Хочешь жить – умей вертеться

Кэролайн переменилась в лице. Воспоминания больно царапнули по сердцу. Глубоко вздохнув, она посмотрела на парней. Черти, несмотря ни на что, казались ей хорошими людьми, и она не долго думала, прежде чем рассказать им историю своего отъезда из родного города. Закусив губу, она ещё раз набрала побольше воздуха в лёгкие и сказала:

– Мама умерла два года назад. Отец женился на другой женщине, которую я терпеть не могу. А недавно… мой парень предложил мне попробовать дурман.

– Ууу, – перекосившись, протянул Анархист. – Лютая вещь.

– Да… пожалуй, да, – Кэролайн замолчала на некоторое время. – Я по неосторожности покалечила собственного отца, и теперь нужны большие деньги на операцию. В городе я оставаться не могла, возможно, меня ищет полиция, – она наиграно улыбнулась, скрывая подступавшие слёзы. – Поэтому я здесь.

– Вот это жесть, – вскинув лохматые брови, Мотыль потёр лоб, переваривая полученную информацию.

– Кэр, извини, я не хотел напоминать тебе об этом, – Амба виновато опустил взгляд вниз.

– Всё нормально. Не парься.

– Я уверен, что всё будет хорошо, и ты спасёшь его, – подбодрил Хорь.

– А мы тебе в этом поможем, – заверил Акула.

– Спасибо, парни, – улыбнулась Кэролайн и встала из-за стола. – Ну что, пойдёмте лучше потанцуем. Если я напьюсь, кто понесёт меня домой?

Кэролайн, Амба и Хорь танцевали, музыка оглушала, вокруг сновали люди, свет от стробоскопов окутывал танцпол. Кэролайн, закрыв глаза, двигалась в такт музыке. Клуб, алкоголь и хорошая компания смогли на некоторое время отвлечь её от всех проблем, что на протяжении нескольких дней буквально дышали в спину.

В какой-то момент Хорь, взяв Кэролайн под локоть и наклонившись так, чтобы она могла его расслышать, предложил выйти покурить. Кэролайн не стала возражать. Освежающая зимняя прохлада волной окутала пылающее жаром тело. Хорь уткнулся плечом в стену клуба, шаря рукой по карманам. Кэролайн, встряхнув светлые волосы, глубоко вдохнула. Они были без верхней одежды, но холод зимнего вечера ещё не успел пробрать до костей. Вспыхнула зажигалка, осветив угловатое лицо Хоря.

– Ну что, как тебе местечко? – спросил он, кивнув на здание клуба.

– Очень даже неплохо. Я ожидала худшего, если честно, – улыбнулась Кэролайн. На морозе её постепенно начинало косить из-за алкоголя. – А… тебе? – спросила она и в ту же секунду подумала, что вопрос звучал глупо.

Хорь ухмыльнулся.

– Мне нравятся такие места. Можно расслабиться, временно не думать о проблемах. Это прикольно, – он затянулся сигаретой. – Но главное не переборщить. А то надоест.

– И такое бывает? – она с игривым прищуром вскинула тонкие брови.

– Да, было пару раз. Какое-то время назад мы с пацанами почти каждый день зависали в таких местах. Анархист слился первым, он не сильно любит такие тусы. Потом слились Амба с Акулой, не выдержали огромного количества пойла, и мы с Мотылём вдвоём зависали, – Хорь блаженно улыбнулся, погружаясь в воспоминания. Мерцающий огонёк сигареты поблёскивал в темноте. – Мы, наверное, ещё неделю протусили, пока у меня не начала подкатывать тошнота от одной мысли о клубе. Понял, что устал. А самое хреновое знаешь, чё было?

– М?

– Мне хотелось отдохнуть. Но я не знал, как, ибо единственный мой способ отдыха отметался, – хохотнул Хорь.

Кэролайн тоже рассмеялась и, сделав последнюю тягу, выкинула бычок в урну.

– И какой же выход ты нашёл?

