Босс моего мужа

Пролог

Тяжелое мужское тело нависло надо мной, не позволяя высвободиться. Только сейчас я ощутила и силу Эльдара, и его властность, и его напор. До этого момента я словно играла с ласковым и сытым тигром, гладя того по загривку и слушая довольное урчание. Играла, сама, не понимая, что делаю и насколько рискую. А вот теперь зверь показал клыки. В одурманенном страстью мозге замигали все сигнальные лампочки. Стыд и раскаяние пронзили все мое существо. Страх сковал по рукам и ногам, заставив поежиться и холодом прокатился по телу.

Боже! Что теперь будет? Что мы наделали? Что Я наделала?

– Пусти! – собственный голос показался мне жалким и писклявым.

– Может повторим? – Эльдар двинулся, демонстрируя, что вполне может, очень даже готов.

Я дернулась и закричала:

– Да отпусти же!

Эльдар откатился, накинул покрывало и отправился в душевую.

Я заспешила туда же.

Благо на фирме «Андрос» душевые для мужчин и женщин располагались отдельно и примыкали к этой странной переговорной комнате. Я окатилась теплой водой и, не найдя ничего лучше, вытерлась салфетками, что лежали на полочке возле раковины.

Убила практически всю пачку.

Ну и ладно! Не разорятся! Как повысить мужу зарплату – шишь, а как забабахать громадную душевую в офисе, спортзал, кафе – на это им денег не жалко.

– Держи! – от резкого звука я едва не поскользнулась на кафельном полу с подогревом. Схватилась за кран и восстановила равновесие.

Слава богу, в «Андросе» сантехнику делали на совесть. Кран не оторвался.

В щелку двери просунулась мускулистая рука Эльдара с большим голубым полотенцем.

Нога сорок пятого размера втолкнула в помещение шлепки, размером не меньше. Я сунула в них ноги и принялась вытираться нормально.

Обернулась полотенцем и посмотрела на себя в зеркало.

Испуганная женщина лет тридцати. С большими карими глазами и кукольным личиком, не модным в эпоху, когда котируются пухлые губы, как у рыбы. Эдакая русалка, только наоборот. Морда рыбья, а низ женский.

Мои губки бантиком вышли из моды уже очень давно. Подтянутой благодаря йоге фигурой я всегда гордилась и на каждом корпоративе демонстрировала шпагаты.

Выйдя из душевой, я застала Эльдара одевающимся.

– Я думаю, мы уже все обсудили! – бросила я ему, торопливо натягивая лосины и водолазку.

Внезапно мужчина выпрямился, во весь свой почти двухметровый рост. Приблизился в два шага, напоминая, что давно и всерьез занимается борьбой. Под смуглой кожей перекатывались бугры мускулов.

На красивом лице, с крупными, но гармоничными чертами, пухлыми губами и тяжелой челюстью, застыло нечитаемое выражение.

Внезапно мой нечаянный любовник выбросил вперед руку с истинно борцовской скоростью и слегка подтолкнул.

Пикнуть не успела, как очутилась прижата к стене, а с двух сторон от головы оказались руки Эльдара. Снова он вел себя необычно, не так как еще недавно. Куда делся холеный босс, который объяснял мне, на какие темы обратить внимание в книге про «Андрос», комментировал медицинские проспекты и статьи?

– Ты чего такая испуганная? – спросил Эльдар, наклоняясь ближе. – Жалеешь?

– Да! – выдохнула я. – Не знаю, что на меня нашло.

– А я знаю! – выпалил он, яростно сверкая зелеными глазами. – Твой муж – слабак и голодранец. А я могу тебе дать многое! В постели, в том числе!

– По-моему, этого пункта в нашем договоре не было! – возмутилась я. От гнева на этого самодовольного ублюдка, которого еще недавно считала вполне порядочным мужчиной, дерзость вернулась ко мне.

– Не было… – бархатистый голос Эльдара стал немного менее резким, однако лицо его оказалось почти напротив моего. Горячее сбивчивое дыхание коснулось носа и щек. – Я и сам не думал, что все так обернется. Но я привык решать все быстро и сразу…

Губы Ястребова недопустимо приблизились к моим, отвлекая внимание и сбивая ход мыслей. Его раздувающиеся ноздри почему-то напомнили о хищнике. Красивом, мощном, опасном и одновременно дико притягательным. Именно дико… Это слово очень шло Эльдару, также, как и его брендовая одежда.

Жар мужского тела будто лип ко мне, как знойный воздух Юга, по коже пробегали разряды. Губы покалывало, потому что я все время думала о недавних наших поцелуях…

Босс мужа бессовестно и беззастенчиво пользовался тем, что меня тянуло к нему. Именно как к мужчине. В сексуальном смысле… Он собирался выдохнуть остаток фразы, но я перебила:

– Я все решила! – выпалила на едином дыхании. – Ничего не было! Книгу я сделаю, а все остальное… этого не было! Не было!

