- -
- 100%
- +
– А что молчал? – хмуро уточнил со шрамом, подходя ближе.
Он взялся за край плаща и одним движением стянул его, несмотря на протестующий жест мужчины. Под плащом на его рубахе проступило тёмное пятно крови на уровне плеча.
– Вот чёрт, – пробормотал командир, разглядывая рану.
Он принялся расстёгивать рубаху мужчины, чтобы осмотреть повреждение. Сняв ткань, он увидел, что рана была сквозной, но края её выглядели воспалёнными.
– Ранение сквозное, – заключил командир. – Это хорошо.
– Что тут хорошего? – буркнул Алексий, нахмурившись. – У него заражение может начаться.
Со шрамом лишь хлопнул раненого по здоровому плечу, ухмыльнувшись.
– Не страшно, – произнёс он, отворачиваясь и садясь обратно на своё место.
Лили некоторое время молча смотрела на мужчину, терзаемого болью, а затем, преодолев страх, решительно поднялась и подошла ближе.
– Что значит «не страшно»? – тихо, но твёрдо произнесла она.
Мужчины удивлённо уставились на неё.
– У него заражение может начаться. Если не заняться раной, он умрёт, – продолжила она.
– А ты знаешь, как этого избежать? – хрипло спросил раненый, взглянув на неё с интересом.
Не сказав ни слова, Лили подошла к столу, схватила кувшин с элем и вернулась к раненому. Прежде чем кто-то успел возразить, она резким движением плеснула тёплый эль прямо в открытую рану.
– Ты что творишь?! – вскрикнул Алексий, вскакивая с места. – Это же пить надо, а не туда заливать!
Раненый застонал от жгучей боли, но ничего не сказал, только тяжело дышал.
– Мне нужны травы, – спокойно сказала Лили, не обращая внимания на крики и недовольные взгляды.
Она осмотрела рану ещё раз, и её взгляд стал серьёзным.
– В плече остался осколок, – добавила она. – Без него всё бесполезно.
Мужчины замолчали. Кто-то из них хмыкнул, но больше возражений не последовало.
– Нагрейте нож в огне, – велела Лили, обернувшись к командиру.
Командир посмотрел на неё с удивлением, но затем кивнул Алексию. Тот, хоть и бурча, достал из-за пояса охотничий нож и направился к печи.
Тем временем Лили подошла к полкам и стала осматривать засушенные травы, оставленные в доме. Перебирая их, она сосредоточенно нюхала и трогала сухие листья. Вскоре её лицо просветлело.
– Вот они, – пробормотала она, сжимая в руках пучок нужных трав.
Пока нож раскалялся, Лили взяла небольшой глиняный горшок, положила туда листья и залила их кипятком из стоявшего на печи чайника.
– Что ты там делаешь? – недоверчиво спросил Алексий, бросив на неё взгляд.
– Настой, – коротко ответила она. – Чтобы промыть рану.
– Посмотрим, что из этого выйдет, – пробормотал старший, покачав головой, но глаз с неё не сводил.
Когда нож нагрелся, Лили забрала его у Алексия, осмотрела, а затем кивнула:
– Держите его крепче. Сейчас будет больно.
Раненый тяжело вздохнул, но ничего не сказал, лишь крепко сжал зубы. Мужчины подчинились, удерживая его за плечи, пока Лили аккуратно, но уверенно взялась за дело.
Лили сосредоточенно работала над раной, пока остальные наблюдали с напряжением. Несколько минут напряжённой тишины, нарушаемой только звуками её движений и сдавленным дыханием раненого, и вот на столе появился небольшой кусочек металла, блестящий в свете лампы.
– Вот, – тихо сказала она, выпрямившись и смахивая пот со лба.
Со шрамом взглянул на обломок, затем на Лили, но ничего не сказал. Она тем временем взяла настой трав, аккуратно смочила в нём кусок чистой ткани и тщательно обработала края раны.
– Мне нужна чистая рубашка, – обратилась Лили к мужчинам, осматривая раненого.
Алексий недовольно фыркнул, но всё же достал из своего заплечного мешка тонкую льняную рубашку.
– Вот, но учти, это подарок был! – проворчал он, протягивая вещь.
Лили взглянула на него укоризненно, но ничего не сказала. Она быстро разорвала рубашку на полосы, чем вызвала ещё большее раздражение у Алексия.