– Открыл для себя удивительное место – улица. Звучит смешно, но на тот момент для меня было жёстким открытием, что типа можно просто взять и пойти ночью погулять. Успокаивает, – подмигнул он.

– Это точно, – согласилась Кэролайн. – Ночью всегда всё по-другому ощущается. Как в другой мир попадаешь.

– Ты меня понимаешь, – констатировал факт Хорь. – Мне это нравится.

Некоторое время они просто молча стояли, улыбаясь и глядя друг на друга. Кэролайн поймала себя на мысли, что ей вдруг стало безумно интересно, что скрывается под этой маской резкого серьёзного парня. И является ли это на самом деле маской? Где-то в глубине души зародилось чёткое осознание того, что рано или поздно она поймёт, кто он на самом деле.

Вернулись они изрядно пьяными только под утро. Это был первый день в городе, когда удалось по-настоящему расслабиться. Черти застыли в прихожей, раздеваясь. Хуже всего было Амбе: он облокачивался о дверной косяк, то и дело сползая, и Акула постоянно подхватывал его и заново ставил на ноги. Последний бокал был лишним. Но сейчас стоял вопрос о том, где будет спать Кэролайн.

– Могу любезно предоставить частицу своей кровати, – играя бровями и ухмыляясь, предложил Хорь.

– Успокойся, татуированный, – бросил Анархист, и его тон показался Кэролайн каким-то странным.

– Чё, снова обострение? – вдруг рявкнул тот. – Время добренького Анархиста истекло?

– Успокойся, я сказал.

Хорь отодвинулся от стены, на которую опирался, и закатал рукава.

– Посраться со мной хочешь?

– Я ничего не хочу, Хорь. Просто заткнись.

Обстановка стала несколько напряжённой. Кэролайн смотрела то на Хоря, то на Анархиста. Лишь бы не сорвались.

– Парни, давайте не сейчас, – встрял Мотыль.

Анархист стоял напротив Хоря и пристально смотрел ему в глаза. «Интересно, они всегда такие, когда пьяные?» – подумала Кэролайн.

– В гостиной вполне удобный диван, – сказал Анархист, а затем повернулся к Кэролайн. – Придётся поспать со мной в одной комнате. Не переживай, я буду на кресле.

Он двинулся в гостиную. Переглянувшись с остальными, Кэролайн отправилась за Анархистом. Кофейный столик уже стоял у окна, а кресло возле стеллажа. Видимо, днём парни просто сдвинули всё к дивану, чтобы комфортно посидеть. Анархист быстро разложил диван, достал из стеллажа два комплекта постельного белья, кинул одно на кресло, а второе принялся стелить на диване.

– Что… это было в коридоре? – робко спросила Кэролайн, чуть пошатываясь.

– Не понимаю, о чём ты.

– Ты на Хоря так…

– Даже не продолжай, – оборвал он. – Я всё равно не буду тебе ничего объяснять.

«Мог бы и повежливее», – недовольно подумала про себя Кэролайн. Закончив с бельём, Анархист посмотрел на неё.

– Не думаю, что в этом доме тебе дадут долго спать. Так что ложись.

– Спасибо, – Кэролайн улыбнулась уголком губ.

Анархист разложил кресло и, быстро застелив, лёг, уставившись в потолок. Кэролайн тоже не торопилась засыпать. Висела тишина. Анархист не спешил или просто не хотел заводить диалог, и поэтому Кэролайн погрузилась в воспоминания об истинной причине отъезда в Тихоозёрск.

Десять месяцев назад.

– Клаус, – тихо зову я, не открывая глаз.

– М?

– Ты любишь меня?

Мы лежим на свежевыпавшем снегу. Тёмное полотно ночного неба разрезают верхушки деревьев. Стоит весна. Ещё прохладная весна. От снега намокли куртки, вокруг тихо. Лес.

– Почему ты спрашиваешь?

– Хочу знать, кто я для тебя.

Его холодные пальцы, сжимающие мою ладонь, разомкнулись и бесшумно опустились на землю.

