Потерянный бит

3

Я открываю глаза от яркого солнечного света. Он врывается в большие незнакомые окна с распахнутыми коричневыми шторами, заставляя жмуриться. Где я? Ах, да. В кровати с самым красивым парнем, которого я когда-либо видела, где мы всю ночь напролет занимались сексом. Умопомрачительным сексом. Четыре гола за ночь – такое нечасто встретишь в футболе.

Нейт ворочается за спиной и закидывает на меня руку. Не дышу, потому что хочу растянуть это мгновение как можно дольше. Без преувеличения, этот парень потряс мой мир минувшей ночью. Теперь я не удивляюсь, что существуют клубы для анонимных сексоголиков.

Губы Нейта прижимаются к моему позвоночнику, и тело предательски вздрагивает.

– Проснулась, – шепчет, покрывая легкими поцелуями мою спину. Скользит руками к моей груди, едва касаясь ладонями верхушек сосков, и осторожно ее сжимает. Издаю непроизвольный мурлыкающий звук и выгибаю спину, потому что ужасно хочу соприкоснуться с его кожей. Получив сигнал к действию, Нейт обхватывает руками мои бедра и перекатывает на себя.

Неуверенная в свежести своего дыхания, я боюсь вымолвить хоть слово. Вернее, я точно знаю, что во рту у меня сейчас пахнет, словно там помочились все помойные кошки Лос-Анджелеса. Нейта, кажется, это не беспокоит, потому что он моментально твердеет подо мной. Начинаю нервно ерзать на рельефном животе, потому что смущаюсь тем, как быстро влажнеет у меня между бедер. Нейт озорно улыбается, глядя на мое покрасневшее лицо, и скользит кончиками пальцев по животу, спускаясь туда, где я жажду почувствовать их больше всего. Жмурюсь и прикусываю губу, когда он нежно потирает клитор и проталкивает в меня сначала один палец, а за ним второй.

– Тебе не больно? – хрипло спрашивает, мучительно медленно двигая ими во мне.

Ответ наверняка написан на моем лице, но на всякий случай отрицательно кручу головой – не дай бог, он остановится.

– Мне нравится, что ты такая гладкая и влажная, – приподнимается на локтях и обхватывает сосок губами.

Откидываю голову назад и издаю бесстыдно громкий стон, потому что хочу его так сильно, что в животе становится больно.

– Хочешь меня внутрь?

Мычу и обхватываю член пальцами, подтверждая свой невразумительный ответ. Он твердый как камень и наощупь как шелк. Неловко направляю его в себя и начинаю медленно опускаться вниз. Где-то внутри меня раздаются оглушительные аплодисменты, приветствуя нашего единение. Наплевав на правила гигиены, обхватываю лицо Нейта ладонями и со всей страстью целую, потому что хочу быть соединенной с ним везде, где это возможно.

– Ты прекрасная ученица, – говорит мне в рот, и я невольно улыбаюсь. С ним мне очень комфортно, словно мы знакомы всю жизнь. – Можешь двигаться сама. Выбирай темп, какой тебе нравится – я здесь для тебя.

Начинаю неспешно скользить по нему вниз – вверх, и с удовлетворением отмечаю, как начинают раздуваться его ноздри, и ореховый взгляд становится черным.

– Так хорошо? – спрашиваю на всякий случай.

Вместо ответа Нейт издает глухой стон и закрывает глаза.

В таком положении все ощущается ярче. Чувствую, как его член потирается о мои стенки, ударяясь обо что-то в глубине, заставляя комок в моем животе сладостно ныть и увеличиваться.

Предчувствуя наступление оргазма, непроизвольно начинаю двигаться быстрее. Мне немного страшно от того, что сейчас я сама ответственна за свое освобождение, и хочется ощутить поддержку Нейта.

– Нейт, я сейчас… это сейчас…снова… боже, – лепечу, впиваясь ногтями в мышцы на его груди.

