- -
- 100%
- +
– Я Майкл Портман, надеюсь, не опоздал, – сказав это, он посмотрел в сторону настенных часов. Было 10:58.
– Мистер Мартин ждет вас, проходите, пожалуйста.
Майкл вошел в кабинет, слышен был голос диктора, работал телевизор. Спиной к Майклу на диване сидел мужчина в белой рубашке с засученными рукавами. Ощущалось что-то вроде домашней обстановки. Он не заметил вошедшего Майкла, тем самым дав последнему время на оценку обстановки. Портман осмотрелся по сторонам и, чтобы сосредоточить внимание сидящего за телевизором на себе, он тихонько кашлянул. Затем, немного волнуясь, выжал из себя:
– Здравствуйте, мистер Мартин! Я Майкл Портман…
Сидящий живо повернулся к Майклу, не по годам резко подскочил с места и направился к Майклу, поздороваться.
– Да, да, заходи, – сказал он, показывая рукой на телевизор. – Нет, ну ты посмотри, что творится… Новости о надвигающейся новой волне финансового кризиса затмили даже главный столп американской политики – борьбу с терроризмом. Эх-х-х, к чему мы идем? Сам не знаю…
Выключив телевизор, он сел за стол и, заострив свое внимание на Майкле, продолжил:
– Ну, это ладно, у нас и своих проблем хватает, присаживайтесь. Георг мне много хорошего рассказывал о вас. Но я никак не мог принять решения, пока он не представил мне ваши предложения. Понимаете, я раньше сам ко всяким идеям относился весьма скептически… Мне вот что понравилось! Не сами предложения как таковые, а то, что есть человек, который, адаптировавшись к ситуации, мыслит, думает, как можно все то, что есть, улучшить. И мне показалось, что если такому человеку, как ты, предоставить возможность работать у нас, то можно будет надеяться на прогресс. Как ты думаешь?
– Ваши слова столь лестны для меня, – Майкл действительно не знал, что сказать, – что я даже не знаю, как дальше вести себя.
– Ну, об этом потом! В настоящее время все те, которые уже работают у нас, в основном исполнители, а толковых мыслителей и идеологов, так сказать, генераторов идей очень мало.
Я хочу, чтобы ты сразу понял, от чего нам надо исходить. Я лично не понимаю, что происходит с миром, с людьми… Всего лишь сорок-пятьдесят лет назад люди смотрели на телевидение как на чудо, предоставляющее им возможность смотреть на мир как на реальность, окружающую их. А сегодня телевидение стало настолько обыденным, словно это простое развлечение, не более того. Нет возможности или времени сходить в клуб или в кинотеатр, ничего страшного, оставайся дома, достань из холодильника бутылку пива и включи ящик. Интерес к телевидению, как к мощному источнику информации в режиме on-line пропал у людей! Понимаешь меня?
– Честно говоря, пока не очень…
– Очень хорошо, если бы ты сказал, что понял меня, это вызвало бы у меня удивление. Кстати, как ты относишься к желтой прессе?
– Да никак, пустое времяпровождение!
– Не скажи, не скажи, – сказав это, Роберт Мартин поднял со стола несколько газетенок и протянул их Майклу. – Мы уже начали работать над твоим новым имиджем. Обрати внимание на заголовки первых страниц.
Передав Майклу газеты, он стал внимательно следить за его реакцией. Майкл, увидев на первой же странице свою фотографию, разложил все газеты перед собой. Они блистали заголовками: «Любимчик пенсионерок со скандалом уволился с телеканала!», «Разлад между руководством телеканала и Майклом Портманом!» и тому подобное. Гримаса на его лице менялась несколько раз. Он перебрасывал взгляд от одного заголовка к другому, но было нельзя сказать, что это ему нравилось, особенно, где его называли любимчиком пенсионерок.
– Ну как? Знаю, что тебе это не нравится. Паршивцы, мы им дали только новость, а они переделали все на свой лад.