– Да что ж она делает! – взвыл он, хватаясь за голову. – Это ж подарок! Вез её, в честь торжества!
– Успокойся, Алексий, – устало произнёс со шрамом.
Лили же, не обращая внимания на возмущения, ловко наложила повязку на плечо раненого, закрепив её так, чтобы ткань не смещалась. Закончив, она отступила назад и тихо произнесла:
– Завтра обязательно сделайте перевязку и снова обработайте рану. Иначе всё может вернуться.
Раненый слабо улыбнулся, всё ещё чувствуя слабость, но уже без прежней боли.
– Спасибо, – произнёс он, кивнув Лили.
Со шрамом посмотрел на неё внимательно, оценивая.
– Ну как? – спросил он у раненого.
– Нормально, – ответил тот, поднимая руку, чтобы проверить подвижность. – Намного легче стало.
Лили ничего не ответила. Она просто отошла к своему месту у печи и села на табурет, снова сворачиваясь в комок, как будто ничего не произошло.
– Спасибо, – неожиданно добавил со шрамом, повернувшись к ней.
Лили лишь слегка кивнула, не поднимая головы, а мужчины снова вернулись к своим делам. Алексий, правда, продолжал тихо бурчать себе под нос о «неблагодарной девчонке и испорченном подарке », но остальные только посмеивались.
Тепло, исходившее от пламени, приятно согревало её замёрзшие руки, но сердце оставалось тяжёлым. Мужчины за её спиной о чём-то оживлённо спорили, переходя на непонятный ей язык, их голоса то повышались, то глухо звучали в полумраке комнаты. Лили старалась не слушать их разговоров – ей было не до них. В её голове крутились мысли о доме, о семье, о том, что с ними стало после её побега. Слова священника и обвинения деревенских звучали в ушах, словно проклятие: "Ведьма! Она погубила свою мать!"
Сердце сжалось от боли, и, чтобы отвлечься, Лили сосредоточила взгляд на пламени. Оно играло на поленьях, язычки плясали в своём живом танце, а дым поднимался кверху, рассеиваясь в трубе. Но вдруг что-то изменилось. Пламя затрещало сильнее обычного, и огонь начал выравниваться, будто его кто-то пытался подчинить. Лили от неожиданности слегка отпрянула, но вскоре её взгляд привлекло странное движение в самом центре огня. Там образовалось свободное место, словно маленькое окно, через которое пробивалась прозрачная дымка.
Она всмотрелась в это "окно" и застыла, не веря своим глазам. На мгновение ей показалось, что она видит свою деревню. Дом, покрытый соломой, ограждения для скотины, колодец у дороги – всё это было родным и до боли знакомым. Но картина быстро изменилась: её дом вдруг охватило пламя, чёрный дым заволок всё вокруг, и звуки горящего дерева, казалось, донеслись до неё сквозь время и расстояние. Лили почувствовала, как слёзы начали наполнять её глаза, но картинка вновь изменилась. Теперь она видела лес – густой, мрачный, окутанный туманом.
По тропинке среди деревьев шли люди. Вглядываясь в их лица, она узнала свою семью. Отец шёл впереди, высоко подняв голову, за ним – её братья, один из которых что-то нёс на плече. И, наконец, позади всех, тихо ступая, шла мать. Лили невольно закрыла рот рукой, чтобы не закричать от радости. Они живы! Они не погибли, как она боялась! На глазах выступили слёзы, но она быстро их смахнула, чтобы никто не заметил её слабости.
В этот момент картина вновь исчезла. Огонь в печи стал таким, как прежде – ровным, спокойным, потрескивающим, а язычки пламени танцевали, будто ничего не произошло. Лили ощутила в груди лёгкость, впервые за долгое время. Она тихо прошептала:
– Спасибо…
Неожиданно один из языков пламени вырвался из печи и мягко лизнул её руку. Лили отдёрнула её, но не от испуга. Она почувствовала тепло, но не обжигающее, а какое-то живое, словно благодарное. Она удивлённо взглянула на огонь, но он уже вернулся к обычному состоянию, потрескивая и согревая комнату.
Лили прикрыла глаза и, сжимая руки на коленях, повторила про себя:
"Они живы. Это главное".
глава 10.
Мужчины, закончив свой разговор, обратили внимание на Лили. Их лица выражали серьёзность, будто впереди их ждали важные дела, не терпящие отлагательств. Один из них, тот,
которого называли Алексий, громко сказал:
– Вставай, девица, нам пора выезжать.
