- -
- 100%
- +
– Спрячем все книги и все, что может быть опасным в этой ситуации, – решил он, не сводя глаз с разгневанного короля. – Если не будет заклинаний, описаний обрядов и прочей ерунды, он ничего не сможет сделать.
– Хорошо, – кивнул Маяк. – Думаешь, сработает?
– Сомневаюсь, – честно признался Ник, осознавая что в их замке быть уверенным нельзя ровным счетом ни в чем.. – Но попробовать стоит.
– Все свободны! – наконец громогласно провозгласил король и упал обессиленный в мягкое кресло обитое красным шелком.
Все сидевшие в кабинете в креслах и на принесенных стульях, поспешили удалиться пока король не передумал. Кто-то выронил по дороге подушку, а у кого-то предательски хрустнули под не снятыми заранее доспехами чипсы. Подготовка к совещанию назначенному королем было для каждого ритуалом и каждый готовился с необыкновенной самоотдачей. И сейчас два рослых воина расталкивали своего друга, задремавшего на стуле с наушниками в ушах. Поняв в чем дело, он быстренько откланялся и поспешил удалиться пока никто не начал задавать лишних вопросов.
Пройдя по темнеющему коридору со старинными гобеленами Ник думал о своем. В очередной раз вспомнился его первый день в роли рыцаря. Первое совещание, первые мечты…
За размышлениями замок незаметно погрузился в вечерние сумерки и каждый шаг стал глухо отдаваться эхом. Ник поднимался по винтовой лестнице в башню, отбросив нелепости и продумывая про себя свои дальнейшие действия. Говорить вслух в этом замке могло оказаться ошибкой, так как в каждой щелке между крупными камнями стен мог оказаться незадачливый таракан, моментально передающий любое сказанное слово его величеству королю. А так как в это время король в замке был один и тот не самый удачный, то любое лишнее слово могло быть еще опаснее.
Наконец он добрался до деревянной двери окованной железом и осторожно приоткрыл ее. Тихий скрип разнесся по лестнице, но, как и ожидалось, никого не заинтересовал. Вспоминать шатающихся стражников с бутылками вина стоящих на нижних пролетах лестницы не хотелось, а остальные его просто не интересовали.
Многие годы хаос царил в замке и при этом еще не одно королевство не смогло его сломить. Как хаос так и сам замок. Более того, даже близко подойти. Великое и необъяснимое хранило его от любых захватчиков. Собственно замку было все равно, добрые дела творят его короли или злые. Эти камни были пропитаны эгоизмом и думали исключительно о том, как уберечь себя в тех ситуациях, когда самому замку грозила беда.
Но сейчас Ника интересовала исключительно небольшая комната скрытая от глаз в высокой башне.
Она была небольшая, но с большим окном напротив двери. Около окна на подставках стояло несколько клеток с крупными голубями. Взяв со стола лист бумаги и ручку, он написал короткую записку и уложил ее в цилиндр. Взяв после этого одного голубка на руки, Ник погладил птицу и привязал к ее лапе цилиндр размером с фалангу указательного пальца, после чего поднес его к окну.
Почувствовав свободу птица вылетела из окна и взмыла высоко в небо, стараясь взлететь выше серых облаков затянувших вечернюю синь над замком.
– Говорят у нас проблемы, – раздался голос за его спиной.
Это был Маяк. Он посмотрел на клетки и невольно улыбнулся, отвечая на улыбку Ника. Турнир неминуемо приближался, а вместе с ним увеличивалось и желание короля получить заветный приз, ради которого он был готов на любые жертвы. Но надежда еще оставалась и Ник был намерен ею воспользоваться.
Однако его настораживали наливающиеся свинцом тучи, что заволокли несчастное небо в свои железные объятия. Что-то происходило, и оставалось только разобраться что именно, но дел было слишком много для двух людей, а каких-либо успокаивающих известий никаких.
В эту минуту надо было сконцентрироваться на одном, а именно на короле. Но странное чувство тревоги все же било на свое и Ник невольно вгляделся в тучи.
– Только не говори, что он успел что-то натворить, – почти взмолился он, переведя взгляд на воина.
– Нет, но начал искать книги, – пожал плечами Маяк. – И что мы ему скажем, когда он спросит их с нас?