– Здесь мне не понравилось то, что меня называют любимчиком пенсионерок, – тяжело вздыхая, ответил Майкл. – Звучит как «мальчик по вызову для божьих одуванчиков». Понимаете, мистер Мартин, этот, так сказать, псевдоним, который они прилепили ко мне, может закрепиться за мной навсегда. А мне бы не очень этого хотелось…
– Понимаю, дружище, понимаю… Мы воспользовались услугами желтой прессы не зря. Если есть, например, какая-нибудь новость, о которой ты бы хотел, чтобы узнали все, то тут от их услуг сложно будет отказаться. Мы исходим из расчета, что новость о тебе распространится мгновенно, а это неминуемо поднимет у телезрителей интерес к тебе как к личности и к твоей новой деятельности. Понимаешь, Майкл? Поверь мне на слово, от всего можно получить пользу. К тому же это тебе будет толчком к изменению имиджа! А теперь пройдем в зал, я познакомлю тебя с коллективом…
Он встал из-за стола, поправил рукава и, надев галстук и пиджак, пошел в сторону приемной. Майкл кивком головы показал, что согласен с доводами мистера Мартина, и молча прошел за ним.
– Линда, все собрались?
Секретарь привстала и сообщила:
– Да, мистер Мартин, все уже собрались и ждут вас!
Пройдя в зал для заседаний, мистер Мартин, повернувшись к Майклу, представил его:
– Познакомьтесь, наш новый сотрудник, Майкл Портман! Прошу любить и жаловать. Майкл, не стесняйся, проходи, садись. А теперь к делу…
Здесь собралась в основном молодежь, мужчины и женщины. Но рассматривать их у Майкла не было никакого желания, в конце концов, не за этим он пришел сюда. Но он постоянно ощущал чьи-то любопытные взгляды, то слева, то справа. Но робость в таких случаях не была его спецификой. «Наверное, – подумал, Майкл, – у них уже витают в мозгах мысли типа: “Ах, это тот самый “любимчик пенсионерок” или “Скандалист Майкл Портман”. Черт бы их всех побрал! Ну, да ладно… слушаем…»”
– Как вы знаете, неделю назад прошло заседание совета директоров. Оглашаю итог: необходимо внести изменения во всю сетку эфирного времени. Нетронутыми останутся только новостные выпуски. Их качеством мы займемся параллельно с другими изменениями. Отделу новостей приготовить предложения. А теперь главное! Финансовый кризис коснулся всех и телевидения в том числе. Я не хочу сказать, что нам угрожает банкротство, нет, наши позиции не так уж и плохи. Но в сегодняшней ситуации консерватизм – не наша стихия! Я вас собрал здесь для следующего. Вы молодые и энергичные люди, и нам с вами надо подумать вот о чем. Нашему каналу необходим один проект, который станет гвоздем канала, а все остальное мы будем менять постепенно. То есть нам нужен проект из серии передач, выходящих в вечернее время! И таких проектов, следующих один за другим, будет, я думаю, много. Но сейчас главное – начать! Пусть это будет серия от пяти до десяти передач, после придумаем что-нибудь еще. Так вот, этот проект не должен иметь аналогов ни с каким другим проектом, имеющимся на других каналах! Сейчас полно всякого барахла, вызывающего кратковременный интерес у зрителя.
Мистер Мартин чувствовал себя капитаном корабля, несущегося на всех парусах.
– Чтобы вам было понятнее, я перефразирую один известный анекдот под нашу ситуацию.
Майкл заметил, что Роберт Мартин умел заставить себя слушать.
