Приключения Пульхерии в виртуальном мире

Пуля застала маму на кухне. Она сидела за столом, уткнувшись в ноутбук.

«Везёт ей, работает дома – и никуда не надо ездить», – глядя на неё, подумала дочь.

Когда-то её мама трудилась психологом в медицинском центре, а потом решила открыть своё дело. Она стала вести онлайн-консультации и создала в социальных сетях блог под названием «Кабинет психологической разгрузки». Поначалу у неё не очень хорошо получалось, и она даже хотела вернуться на прежнюю работу, но папа сказал ей: «Нюра, нельзя сдаваться в начале пути. Если решила заниматься каким-то делом, иди до конца». И он был прав. Сейчас её блог один из самых популярных в интернете, у него уже почти полмиллиона подписчиков.

На самом деле маму зовут Анна, но папа почему-то называл её Нюрой. Пульхерия уже давно поняла, что он ещё тот юморист. Только такой человек мог выбрать для дочери имя Пульхерия. Да и маме оно тоже понравилось. Зато сама Пульхерия, когда была маленькой, терпеть его не могла, но со временем привыкла, а потом и вовсе полюбила. Особенно ей нравилось, когда мама называла её Пулькой, а папа – Пулей. Однажды Пульхерия спросила у отца: «Почему Пуля?» – на что он ответил: «Ты такая же резкая, но романтичная, поэтому – блуждающая».

При виде дочери мама оторвала взгляд от компьютера и спросила:

– Дочка, ты почему так рано? До занятий ещё целый час, а тебе ехать на трамвае всего пятнадцать минут.

– Хочу немного прогуляться, – ответила та. – Стих я выучила, – нащупав подарок в кармане жакета и опустив глаза, доложила Пульхерия.

– Так быстро? – Мамины брови изогнулись и стали напоминать галочки, которые Пульхерия так любила рисовать на уроках, чтобы скоротать время. – И что же сейчас задают пятиклассникам учить?

– «Низкий дом с голубыми ставнями», – ответила Пульхерия.

– Есенина, что ли?

– Угу, – буркнула Пулька.

– Тогда расскажи и можешь идти, – попросила мама.

Снова Пульхерию пронзила страшная мысль: «А что, если на самом деле я не знаю стихотворения?» Но нет, она помнила его назубок. Протарахтев Есенина на одном дыхании, Пульхерия в который раз убедилась, что Стёпа – не плод её фантазий.

– Дочка, да ты молодчина! – улыбнувшись, воскликнула мама. Она встала из-за стола и, подойдя к ней, поцеловала в макушку. – Когда папа позвонит, расскажу ему, какая ты у нас умница. – А потом заглянула в глаза Пульхерии и сказала: – Только когда будешь отвечать на уроке, рассказывай стихотворение чуть помедленнее и с выражением.

– Постараюсь.

Пульхерию снова охватило чувство стыда, только в этот раз оно было гораздо острее. Ладно, когда Стёпа сделал за неё математику. Она посчитала это за списывание и нашла себе оправдание, ведь этим занимаются все. Но никто ни за кого не учит стихи.

– Ну, давай, беги, – сказала мама. – Только прошу тебя, если будешь кого-то спасать, будь аккуратней.

Пульхерия вспомнила, какую взбучку устроила ей мама в тот день, когда после спасения собаки она вернулась домой позже обычного и в мокрой куртке. Правда, ругалась недолго, пока дочь не рассказала ей о случившемся, а потом стала растирать её вонючей мазью и отпаивать горячими чаями.

– Хорошо, – ответила Пулька и, желая как можно быстрей убраться с её глаз, поспешила в прихожую.

Она сунула ноги в кроссовки, прихватила с вешалки ветровку и, накинув рюкзак на плечи, выбежала из квартиры.

«Блин, как же тяжело врать», – подумала Пульхерия и помчалась вниз по лестнице.