– Что на обед съели, – покачал головой Ник. – Придумаем что-нибудь. Главное продержаться до турнира, а там и король прибудет.
Маяк согласно кивнул. Он видел тучи в окне, но вежливо отшвырнул мысли о них куда подальше, решив, что если это и проблема, то явно не их. Их проблемой был исключительно король, и долгом перед обществом являлась его изоляция от окружающих их миров и королевств.
За многие годы общения они четко выявили тех, кто хоть как-то мог изолировать его действия от общественности и без согласия этих личностей взваливали на них весь груз управленческой работы. Этим кем-то был Ник, и, зная это, он не очень был рад своему рождению. Но надежда на лучшее в нем все еще жила.
– Но до турнира все же нужно искать воинов, – замялся Маяк, с опаской глядя на друга. – Кто-то ведь должен будет нас представлять в этом году, а когда вернется король, никто не знает…
– Придумаем что-нибудь, – попробовал улыбнуться Ник, но улыбка у него получилась по большей части кривая. – В любом случае конца света я не хочу, хотя бы потому, что у меня скоро отпуск и на него я съездить все-таки хочу.
Маяк согласно кивнул. У него самого намечался отпуск и мысли были по большей части заняты им. Работая почти до лишения рассудка, они уставали и считали минуты до столь важного события в жизни любого настоящего воина как настоящий и долгий отпуск где-нибудь, где нет ни турниров ни сумасшедших королей ни вообще кого-то, кто может тебя поднять по среди ночи с воплями о том, что что-то горит, кто-то горит или у короля потерялся плюшевый медведь и надо немедленно выдвигаться на его поиски.
В последний раз приключилось как рас с медведем. Крик по середине ночи о том, что у короля пропал плюшевый медведь. Поиски плюшевого медведя по всей королевской комнате, с попутными объяснениями что Ник не спит в кресле у окна, а ищет медведя с помощью специального излучения внутреннего ока, и, разумеется, умалчивая что он и сам, а Ник тем более ни о каком внутреннем оке с роду не слышал. И, разумеется, объясняя что он не сопит и не посапывает, а это специальные звуки издаваемые при медитации.
Словом медведь был найден под подушкой его высочества и друзья отправились спать дальше.
За тот раз Ник не слабо проставился, но в тот раз никто и не обещал очередной конец света и что он все-таки наступит. Но угроза этого обстоятельства все же была.
Такой расклад откровенно не устраивал Маяка, и он полностью соглашался с Ником на тему того, что в первую очередь надо все же думать о подобной проблеме, а не о таких мелочах, как, например, подготовка к турниру.
Глава 4: грозовые всадники
Майк посмотрел на пейзаж каменного города видневшийся за окном. Камень камнем, но город утопал в зелени. Кругом разбиты палисадники и парки, на подоконниках открытых окон виднеются многочисленные растения.
Тут и там стояли стражники в средних доспехах с гербом в виде полу-орла полу-волка на щитах. В голове вертелись ничем не связанные между собой мысли. На окне его собственной комнаты сиротливо рос фиолетовый цветок с темно-зеленым стеблем и пышными волнообразными листьями. Его запах напоминал поле после прошедшего накануне ливня.
В том что цветок настоящий, Майк убедился изучив его всеми возможными способами: начиная разглядывая его со всех ракурсов и заканчивая варварским отрываем сначала одного из листов и расчленяя его, а после и кусок цветка, сотворив с ним не менее зверское расчленение.
Все остальное в подтверждении не нуждалось и Майк с тревогой подумал, что находится в совершенно другом мире, а может и вселенной. Из гнетущих мыслей его вырвал неожиданный звук.
В дверь деликатно постучались, после чего в комнату вошел Рок. Сейчас он был одет в легкую белую рубашку, оттенявшую черные как смоль волосы и темные брюки. Рок улыбался с грустными глазами. Этот взгляд преследовал Майка с первой их встречи.
В руках у Рока был железный поднос с тарелкой на которой в видимом изобилии расположились различные фрукты и с чашкой горячего чая. Майк невольно улыбнулся, отмечая что поужинать дома он не успел, а фрукты он любил больше шоколада, коим его любят баловать родители и родственники изредка приходящие в гости.