– Идет судебное заседание, за скамьей подсудимых сидит маньяк-убийца, которому грозит стопроцентный смертный приговор. И вот суд заканчивается, все свидетели опрошены, судья обращается к подсудимому: «Подсудимый, встаньте! Вам предоставляется последнее слово». Подсудимый встает и самодовольным голосом говорит: «Уважаемый суд! Все вы знаете, что последнее слово и желание осужденного священно! Через пять минут на Пятом канале будет моя любимая передача, разрешите ее посмотреть, а дальше делайте со мной, что хотите…»
В зале все начали смеяться, продолжая внимательно слушать. Мистер Мартин продолжал:
– Мне нужно то, о чем будет говорить вновь родившийся ребенок и человек, находящийся в предсмертном состоянии. У всех, понимаете, у всех должно быть желание смотреть наш канал. Надо бить по максимуму! А начать нужно всего лишь с одного значимого проекта. Какие будут предложения? Теперь можно говорить всё…
Кто-то из сидящих за столом поднял руку и задал вопрос:
– У нас практически отсутствуют средства для закупки рейтинговых передач, шоу-программ, сериалов и так далее.
Все молчали, посматривая друг на друга. Мистер Мартин недовольно взглянул на них.
– Я вас собрал не для предложений о закупках новых проектов. Еще раз повторюсь, нам нужно что-то новое, понимаете? Сегодня мы в состоянии покупать что-то стоящее на стороне, но это второстепенная задача! Думайте, ребята, думайте! Надо искать что-то новое в том, чем мы занимаемся сегодня! Нашим авангардом, так сказать, лицом нашего канала является программа новостей. Все телевидение, как вы знаете, тоже начиналось с выпусков новостей. Поиски надо вести в этой области. Что вы можете сказать? От наших действий сегодня зависит и наше, и ваше будущее, поверьте. Давай, Фил, выходи вперед и расскажи нам, какие темы новостей сегодня наиболее интересны для зрителя.
Филипп Морган, начальник отдела новостей, поерзав на месте, начал:
– Сегодняшние новости – это сформировавшийся стандарт для всех информационщиков: политика, экономика, общество, медицина, новые технологии, криминал, спорт, погода и так далее. Самыми смотримыми из них являются, конечно же, криминал, происшествия, террор и все, что связано с этим. Идеальным являлось бы то, чтобы наши репортеры вели передачи не после происшествия, а в момент его происхождения. Надо минимизировать время между ними. Но мы сегодня далеки от идеала, так как передаем информацию в основном со сводок новостей, исходящих от полиции, ФБР и других структур, впрочем, как и все остальные. Вопрос, кто раньше?
Конечно, мистер Мартин понимал, что создание чего-то нового требует времени, и никто ему вот так, сразу же не предоставит какую-нибудь идею. Но видно было, что он ожидал от присутствующих в зале хотя бы минимальной инициативы, что ли… А вот с этим и была как раз проблема! Он еще раз окинул взглядом всех.
– Итак, задание вы поняли! Соберитесь вместе, найдите выход, выход должен быть. Я готов выслушать любые предложения, даже самые, на первый взгляд, неосуществимые, даже авантюрные, понимаете? Звоните мне в любое время суток! Ну, вот, господа, теперь можете расходиться. Имейте в виду, время ограничено! Недели, я думаю, хватит для разработки предложений и плана работ! Удачи всем!
Майкл так же, как и все, стал подниматься с места. Он на самом деле пока еще ничего не понимал, но думал, что пары дней ему хватит, чтобы собраться с мыслями и «в бой»!
– Майкл, сейчас Линда покажет тебе твой кабинет, небольшая экскурсия тебе не помешает. А завтра вливайся в работу, ты уже в команде!
Вместе они вернулись в приемную, где их уже ждала Линда.
– Пойдемте, мистер Портман, я покажу вам ваше месторасположение, – улыбаясь, проговорила она.
Попрощавшись с мистером Мартином, Майкл отправился за своим прекрасным гидом. Пройдя в кабинет, он стал осматривать помещение.
– Скажите, Линда, а кому принадлежал этот кабинет до меня?