Ястребов усмехнулся, убрал руки и вернулся к своей одежде:

– Я мог бы рассказать твоему благоверному. Но, уверен, ты сама рано или поздно прибежишь! Главное, чтобы не опоздала. Я могу найти помоложе и посговорчивей… Возможно, ты и выглядишь младше своих лет… Но я знаю сколько тебе на самом деле стукнуло. Я знаю все про вашу семью… А пока… Работай с книгой. Все, что нужно я тебе дал.

Последняя фраза прозвучала настолько двусмысленно, что у меня вспыхнули щеки. А шумное дыхание Ястребова напоминало о том, что смущало еще сильнее… Грудь моего нежеланного любовника ходила ходуном, зеленые глаза метали молнии…

Я быстро надела сапоги, накинула пуховик, шапку, шарф и выскочила из помещения так, словно спасалась с пожара.

В голове гонгом гремели слова Ястребова «Я бы мог рассказать твоему благоверному…» и жгучий стыд кислотой разливался внутри. Опалял внутренности и во рту появлялся отчетливый вкус желчи…

Я… изменила… мужу… С его боссом…

Глава 1

– Помнишь, я говорил, что на нашей фирме сейчас проходит нечто вроде ребрендинга? – уточнил Николай, надевая рубашку. Я крутанулась на стуле: спиной к компьютеру, лицом к благоверному.

– В общем, новый учредитель, который теперь главнее всех, потому что спас фирму в момент кризиса, решил все же сделать книгу. И я предложил твои услуги.

Я чуть не подпрыгнула в кресле.

Ура! И трижды ура!

После увольнения из редакции «Каждого дня», я работала, что называется «как самозанятая». Писала для разных интернет-изданий, делала книги на юбилеи всевозможных компаний, пиар-статьи и рекламные буклеты.

Все, что заказчик захочет.

Работа радовала тем, что не приходилось ездить в офис, выслушивать едкие замечания Артура Наилевича – бессменного редактора «Каждого дня» вот уже пятнадцать лет. Его еще называли – бессмертный редактор. И шепотом добавляли «Кощей бессмертный».

Мне больше не требовалось издеваться над собственным телом и разумом, отсиживая на брифингах разных чиновничьих структур. Над телом, потому, что к концу двухчасовой говорильни голова раскалывалась от попытки вычленить хотя бы каплю полезной информации из потока бессмысленных лозунгов, обещаний и прочего. Над разумом, потому, что приходилось делать вид, что все это жутко интересно и – мало того, полезно населению.

Однако если журналиста ноги кормят, то меня сейчас кормили руки. Я искала заказы по всему интернету и отрабатывала их. Конечно, я могла устроить себе внеурочные выходные, если месяц выдавался особенно удачным. Зато в неудачные приходилось пахать и в субботу, и в воскресенье.

Я ожидала продолжения «банкета» – то есть тирады мужа. Но он надел брюки и спустился на первый этаж дома, оставленного мне в наследство мамой.

Я последовала за Николаем.

Благоверный налил себе цикория с молоком и присел за барную стойку.

– И? – я покрутила рукой в воздухе, предлагая Николаю разродиться подробностями.

Тот только плечами пожал и сунул мне визитку, которую только, что извлек из кармана брюк.

– Вот. Позвонишь Эльдару Ястребову. Он родственник Александра Тамилина.

– Этого? Который по слухам племянник какой-то бывшей шишки из КБГ?

– Его самого! И живет он в том же поселке. Закрытом для нормальных людей и построенном на территории бывшего заповедника.

– Я догадалась.

Я покрутила в руке визитную карточку.

Черный фон, серебристая вязь, четкие буквы, по которым было ясно – владелец визитки предпочитает, чтобы его узнавали по имени, а не восторгались прекрасным шрифтом.

– Ладно. Позавтракаю и позвоню.

Я проводила Николая до дверей. В рубашке и джинсах муж выглядел хорошо, да и сохранился неплохо для своих сорока с хвостиком. Давали ему не больше тридцати пяти.

Высокий, крупный, мускулистый с едва наметившимся животиком. Впрочем, он уже почти убрал все лишнее и теперь застегивался на другую дырку в ремне.

Русые, почти белые волосы муж собирал в хвостик.

Когда он скрылся за дверью, я вернулась на кухню, наскоро позавтракала и набрала нужный номер. Поесть вкуснее и плотнее я еще успею. А хороший клиент может найти и другого пиарщика для книги про свою фирму.

– Да? – бархатистый мужской голос звучал приятно и почему-то я заволновалась. Наверное, из-за «жирного» заказа. Сердце пропустило удар. Я изо всех сил старалась говорить спокойно, ровно и деловито. Но все равно приходилось делать паузы, чтобы скрыть сбивчивое дыхание.

