Пуля для ликвидатора

Глава третья

Ближний Восток. 2013 год

Наиболее нелепая и, как это часто бывает, наиболее приемлемая мысль пришла в голову самому молодому участнику группы. Как только бойцы группы вышли из столовой после завтрака, старший лейтенант Щетинкин вдруг вспомнил:

– Перед отъездом смотрел какой-то старый советский фильм. Там человек, чтобы позвонить в другой город, два часа просидел на переговорном пункте на почте. Сейчас, наверное, такие переговорные пункты и не существуют. А зря… Такие места подозрения, наверное, не вызывают. Там нас и контролировать бы не стали.

Майор Плешивый переглянулся с капитаном Никодимовым.

– А что, это мысль, – широко улыбнувшись, оценивая высказанное, сказал Никодимов. – Если нас кто-то контролирует, то наверняка контролируют сотовую и спутниковую связь, Интернет, ищут наши возможности пользоваться закрытыми каналами. И никто не додумается проверять простую открытую связь. Конечно, сейчас переговоры наверняка не заказывают, сейчас с автоматов звонят, но это дело того же порядка.

– Какой дурак будет по открытой связи вести секретные разговоры! – улыбнулся и майор Плешивый, которому мысль старшего лейтенанта тоже пришлась по вкусу. – До этого ни одна спецслужба мира не додумается. Просто, как все гениальное! Можно даже не на почте, на улице с простого таксофона. Хотя на почте, наверное, лучше. Там должны быть какие-то кабинки, чтобы никто рядом не остановился и не стал слушать тебя. Нет, Николай Валерьевич, определенно, гений.

– Слышишь, Николай Валерьевич, тебя командир гением обозвал. Ты бы хоть покраснел для приличия, – улыбнулся капитан.

– У меня от смущения обычно спина краснеет, – отмахнулся Щетинкин. – Наработанная привычка опытного разведчика. Это чтобы явно не показывать свое внутреннее состояние. Еще в детстве научился, когда решил стать военным разведчиком.

– Встреча с партнерами по бизнесу у нас через два часа. Успеем по городу прогуляться. Нужно только почту найти.

– Я вчера видел почту, когда назад ехали, – сказал старший лейтенант. – Визуально помню. Покажу. Нужно той же дорогой ехать, которой вчера возвращались.

– Я главную их почту видел, – сказал Никодимов. – Не знаю, почтамт у них называется или как. Большое здание. И все международные знаки почтовых услуг. Практически в центре города. Там все виды связи должны быть. Лучше через центр ехать, чтобы снова не засветиться. Нашу машину уже, наверное, знают.

– Да, – согласился Плешивый. – Мимо дома Писателя лучше не проезжать. Поедем в центр. В любом случае язык даже отсюда до Киева доведет. Спросить нетрудно.

Чтобы не связывать группу военной разведки напрямую с посольством, в гостевом доме которого они и без того поселились, впрочем, там не они одни устраиваются, там многие россияне, приехавшие ненадолго, находят приют за вполне умеренную, в сравнении с гостиницами, цену, машину разведчики взяли напрокат. С этим в арабских странах никогда проблем не возникает, как и с бензином, который стоит намного дешевле, чем в России. Старший лейтенант Щетинкин, возмутившись арабской расточительностью, пробовал перевести стоимость бензина на российские цены, и получилось, что литр обходится примерно в девяносто с небольшим копеек. И это не в отдельно взятой стране, а уровень цен по всему региону. Арабские страны, поставляя свою нефть практически по всему миру, в первую очередь заботятся о своих жителях и их обеспечивают качественным и дешевым топливом. На то воля правителей. В России, которая тоже не последнее место в мире занимает по добыче и продаже нефти, правители заботятся не о своих жителях в массе, а о банковских счетах производителей. Наверное, это обеспечивает правительству больший авторитет. И средства для проведения предвыборных кампаний.