– Рок, а что вообще от меня ждут? – спросил Майк у него, чувствуя как комок подступил к горлу.
– Просто чтобы ты был, – пожал плечами Рок, поставив поднос на небольшой столик у подножья кровати. – Чтобы ты правил и управлял всеми событиями касающимися наше царство.
– Но я не смогу…– поник головой Майк, тянясь к крупных размеров апельсину. – Я просто студент…
– Нет, – покачал головой Рок. – Ты Майк, а это многое значит. Ты можешь упасть, но только после того как взлетишь. Чем выше взлетаешь, тем ниже падаешь, но чем больше ты будешь падать тем быстрее научишься хвататься за выступы на пол пути. И постепенно ты научишься только взлетать, не падая.
– Думаю, это относится к тебе, но не как не ко мне… – отметил Майк, решив что Рок философ, какие обычно попадаются в фильмах про рыцарей.
– Нет, только к тебе, – подошел к нему ближе Рок. – Поверь, нет никого важнее тебя, и нет никого сильнее и умнее тебя. Надо просто это понять и не зазнаться с самого начала. У тебя в руках власть, а на плечах ответственность, но если ощущать их как одно целое, ты будешь лучшим правителем из всех.
– Спасибо, – Майк кинулся на Рока и, обхватив того за крепкий торс, обнял его уткнувшись носом в плечо. – Был бы у меня такой брат как ты всегда…
– Пока ты здесь, я могу быть твоим братом, – обнял его за плечи Рок. – Но только пока ты здесь, а далее сам…
– Что значит, далее сам? – поднял на него глаза Майк. – Я здесь буду не постоянно? – спросил Майк, сам удивившись странной грусти что несло осознание возвращения домой.
А ведь еще минуту назад он размышлял о том, что надо скорее возвращаться домой и ничего более его не интересовало. Еще и странный выпад с его стороны… Все происходило будто во сне, в то время как мир вокруг был реален…
– Не могу сказать, – покачал головой Рок, отвечая на его вопрос. – Ты должен здесь быть постоянно, но… Извини, это тебя не касается…
– Хорошо.
Майк уткнулся в плечо Рока, проигрывая в голове слова рыцаря. Что-то было не так. Город был словно нарисован хорошим художником, и жители все как на подбор из фильмов про средневековье. Но этот мир был реален, и это больше всего напрягало студента. И самое главное, ему нравился Рок, но с рыцарем было что-то не так, и что, он не мог понять. Предстояло наведаться в здешнюю библиотеку или архив…
Последние события и вовсе ввергли его в непонятный ступор. Его просили руководить, при этом он не подписывал никаких указов, от него не требовали никаких обязанностей не смотря на слова Рока, и еще оказалось, что есть вещи которые его не касаются. Вельможи что с самого начала на него чуть не напали, после встретили его с поклонами и со всеми почестями, когда они заглянули в тот же самый зал, отыскать выпавший из рук Майка стакан. За стакан он переживал, ведь если не вернет, маме это мало понравится…
– Ты не переоделся, – заметил Рок, посмотрев на расшитую золотом белую одежду, сиротливо лежащую на краю кровати.
– Не хочется, – честно признался студент, отстранившись от рыцаря. – Не чувствую я себя правителем, как не крути.
– Не хочется так не хочется, – пожал плечами рыцарь. – Это ведь твой мир, значит, тебе решать, как в нем выглядеть.
– Но здесь ничего мне не подчиняется, – нахмурился студент. – Если это сон, то хоть что-то должно было бы мне подчиняться…
– Но это не сон, – с отрешенным взглядом пожал плечами рыцарь. – Стоит это понять и не беспокоиться на счет того что проснешься и все это пропадет.
Майк сел на кровать. Его мысли неминуемо вернулись к сложившейся ситуации. Он был правителем целого королевства, но при этом ничего не делал. Он должен был править, но все его правление заключалось в том, что он просто находился в замке.
– Я хотел бы посмотреть библиотеку или архив, – наконец нашелся он, посмотрев на серьезного рыцаря. – Они здесь имеются?
– Ну конечно, – улыбнулся Рок. – Я тебя туда отведу, только после обеда.
