одна на другую, мы в какой-то момент, дезориентировавшись, прошмыгнули в какую-то щель и, поднявшись на лифте на второй этаж, вновь очутились в начале экспозиции. Таким образом, пришлось вновь медленно тащиться за толпой по всем длинным и нескончаемым галереям и вторично пройти через Сикстинскую Капеллу. Между прочим, там строго-настрого запрещено снимать на фото и видео. Хотя – как я очень скоро убедился – многие посетители, игнорируя эти запреты, щелкали сенсорными кнопками своих смартфонов.

А вот стансы Рафаэля очень даже порадовали: тут я задержался намного дольше. Впрочем, Рафаэль – это отдельная песня, это моя откровенная слабость. Тут, как говорится, комментировать излишне…

«Афинская школа» худ. Рафаэль Санти

ОХВАТИЛИ!

За три часа самостоятельной экскурсии мы уже настолько утомились, что предпочли немного посидеть с тем, чтобы потом можно было бы спуститься вниз и зайти вовнутрь Собора св. Петра. Едва мы расслабились, как неожиданно мимо нас пробегает узнаваемая пара. До нашего слуха дошли лишь последние слова мужичка:

– Ну вот, всё захватили! А ты: «Ватикан, Ватикан… за полтора часа не управимся…» Ещё как управились! Бежим теперь к Колизею!

Что и говорить: Собор, конечно же, потряс нас. И не столько, своими размерами (хотя, они также внушают уважение), сколько своим скромным убранством, сдержанностью ярких красок, выдержанных в пастельных тонах и отсутствием обильной позолоты, что порой производит обратный эффект. И сама аура в нем какая-то радостная, умиротворенная. Мы с удовольствием посидели на лавочке ещё с полчаса, разглядывая алтарь и росписи потолка величественного собора.

Рядом с нами, сидела ещё одна русско-язычная семейка (бабушка, мама, 4-летний сын и совсем маленькая дочь). Мы уже встали, собираясь покинуть храм и тут мальчик обратился к матери:

– Мама, а ты кого больше любишь – лялечку или бога?

Ответ матери мы не расслышали, но чётко помним последние слова мальчика:

– Я тоже, бога…

Стражники Ватикана

По завершению осмотра Собора Святого Петра мы не преминули спуститься к личной охране и зафиксировать её на фото.

Затем, пройдя ещё немного, наткнулись почту Ватикана.

– Папочка, а давайте отправим открытку детям? – предложила супруга и мечтательно улыбнулась – Как в наши добрые советские времена. Помните?

– Ещё бы: конечно помню. – отозвался я, доставая фотоаппарат и намереваясь сфоткать мою птичку, которая ужасно не любит это дело. – Лен, ну ты можешь хотя бы постоять три секунды неподвижно!

– Ну, нате вам! – раздраженно ответила мне жена и застыла в неестественной для неё позе.

Почта Ватикана

Время давно перевалило за полдень, а у нас во рту ни крошки. Благо, выручали фонтанчики и водопроводы, коих в столице Италии великое множество. Пили прямо из под крана, так как римская вода считается одной из лучших. Ну, во всяком случае, на третьем месте в мире: после Сан-Франциско и Еревана.

Наконец, вернувшись в отель, наскоро пообедали чем бог послал: помидоры с сыром моццарелла и виноград, приобретенные в соседнем мини-маркете, оказались в самый раз! После скромного обеда было решено прогуляться пешком до фонтана Треви – особой достопримечательности Рима, требующей отдельного внимания.

Наш скромный обед в Риме…

«ЗДЕСЬ БЫЛ ОСЯ…»

– Прилетаю я на Таити… А вы не были на Таити?

(из м/ф «Возвращение блудного попугая»)

Фонтан Треви.

Самая страшная болезнь нашего времени (на мой взгляд), которой подвержена подавляющая часть современных туристов и путешественников, это – непременно, побывать в рекламируемых местах, отметиться и поставить галочку («и я там был, мёд-пиво пил…"). Каюсь: нас эта болезнь также не обошла стороной. Несмотря на то, что мы сознательно выбрали не «турпутевку», а индивидуальный маршрут. Чтобы не бегать за гидом как стадо баранов, а быть предоставленными самим себе. Но для того, чтобы поездка получилась плодотворной, необходимо заранее проштудировать кучу самой разнообразной информации с тем, чтобы составить грамотный план, исходя из личных пристрастий и тех приоритетов, что отражают вашу шкалу ценностей.