– Никому. Этот кабинет значится как «неприкосновенный запас» компании, у нас их несколько.
– Прекрасно, прекрасно, – сказав это, Майкл подошел к витражному окну. – О Боже! Я и не думал, что когда-нибудь буду обозревать город с такой высоты.
Ноги невольно задрожали. Майкл не хотел признаваться, что с детства боялся высоты, но что теперь поделаешь, если вырвалось…
– Ничего страшного, привыкнете, – спокойным тоном сказала Линда.
Майкл уже давно имел свое личное мнение на счет секретарш. Мысленно он сравнивал Линду с Люси. Работая у Джона Маккейна, Люси вся пыхтела жизнью и играла большую роль в компании. Джон позволял ей многое, так как он, также как и все, осознавал значимость Люси. Когда было необходимо, к ней всегда можно было обратиться за помощью. Наверное, таким и должен быть настоящий секретарь. А тут… Майкл видел перед собой строгого секретаря – робота, отлично знавшего свое место в компании, не позволявшего ни себе, ни другим ничего лишнего – строго по уставу! К такой уже точно не захочешь пойти за дружеским советом. А по секретарям можно судить и об их начальстве. Становится ясно, что мистер Мартин – это не Джон Маккейн. Здесь будет все гораздо строже, да и…
– Мистер Портман, – вывела его из раздумий Линда, – нам еще в отдел кадров, чтобы заполнить необходимые бумаги.
– Да-да, конечно…
Еще полчаса у Майкла ушло на ознакомление с условиями трудового контракта и подписание различных жизненно необходимых документов. Покончив с бумажной волокитой, Майкл, глубоко вздохнув, отправился к лифту. Хотя день был свободный, он понимал, что с такой побаливающей время от времени головой от него эффекта не придется ждать. Голова давала знать о том, что уж слишком много информации для переработки поступило буквально за два дня. Поэтому он, довольный сегодняшним многообещающим днем, отправился прямиком домой отдыхать.
Сидя в такси, Майкл подумал о том, что все-таки молодец этот Георг! Надо будет как-нибудь найти время и устроить для Георга «день благодарения». День благодарения! Как прекрасно звучит это словосочетание! День, день… Какой сегодня день? О Боже! Как я мог забыть? Ведь вчера был день рождения у Патрика, а я забыл, – подумал Майкл. Майкл был привязан к своему племяннику, и, наверное, Патрик очень ждал его. Майкл понятия не имел, что сегодня может интересовать мальчишку восьми лет, но по себе знал, что он сам в этом возрасте считал для себя свой день рождения – самым важным праздником в своей жизни. Абсолютно никаких запретов, делай все, что душе угодно. Единственный день в году все другие дни ощущались как режим ожидания чего-то большего, лучшего в следующем году.
Майкл сообщил таксисту об изменениях в планах на сегодняшний день и попросил остановить у ближайшего магазина игрушек. Спустя некоторое время он уже стоял около прилавка. Продавщица, простенькая девчонка лет восемнадцати или двадцати в фирменной кепке и футболке, с сияющей улыбкой на лице, сама предложила свою помощь:
– Могу я вам чем-то помочь?
– Да, конечно! Простите за вопрос, что сегодня обычно покупают родители мальчишкам на день рождения?
– А сколько лет мальчику?
– Восемь.
– Ну, наверное, все, что связано с трансформерами. Я могу вам предложить вот этого радиоуправляемого робота. Немного фантазии, и его можно легко превратить в гоночный автомобиль. В инструкциях показано, как это делается.
Почему-то Майкл был очень рад этому подарку. Как будто это был подарок ему самому, а не Патрику. Он надеялся, что Патрик обрадуется этому выбору! «Эх, если бы мне тогда, в детстве, дарили такие подарки!» – подумал Майкл
– Все, беру. Упакуйте его покрасивее, и вот я вижу у вас здесь широкую красную ленту с надписью «С днем рождения!»…
– Одну минуту, сэр! Все будет сделано!