Лили вздрогнула от его резкого тона. Она взглянула в сторону окна – за ним всё ещё царила ночь. Тёмное небо, тяжёлое и низкое, будто давило на землю, а мелкий холодный дождь ритмично стучал по крыше. Казалось, эти люди вообще не знали усталости – ни сна, ни отдыха, только дорога и цель, которой они не следовали.
Её снова усадили на лошадь, как и раньше, впереди мужчины со шрамом. Он крепко держал поводья, а Лили пришлось искать равновесие, стараясь не прижиматься слишком сильно к его груди. Дождь, хоть и мелкий, быстро начинал промачивать её одежду, и холод пробирался к коже.
Спустя несколько минут пути мужчина со шрамом одной рукой отстегнул свою плащ-накидку, развернул её и, резко натянув, укрыл Лили сверху. Она изумлённо посмотрела на него.
– Что вы делаете? – спросила она, стараясь удержать в голосе твёрдость, хотя от холода у неё дрожал голос.
– Помогаю тебе не промокнуть, – спокойно ответил он.
– Спасибо, не надо, – Лили покачала головой, пытаясь отстраниться от плаща, но тот уже надёжно прикрывал её плечи.
Мужчина коротко усмехнулся, и в его голосе прозвучала лёгкая насмешка:
– Не спорь, девица. Ехать нам долго, продрогнешь. Лучше придерживай плащ рукой, чтобы не спадал.
Поняв, что спорить бесполезно, Лили сдалась. Она осторожно обхватила края плаща руками, чувствуя тепло ткани, которая ещё сохраняла тепло тела мужчины. Плащ был большой, почти полностью укрывал её от дождя. Она вздохнула, понимая, что выбора у неё нет, и уткнулась взглядом в дорогу, исчезающую в темноте.
Путь был долгим. Дождь усилился, мелкие капли стекали по капюшону мужчины и капали на его сапоги, лошадь шла размеренным шагом, время от времени встряхивая головой. Вокруг стояла тишина, нарушаемая только звуками природы и стуком копыт.
Лили почувствовала, как усталость медленно овладевает ею. Несмотря на холод и неприятные ощущения, плащ создавал ощущение уюта. Она едва заметно сжалась в нём, стараясь сохранить тепло. Мужчина, кажется, заметил её движение, но ничего не сказал, только крепче взялся за поводья.
Так они ехали молча, каждый думая о своём.
Ехавший впереди старший из мужчин, поднял руку, останавливая лошадь. Остальные всадники тут же остановились, переглядываясь. Впереди лес заканчивался, открывая просторную равнину. Лили прищурилась, вглядываясь в даль. С одного взгляда она поняла, что до ближайших гор ещё далеко, а ровная местность делала их легкой мишенью.
Мужчины начали оживлённо обсуждать что-то на своём языке, их голоса то поднимались, то становились почти шёпотом. Лили не понимала ни слова, но догадаться о сути разговора было несложно. Они, очевидно, опасались, что солдаты короля могут их поджидать у гор.
Она отвернулась от спорящих мужчин и закрыла глаза. Сердце забилось быстрее. Ей нужен был ответ, но не от них. Лили глубоко вздохнула, затем, будто направляя свои мысли в самую глубину леса, прошептала:
– Помоги, пожалуйста. Есть ли впереди угроза? Королевские солдаты?
Прошло несколько мгновений, и она услышала тихий, шелестящий голос. Лес будто ожил: ветви деревьев слегка зашевелились, листья зашуршали. Ответ был тихим, но ясным:
– Я не вижу в лесу никого. А дальше… Извини, я не могу помочь.
Лили слегка нахмурилась. Лес не мог заглянуть за свои пределы. Тогда она обратилась к другому своему невидимому союзнику:
– Ветерок, пожалуйста, помоги. Проверь путь.
Тёплый вихрь мгновенно закружился вокруг неё, легко взъерошив волосы. Он поднял листья с земли и с лёгким шёпотом устремился вперёд, исчезая в ночной тьме.
Прошло несколько минут, и Лили услышала знакомый, едва различимый шёпот в ушах:
– Там, у подножия гор, солдаты. Они ждут вас.
Лили вздрогнула, затем подняла взгляд и повернулась к мужчине со шрамом, который сидел позади неё.
– Впереди, у подножия гор, солдаты. Они поджидают вас, – спокойно сказала она.