– Ты… для меня… – медленно повторяет Клаус, словно пробуя слова на вкус. – Не знаю. Ты важна мне.

– Важна? Что это за чувство такое?

– Не знаю я, Кэр, – он резко садится. От хруста снега я открываю глаза, повернув голову к Клаусу. – Я хочу быть с тобой. Помогать тебе. И чтобы ты помогала мне. Так что… наверное, да. Я люблю тебя.

Я не знала, улыбнуться мне сейчас или расстроится. Клаус, словно почувствовав это, молча взял меня за руку и лёг обратно на землю.

С утра она проснулась с дикой головной болью. В животе завязался тугой узел, голова словно разрывалась на куски. Кэролайн, морщась от боли, приподнялась на кровати. Анархиста в комнате не было. Кэролайн решила, что он проснулся раньше, но его нигде не было. В доме тихо и прохладно. Кэролайн достала из кармана куртки пачку сигарет и выскочила в подъезд. Подташнивало, голова периодически кружилась после выпитого вчера алкоголя. Срочно нужна какая-то таблетка, но сейчас не до этого. Закурив сигарету, Кэролайн облокотилась о шершавую стену. Из-за отсутствия вещей сразу после пробуждения пришлось нацепить джинсы, и она чувствовала себя неуютно. Кэролайн затянулась сигаретой, но вдруг с верхнего этажа донеслись какие-то голоса и смех. Топот тяжёлых ботинок, и вот по лестнице на их этаж спускаются трое парней. Выглядят они странно, в грязной поношенной одежде, постоянно шмыгают носом, взгляд безумный, бегающий из стороны в сторону. На одном из них была чёрная кепка с помятым козырьком.

– Опа, – присвистнул незнакомец в кепке, увидев Кэролайн. – Какая краля! Чего это ты тут трёшься одна?

Кэролайн машинально отпрянула от стены и постаралась принять самую непринуждённую позу, но в груди мигом начало нарастать волнение. Неизвестные вразвалочку спускались вниз по лестнице.

– Пацаны, да она не местная походу, – проскрипел другой.

Кэролайн не могла сказать ни слова. Она лишь глупо смотрела на приближающихся незнакомцев. Вдруг один из них поднял руку, чтобы почесать затылок, и кофта его приподнялась. Из кармана его рваных брюк торчал маленький пакетик на магните. «Вот оно что, – мелькнуло в голове. – Местные наркоманы».

– Ты язык проглотила или чё? – рявкнул вдруг третий из них. – Мы с тобой разговариваем!

Резким движением выкинув сигарету, Кэролайн сорвалась к двери, дёрнула ручку и скрылась в квартире. Захлопнув дверь, она повернула все замки и прислонилась спиной к поверхности двери. Из подъезда донеслись ругательства, мат и несколько ударов в дверь. Кэролайн сжалась, сердце бешено колотилось в груди. Она несколько раз глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Из-за двери донеслись последние оскорбления, и всё стихло.

– Слава богу, – прошептала Кэролайн, убрав от лица спутанные волосы.

Отпрянув от двери, она вернулась на кухню и дрожащими руками налила себе стакан воды. Осушив его, подошла к окну. От ветра качались деревья, небо затянуто свинцовыми тучами. Возле старой школы нерешительно топтались молодые парень с девчонкой и держались за руку. Кэролайн стояла у окна, скрестив руки на груди, и взгляд её бегал по старым окнам соседнего дома. Интересно, какие люди там живут? Такие же, каких она только что видела в подъезде? Или, может быть, такие же, как черти? Или, наоборот, законопослушные граждане, которым просто не повезло родиться в Тихоозёрске?

Ветер безжалостно трепал кроны деревьев, сугробы грязного снега окутывали тротуары. Глубоко вздохнув, Кэролайн подошла к холодильнику и задумчиво окинула взглядом полки.

Когда она уже практически приготовила завтрак, на кухню начали подтягиваться сонные парни.