Старшая сестра Джоан была для Майкла всем. С раннего детства он почти не видел родителей, только по вечерам, когда они, оба уставшие, возвращались с работы. Отец часто бывал в командировках в России, а мама работала экономистом в средненькой компании. Отец неплохо зарабатывал, и особой необходимости в работе матери не было, но мама не желала находиться вдали от общества. Что поделать, время было такое… Конечно, Майкл очень любил своих родителей, но Джоан была для него чем-то особенным. Ему не хватало тогда материнской ласки. И вот, когда она вышла замуж, Майкл и представить себе не мог, что он мог так плакать. Боль была душевная, было ощущение, что он что-то потерял. Одно время он даже ни с кем не общался, никуда не ходил. Родители часто задавались вопросом, что это с ним. Но никто в мире не мог понять Майкла, каково переживать утрату близкого человека. Нет, нет, она жива и здорова, но где-то там далеко и в другом доме. Но, как говорится, время лучший доктор. Майкл взрослел и начинал понимать, что все это – жизнь. Все мы рождаемся, живем вместе, расходимся каждый по своей дорожке, женимся или выходим замуж, а дальше все сначала. Из поколения в поколение.
Он с коробкой в руках осторожно подошел к двери квартиры Джоан и постучался. Открылась дверь, и он вошел внутрь.
– Привет, сестренка! Как ты?..
Джоан была рада его приходу, но, как обычно, начала с упреков, как когда-то в детстве.
– Не может быть… Давай, заходи, вечно занятой человек. Да, и не забудь придумать причину своего вчерашнего отсутствия.
– Работа, знаешь…
– Знаю, знаю… Проходи, проходи…
Майкл тихой поступью прошел в комнату, но, к его удивлению, там никого не было. Вдруг выключился свет и на него сзади кто-то прыгнул и повалил на пол. «Одно хорошо, – подумал Майкл, – что это не мой зять Гарри».
– К нам ворвался пришелец! Ха-ха! Бей его, бей…
Включился свет, он лежал на полу вместе с Патриком. Майкл осторожно положил коробку рядом, так как Патрику уж очень хотелось вывернуть ему руки за спину. Он специально поддался его усилиям. Мальчик надел на него пластмассовые наручники и стал переворачивать пленника. Над Майклом стоял Гарри с пистолетом-игрушкой в руках.
– Вы арестованы! У вас есть право на молчание… А это что?..
Гарри, показывая на коробку, продолжал:
– А-а, а вот и вещественные доказательства…
– Господин офицер, я отказываюсь от пятой поправки к конституции США, я сдаюсь, сдаюсь, я вам все расскажу, честное слово, только опустите пистолет, пожалуйста, – виноватым голосом пролепетал Майкл.
Джоан стояла у входа и улыбалась. Все стали громко смеяться. Майкл вместе с Патриком стали подниматься. Мальчик снял с него наручники, а после они крепко обнялись.
– Дядя Майкл, где ты пропадал?..
Хоть это было и не в его стиле, но пришлось немного приврать, и Майкл виноватым голосом протянул:
– Извини дружище, вчера меня не было даже в городе. А это, держи, мой подарок. Трансформатор, э-э, нет, трансформер, умеющий превращаться в гоночный автомобиль. Представляешь, я полдня выбирал тебе этот подарок.
Патрик громко воскликнул:
– Трансформер и гоночная машина – два в одном – это класс! Друзья попадают от зависти. Спасибо, дядя Майкл!
«И все-таки, – подумал Майкл, – как мало надо детям для счастья. Внимание, всего лишь внимание».
Далее он обменялся рукопожатиями с Гарри.
