- -
- 100%
- +
– Знаешь, что я тебе скажу, Кайсарова, ты своей смертью не умрешь. За твое ядовитое жало ты сдохнешь, как собака. Тебя пристрелят или сожгут.
– Мусин, держите себя в руках!
– Ну что вы, он говорит, прям, как моя бабушка. А она, как показала жизнь, никогда не ошибается. А ты, хамло, слушай и внимай, если тебе придется просить у меня прощения, то так и быть – я сегодня в прекрасном настроении – можешь просто написать «извини» на бумаге и съесть ее.
– Ты, вообще, что ли поехала?
– Прекратите базар, начинаем!
Отчеты, отчеты, отчеты… Голова кругом от балансов и процентов и прочей экономической цифири.
Начальник, мужчина с благородной сединой на висках вышел из кабинета, через минуты две вернулся. Подошел к столу, за которым сидела Дина, весь бледный, губы трясутся, указательный палец пляшет прямо перед ее лицом.
– Ты, ты, как ты могла?
– Я, я. Смогла, потому что захотела.
– Причем тут Израиль, зачем ты туда деньги перегнала?
– На операцию и лечение маленькой девочки. Еврейские врачи в курсе, что деньги ворованные. Сказали, что забрать деньги у них будет затруднительно, даже МОССАДу. Они вчера еще – вот это сервис – выслали спецборт за ребенком и ее мамой. И поскольку время дорого, операцию обещали начать уже в воздухе.
Оцепенение от услышанного длилось недолго, Дина встала и подошла к начальнику, тот безжизненно засипел, ноги подкосились и он, вытянув две заскорузлые пятерни, пытался поймать ее взгляд.
– Ты спустила все деньги фонда? Отдай, тебе ничего за это не будет.
– Не отдам, встаньте, это просто бумажки, изобретение Сатаны и не надо ради них на колени падать. А если от этих поганых денег будет какой- то толк, и они спасут жизнь человеку, то я готова понести за это уголовную ответственность.
Мужчина встал, отряхнул с брюк невидимую пыль и убитым голосом произнес.
– Счета пустые, а я даже заявить на тебя не могу. Меня же камнями закидают, ты спасаешь ребенка, а я – подлый скупердяй. Только миллион- другой себе заначила.
– Не себе, а вот этому жмотику- бегемотику, – нисколько не обескураженная брошенным обвинением, Дина повернулась к Мусину, лицо которого некрасиво вытянулось и застыло в таком виде, – чего сидим, глазами хлопаем, пиши номер счета, куда перечислить. Имей в виду, это деньги на ребенка, не вздумай машину купить.
Разом началось какое- то движение, задвигались стулья, все заговорили, начальник присел в изнеможении, кто- то протягивал ему стакан с водой, Мусин забегал в поисках ручки, а потом опомнившись, прошагал к начальнику и вытянулся перед ним.
– Арман Тахирович, хочу официально заявить, это я украл эти деньги. Сажайте меня!
– Смотри- ка, а наш дядюшка Скрудж не такой уж пропащий. Браво! – не удержалась от шпильки Дина Кайсарова. – Не лезь, я сама отвечу, не в первый раз.
Когда отчетное мероприятие худо- бедно закончилось и все потянулись к выходу, Мусин Жандос подошел к Дине, засопел, переступая с ноги на ногу, затем вынул из кармана листок бумаги и искоса зыркнув на нее, смял его и сунул в рот. Он сосредоточенно жевал, коллеги посмеиваясь, проходили мимо, а Дина, повесив сумочку на плечо, обошла его и не оборачиваясь, едко бросила:
– Извинения приняты. Не подавись!
– Пойдемте, чего стоим, человек обедает. Приятного аппетита, вкуснятина, наверно, – с такими шуточками сотрудники обтекали Жандоса с двух сторон.
– Какие вы злые, – обиженно затянула Аим, – у человека беда, ребенок умирает, ему помогли и он, за это благодарит. А мы знали и ничем не помогли.
– Мы не злые, просто конец месяца, у всего коллектива «эти дни», перед зарплатой.