– Как же всё-таки кайфово иметь девушку в доме, – с ходу сказал Хорь, потянувшись.

– Доброе утро, – улыбнулась Кэролайн.

Налив себе в кружку горячего шоколада, Кэролайн села за стол.

– Как спала?

– Нормально. Только кто-то полночи храпел за стенкой, – хихикнула она.

– А, это Мотыль, – прыснул Хорь. – Скоро привыкнешь.

Следом за Хорем вошёл Амба с синяками под глазами, лохматыми русыми волосами и каким-то блокнотом в руке. Он был в одних джинсах, и на его подкаченном теле играли кубики пресса.

– Как голова, как печень? – с дружеской издёвкой спросила Кэролайн.

– Печень вроде на месте, а насчёт головы я бы поспорил.

На стол плюхнулся блокнот.

– Что это? – поинтересовалась Кэролайн.

– А, да так. Рисую эскизы татушек по заказам.

– Ого, – приподняла брови Кэролайн. – Можно?

– Пожалуйста, – он равнодушно махнул рукой в сторону блокнота. Встав к раковине, Амба налил себе стакан воды и залпом осушил его.

Кэролайн листала страницу за страницей, и удивление на её лице сменялось восторгом. Розы в шипах, необычные абстракции, мультяшные герои, оформленные красивым шрифтом надписи, киты и прочие животные. Все линии были чёткими и аккуратными, а рисунки настолько шикарными, что казалось, будто Амба занимается этим всю жизнь.

– Да у тебя талант, – с улыбкой посмотрела на него Кэролайн.

– Ой, не смущай.

– Нет, Амба, серьёзно. Это очень красиво.

– Спасибо, – он довольно улыбнулся, опустив взгляд.

– Интересно, насколько продлится это увлечение, – хмыкнул неожиданно появившийся в дверях Мотыль.

– Что ты имеешь в виду? – обернулась к нему Харрисон.

– Мои увлечения долго не живут. Я их слишком часто меняю, – пожал плечами Амба.

– Почему так?

– Со временем попросту надоедает. Теряется изначальный азарт.

Вскоре на кухню подтянулся и Акула. Он выглядел свежо, словно и не пил вчера вовсе. Усевшись за стол, Кэролайн окинула взглядом парней.

– А как у вас… – неловко начала она. – С соседями?

– Что ты имеешь ввиду? – посмотрел на неё Мотыль.

Кэролайн закусила губу, опустив взгляд. Она начала нервно мять в руках салфетку, собираясь с мыслями.

– Да, я вышла утром покурить в подъезд, а там какие-то парни… торчки, кажется.

– Всё в порядке? – тут же спросил Хорь. – Они ничего не сделали?

– Нет, не успели, – качнула головой Кэролайн. – Я забежала в квартиру ещё до того, как они подошли. Но мне как-то… не по себе.

– О, не переживай, Кэр, – добродушно сказал Мотыль. – Они не с нашего дома. Это была просто случайность.

– Почему ты так уверен?

– Мы всех соседей знаем, – заверил Амба. – Они, конечно, далеко не фонтан, но съехавших с катушек торчков среди них точно нет.

– Эти просто залётные, скорее всего, – согласился Акула. – Всё будет хорошо.

За завтраком они начали обсуждать планы на день.

– Анархист должен был подкинуть идею, как заработать без помощи Ублюдка, – сказал Акула. – Кстати, где он?

– Когда я проснулась, его уже не было.

– Видимо, похмелье замучило, – ухмыльнулся Мотыль.

– Вы каждый день ищите, как заработать? – спросила Кэролайн.

– Не совсем, – ответил Амба. – Сейчас просто небольшой напряг с деньгами.

– Совсем маленький, но не суть. За квартиру скоро платить.

– А так, мы часто просто всякой ерундой маемся, – улыбнулся Хорь. – Надо же как-то развлекаться.