Майк кивнул и посмотрел на поднос с фруктами. Слишком реальными, чтобы быть плодами его сновидений. Но нельзя было скидывать со счетов ни одну, даже самую незначительную мелочь. И сейчас этой мелочью было отсутствие надоедливых насекомых в саду перед окном его спальни и грустные глаза Рока, проговорившегося ему о каких-то не касающихся его делах.
– А какие здесь праздники имеются? – спросил Майк, стараясь нарушить повисшую в комнате тишину.
Казалось она состояла из дегтя, смоляными подтеками скатываясь по светлым стенам неопределенного цвета. Мир вокруг то заставлял его радоваться, то в следующую минуту все его нутро кричало об опасности.
Рок смотрел на него со спокойным выражением на лице. Нельзя было понять, думает он или не хочет этим заниматься. Он просто смотрел и молчал, не произнося ни слова и не делая ни одного движения.
– Праздники, – повторил Майк, решив что наверное воин его просто не расслышал.
– Разные, – наконец ответил Рок, и не много помолчав продолжил, – но сейчас их нет. Они начнутся только через пол года, так что не надо о них думать.
– А у нас почти каждую неделю, – рассмеялся студент. – А если вдуматься, то каждый день по нескольку штук!
– Обед будет подан в главный зал, – спокойным голосом, словно стараясь перевести разговор в другое русло, сообщил Рок. – Может пойдем? А то фруктами сыт не будешь.
– Ты говоришь как моя мама, – поднялся с кровати Майк и натянул на ноги белые сапоги.
Фраза действительно была его матери, которая вечно смеялась над любовью своего чада к свежим и сушеным фруктам.
– Я иначе не могу, – спокойно отозвался Рок и развернувшись подошел к двери.
Студент направился за ним, не ощущая обуви на ногах. Но и холода от полов тоже не было, а значит сапоги все же присутствовали на ногах. Но по его мнению обувь должна что-то весить, и иначе просто быть не может.
– Чтобы ты хотел на обед? – спросил у него Рок, не открывая входной двери.
– А что подали? – спросил в свою очередь Майк и заметив серьезный взгляд Рока, замялся. – А что ты любишь? – спросил он после недолгих раздумий.
– Ничего, – спокойно ответил Рок, отчего Майку стало не по себе. – Просто хотелось узнать, угадали ли мы с меню перед приходом в главный зал.
Он беззаботно улыбнулся, но в темных глазах воина засела не земная тоска, отчего сердце Майка в очередной раз сжалось. Почему-то стало обидно что Рок не девушка, или хотя бы у него пока с головой все в порядке.
В разговор о родственниках верилось слабо, хотя бы судя по внешним признакам. Да и вообще верилось мало, ведь сам студент был родным сыном своих родителей, а они не были жителями неизведанной ранее местности.
За дверью показались две симпатичные девушки в светлых фартуках и с железными подносами в руках, на которых стояли графины и золотые кубки. При этом одна из них была блондинка словно воссозданная с модного журнала, а вторая не уловимо напоминала Рока. Те же черты лица, но более сглаженные, отчего они становились женскими. Разрез глаз, черные волосы, белая кожа… Сомнений не оставалось.
– У тебя есть сестра? – удивленно посмотрел Майк на Рока и удивился еще больше.
– Наверное… Да, – изумился он, но в следующий момент постарался казаться уверенным. – Конечно есть, я забыл вас представить…
– Не стоит, – перевел взгляд на девушку Майк. – Думаю еще успеем, – произнес он, чувствуя как неприятный комок встал в горле.
Девушки приветливо улыбались, держа перед собой подносы. И что-то в них напрягало подростка до самого мозга костей. Что-то было не так в окружавшей его ситуации.
Глава 5: больница
По глухим коридорам гулко разносились шаги людей в белых халатах. Они носили различные папки и подносы с медикаментами.
В палатах стонали и кричали, но порой было тихо. Больница жила своей собственной жизнью и отказывалась подстраиваться под устрой обыденных дней. Ночь оживала бесконечными звуками и никто не мог сказать, когда все уснут и воцарится тишина.
К больнице подкатила белая машина с красными полосами на боках и худой человек заспешил по всем коридорам. После недолгой суматохи, все стихло. Даже больные уснули раньше обыденно срока.