– Эльдар Гусманович. Я Ангелина Воронова. Жена Николая Воронова. Муж сказал, что вы готовы заказать мне книгу о фирме «Ангрос»?

– Да! – оживился Эльдар Гусманович. – Давайте сегодня же встретимся и все обговорим. Я еще вчера наскоро набросал договор и сейчас юристы вернули его.

О как! Целый договор! Прежде я работала, можно сказать, «на доверии». Без контрактов. Просто договаривалась – и делала.

Однако ничего страшного в том, чтобы скрепить все официально я не видела. И заказчику спокойней, что не сорву сроки и мне, что выплата поступит вовремя и в полном объеме.

– Хорошо. Давайте встретимся.

– Я пришлю за вами машину. У вас ведь одна машина в семье?

– Дда…

– В таком случае, через полчаса у вас будет мой служебный автомобиль.

– И-и-и… куда он меня отвезет?

– На фирму. Шофер проводит вас до моего кабинета.

Я заметалась, судорожно соображая, что надеть и взять с собой.

Первые несколько минут ушли на то, чтобы смазать зубной пастой раковину вместо зубной щетки и чуть не помыть лицо шампунем вместо жидкого мыла. Давненько меня не ставили в цейтнот. Так что организм первое время вовсе отказывался нормально функционировать в режиме урезанного времени. Бунтовал.

Обычно то я спокойно вставала, пила чай, садилась за компьютер… Умывалась и принимала душ к обеду…

Затем снова садилась за монитор и ближе к вечеру делала йогу…

Все было тихо, размеренно и по плану.

И вот Эльдар Ястребов первый раз за ту злополучную зиму спутал все мои планы и ворвался в мою спокойную жизнь так, как хищная птица врывается в облака, разрезая их мощным телом в полете.

Затем я взяла себя в руки. В смысле взяла в руки собственное лицо. Совершила моцион и решила одеться демократично. Я ведь не сотрудник фирмы. Зачем мне официальный костюм?

Поэтому я выбрала любимые темно-зеленые резиновые джинсы и бежевый свитер. Немного подумав, надела колье под бронзу, в стиле старинных украшений и такие же сережки. Каштановые волосы заплела в тугую косу.

Не успела посмотреть на время, как увидела, что к нашему забору подъехала машина. Я метнулась к сумочке. Так… Сотовый, блокнот, ручка, кошелек – все на месте. Дежурный зонтик по-прежнему, честно дежурит на дне, чтобы отпугивать дождь. Сотню раз проверяла. Беру зонтик – нет дождя, забыла – льет как из ведра.

Если зима, как вот сейчас – мокрый снег так и валит.

Я надела шапку, пуховик, сапоги и поторопилась на выход.

Вчерашняя метель оставила во дворе охапки снега, сверкающего на солнце словно россыпь бриллиантов. Деревья серебрились на свету. Ветер стих и слегка приморозило.

Я заперла все нужные замки: три домовых и один в калитке, и спортивного вида водитель в черном пальто открыл мне дверь огромного черного джипа.

Я молча села рядом с ним и всю дорогу мы не обмолвились ни словом.

Только уже у выхода к небоскребу, где располагалась фирма «Андрос», суровый провожатый обронил:

– Я провожу.

Я решила не разрушать привычный водителю стиль общения, дабы не шокировать его «иностранным языком» длинных фраз и только кивнула.

Пока входили в здание через вертушку, ехали на лифте и двигались по коридорам я все время надеялась встретить мужа. Но он, видимо, засел в своем кабинете.

Меня проводили до просторной приемной, отделанной в бежевых тонах и передали с рук на руки секретарше. Стандартной такой, словно сошедшей со страниц книг. Модельной внешности, с пышным конским хвостом. Естественно, блондинке и, разумеется, не натуральной. С губами, которые вот-вот взорвутся от увеличения.

Девушка процокала каблуками лакированных черных туфель из-за своего стола, демонстрируясь в полный рост. Одежда ее тоже не разочаровала. Короткая юбка карандаш и белая блузка, расстегнутая настолько, что всем становилось ясно – не зря, ой не зря девушка сделала себе пластику груди.

Я машинально сняла одежду, и секретарша тут же забрала ее, повесив на рогатину.

– Я предупрежу Эльдара Гусмановича, а вы присядьте, – попросила с заученными уважительными интонациями.

Я разместилась на черном мягком стуле, в полной уверенности, что ожидание затянется. Привычка больших начальников назначать встречу побыстрее, а затем мурыжить тебя в приемной, мне была давно знакома. Я ведь не впервые делала книги про разные фирмы и ведомства. За это время получила черный пояс по сидению в приемной и медаль за отвагу за общение с секретаршами.