После завтрака все разбрелись по делам. Амба уехал в соседний город, Мотыль пошёл на встречу с другом, а Кэролайн отправилась в магазин за пижамой. Хорь с Акулой сидели в комнате и пили пиво. Диван, на котором спала Кэролайн, был собран, продолговатый кофейный столик вновь придвинут к центру комнаты, а на нём стояла тарелка с орешками и сушёной рыбой. Фоном разговаривал старенький телевизор, стоящий на мебельной стенке цвета белого дуба.

– Чисто ради интереса, – начал Хорь. – Что она такого успела сделать, что ты так просто решил взять её к нам?

– Ничего, что могла представить твоя больная фантазия.

– Допустим, – рассмеялся тот. – Но всё же.

– Если честно, не знаю. Она чем-то напомнила мне Амбу. Ну, того, каким он был пару лет назад.

– Ты про ту ситуацию с Жуликом?

– Да.

– Не улавливаю связи, – нахмурился Хорь.

– Кэролайн тоже оказалась в безвыходном положении, как я понял. Она была совсем одна. Если бы я оставил её, вряд ли она выжила бы.

– Акула-ценитель-чужих-жизней-больше-своей снова в деле?

– Он всегда в деле. Тем более, что Кэр классная девчонка.

– Ну, с этим я согласен.

Они чокнулись бутылками.

– Если подумать, то любой из нас мог оказаться на её месте. И любой бы хотел, чтобы ему кто-то помог.

– Я бы не хотел.

Акула, прищурившись, посмотрел на друга.

– Ты бы хотел сдохнуть на улице?

– Я предпочёл бы сам найти выход из положения.

Акула лишь усмехнулся.

– Не все такие, как ты, Хорь, – полунасмешливо улыбнулся он. – И то, что кому-то нужна помощь – это нормально.

– Допустим, что я с тобой согласен.

Акула улыбнулся, покрутил в руках бутылку и вновь посмотрел на друга:

– Ну а ты?

– Что?

– Как она тебе?

– Да, ни чё особенного.

– Не ври старому другу, чувак, – исподлобья глянул на него Акула. – Я видел, как ты пялился на неё вчера в клубе.

Хорь тихо рассмеялся, отпил пива. Почесав лысую голову, он сказал:

– Ну, она красивая. Интересная. Но мне явно ничего не светит.

– Что-что? – Акула комично приложил ребро большого пальца к уху. – У меня, кажется, начались проблемы со слухом. Хорь не уверен в себе? Не может быть!

– Хорош стебаться, – отмахнулся тот. – Она такая… нежная, женственная… и я такой, – он покрутил ладонью перед своим лицом. – Лысый агрессивный гопник.

Акула снисходительно улыбнулся и, отставив пиво на стол, скрестил руки на груди.

– Самокритичность всегда была одной из твоих сильных сторон, – хмыкнул он. – Но это не тот случай, чувак. Отбрось ты свою грёбанную самокритичность куда подальше и борись. Если действительно этого хочешь, конечно.

– Но она…

– Без «но», – оборвал Акула. – Ты не знаешь её. Мы все понятия не имеем, какая она на самом деле. Вдруг ты как раз её типаж?

Хорь посмотрел на друга и не смог сдержать улыбки. Да, Акула всегда мог найти нужные слова.

– Может ты и прав, – сказал Хорь. – Чё-то я рано раскис.

– Вот именно.

Акула взял со стола свою бутылку и протянул её к Хорю:

– Давай, за всё хорошее и не очень.

Они чокнулись, сделали по несколько глотков. Хорь улыбнулся:

– Спасибо, Акула. Без тебя я бы и не стал пытаться.

– Обращайся.

Кэролайн шла по пустынным улицам города, по памяти вспоминая дорогу до дома чертей. Она изредка поднимала голову и оглядывалась по сторонам. И в один такой момент её резко пронзил укол воспоминаний.

Шесть месяцев назад.