Машину спецназовцы, считающиеся представителями крупного российского бизнеса, держали на внутренней стоянке посольства, как и еще несколько представителей бизнес-класса, приехавшие в эту страну по своим меркантильным делам. Вполне приличная, хотя, конечно, не новая, «Тойота Кэмри» очень даже устраивала группу по всем параметрам. Машина не спортивного класса, умеренно скоростная, умеренно комфортабельная, а главное, не привлекающая к себе излишнего внимания даже среди множества заполняющих местные дороги дорогих суперкаров. Позволить себе иметь суперкары могут не все арабы, поскольку не все из них имеют право называть себя шейхами, и потому обычные автомобили на дорогах тоже встречаются часто. И затеряться в их потоке несложно, тем более что группе была предоставлена еще и вторая машина, микроавтобус «Фольксваген Транспортир». Но микроавтобус был выделен полковником Страгником и предназначался непосредственно для проведения акции. Зарегистрирован он был не на посольство, а на какое-то физическое лицо из местных. И подлежал после завершения работы поджогу. Значит, использовать его в предварительных мероприятиях не рекомендовалось. Майор Плешивый еще даже в глаза этот микроавтобус не видел, и только капитан Никодимов, в силу своего повышенного интереса к автотранспорту, не удержался и заглянул в посольский гаражный бокс. Но тщательного осмотра микроавтобуса и, тем более, испытания его на ходу не проводил и он. Пока еще группе даже ключи от «Транспортира» не дали. Только обещание.

Пропуск на территорию посольства был приклеен к стеклу, и потому охранник в форме десантника, козырнув для приличия, хотя не знал, что в «Кэмри» едут офицеры, чуть наклонился к стеклу, проверяя пропуск, и после этого нажал кнопку на брелке, который держал в руках. Ворота стали медленно и величественно распахиваться.

При общем большом количестве автомобилей в городе, здесь дороги были широкими, и московские, и вообще российские автомобильные пробки казались какими-то далекими и нереальными. По крайней мере, по дороге до центра города пробка разведчикам ни разу не встретилась. Дорожные знаки в этой стране отличались от привычных российских и даже международным стандартам не отвечали, но, в принципе, читались интуитивно легко. Капитан Никодимов, как всегда, сидел за рулем, и ему не нужно было указывать, куда ехать, поскольку сам капитан знал, где находится здание почты. И привез группу туда без всяких проблем. Они возникли только тогда, когда искали, где припарковаться. На официальной парковке места не было. Останавливаться под запрещающим знаком не хотелось. Местные законы одинаково строги и к местным жителям, и к иностранцам. И ни к чему было наживать себе неприятности с полицией, если хочешь оставаться незаметным и скромным. Потому остановиться пришлось за углом, где и машину поставить имелась возможность, и запрещающего знака не было.

Всю дорогу до почты майор Плешивый обдумывал свой звонок. Звонить решил не в оперативный отдел, который вместе с агентурным управлением готовил настоящую операцию, а напрямую командующему войсками спецназа ГРУ полковнику Мочилову, с которым Виктор Сергеевич был лично знаком. Принять решение о выходе резидента на Плешивого не мог даже полковник Мочилов, поскольку резидентура в других странах руководится другим управлением, но командующий был в состоянии попросить агентурное управление о содействии в этом вопросе. Ведь эта операция проводится и под эгидой агентурного управления тоже, и они заинтересованы в достижении положительного результата.

На почту майор пошел один, оставив своих офицеров дожидаться его в машине. Работники почты привыкли, должно быть, общаться с иностранцами и владели английским языком. По крайней мере, мужчина в том окне, где Плешивый покупал карточку телефонной связи. Очевидно, в век сотовой связи здесь покупали их нечасто, потому что мужчина в окошке долго искал в своем столе нужную карточку. Но все же нашел и вежливо извинился. Виктор Сергеевич уже давно перестал удивляться тому, что в этой стране на должностях, в России считающихся женскими, трудятся мужчины. Женщину даже за прилавком или в окошке на почте встретить трудно. Но майору хватило половины дня, чтобы это уже казалось нормой. Привыкнуть, как известно, можно ко всему.

Коды России и Москвы Виктор Сергеевич помнил, как помнил и номер командующего. Вставив карточку в автомат, без труда набрал нужный номер. Соединение произошло быстро. Видимо, расстояние не влияло на качество связи, а качество связи местные дикие кочевники, не в пример европейскому или американскому, да и российскому тоже, обеспечивали высокое.

– Полковник Мочилов. Слушаю вас.

– Здравия желаю, товарищ полковник. Майор Плешивый беспокоит.

Командующий, видимо, слегка растерялся. Он, конечно же, знал, где находится Плешивый, и потому этого звонка из арабской пустыни не ждал. Но все же быстро сориентировался.

– Слушаю тебя, Виктор Сергеевич? Есть проблемы?

– Проблемы есть, но, кажется, преодолимые. Я вообще-то, товарищ полковник, с почты звоню. Обстоятельства заставляют прибегать к простейшему варианту. Это ничего?

– У меня номер на контроле прослушивания. Если будет подключение, разговор сразу прервется. Можешь говорить смело.