«Нельзя объять необъятное»… И – тем не менее – мы решили поделиться тем, что показалось главным для нас и без чего, мы посчитали бы свою поездку неполноценной. Да, конечно: хотелось бы охватить намного больше, но как гласит мудрая бухарская поговорка: «Кўрпачаба нигоҳ карда поя дароз мекунанд», примерный аналог которого соответствует русской: «По одёжке протягивай ножки». В частности, руководствуясь афоризмом одного из моих друзей «Жадность – залог здоровья», я сознательно отказался от приобретения билетов в Галерею Боргезе. Зато, не смог устоять перед тем, чтобы пропустить Галерею Уффици. Словом, мы вынуждены были исходить из нашего скромного бюджета.

И первое, куда мы решили двинуть свои стопы после Ватикана – это фонтан Треви.

Дабы не пересказывать всё по-новой на свой лад, я прибегну в проверенному способу и приведу короткие выдержки из «Википедии»:

«Фонтан Треви (итал. Fontana di Trevi) – самый крупный фонтан Рима, высотой 25,9 м и шириной 19,8 м.

Этот фонтан в стиле барокко был построен в 1732—1762 годах архитектором Николой Сальви. Он примыкает к фасаду палаццо Поли (итал. Palazzo Poli), второй этаж которого в 1830-х гг. снимала княгиня З. А. Волконская.

Портрет княгини Зинаиды Волконской кисти О.А.Кипренского

Величественный фасад дворца и фонтан воспринимаются как единое целое, и поэтому фонтан кажется ещё грандиознее. Из центральной ниши дворца как на колеснице выезжает Океан, сидящий на морской раковине, которую тянут тритоны и гиппокампы. В нишах по бокам от Нептуна помещены аллегорические фигуры, а над ними – барельефы. На правом барельефе молодая девушка указывает римским солдатам, где находится источник. От этого источника проложили акведук, по которому вода поступала в Рим, и акведук, так же как и источник, получил название Acqua Vergine (Acqua – вода, Vergine – девственница).

Существует поверье, что человек, бросивший в него монетку, приедет в Рим ещё раз. Две монеты – любовная встреча. Три – свадьба (бракосочетание). Четыре монеты – богатство. Пять монет – разлука. Денежная сумма, которую ежегодно «вылавливают» коммунальные службы за год, достигает 700 тыс. евро»

– Блин: на пять монет у меня не хватает… – разочарованно произнес я, глядя на супругу.

Лена оценила эту шутку как неудачную.

«Портрет писательницы княгини Зинаиды Александровны Волконской в костюме Танкреда» худ. Ф.А.Бруни

«Представительница княжеского рода Белосельских – Зинаида Александровна Волконская – родилась в семье князя Александра Михайловича Белосельского-Белозерского и Варвары Яковлевны Татищевой в Дрездене, где её отец был посланником при Саксонском дворе. Матери своей Зинаида лишилась рано и была воспитана со своими сестрами, Натальей и Марией, отцом, человеком образованным, известным меценатом, от которого она унаследовала любовь к науке и искусствам.

В 1808 году, будучи фрейлиной, она состояла при королеве Луизе Прусской. Выйдя 3 февраля 1811 года замуж за егермейстера князя Никиту Григорьевича Волконского, она вместе с мужем и родившимся в 1811 году сыном Александром сопровождала Александра I во время его заграничных походов, побывала в Лондоне и Париже, где стала известна своим сценическим и музыкальным дарованием, исполняя на сцене частных театров оперы Россини, блистала на Венском конгрессе, позднее – на Веронском. С этого времени установились между нею и Александром I дружеские отношения и началась переписка, продолжавшаяся до его смерти.

В конце 1824 года переехала в Москву, в дом своей мачехи княгини А. Г. Белосельской, урождённой Козицкой, на Тверской, и дом этот скоро стал центром умственной и артистической жизни «грибоедовской Москвы». Московский дом З. А. Волконской на Тверской улице, хотя и перестроенный, существует и известен под старым названием «Елисеевский магазин». Красота, ум и образование княгини, её чудный контральтовый голос и особый, присущей ей дар привлекать к себе сердца собирал на её музыкально-литературные вечера и театральные представления не только московскую знать, но и профессоров, художников и музыкантов.