Мужчина удивлённо наклонился ближе, прищурив глаза.
– Что? Откуда ты это знаешь?
– Я попросила Ветерка узнать, – спокойно ответила Лили. – Он нашептал мне, что видел их.
На мгновение мужчина выглядел озадаченным, затем, будто не желая спорить, пришпорил коня и подъехал к самому старшему. Он быстро заговорил на своём языке, жестами указывая на Лили.
Ричард нахмурился, его взгляд резко устремился на девушку. Он остановил их разговор и, повернувшись к Лили, спросил:
– Откуда ты это знаешь, девица?
Лили выдержала его тяжёлый взгляд, затем твёрдо ответила:
– Я слышу лес, ветер, землю и воду. Они говорят со мной. Вы можете верить или нет, но солдаты там, у гор.
Мужчина фыркнул, покачав головой.
– Не верю я в ведьмовские сказки. Всё это выдумки. Но, будь по-твоему. Если ты ошибаешься – отвечать придётся тебе.
С этими словами он отдал команду двигаться дальше. Мужчины с сомнением смотрели на Лили, но не стали спорить.
– Проверим, – мрачно сказал он, направляя лошадь вперёд.
Дождь продолжал моросить, а отряд медленно выехал из укрытия леса. Лили сидела молча, ощущая тяжесть взглядов. Она крепче сжалась в плаще, вглядываясь в линию горизонта.
Медленно продвигаясь вдоль края леса, отряд направлялся к узкому проходу между горами. Именно там, по словам Лили, находились королевские солдаты. Мужчины вели лошадей осторожно, стараясь оставаться под прикрытием деревьев, чтобы не выдать себя раньше времени.
Проехав немного вперёд, самый старший мужчина поднял руку, подавая сигнал остановиться. Алексий, всегда исполнявший поручения без лишних вопросов, выехал вперёд, чтобы разведать обстановку. Остальные остались на месте, настороженно вглядываясь в даль.
Мужчины снова начали говорить на своём языке, который Лили не понимала. Она сидела на лошади, пытаясь не обращать внимания на их то ли спор, то ли обсуждение. Вдруг один из них – самый старший, – коротко произнёс что-то. В следующую секунду мужчина со шрамом резко схватил Лили и, не церемонясь, сбросил её с седла.
Лили упала на влажную землю, ударившись о корни деревьев. Ещё до того, как она смогла подняться, мужчины пришпорили своих лошадей и, не оглядываясь, поскакали дальше.
На мгновение Лили застыла, лежа на земле. В голове мелькнуло: Они оставили меня. Решили избавиться от меня. Она медленно поднялась, стряхивая грязь с рубахи и штанов.
Но вместо страха или обиды в груди разлилось облегчение. Она глубоко вздохнула, оглядываясь.
– Что ж, – прошептала она, – это, наверное, к лучшему.
Хотя эти люди спасли её от костра, она их боялась. Их грубость, жестокие взгляды и резкие поступки внушали тревогу. Теперь, оставшись одна, Лили почувствовала, как сердце забилось легче.
Она обернулась в сторону, где в видении видела свою семью. Картина деревни, охваченной пламенем, и людей, пробирающихся через лес, всплыла в её памяти с такой чёткостью, что она могла почти почувствовать запах гари.
– Мне нужно туда, – твёрдо сказала она самой себе.
Местность в её видении была хорошо различима, и Лили была уверена, что сможет найти дорогу. Она скинула плащ, которым её укутал мужчина, и, ни секунды не раздумывая, побежала в противоположную от гор сторону.
Лес казался живым: деревья шептали ей, листья шелестели, будто подбадривая. Лили бежала быстро, чувствуя, как холодный дождь каплями падает на лицо, смешиваясь с её дыханием. Но ей было всё равно. Главное – найти дорогу к своей семье.
Лили остановилась у небольшой речушки, пробивавшей себе путь среди деревьев. Холодная вода успокаивающе журчала, словно шёпот леса, обнимая её своим спокойствием. Она присела на колени у берега, зачерпнула воду ладонями и жадно пила, пытаясь утолить жажду. Быстрый бег вымотал её, сердце колотилось в груди, а дыхание стало рваным.
Она зачерпнула ещё воды и умыла лицо, чувствуя, как холодные капли освежают кожу. На мгновение ей стало легче, но внезапно вдалеке раздался глухой топот. Это был звук копыт – кто-то приближался.