Палата была прикрыта, и по коридорам понесся тихий шепот. «Привезли новенького», сообщал он множеством голосов. «Молоденький еще», добавлял кто-то и незаметно удалялся, дабы урвать минуту отдыха.
Молодой врач сел на стул и протерев чистым носовым платком лоб, потянулся к клавиатуре своего личного компьютера. Первое предложение давалось ему с большим трудом, но надо было его написать.
Когда он пришел на работу несколько месяцев назад, он не думал что может столкнуться с чем-то странным или же необъяснимым, но теперь этот случай наступил.
Его пальцы забегали по клавиатуре набирая знакомые с детства слова, но в голове они упрямо не складывались в единую картину. Хотелось самому кричать и кидаться на стену от безысходности, но это было недопустимо.
«Запись начата сразу после прибытия больного. Его состояние охарактеризовать сложно. Он молчит. Держится спокойно. Но есть одна причина по которой его нельзя признать здоровым. Температура его тела скачет от 20ти и до сорока пяти градусов. Это не нормально. Дыхание остается ровное. Пульс в норме. Зрачки реагируют на свет. После потери сознания на собственной кухне, он получил небольшой синят на правом локте. Синяк прошел в течении двух часов, что крайне странно. Но складывается ощущение, что разума в этом теле нет».
Врач отдернул руки от клавиатуры. Ему не хотелось думать, что это какая-то новая болезнь, но перед ним, когда он был в паллете, сидел здоровый молодой человек. Надо было дождаться результатов анализов, но время тянулось нестерпимо медленно…
Что-то его мучило, но что он не мог понять. Не то время стало течь быстрее обычного, не то напротив, медленнее. Не то он сам просто переработался и ему самому был необходим отдых. Но что такое отдых, когда ты не можешь прожить спокойно ни дня?
Работа занимала большую часть его жизни и от этого все неприятности уходили куда-то прочь. Странные личности, неожиданные встречи – все это преследовало его с ранней юности, еще в тот момент когда он увлекся великим и прекрасным, то есть искусством.
К карьере врача он пришел не сразу, но каждый новый день убеждал его что этот выбор был сделан правильно.
Врач поймал себя на том, что сидит в тишине. Никто не ходил, не шептался и даже не разговаривал. Странности вечера продолжались. Но что такое странность в здании, где нормальным нельзя назвать даже самих врачей?
Но тишина казалась зловещей.
Взяв журнал, врач встал и направился на обход, чтобы хоть как-то убить время и отвлечься от грустных мыслей.
Глава 6: библиотека
«В битве побеждает сильнейший. В жизни – достойный. В смерти нет ничего страшного, а в жизни невозможного. Вера сильнее всего на свете, но только если это вера в себя. Можно жить зная мир и ничего не добиться, или доверять ему, и добиться всего» – заворожено прочитал предводитель и с грустью закрыл книгу что держал в руках..
– Луис сильный воин, но не достаточно, – с грустью произнес предводитель.
В голове старого человека водили хоровод бесконечные грустные мысли говорящие о скором поражении его королевства. От них хотелось плакать и биться в конвульсиях на холодном полу библиотеки, что множество лет служила ему источником знаний о будущих претендентах на роль участников турнира.
– Может ему просто не хватает чего-то? – Джаст усмехнулся, наблюдая за его расстроенным лицом.
Джаст ел яблоко, и был доволен этим. От рождения крепкий и красивый, он не боялся ничего и был одновременно ловок и силен. Его любили друзья и уважали враги. Но вот уже третий год, как он не имел права сходиться в битвах. Это обстоятельство его удручало, но не более того. И сейчас он полулежал в широком кресле, и медленно ел яблоко, смотря куда-то в пространство, не забывая посматривать в сторону предводителя.