Нейт напрягается подо мной и сдавленно рычит, затем резко хватает меня за бедра и начинает быстрыми толчками трахать меня. Именно трахать, потому что это разительно отличается от тех нежных движений, которыми он покорял меня несколько часов назад. Падаю ему на грудь и прижимаюсь лбом к его виску, безуспешно пытаясь подавить рвущиеся стоны.

– Черт, черт, Тэйлор, – ругается, прикусывая мое плечо. – Я не могу остановиться. Не могу…

Свирепые движения задевают какую-то чувствительную точку во мне, и в эту секунду становится по-настоящему страшно, потому что в глазах темнеет и голова кружится, словно я вот-вот упаду в обморок. Исступленно кричу его имя и распадаюсь на части вокруг него.

– Тэйлор… Тэйлор… Господи, – задушено стонет Нейт и, резким движением выйдя из меня, быстро двигает рукой по длине, орошая собой мою грудь и живот.

Это самое потрясающее ощущение за всю мою жизнь. Смотрю на него широко раскрытыми глазами и хочу остаться жить в этом моменте. Сейчас мы такие неприкрытые и ранимые, разделили между собой что-то настолько интимное.

Веки Нейта опущены, он тяжело дышит. Когда он открывает глаза, в его взгляде на секунду мелькает что-то странное. Боль? Беспомощность?

Смотрит в сторону и раздраженно бормочет.

– Я забыл презерватив.

– Я ничем не больна, – уверяю его, осторожно перелезая на простыни. – У меня был только один парень, и я проверялась…

– Я не за это беспокоюсь, – поднявшись с кровати, направляется к двери ванной комнаты.

Машинально прикрыв грудь простыней, растерянно смотрю вслед удаляющейся мускулистой спине. Что произошло? Почему он вдруг стал таким отчужденным и холодным?

Минут через двадцать Нейт выходит из ванной с обмотанным вокруг бедер белым полотенцем, спокойным и приветливым, как прежде.

– Хочешь где-нибудь перекусить? Боюсь, в доме нет ничего съедобного, – мягко улыбается.

Хочу согласиться, но, бросив взгляд на настенные часы, понимаю, что у меня совсем нет на это времени. Мой телефон разряжен, и если я не позвоню в течение часа, папа наверняка объявит меня в розыск.

Застенчиво улыбаюсь ему и отрицательно мотаю головой.

– С удовольствием, но не могу.

Нейта, кажется, мой ответ нисколько не расстраивает. Кивнув, он говорит:

– Вызову тебе такси.

Подхватив валяющуюся на полу одежду, забегаю в сверкающую ванную и быстро принимаю контрастный душ. Смыв с себя следы утреннего беспорядка, чищу зубы нанесенной на палец пастой и пытаюсь расчесать спутанные кудри. Бесполезно. Напяливаю проститутский топ и смятые брюки и выхожу в спальню.

Нейт сидит на кровати, одетый в спортивные шорты и внимательно разглядывает свои ладони. Тихо откашливаюсь, привлекая его внимание. Задумчивое лицо в ту же секунду становится безмятежным.

– Такси ждет, Тэйлор, – сообщает он, поднимаясь.

Нейт провожает меня к машине, ожидающей у ворот, и сует деньги таксисту.

– Куда девушка скажет.

Замираю около пассажирской двери, старательно разглядывая черный носок своих замшевых туфель. Интересно, спросит ли он мой телефон. Пожалуйста, спроси мой телефон.

Нейт наклоняется к моей щеке и мягко ее целует.

– Спасибо, что заехала, Тэйлор.

Кусаю губы, понимая, что то, чего я желаю больше всего, уже не произойдет.

– Мы… больше не увидимся? – тихо спрашиваю, поднимая глаза. В это момент я, должно быть, выгляжу жалко.

Нейт вздыхает и посылает мне сочувственную улыбку. У него и такая есть в запасе.

– Я говорил тебе, что я не хороший парень. А ты замечательная девушка. Пусть так и остается. Мне было очень хорошо с тобой, Тэйлор, но будет лучше, если мы больше не встретимся

С этими словами он распахивает желтую дверь такси передо мной, и мне ничего не остается, как сказать потерянное «пока» и молча сесть внутрь. И мне почему-то очень грустно.