– Рад тебя видеть, Майкл! Проходи, садись…
Прошло некоторое время. Патрик, насладившись вдоволь игрой с трансформером, подошел к играющим в карты Майклу с Гарри. Джоан сидела у телевизора и смотрела какой-то семейный сериал. Патрик о чем-то шептал на ухо Майклу, через мгновение он понял, что Патрик подсказывал ему, как играть.
Гарри заметил это и, улыбаясь, сделал вид, что нервничает.
– Патрик, не смей подсказывать… Джоан, ну ты посмотри, какой хитрый, пришел, рассмотрел мои карты и пошел докладывать Майклу. Забери его, пожалуйста.
Джоан, даже не посмотрев в сторону играющих, ответила:
– Патрик, не мешай папе проигрывать, подойди сюда, я покажу тебе кое-что…
Патрик пронзительно вовсю смеялся, надеясь, что его помощь дяде даст результат. Майклу действительно везло в этот вечер с картами.
– Ну все, Гарри, теперь ты точно проиграл… Ха-ха.
Патрик, счастливый, подошел к маме в момент, когда сериал уже закончился и начались новости.
Ведущая программы новостей:
– Сегодня в Нью-Йорке на Бродвее прогремел взрыв в кафе, где находились люди. Как сообщает ФБР, уже известна причина взрыва! Это террористический акт против мирного населения нашей страны! Для проведения оперативно-разыскных мероприятий создана специальная комиссия из числа лучших сотрудников по борьбе с терроризмом. Предполагается, что взрыв организован представителями правого крыла бандформирования «Аль-Каиды», которые не раз заявляли о том, что будут мстить за смерть Усамы бен Ладена. Главными их целями является уничтожить целостность нашей страны и посеять страх среди мирных жителей. Далее, к другим новостям…
Джоан не выдержала и сказала:
– Совсем озверели, сволочи… И никто не может с ними справиться!
Патрик, увидев, что последняя новость о взрыве огорчила Джоан, спросил:
– Мама, а почему они это делают?
Гарри, продолжая играть, высказал по этому поводу свое мнение:
– Они просто убивают наших граждан, прикрываясь своей религией. Как будто бы это приказал им делать их Бог!
Видно было, что ребенок мало разбирался в этом, но понимая, что взрыв и убийство, это все-таки очень плохо, Патрик спросил:
– А разве Бог не у всех один? Бог ведь хороший… Он не мог такого сказать…
Майкл, услышав слова Патрика, не выдержав, сожалея о случившемся, хотел объяснить ребенку:
– Понимаешь, Патрик… Люди бывают разные…
– Да психи они, вот и все! Сумасшедшие! – прервал его Гарри. – Эх, черт, опять проиграл. Ладно, Патрик. Давайте закругляться, завтра на работу. Сынок, дядя тоже устал, давай иди, ложись спать.
Недополучив ответа, Патрик снова спросил у Майкла:
– И все-таки непонятно, почему они это делают, а, дядя Майкл?..
Майкл, не зная, что ответить, постарался внятнее выразить свою мысль:
– Эх, если бы ФБР знало причину, наверное, их бы всех давно переловили.
Затем, подхватив Патрика, понес его на плечах в детскую комнату.
– Давай спа-а-ать!
Уложив спать Патрика, он вышел из детской комнаты.
Джоан спросила:
– Тебе где постелить, в гостиной или в детской?
Майкл, вспомнив, что все-таки у него новая работа, что работы достаточно много, вежливо отказался.
– Извини, Джоан! Работы очень много, мне завтра надо рано вставать. К тому же, ты ведь знаешь, что я не могу спокойно спать не в своей кровати.
– Знаю, знаю, братец!
– Давай, пока, сестренка! Пока, Гарри!
– Удачи, Майкл!
Майкл вышел из подъезда с мыслью, что все были довольны сегодняшним вечером, особенно Патрик. На часах уже было 22:47 . Ох, как хорошо отрезвляет голову прохладный вечерний ветерок!
Он поднял руку, чтобы поймать такси.