Лили быстро пригнулась к земле, сжимая влажную траву руками. Сердце забилось ещё быстрее, и холод воды, только что омывший её, сменился холодом страха. Она крадучись пробиралась между деревьями, стараясь не шуметь. Её взгляд метался, пока она искала укрытие.
Выйдя на небольшую опушку, она замерла. Перед ней был мужчина со шрамом. Его крепкая фигура заслоняла дорогу, а лошадь под ним нетерпеливо переступала с ноги на ногу.
– Мне показалось, или ты решила сбежать? – голос его был ровным, но в нём ощущалась угроза. – Хочешь вернуться к своему костру?
Лили сделала шаг назад, чувствуя, как страх сковывает её движения. Она не понимала, зачем им нужна, но одно знала точно – возвращаться к ним она не хотела.
Мужчина со шрамом спрыгнул с лошади. Его сапоги глухо ударили о землю. Он обнажил меч, сталь которого блеснула в свете слабого осеннего солнца, пробивающегося сквозь тучи.
– Ты поедешь со мной, – сказал он хрипло.
Лили покачала головой.
– Нет.
Его лицо исказилось лёгким удивлением, смешанным с раздражением.
– Нет? – он прищурился. – Ты решила бежать?
Лили повернулась, чтобы броситься обратно в лес, но мужчина одним шагом перегородил ей дорогу. Он выставил меч перед ней, не давая пройти.
– Ты меня убьёшь? – тихо спросила она, пытаясь сохранить хоть какое-то спокойствие.
Мужчина склонил голову, будто раздумывая.
– А что мне помешает? – ответил он холодно.
Лили замерла, осознавая, что бежать больше некуда. Мужчина шагнул ближе.
– У тебя есть выбор, девица. – Его голос звучал угрожающе. – Либо ты идёшь со мной сама, либо я забираю тебя на себе. Третьего не дано.
Она дрожала, чувствуя, как тяжесть его слов нависает над ней.
– Я… поеду сама, – прошептала она, понимая, что выбора у неё действительно нет.
Мужчина удовлетворённо кивнул и опустил меч.
– Вот и хорошо, – сказал он, подавая ей руку, чтобы помочь сесть на лошадь.
Лили осторожно подошла, чувствуя, как её колени дрожат. Он подсадил её, а затем сам сел позади, крепко удерживая поводья.
– Держись, – бросил он коротко.
Лошадь тронулась с места, и они направились к проходу в горах. Лили сидела, сжимая руки, ощущая холод осеннего ветра, который обжигал её лицо. Её мысли метались между страхом и надеждой, пока они удалялись всё дальше от леса, направляясь на другую сторону гор.
На другой стороне гор их уже ждали . Мужчины сидели на камнях, отдыхая после сражения,а лошади паслись рядом. Лили заметила, как один из них бросил взгляд в их сторону, увидел прибывших и поднялся, махнув рукой.
– О, наконец-то! – сказал молодой мужчина, улыбаясь. – Спасибо тебе, девица. Мы так хорошо повеселились с этими солдатами. Они явно не ожидали, что мы о них знаем.
– Да, – подтвердил другой, подтягивая поясной ремень. – Хорошая была битва, давно так не развлекались.
– Хватит вам, – вмешался самый старший из них, крепкий мужчина с серьёзным лицом и седыми волосами. Его голос звучал твёрдо, но не грубо. – На самом деле, спасибо тебе, девица. Если бы не ты, нас бы уже всех порешили.
Он подошёл ближе..
– Ты спасла нас, – добавил он, слабо улыбнувшись.
К Лили подошёл молодой мужчина с живым взглядом и шутливой улыбкой. Он протянул ей руку.
– Будем знакомы, – сказал он. – Алексий.
Лили, смущённо улыбнувшись, пожала его руку.
Следом вперёд шагнул мужчина со шрамом. Его взгляд был твёрдым, но в нём читалось что-то вроде уважения.
– Раймонд де Вильяр, – представился он, коротко кивнув.
Самый старший тоже назвал себя:
– Ричард Арно де Вильяр.
Двое оставшихся, стоя рядом, по очереди назвали свои имена:
– Бертран Ламар.
– Жак Монтевер, – коротко добавил второй, поправляя перевязь с оружием.
Лили слегка покраснела от внимания, но собралась с духом и представилась:
– Лили.