В её салоне собирались многие известные писатели: Пушкин, Баратынский, Мицкевич, Веневитинов, Девитте. Самой известной характеристикой Волконской и её салона стала фраза П. А. Вяземского из письма А. И. Тургеневу, о «волшебном замке музыкальной феи», где «мысли, чувства, разговор, движения – всё было пение». Лучшие поэты посвящали ей свои творения. Она и сама писала на русском, французском и итальянском языках, Пушкин именовал её «царицей муз и красоты», также её называли «Северной Коринною».

Церковь св. Викентия и Анастасия, на площади Треви.

Страстная любительница музыки, она устраивала у себя не только концерты, но и итальянскую оперу, и являлась сама на сцене в роли Танкреда, поражая всех ловкою игрою и чудным голосом: трудно было найти равный ей контральто. В великолепных залах Белосельского дома оперы, живые картины и маскарады часто повторялись во всю эту зиму, и каждое представление обставлено было с особенным вкусом, ибо княгиню постоянно окружали итальянцы.

После восстания декабристов положение Волконской осложнилось. В 1826 году Зинаида Волконская устроила проводы в Сибирь жён декабристов – Е. И. Трубецкой и М. Н. Волконской (жены брата Никиты Волконского, её мужа), чем вызвала неудовольствие властей.

В то же время она под влиянием иезуитов перешла в католичество (была прихожанкой храма св. Екатерины в Петербурге) и вслед за этим получила от императора Николая Павловича разрешение отправиться за границу; имение её было переведено на имя сына.

В последние годы жизни Волконской овладело мрачное мистическое настроение. Скончалась она 24 января 1862 г. и похоронена в Риме, в церкви св. Викентия и Анастасия, на площади Треви, вместе с мужем и сестрой Марией Александровной Власовой (1787—1857). Если верить преданию, то причиной смерти стала простуда, полученная княгиней после того как она отдала на улице своё пальто замерзающей нищей женщине. Она всегда отличалась состраданием и благотворительностью, а в конце жизни помощь страждущим стала для неё чуть ли не навязчивой идеей.

В Италии помнят русскую княгиню, которую римская беднота называла Благочестивой, и даже сохранили имя Зинаиды Волконской в названии одной из улиц Вечного города.

Откровенно говоря, я не мог себе представить, что какой-то «бассейн с фонтаном» может так тебя заворожить и влюбить в себя с первого взгляда. Просто, стоял как заколдованный и не мог оторвать глаз.

– Лена, давай сфотографируемся вместе на фоне… – начал было я.

– Ни за что! – категорично отрезала моя вредина. – Терпеть этого не могу.

– Ну тогда щёлкни меня! Приеду – буду хвастаться перед друзьями.

Весь оставшийся вечер был посвящен бесцельной прогулке по узким и уютным улочкам Рима. Наверное, первый раз в жизни мы брели туда, куда глаза глядят, предаваясь беззаботному отдыху. И догадались, что по-настоящему этот город просыпается к жизни с наступлением сумерек: куда ни кинешь взгляд, всюду сверкающие разноцветными огнями гирлянды вывесок небольших ресторанчиков, кафешек и пиццерий, смех и многоязычный говор местных и туристов, и самое поразительное – очень мало автомобилей и прочего транспорта. Зато, мотоциклов и скутеров невероятное количество.

С заходом Солнца жизнь в Риме только начинается…

Поздним вечером, по пути к гостинице, мы наткнулись на супермаркет. Было принято решение: прикупить здесь бутылочку вина и что-нибудь к легкому ужину. Лена не смогла устоять перед оливками и сыром моццарелла, ну а я предпочёл пиццу со шпинатом и вяленые томаты.

За день накопилось немало впечатлений, которые следовало переварить. К тому же, наутро нас ждал новый маршрут, составленный накануне: Санта Мария Маджоре, Сан Петро ин Винколи, Колизей, Форум Траяна и площадь Венеции. Так что утомленные путешественники благоразумно рухнули в кровать.

Вполне себе недурственный ужин…

ДЕБЕТ – КРЕДИТ

– Теперь вино: разбила две бутылки.

– Три!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.