4

По возвращению в свою квартирку в Долине Сан-Фернандо, которую вот уже больше года снимаю в одиночку, я первым делом включаю телефон. Три пропущенных от Фелисити и девять от отца. Лис и ее расспросы о размере члена Нейта могут подождать, поэтому, поудобнее устроившись в кресле, я звоню папе.

– Куда ты пропала, hija, – слышится в трубке недовольный бас.

– ii Teléfono se rompió, – беззастенчиво вру я, потому что с таким родителем как Энрике Челси, мелкая ложь является необходимым атрибутом выживания.

Отец недовольно бурчит о том, что мне давно пора сменить мобильный, и начинает атаковать меня вопросами, на которые у меня нет ни одного мало-мальски устраивающего его ответа.

– Почему ты не заехала к нам вчера? Твой брат приезжал с женой.

Именно поэтому я и не приехала. Потому что если я хоть как то могу противостоять давлению со стороны членов моей семьи по отдельности, то когда они собираются за одним столом и под задорный хруст тортильи начинают обсуждать мое будущее, словно меня и вовсе нет рядом, насквозь проржавевшая крышка моего терпения начинает закипать.

– Была занята учебой.

Хорошо, что сказка о растущем носе Пиноккио всего лишь выдумка, иначе мне бы пришлось арендовать квартиру побольше.

– Сейчас же каникулы.

Черт.

– Нужно было кое-что почитать, – на ходу сочиняю я, – к тому же я хожу по собеседованиям.

И снова ложь, хоть и не стопроцентная. Я действительно ищу работу, но даже не составила резюме. Прокрастинация – мое второе имя.

– Ты рассталась с Томасом, Тэйлор? В чем дело?

Ей богу, разговаривать с отцом все равно, что ходить по минному полю – лишь вопрос времени, когда твои кишки взлетят на воздух.

– До нашего вундеркинда все-таки дошло? Это ты хотел, чтобы я встречалась с ним. Я больше не могу терпеть его тупость и эмоциональную зрелость комара.

– Томас хороший мальчик, – кипятится отец.

– Ты так считаешь, потому что он испанец и играет в футбол, пап. – ворчу, – Единственное, что меня привлекает в этом сочетании – это Жерар Пике, но, кажется, он не собирается бросать Шакиру, поэтому говорить больше не о чем. Я не собираюсь встречаться с этим имбецилом. Точка.

– Cómo hablas con tu padre? – ревет мой родитель, от возмущения переходя на испанский.

– Я люблю тебя, папа, – коротко говорю и кладу трубку.

Что ж, разговор, кажется, прошел не так уж и плохо.

Вылезаю из кресла, перебираясь в свою маленькую кроватку, и закрываю глаза. В голове моментально всплывает образ Нейта. Он проводит языком по моей ключице, шепчет, что я красивая, сжимает в ладонях мои пальцы, когда входит в меня… Черт, а ведь я только от него уехала. Почему девушки так привязываются к парням после секса, а с ними все происходит наоборот? Когда дело сделано, они попросту теряют к тебе интерес.

Их глубоких философских размышлений меня выдергивает вой моего мобильного, покоящегося на подушке. Фелисити. Со вздохом принимаю вызов, готовясь к допросу.

– Hola chikita, – гаркает она в трубку с чудовищным подобием испанского акцента. – Я вся извелась, ожидая, пока ты выйдешь на связь. Рассказывай.

Прикидываюсь идиоткой.

– Что ты хочешь узнать?

– Я хочу знать все! – нетерпеливо выкрикивает, – Где он живет, был ли у тебя оргазм, большой ли у него… Стой! Если у него маленький, тогда прошу, не говори мне. Не порть мои представления об идеале.

– У него, определенно, не маленький, – со смехом замечаю, чувствуя, как к низу живота снова приливает кровь.

Фелисити облегченно выдыхает и выжидающе молчит.