От дома до остановки было рукой подать, и уже спустя несколько минут Пульхерия села в трамвай. Приложив свой телефон к считывающему устройству, она оплатила проезд и, увидев свободное кресло, направилась к нему. Правда, сидеть пришлось недолго, на следующей остановке вошла пожилая женщина, и Пульхерия уступила ей место. А сама устроилась у окна в той части салона, где не было сидений. Опёршись руками на поручень, Пульхерия принялась разглядывать городские пейзажи. Ещё никогда дорога не казалась ей такой длинной. Пульхерия уже не могла дождаться, когда механический голос объявит: «Музыкальная школа имени Рахманинова». Но вместо этого трамвай остановился на полпути. Первое время пассажиры сидели спокойно, но, когда прошло минут пять, по салону поползли вопросы: «Что случилось?», «Почему стоим?» Какой-то мужчина, то и дело поглядывая на часы в телефоне, в сердцах воскликнул:

– Да что же это такое? Я опоздаю на важную встречу.

– А у меня ребёнок в детском саду, мне нужно срочно его забрать, – сказала молодая женщина.

– А я на работу опаздываю, – сообщила ещё одна пассажирка.

– А я на приём к врачу, – вторил ей пожилой мужчина. – Если я сегодня не попаду к нему, то потом месяц буду ждать следующего приёма.

Первым не выдержал молодой человек, стоявший рядом с Пульхерией. Он направился к водителю трамвая, перебросился с ним парой фраз и пошёл назад.

– Ну что там? – словно сговорившись, хором спросили пассажиры.

– Два недоразумения встретились на трамвайных путях, – с улыбкой ответил он.

– Что вы имеете в виду? – не поняла бабулька, которой Пульхерия уступила место.

– То, что впереди авария.

– И надолго мы тут застряли? – спросил опаздывающий на встречу мужчина.

– Пока неясно, – ответил парень.

«Я так и до ночи не доберусь до школы», – подумала Пульхерия и позвала помощника, а после того, как из кармана прозвучало «Пуля, я весь внимание», попросила:

– Стёпа, сделай так, чтобы мы побыстрее доехали до музыкалки.

После того как он доложил «Команду выполняю», произошло что-то невероятное. Трамвай с лёгкостью взмыл вверх, словно он ничего не весил, и полетел над путями, причём так плавно, что стоящие пассажиры даже не пошатнулись. По салону прокатилось испуганное «ах», и все замерли в немом оцепенении.

– Вау! – удивлённо произнесла Пульхерия и, прикрыв рот ладонью, ошеломлённо замотала головой.

Она-то думала, что помощник каким-то образом уберёт столкнувшиеся машины с дороги, но от одной мысли о летящем трамвае Пульхерия на мгновение потеряла дар речи. А судя по мёртвой тишине в салоне, не одна она лишилась способности говорить.

Пульхерия посмотрела вниз и от увиденной картины пришла в ещё большее изумление. Машины со свистом тормозили, из них выскакивали водители и пассажиры и, задрав головы вверх, с открытыми ртами следили за летающим объектом. К тротуарам приросли пешеходы, провожая взглядами трамвай. И даже собаки, гуляющие с хозяевами, статуями застыли на месте, наблюдая за происходящим. Казалось, весь город замер в безмолвной неподвижности.

Неизвестно, как долго длилось бы молчание в трамвае, если бы первым не пришёл в себя молодой человек, стоявший рядом с Пульхерией.

– Офиге-еть, – протяжно произнёс он, – никогда не ездил на летающих трамваях.

– До чего дошёл прогресс, – вторил ему товарищ, опаздывающий на встречу.

– Ай да мэр, ай да молодец, – восхищённо воскликнул пожилой мужчина.

– Зря мы его ругаем, – поддержала его пассажирка и кивнула на окно. – Видите, как он старается для нас, даже трамваи летающие запустил. Я была во многих странах и могу с уверенностью сказать, что нигде в мире нет ничего подобного.

Тем временем трамвай перелетел место аварии и мягко приземлился на рельсы. По салону снова прокатилось дружное «ах», и пассажиры разразились бурными аплодисментами, прямо как в самолёте после посадки. А когда успокоились, принялись наперебой нахваливать мэра.