– Так ты и вправду ведьма? – вдруг спросил Алексий, ухмыльнувшись. – Правда можешь заколдовать? Превратиться в поросёнка? Или, может, нас всех сожрать?
Он прищурился и посмотрел на неё шутливо, наклонив голову.
– А хвост у тебя есть? Я слышал, у ведьм хвосты растут!
– Перестань нести чушь! – резко одёрнул его Раймонд, треснув ладонью по затылку Алексия.
Лили не удержалась и рассмеялась. Это был первый раз за долгое время, когда она смеялась искренне. Мужчины переглянулись, и даже Раймонд улыбнулся краем губ.
– Нет, я не ведьма, – сказала она, глядя на Алексия. – Я могу лечить, слышать природу, говорить с ней. Иногда она отвечает и помогает, но это редко.
– Ну что ж, – отозвался Алексий, почесав затылок, где его ударил Раймонд, – такая ведьма мне нравится.
Мужчины рассмеялись и снова разошлись, занимаясь своими делами. Лили почувствовала, как напряжение, сковывающее её душу, слегка отступило.
Лили заметила Бертрана, сидевшего у костра. Он старался не привлекать внимания, но его напряжённое лицо выдавало боль. Она подошла ближе и посмотрела на него.
– Как ваше плечо? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал мягко.
Бертран поднял глаза и устало улыбнулся.
– Ничего, сойдёт. До дома доберусь, там подлатают.
– А далеко до дома? – заинтересованно спросила Лили.
– Трое суток пути, – коротко ответил он.
– Трое суток? – удивилась она. – Это долго. Давайте-ка я посмотрю вашу рану.
Он махнул рукой, явно не желая беспокоиться.
– Не стоит. Всё нормально.
Но Лили не собиралась сдаваться. Она подошла ближе и, не дожидаясь разрешения, начала осматривать рану.
– Снимайте рубаху, – уверенно сказала она.
Бертран замялся, но, видя её настойчивость, не стал сопротивляться. Однако, как только он начал стягивать одежду, неподалёку раздались смешки.
– Эй, Бертран! – громко крикнул Жак, перегибаясь от смеха. – Да ты что, сопротивляешься? Если бы такая красавица хотела снять с меня одежду, я бы сам всё скинул, да ещё и в придачу что-нибудь подарил!
Мужчины разразились смехом, но, видя, как Лили бросила на них строгий взгляд, быстро разошлись по своим делам.
– Удивительные люди, – покачала головой Лили, продолжая осматривать рану.
Рана выглядела плохо: кровь ещё сочилась, края были покрасневшими.
– Она всё ещё кровоточит, – сказала Лили. – Нужно найти травы, чтобы приготовить зелье. Здесь они должны быть.
Бертран молча кивнул, доверяя ей. Лили уже собиралась идти, когда Жак снова оказался рядом.
– Ты куда это собралась? – спросил он, сложив руки на груди.
– За травами, – спокойно ответила Лили.
– Тогда я с тобой, – заявил он.
– Зачем? Разве я убегу? Мне некуда бежать. Я даже не знаю, где я нахожусь.
– Это приказ графа, – усмехнулся Жак. – Теперь я твоя тень.
Лили вздохнула, понимая, что спорить бесполезно.
– Ну, если уж ты так решил, тогда вот, неси, – сказала она, протягивая ему пучок собранных трав.
Жак взял травы, и они вдвоём вернулись к остальным.
Когда костёр был разожжён, Лили принялась заваривать зелье. Она внимательно следила за процессом, добавляя в кипящую воду листья, корешки и лепестки. Мужчины, собравшиеся вокруг, переговаривались вполголоса, но не мешали ей.
Когда зелье было готово, Лили принесла его к Бертрану.
– Это может немного щипать, – предупредила она, обрабатывая рану тёплым настоем.
Бертран скривился, но не издал ни звука. Лили аккуратно перевязала рану, разорвав на бинты ещё одну рубашку.
– Эй, Бертран! – выкрикнул Алексий с другой стороны костра. – Ты мне уже две новых рубахи должен!
Мужчины рассмеялись, а Лили, чувствуя усталость, наконец позволила себе расслабиться.
Ночь выдалась тёплой, и, слушая треск костра, Лили впервые за долгое время почувствовала покой. Она устроилась на мягкой подстилке из плаща Раймонда и почти сразу уснула, забыв обо всех тяготах прошедших дней.