– Все было прекрасно. Даже больше, чем прекрасно… Все было очень даже превосходно, – повторяю бессмысленную фразу, понимая, что не скажу большего, потому что не хочу делиться волшебством этой ночи ни с кем, даже с лучшей подругой.

– И все? Где он живет хотя бы?

– Мы приехали в Брентвуд. Он сказал, что это дом его друзей.

– Красивые парни, трахающиеся как боги, как правило, все нищеброды, – глубокомысленно заключает Фелисити. – Нельзя получить сразу все.

– Он не взял мой номер, – говорю зачем-то. Но самом деле, я жалуюсь, потому что голос так и звенит отчаянием.

– Эй, ты хотела сладкий перепихон? Ты его получила. Забыла и двигаешься дальше, – наставляет подруга.

– А как ты? С тем бородачом?

– Ой, мы просто болтали – ничего особенного.

– Но ведь он пригласил нас за столик, – удивляюсь, – Я думала, это потому что ты ему понравилась.

– А, это Халф попросил нас привести, – небрежно бросает Фелисити.

Она начинает рассказывать о каком-то парне, с которым познакомилась после того, как я уехала, но я ее не слышу. В данный момент в моей голове вращается лишь одна мысль: это Нейт пригласил нас за свой стол. Потому что хотел видеть меня. Из всех девушек с танцпола, он выбрал именно меня.

5

Я просыпаюсь в пять утра с улыбкой на лице. Мне приснился Нейт. Держась за руки, мы гуляли по красивому парку, где он, улыбаясь, сообщил мне по секрету, что в его замке в Скандинавии живет единорог, и пообещал, что отвезет меня к нему на личном самолете. Прекрасный сон.

К сожалению, в спичечном коробке, который я гордо зову квартирой, нет ни Нейта, ни сказочного единорога, а есть только я, та, кто сегодня должна искать работу. Нехотя плетусь на кухню, наливаю в стакан холодной воды, опрокидывая ее в себя залпом, и открываю свой макбук. Это, пожалуй, самая ценная вещь, что у меня есть, купленная на сэкономленные чаевые официантки.

Вообще-то, у меня достаточно обеспеченная семья. Я, конечно, не София Ричи, но точно могу позволить себе не работать до конца окончания университета. Моя подработка и эта убогая квартира – своеобразный манифест моей независимости от родителей. Иногда я думаю, что если бы не это, я бы уже нянчила троих детишек от тупоголового Томаса и выращивала баклажаны на подоконнике.

Быстро набиваю на клавиатуре слово «Резюме» и вздыхаю. У меня нет никаких особенных умений. По воле отца я поступила на экономический, чтобы в будущем вести его бухгалтерию. Ведь мечта каждой восемнадцатилетней девчонки – поступить в один из лучших университетов штата, чтобы через четыре года стать бухгалтером в фирме, продающей собачьи консервы.

Полтора часа я трачу на то, чтобы составить самое дерьмовое резюме на свете, и захлопываю ноутбук. Еще час бесцельно слоняюсь по квартире, потом снова открываю его и размещаю резюме на крейглисте. Я умею с толком расходовать свое время.

Проверяю зарядку у мобильного, на случай, если какой-то отчаянный работодатель решит мне позвонить, и с чувством выполненного долга иду в душ.

Я как раз намыливаю голову, когда сквозь звук льющейся воды слышу, как в соседней комнате надрывается Эд Ширан. Черт, нужно было взять телефон с собой. Проклиная свою несобранность, топаю босыми ногами в спальню, заливая водой деревянные полы, выдергиваю телефон с зарядки и с волнением смотрю на незнакомый номер на экране. Так быстро? Не может быть.

– Алло, – бодро говорю в трубку, попутно убирая следы пены с глаз.

– Мисс Челси? Меня зовут Дарен Тейт, – представляется приятный мужской баритон на том конце. – Вы размещали свое резюме на должность помощника бухгалтера?

– Совершенно верно, мистер Тейт, – отвечаю, пытаясь звучать как можно более представительно.