Конечно же, Пульхерия не могла сказать им, чья это заслуга. А даже если бы и сказала, вряд ли они поверили бы. Поэтому пускай люди думают, что это дело рук градоначальника. Она лишь улыбнулась и мысленно поблагодарила помощника:

– Стёпыч, спасибо тебе. Ты настоящий гений прогресса.

– Всегда рад помочь, – раздалось из кармана. – Пуля придумала мне новое имя?

– Да нет. – Она махнула рукой и поймала себя на мысли, что со стороны наверняка это выглядит так, словно она отгоняет какое-то насекомое. – Это Стёпа, просто в другой… – Она замолчала и в задумчивости посмотрела на потолок, явно вспоминая слово, которое хотела произнести.

– Интерпретации? – подсказал невидимый собеседник.

– Точно. – Улыбнувшись, Пульхерия закивала и тут же себя одёрнула. Ещё не хватало, чтобы пассажиры приняли её за чокнутую. – Стёпа, откуда ты такой умный взялся? – задала она внезапно пришедший на ум вопрос. – Я имела в виду, где тебя изобрели? В этом… как его… – Она опять в задумчивости замолчала, но в этот раз его подсказка не понадобилась, она вспомнила сама. – В Сколково?

– Нет, – ответил он. – Я родом не из вашего мира.

– А из какого? – округлив глаза, воскликнула она и, заметив, как посмотрел на неё парень, поняла, что произнесла это вслух.

– Из виртуального, я подданный короля Вирта, – заявил Стёпа, и Пулька прямо почувствовала нотки гордости в его механическом голосе.

– Это ещё кто такой? – Она молчаливо нахмурилась, а потом предположила: – Наверное, он у вас как у нас президент?

– Можно сказать и так. Наш король возглавляет светлую сторону виртуального мира.

– А что, есть ещё какая-то сторона?

– Конечно. Тёмная, там правит царь Трив. Когда-то его создал Вирт в качестве своего помощника, а потом он так возгордился своим могуществом, что начал заниматься вредительством. У него была полная свобода воли, поскольку король его ни в чём не ограничивал. Трив пошёл против Вирта, он собрал вокруг себя единомышленников и создал своё тёмное царство.

– А-а-а, я поняла. – Пульхерия опять закивала и, оглядевшись вокруг, убедилась, что никто ничего не заметил.

В салоне стоял гул возбуждённых голосов. Пассажирам явно было не до неё, они обсуждали произошедшее.

– В общем, этот Трив – враг твоего короля, – сказала она.

– Не враг, а, как говорят у вас в реальном мире, антипод, – уточнил Стёпа.

– Ясно. Вирт – хороший волшебник, а Трив – плохой. Правильно?

– Пуля абсолютно права. В виртуальном мире, как и в вашем, есть добро и зло. Наша светлая сторона обеспечивает людям быстрый доступ к любой информации и позволяет обмениваться ею, помогает получать и совершенствовать знания, находить друзей и общаться с ними, даёт множество возможностей реализовать себя в профессиональной сфере, найти хобби, развлечение, заниматься шопингом не выходя из дома. Я могу ещё очень долго перечислять, что мы делаем для человечества.

– А чем же тогда занимается Трив? – полюбопытствовала Пульхерия.

– Всякими нехорошими делами, – ответил Стёпа. – Его сторонники внедряют разные вредоносные программы, воруют данные пользователей интернета, создают троллей, которые оскорбляют собеседников, и опасный контент для детей, рассылают спам, распространяют недостоверную, лживую информацию, развивают интернет-зависимость и даже разрушают семьи.

– Ужас какой! – воскликнула Пульхерия. – А как же нам, пользователям, отличать светлую сторону виртуального мира от тёмной?