Разгар лета. Солнце безжалостно печёт. На мне солнечные очки и кепка, но и это не спасает. Мы с Клаусом идём по территории парка аттракционов, в руках по стакану с холодной освежающей колой. Он держит меня за руку и, щурясь от яркого солнца, оглядывается по сторонам, выбирая, на какой аттракцион пойти. Вот так вот: вроде уже не маленькие, а такие места всё равно любим. Я смотрю на него и улыбаюсь. Как же мне повезло с ним. Высокий, симпатичный, решительный и любящий парень. Наверное, именно так выглядит счастье.

– Может на «Американские горки»?

Я всё ещё смотрю на него в упор, улыбаясь своим мыслям.

– Кэролайн? Кэр, ты чё застряла?

– А? – резко моргаю я. Клаус останавливается и поворачивается ко мне. – Ты что-то сказал?

– В каких облаках ты витаешь? – игриво спрашивает он.

– Я просто… – я смущённо улыбаюсь, смотря ему в глаза. – Рада, что ты сейчас со мной.

Он самодовольно улыбается, наклоняется ко мне, притягивая за талию, и крепко целует в губы. Привкус колы и табака. Земля словно уходит из-под ног, хочется раствориться в этом моменте и никогда не отпускать его.

«Господи, Клаус, как же я по тебе скучаю» – с тоской подумала Кэролайн. Вернувшись в квартиру, она сразу отправилась в комнату. Скинула вещи у порога и села на диван, подогнув под себя ноги. От недавних посиделок Акулы и Хоря остался лишь слабый витающий запах пива. Кэролайн тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Пугающая неизвестность комом стояла поперёк горла. Не было возможности даже позвонить отцу и услышать его голос. Не было денег на операцию. Были лишь черти, которые помогали ей, и хоть это привносило красок в жизнь. Но Кэролайн всё равно было тяжело. Губы задрожали, и по щеке потекла солёная слеза, попадая в уголок рта. Смахнув её, Кэролайн плюхнулась на спину, раскинув руки в стороны, и уставилась в потолок. Такая, казалось бы, незначительная ошибка привела к таким ужасным последствиям – отец в больнице, и ему жизненно необходима операция. Как всё ужасно и несправедливо…

Через некоторое время объявился и Анархист.

– Привет, – сказал он, остановившись на пороге.

– Привет.

– Чего одна?

– Только пришла.

Анархист промолчал и остался на пороге. Он неуклюже мялся с ноги на ногу, затем наконец сунул руку в карман и достал свёрнутый чёрный пакет.

– Держи, Харрисон, – сказал он, протянув ей пакет.

Кэролайн с недоумением посмотрела на него.

– Откуда ты знаешь…?

Губы Анархиста тронула лёгкая улыбка, он кивнул на пакет. Там оказался телефон, паспорт Кэролайн и немного денег.

– Как ты это нашёл? – недоумевала она.

– Подслушал тогда ваш разговор с Амбой в подъезде. По твоим скромным объяснениям понял, где тебя обокрали. А там рядом магазинчик, где мой кореш работает. Я глянул записи с камер, а дальше дело за малым. С паспортом, правда, проблемно было, они его уже выкинули. Заставил их рыться в помойке. Так что за аромат не обессудь. Ах да, из денег осталось пару тысяч. Не успели потратить. Кошель они тоже выкинули.

– Спасибо большое, Анархист. Для меня это очень важно.

– Там это, – он неловко потёр висок. – пропущенные вызовы. Поговоришь, приходи на кухню. Надо кое-что обсудить. И ещё… Я взял тебе новую незарегистрированную симку на случай, если ты не захочешь иметь какие-то связи со своим городом.

– Спасибо.

И он ушёл. Кэролайн со вздохом облегчения взглянула на новую сим-карту. Это было как раз кстати. Она разблокировала телефон. Пара пропущенных от Клауса, Джереми, Елены и… Оскара. Это становилось интереснее.

– Привет, – сказала Кэролайн, когда тот поднял трубку.

– Привет. Я уж думал, ты не перезвонишь.

– Не было возможности.

– Как ты там? – спросил Оскар.

– Нормально. У тебя как дела?