Арман Тахирович сидел за столом в своем кабинете, уперевшись тягучим взглядом в стену напротив и размышлял, не пора ли ему на покой. Поводом для невеселых дум стал подслушанный разговор молодых подчинённых.
– Видали, наш Акела промахнулся!
– Лоханулся, – загоготал кто- то, – спекся, старикан. Поэтапу его на раз- два обставила.
– Да не говори, вот каким должен быть начальник. Хотя наш еще ого- го.
– Может раньше он и был… иго- го, а сейчас, как там суслики кричат?
Дальше Оспанов слушать не стал, в голове до сих пор звучит их мерзкий смех. Нет, вряд ли Кайсарова метит на его место, власть ее не интересует, но это звоночек, тревожный звоночек и неплохо бы предпринять кой- какие меры по устранению, без сомнения, сильного претендента на кресло в этом кабинете. Подстелить соломку, на всякий случай.
Глава 7 Криминальный авторитет
Они стояли у края заминированной полосы земли. А начиналось все довольно обыденно: за несколько часов до…
Дина покидала место работы, раздираемая противоречивыми чувствами: с одной стороны испытывала гнетущее чувство бессилия, потому что по своей дурацкой, как она считала, привычке, в решении любой проблемы идти до конца, додумалась до того, что помочь детям она не в силах, а с другой, с высоты своего, пусть небольшого, жизненного опыта, чувствовала некое моральное удовлетворение от осмысленности своей жизни, хоть и с примесью горечи. А горько оттого, что слишком мала была та толика, что вносила она в доказательство теории Бога, согласно которой дети Его небезнадежны.
Шла и не знала, злиться ей или радоваться, а рядом нарисовался паренек, младший сотрудник, из тех, кого не замечают.
– Здравствуйте, Дина Габитовна.
– Привет, Адик, не знаю твоего полного имени.
– Никто не знает.
– Ты об этом хочешь поговорить?
– Нет, что вы, не хочу, вернее, хочу поговорить, но о другом.
Дина не отвечала и ему пришлось продолжить.
– Я позорю своего отца, – молодой человек произнес фразу слишком ровным тоном, чтобы заподозрить в ней трагическую подоплеку.
– А кто твой отец?
– Криминальный авторитет.
– Адик, запомни: нельзя ставить рядом слова «авторитет» и «криминальный». Он не авторитет, он уголовник.
– Да- а, он сидел, один раз, так, среди бывших заключенных он и есть авторитет.
– Вот пусть они его так и называют. Не надо в приличное общество тащить этот воровской сленг. Это все журналисты. Ляпают всякую чушь, для красного словца, в своих желтых газетенках, а мы все, не задумываясь, как попугаи, повторяем за ними. Поэтому не надо!
– Что не надо?
– Не надо романтизировать бандитов – с этим отлично справляется кино. Называйте вещи своими именами, убийца, а не благозвучный английский вариант, не олигархи, магнаты и воротилы, а воры и грабители, и далее по списку.
– Я же должен уважать своего отца.
– Ничего ты этому бандиту не должен. Что- то мне подсказывает, он не рискнул дать тебе свою фамилию. Не оглядывайся на него, живи своим умом, делай, что хочешь, что можешь, что тебе нравится.
– Я не хочу жить.
– Ну вот, опять. Ты не хочешь жить, как ты живешь, живи по- другому.
– Я не так выразился, я хочу умереть.
– Так умри. Обдумай все и действуй.
– Я обдумал. Я знаю одно место, там военные из части поле заминировали. Вчера должны были разминировать, но ответственный за это, прапорщик Сидорчук ушел в запой. Мины до сих пор там.
– О- о, какая будет эпическая смерть!
– Одному стремно, пойдете со мной?
– Да ты коварный человек, сам умираешь и другого за собой тянешь.
– Вы просто стойте и смотрите, а я…
– Пошли, проверим, насколько ты фартовый.
На вспаханной земле еще не выросла трава, даже сорная, печальное зрелище голой земли не спасли бы и цветы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.