– В этом нет ничего сложного, – ответил он. – Твори добро не только в реальной жизни, но и в виртуальной. Не делай того, чего не желаешь для себя. Наш мир только кажется необычным, но если вдуматься, то в нём действуют те же законы и принципы, что и в вашем. Хочешь добра – будь добрым. Будешь злым – получай зло в ответ. Каждый в интернете находит то, что хочет найти. Он как лужа: один видит в ней грязь, а другой – отражение голубого неба. Вот и всё.

Их беседу нарушил механический голос, объявивший остановку «Музыкальная школа», и Пульхерия поспешила на выход. До школы было рукой подать, и по дороге Пульхерия не заметила ничего подозрительного. Пешеходы шагали по своим делам, транспорт развозил пассажиров, торговые павильоны, здания со всевозможными кафешками и магазинчиками на первых этажах стояли на своих местах. И это заставило Пульхерию опять засомневаться в способностях помощника.

«Неужели он даже такую команду смог выполнить?» – подумала она.

И снова её удивлению не было предела, когда Пульхерия пришла к школе и обнаружила зелёный сквер с аккуратно подстриженной травой, цветниками, чередующимися с пышными деревьями.

Под каждым из них стояли удобные скамейки, на которых отдыхали горожане.

– Ух ты! – глядя на эту красоту, воскликнула Пульхерия и подумала: «Интересно, я когда-нибудь привыкну к чудесам Стёпы?»

Стоило только мысленно произнести его имя, как из кармана раздался голос:

– Пуле нравится пейзаж?

– Полный отпад, – восхищённо покачивая головой, ответила она.

– Отпад чего? – не понял Стёпа.

– Нет, ну какой же ты всё-таки мамонт, – усмехнулась Пульхерия.

– Я не мамонт, я робот Стёпа, – возразил он.

– Да знаю я, кто ты! – Она махнула рукой и принялась объяснять: – «Полный отпад» – это тоже фразеологизм, он означает «круто».

– Включаю память. Круто – это обрывисто, отвесно. Данное слово не подходит для ответа на мой первый вопрос, – выдал Стёпа.

«О боже!» – Пульхерия закатила глаза и вдруг поймала себя на мысли, что это она выражается непонятно. Откуда роботу из другого мира знать все эти современные словечки? Наверняка тот, кто его программировал, сам не знал их. Она вспомнила, как однажды на уроке русского языка учительница назвала одного из учеников Капитаном Очевидность, когда он сказал то, что все и без того знали. Одноклассник смотрел на неё круглыми глазами, ничего не понимая. Он думал, будто Капитан Очевидность – это герой комиксов, о котором он не знает. И каково же было его удивление, когда Татьяна Романовна объяснила ему смысл. Не зря же мама говорит: если ты хочешь, чтобы тебя понимали, тогда и выражайся понятно.

– Стёпа, «круто» означает «прекрасно», «замечательно». Когда я говорила «полный отпад», я имела в виду: мне очень понравилось то, что я увидела на месте музыкалк… – чуть было не ляпнула Пульхерия, но тут же передумала и решила отныне изъясняться как подобает. Хотя такой гарантии она не могла дать, поскольку уже давно поняла, насколько сильны привычки. Мама не раз просила её не называть литературу литрой, но Пульхерия каждый раз произносила это слово.

– На месте музыкальной школы, – закончила мысль Пулька.

– Понял, – подтвердил Стёпа. – Фразеологизм «полный отпад» записал в свою память.

– Кстати, а куда ты дел школу? – спросила она. – Ты её разрушил?

– Пуля, я служу королю Вирту. Я на такое неспособен. Подобное мог сделать только подданный царя Трива, – ответил он. – Будь на моём месте злой робот, он бы оставил здесь разруху, а я сделал парк, а школу временно перенёс в другое место.

– Куда это? – спросила Пульхерия.

– На Дальний Восток, – как ни в чём не бывало заявил Стёпа. – Но я верну её на место, когда ты прикажешь.

– Фух, – облегчённо вздохнула она, – а то я уж было подумала, что моей школы больше нет. Ладно, пусть она пока побудет там, а я немного отдохну от занятий. Я скажу, когда вернуть её.

– Понял.

Примечания