– Ты тогда так и не дослушала меня, просто уехала на вокзал. Но я должен это сказать. Ты… – он замешкался. – достойна знать правду.

– О чём ты?

– Та ситуация с Клаусом и Джоном. Всё совсем не так, как ты думаешь. Клаус знаком с Джоном давно, но всегда отзывался о нём хреново. Единственное, что ему нравилось в нём – это его наивность и качество стаффа, которым он барыжит. Около месяца назад у Клауса были проблемы с деньгами, а он дико хотел кайфануть. Тогда он списался с Джоном и договорился на несколько граммов, обещая, что вернёт, как только бабки будут.

Кэролайн закрыла глаза, нервно закусила губу. По телу волной пробежали мурашки, ведь она уже понимала, что последует дальше.

– Он обманул тебя, Кэр, – выдохнул Оскар, и эти слова больно кольнули в грудь. – Клаус не собирался возвращать денег Джону, а тот постоянно писал ему. Тогда Клаус решил избавиться от него… Но была загвоздка – они были типа друзьями, но в мутках, что вызвало бы подозрения в невиновности Клауса. – Оскар на несколько секунд замолчал. – Клаус хотел избавиться от Джона твоими руками. Он прекрасно знал о действии того дурмана и знал, что, если тебя взбесить, ты перестанешь себя контролировать. Но появился твой отец и всё пошло не по плану.

– Доказательства? – дрожащим голосом спросила Кэролайн.

– Я могу отправить тебе запись телефонного разговора. Там левая незарегистрированная симка Клауса, так что он не боялся говорить об этом.

– Да-да, – закивала Кэролайн, стараясь сдержать подступающие слёзы. – Скинь. Спасибо, Оскар. Спасибо за честность. Мне пора идти.

Вынув сим-карту и швырнув её и телефон на кровать, Кэролайн босиком вылетела на балкон. Доказательства были не нужны. Кэролайн уверена, что всё сказанное – правда. Клаус мог провернуть такое. Но Харрисон никогда не думала, что он мог поступить так с ней. С ней, с человеком, которого ты обнимал, целовал, защищал и клялся в любви. Сдерживаться не было сил: Кэролайн разрыдалась.

Глава девятая.

Семь месяцев назад.

Мы сидим на втором этаже клуба, стряхивая пепел в резную пепельницу и обсуждая дальнейшие действия.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – я всё ещё сомневаюсь.

– Она не просто хорошая. Она лучшая.

– Соблазнить хозяина клуба и незаметно забрать документы, как ты себе это представляешь?

– Точно также, как ты сейчас сказала. Всё же просто, чего ты боишься?

– А если он изнасилует меня? Или того хуже, заметит попытку кражи и убьёт?

– Если сделаешь всё аккуратно, то не заметит, – грамотно проигнорировав мой первый вопрос, он шумно затягивается сигаретой и, пожевав фильтр, раздавливает бычок о пепельницу. Это была его ужасная привычка: жевать фильтр до тех пор, пока он не перестанет держать форму. Классическим жестом поправив волосы, он улыбается, обнажая клыки. – За дело, детка.

Глубоко вздохнув, я поднимаюсь с места и отряхиваю тёмное платье, которое, наверное, хорошо сидит по моей фигуре. Поправив декольте, я натягиваю улыбку и нехотя двигаюсь в другой конец зала. Мужчина румынской наружности, с крупными чертами лица и в дорогом костюме сидит за столом, потягивая кальян. Его чёрные сальные волосы липнут к лицу. Замедлив в нескольких метрах от стола, я обречённо вздыхаю. Сую руку в сумочку и, достав маленький флакончик духов, несколько раз пшикаю на шею и волосы. Подойдя ближе к столу, достаю из арсенала свою самую обворожительную улыбку.

– Негоже такому мужчине сидеть в одиночестве.

– Кэролайн, какая встреча! – восклицает Генри и, поднявшись с места, чересчур нежно целует мои пальцы. – Давно тебя не было видно.