– Дело в том, что нам в срочном порядке требуется помощник для проведения аудита крупной компании. Эта работа временная, всего на пару месяцев, пока сотрудник, занимающий эту должность, находится в отпуске. Если вас это не смущает, вы можете сегодня подъехать к нам в офис, и мы поговорим обо всем подробнее.

Мокрое полотенце соскальзывает с груди на пол, но я не обращаю на это внимания. Серьезно? Вот так просто? Да я чертов гений в составлении резюме!

Сдерживаю радостный визг, рвущийся из горла, и деловито сообщаю:

– Буду у вас в одиннадцать.

– Не хотите уточнить адрес? – осведомляется голос.

Черт.

– Э..Э-эх. Диктуйте, я записываю.

Ровно в одиннадцать я вхожу в трехэтажное здание коричневого кирпича и поднимаюсь по лестнице. Молодая блондинка на ресепшене вопросительно поднимает на меня тонко выщипанные брови.

– Вы к кому?

– Я Тэйлор Челси. Мне нужен Дарен Тейт из Эрнст энд Янг.

Она окидывает меня оценивающим взглядом, словно решает, стою ли того я того, чтобы она щелкнула своими наманикюренными пальцами по телефонным кнопкам, и раздраженно вздыхает. Мне никогда не понять снобизма секретарш. Секунд через тридцать служебная этика берет верх над стервозностью, и блондинка, подняв трубку, мило щебечет:

– Мистер Тейт, к вам пришла Челси Тэйлор.

Я едва не рычу, услышав, как она коверкает мое имя, но в этот момент в дверях кабинета напротив появляется высокий блондин в строгом костюме, и злость проходит. Обычно, мне не слишком нравятся светловолосые мужчины, но этот уж слишком походит на Криса Эванса, чтобы обращать внимания на цвет его волос. Он великолепен.

– Мисс Челси, прошу, входите, – дружелюбно улыбается.

Высоко задрав голову, прохожу в кабинет, незаметно демонстрируя средний палец за спиной секретарше. Кажется, она его действительно видит, потому что сзади раздается недовольное фырканье.

– Присаживайтесь, Тэйлор, – говорит Крис Эванс, жестом указывая на мягкий стул напротив письменного стола.

Послушно опускаюсь на сидение и лезу в сумку за блокнотом и ручкой, готовясь ловить каждое его слово.

– Признаюсь честно, я бы предпочел нанять кого-нибудь с опытом на эту должность, но время поджимает, поэтому я решил довериться случаю, – сообщает мужчина, внимательно меня оглядывая.

Кажется, дело не в моем классном резюме.

– Нам необходимо провести аудиторскую проверку одной компании, – продолжает, слегка подняв бровь, – Она достаточная крупная, и документооборот в ней, соответственно, приличный, поэтому одному мне не справиться. Нужны внимательные глаза и руки для проверки отчетности, если вы понимаете, о чем я.

Внимательность далеко не мой конек, но я энергично киваю.

Дарен рассказывает, что рабочий день начинается в девять и заканчивается в шесть, и приступать нужно будет с завтрашнего утра. Уверяю его, что согласна на любые условия, боясь, что он вдруг передумает нанимать меня. Моему безделью давно следует положить конец. На прощание Тейт пожимает мне руку, заглядывая в глаза, и я невольно краснею. Так на меня действуют все привлекательные мужчины.

В свой первый рабочий день я решаю быть на высоте. И когда я говорю на высоте, то подразумеваю четырехдюймовые шпильки, юбку а-ля сексуальная секретарша и строгую белую рубашку с длинным рукавом. Подумываю нацепить на нос очки, но вовремя понимаю, что это попахивает порнографическим клише, и швыряю оправу на стол. Успокойся, Тэйлор, ты уже прошла собеседование. Теперь, главное, не облажаться, чтобы Капитан Америка не пнул тебя под зад в первый же день.

С Дареном мы договорились встретиться около здания Калифорния Плаза, где располагается офис компании, в которой нам предстоит проводить аудит. Он стоит у стеклянных дверей входа в идеально скроенном черном костюме и держит в руках два бумажных стаканчика.