Предводитель в свою очередь посмотрел на него желтыми глазами, и только помотал головой, принимая свое полное поражение как что-то должное. Он знал, что настала пора выбирать воинов, но кого именно, он выбрать не мог. Он пролистывал пожелтевшие страницы, и сокрушенно мотал головой. Не один из воинов не был по настоящему сильным. Ни один…
Каждый год на турнир выбирались воины всех возрастов и категорий. Основная цель его проведения заключалась в выявлении сильнейшего царства со стороны воинов. И конечно же это царство получало полную и несокрушимую защиту на весь последующий год. Его охраняли те, у кого не было имени и эта защита приравнивалась как к чести, так и к тому, что заслуги были замечены. Но эти мелочи волновали только королей и предводителей, не являясь для самих воинов чем-то ценным. Их интересовала только сама борьба. Проливание крови, пусть и не до последней капли, с которой враг теряет и саму жизнь. И само собой почести, с которыми относились к воинам просто бившимся на турнире, не говоря уже о тех, кто достиг в нем победы.
– А может книга не всех показывает? – оторвался от яблока Джаст, почувствовав на себе очередной взгляд желтых глаз. – Или не правильно показывает? Это вообще, хоть та книга?
– Та ли это книга?! – возмутился предводитель, но замолк. – Не та…– выдавил он из себя. – Не обязательно та…
– Не обязательно? – насторожился Джаст, чувствуя что сказал что-то лишнее. – А что тогда, обязательно?
Предводитель не ответил. Он кинулся к книжным полкам и стал доставать с них толстые книги. Тома со стуком падали о деревянное покрытие пола. Достав пять книг, он спустился и сев на стул, стал брать книги по одной, и, прочитывая буквально несколько слов из середины, складывать их стопкой на полу.
– Их будет пятеро. И все пятеро обладают превосходными навыками в своем деле! – возвышенно произнес он. – А борьбе их научите вы, воины нашего мира. А после мы выберем двух самых лучших…
– Что же там за навыки такие…– недоверчиво проговорил Джаст, но решил не уточнять этого подробнее.
Обстоятельства того, что он вообще сидел в старой библиотеке, были крайне просты. После того как его разжаловали, он получил приглашение на вакансию помощника при «императорской библиотеке». Библиотекаря, проще говоря. Должность не очень, зато есть чем заняться и зарплаты вполне хватает на жизнь. Плюс ко всему помощником он был не в простой библиотеке, а императорской, в то время как в нее попасть не мог ни один даже самый лучший библиотекарь, а он, бывший воин, работал по приглашению и был на хорошем счету.
Но чем ближе подступали сроки турнира, тем напряженнее становилась ситуация. Надвигающийся год был важен для всех, и потому начиналась настоящая паника в лице бесконечных королей и прочих. Секцию с пророчествами и книгами пишущими судьбы оккупировали бесконечные маги. Порой их приходилось выталкивать из секций силой.
Они умудрялись проникнуть внутрь даже в выходные дни.
И теперь еще и предводитель, которого он знал без малого всю свою недолгую жизнь, сошел с ума. Перерыл всю полку своей границы мира и полез зачем-то в непримечательную часть, где у людей практически не осталось магии. И самое смешное, что оттуда он умудрился кого-то выбрать…
Ситуация постепенно превращалась в катастрофу, а яблоко между тем упорно чернело в руках задумавшегося Джаста.
Наступала пора брать дело в свои руки, чтобы никто не провалил этот турнир. Но забывать об избранниках предводителя было нельзя.
– Так значит пятеро? – неуверенно уточнил он, поднимая глаза на ликовавшего предводителя.
Старик в это время уже отплясывал ламбаду на квадратном метре коричневого паркета. Седая борода взмывала в воздух, ударяя своего незадачливого владельца по носу, и падала вниз, словно смущаясь содеянного. У бывшего воина начало складываться впечатление, что старик уже отмечал победу в турнире, и его не интересовало, что до этого момента было необходимо хотя бы дожить.
Теперь ситуация стала совсем неуправляемой, и оставалось только задуматься о собственной шкуре и своем не менее теплом местечке в библиотеке. За свою работу Джаст не переживал, но легкое беспокойство за разум старика все же неприятно жгло его изнутри.
Он неуверенно поднялся и удрученно посмотрел на почерневшее яблоко. Некогда зеленый шарик неправильной формы и ныне съеденный наполовину перестал выглядеть таким уж аппетитным, чтобы есть его не задумываясь.
Воин подумал несколько минут и, отметив, что желание съесть его пересилило отталкивающий вид съеденной части, надкусил его, и радость вернулась к нему вместе с кисловатым привкусом на языке.