Тысячи раз он давал сам себе слово, что надо по вечерам хотя бы на полчаса выходить на прогулку, чтобы освежить мозги, выправить дыхание после тяжелого рабочего дня. «Но ничего, я молод! – подумал Майкл. – Все еще у меня впереди. Вперед, заре навстречу!» Сев в такси, он назвал свой адрес.
Глава 3
Весь следующий день прошел безрезультатно, ничего стоящего в голову не приходило, впрочем, как и всем другим сотрудникам. Майкл слонялся по дебрям коридоров, знакомился с людьми. Все вокруг были чем-то заняты, и главное, все они знали чем. Все, кроме него самого, и его это очень огорчало. Майкл сравнивал их с корабликами, плывущими по течениям невидимых рек, русла которых были известны им одним. Эти реки иногда пересекались, поднимались вверх и спускались вниз по этажам. Среди всех этих корабликов он один не знал, что ему делать дальше. Он заплывал в свою гавань (кабинет), выплывал от скуки и заплывал обратно. Из головы не выходила одна мысль – каким образом решить задание руководства? Видимо, недавние события, увольнение с одного канала и приход на другой, тоже повлияли каким-то образом на его мышление, холодок неприязни дул со всех сторон. В голову приходили разные идеи, но инстинкт ему подсказывал, что это не то, что надо.
Уже возвращаясь домой, Майкл накупил всяких газет, пару журналов, чтобы в домашней обстановке обдумать все, проанализировать ситуацию и так далее. Дома, развалившись на диване, он стал просматривать сегодняшние газеты, журналы, сводки новостей. Параллельно были включены телевизор и ноутбук. Когда надоедало ковыряться в газетах, Портман переходил на ноутбук, после слушал новости по телевизору, повторяя этот цикл вновь и вновь. Практически все новости были похожи друг на друга, начиная от новости о провальной встрече двадцатки (G20) в Ирландии, заканчивая вопросом одного журналиста о разрешении однополым семьям усыновлять детей. Выборы в Иране, успех российских авиационщиков на авиасалоне в Ле-Бурже, использование правительственными войсками Сирии химического оружия и так далее. Рассматривая эти материалы, Майкл постоянно думал о том, насколько это будет интересно, несмотря на возраст, каждому из телезрителей. Ясно было одно, тема передач должна быть интересна как детям, так и взрослым. Для этого, наверное, надо провести мониторинг и в детских садах, школах, университетах вплоть до домов престарелых. Майкл ощущал, что нужная мысль витает где-то рядом, но чего-то все-таки не хватало для ее ясного определения.
Совершенно случайно, думая о детях, он вспомнил вопрос Патрика: «Зачем они это делают?» И тут его вдруг осенило: «Действительно, почему исламские террористы убивают мирное население нашей страны? Позавчера мы, трое взрослых людей, не смогли ответить на этот, казалось бы, простой вопрос». Опять среди всех других новостей мелькнула информация о пойманном террористе, которая неожиданно остановила течение его мыслей. В этот момент Майкл бросил листать журналы и, включив все свое внимание, медленно повернулся к экрану ТВ.
Ведущая программы новостей:
– Как сообщает ФБР, по проведенным оперативно-следственным мероприятиям, удалось поймать исполнителя террористического акта, произошедшего два дня назад на Бродвее. Им оказался гражданин Пакистана Халид Абдулазиз аль-Халиль. Он проживал в Нью-Йорке со своей родной сестрой Зайнаб. В настоящее время исламский террорист помещен в тюрьму для особо опасных преступников. Создана специальная комиссия из числа лучших сотрудников ФБР по борьбе с терроризмом. Как сообщалось ранее, преступник подозревается в разработке и осуществлении террористических операций в Бостоне, Лос-Анджелесе, Нью-Йорке. Имеются доказательства его принадлежности к правому крылу бандформирования «Аль-Каиды».