– Я понял. Короче говоря, товарищ полковник, тут нас наш местный шеф подставил. Они некачественно проработали обстановку. Меня на месте зарегистрировали.

– Плохо. Выход видишь?

– Есть выход. Со Страгником мы договорились, что он предоставляет мне карт-бланш. Но мне нужна ваша помощь. Причем такая, чтобы дело пошло в обход Страгника. Я ему не доверяю. Есть подозрения, что была умышленная «подстава». Действия против спецназа ГРУ. Персонально. Есть, мне кажется, основания так думать. Отвечать им смысла не вижу. Но работать лучше самостоятельно.

– Что нужно?

– Полное досье на Писателя.

– А как передать? Почтой переслать? – пошутил командующий.

– Здесь наверняка есть человек, представляющий нашу Службу.

– Наверняка есть. Только у меня выхода на этого человека нет. И быть не может. Это кадр с другого этажа.

– Я понимаю. Но, поскольку операция проводится совместно с тем самым этажом, они заинтересованы, чтобы я данные получил. Если вы, товарищ полковник, попросите, может получиться. Пока я вижу в таком варианте наш единственный шанс. Сам вариант я не буду раскрывать, он требует дополнительной проработки в мелочах, но мелочи должны взяться из того самого досье, которое я хочу иметь…

– Ладно. Я попробую обратиться напрямую к начальнику управления. Он, как ты верно заметил, лицо заинтересованное. Где ты обосновался со своими людьми?

– На территории посольства. В гостевом домике.

– Сотовый телефон у тебя с собой?

– Так точно, товарищ полковник. Номер есть в оперативном отделе.

– Хорошо. Будет что сказать, я позвоню. Не будет результата, и звонить не стану. Главное, чтобы они не побоялись ввязать в дело своего человека. А ты, если все же ввяжут, поаккуратней с ним. Жди звонка. С мобильником не расставайся…

Время до встречи с арабскими бизнесменами, которым россияне собирались предложить создание совместной компании по реализации в странах Ближнего Востока российских вездеходов «Тигр» как военной, так и гражданской модификаций, еще оставалось. Главный в той компании, серьезный человек с трудным для запоминания русским человеком именем и фамилией Ахмед Фахд Ас-Абдельджаффар, причем не было ясно, где имя кончается и начинается фамилия, на сотрудничество был готов, но сдерживало его только опасение за реальный рынок сбыта. Кажется, Ахмед Фахд Ас-Абдельджаффар хотел бы провести маркетинговое исследование, прежде чем ввязываться в дело. Мысли разумные. Тем более, пока это исследование будет проводиться, трое российских бизнесменов могут и полностью отойти от бизнеса, и другим делом заняться, которое им окажется больше по душе. Подставлять добродушного и отзывчивого араба спецназовцы тоже не хотели, и потому мысль о проведении маркетингового исследования одобрили горячо. Это и им развязывало руки, и не отвлекало от основного дела.

– Надо бы на заправку заехать, – глянув на приборную панель, сообщил капитан Никодимов.

– Если надо, заезжай. Время в запасе есть, – согласился майор Плешивый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

«Сани» – 120-миллиметровые российские минометы 2S12 Sani.

2

МОН-200 – мощная противопехотная мина направленного действия.

3

«Лягушка» – так на армейском жаргоне называется 40-миллиметровый выстрел для подствольного гранатомета ВОГ-25-«П», где литера «П» означает – подпрыгивающая. Граната ВОГ-25-«П» после касания земли производит только первичный взрыв, который подбрасывает ее на 70 сантиметров над землей. И на этой высоте происходит вторичный взрыв, разбрасывающий осколки.

4

Зиндан – у многих народов Средней и Центральной Азии, Кавказа и Ближнего Востока в качестве тюрьмы используется зиндан – глубокая яма, лестницу в которую опускают только сверху, и выбраться откуда самостоятельно невозможно. В зависимости от количества заключенных, зинданы бывают разного диаметра.

5

Вертухай – охранник, стражник. Намек на фамилию полковника Страгника.

6

«Винторез» – бесшумная снайперская винтовка ВВС (винтовка снайперская специальная) калибра 9×39 мм. Специально разрабатывалась как оружие для спецподразделений. Снаряжена прицелом ПСО, перемаркированным под баллистику патрона 9х39 СП-5. Прицельное приспособление включает в себя боковую планку для крепления ночного прицела. «Винторез» использует интегрированный глушитель. Имеет коробчатый магазин на 10 или 20 патронов.

7

Прицельная дальность «винтореза» составляет четыреста метров с обычным оптическим прицелом и триста метров с ночным прицелом.