Поэтому я ленивым взглядом скользила по помещению. У стены, рядом с небольшим книжным шкафом, раскинулась целая оранжерея. Большой фикус так и поблескивал крупными глянцевыми листьями. Рядом с ним притулилась к стене диффенбахия, а чуть правее – куст розового дерева, усыпанный большими цветами. Рядом с ними бил все рекорды высоты молочай, подпиравший потолок.

Со шкафа на все это великолепие спускался плющ.

Стол и кресло секретарши выглядели просто огромными, в особенности для девушки размера эдак сорокового. Подозреваю, все ради кофеварки и соковыжималки, которые занимали прилично места. Рядом сиротливо жался небольшой чайник. Видимо, этот напиток большой начальник не так жаловал, как свежевыжатые соки и кофе.

В момент этого моего открытия, секретарша показалась в дверях кабинета. И вместо привычного «Подождите, немного. Он пока занят» – этого клише начальственных ответов – я услышала:

– Входите. Эльдар Гусманович ждет вас.

Я поторопилась в кабинет, проглотив удивление.

И тут меня ждала еще пара сюрпризов. Таких, что приходилось только и делать, что соскребать челюсть с пола.

Сам кабинет Эльдара Гусмановича выглядел вполне традиционно и знакомо. Стол, рядом с ним большая пальма, для солидности. Несколько стульев для посетителей, шкафы и много пространства. Типично для современного начальства. Однако приоткрытая дверь вела в еще одну комнату. И там располагался мягкий диван, журнальный столик, несколько пышных кресел и четыре разлапистых пальмы на заднем фоне.

Именно из двери этого помещения и показался Эльдар Гусманович…

Я не раз бывала на корпоративах фирмы «Андрос». Поэтому большинство сотрудников и даже большое начальство узнавала в лицо. Меня приглашали из года в год, как бесплатный танцевально-гимнастический номер вечера. Я всегда танцевала соло – эдакий микс латины и хип-хопа, а затем – под конец – садилась на шпагат…

Однако Ястребова я увидела впервые. Хотя муж уверял, что он сотрудничал с фирмой давно. Просто на других условиях.

Высокий, плечистый мужчина вполне сошел бы за борца. Впечатление усиливали уверенные, но плавные движения Эльдара Гусмановича. Вопреки моему представлению, выглядел он лет на 30 с хвостиком и обладал очень красивой, породистой внешностью. Черные кудрявые волосы, зеленые глаза, черты лица, напоминающие о латиноамериканских актерах. Ресницы, которые, как у девушки, завивались наверх.

Одевался Ястребов демократично. В особенности, для начальника. Свободная толстовка, джинсы, ботинки. Правда, кажется, весь его гардероб стоил, как наша с мужем машина…

Ястребов занимался ровно тем же, чем занималась и я – пялился на меня. Внимательно, оценивающе, с интересом. И на какую-то толику секунды мне почудилось, что интерес его не совсем рабочий. Вернее, был бы очень даже рабочим, представляй я одну из самых древнейших профессий…

Глаза Эльдара Гусмановича сверкнули как-то уж очень странно, а тело словно напряглось. Однако он быстро оправился, прочистил горло и произнес:

– Добро пожаловать. Я вас не так себе представлял, – и жестом пригласил не в кабинет – в ту самую комнату с диваном.

Я немного помялась в дверях, но Ястребов решительно вошел в помещение и мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Дезертировать в самом начале встречи как-то даже не очень спортивно. К тому же – ну что могут сделать мне диван и пальмы? До смерти замучить отдыхом и релаксацией? А что? Хорошая смерть для современного человека, который как белка в колесе в череде рабочих и домашних дел…

Эльдар Гусманович вернулся к двери, и я услышала, как щелкнул замок.

Ой… Не знаю даже почему, но меня это ужасно смутило.

Что мы не просто один на один, а еще и в запертом помещении…

Эльдар Гусманович сделал вид, что не заметил удивления на моем лице.

Расселся на голубом диване в тон лазурных стен и похлопал ладонью рядом с собой.

Хм… Мне все время чудилось, что Ястребов общался слишком уж… панибратски, что ли… Сокращал дистанцию на дороге нашего общения вразрез с общими правилами дорожного движения. Уверенно проезжал на красный свет запрета так фривольно общаться с женой подчиненного. И решительно игнорировал знак «стоп», который у меня разве что на лбу не проступал.

Наверное, поэтому, я выбрала бежевое кресло, напротив дивана.

Ястребов усмехнулся.

С минуту он наблюдал за мной. За каждым движением, жестом, выражением лица, очерчивал взглядом фигуру и не произносил ни слова. Я ощущала себя все более неуютно, поэтому решила первой нарушить молчание.

– Ну и как же вы меня себе представляли?

– Эмм… Немного старше и гораздо менее красивой. Даже странно, что Николай Воронов отхватил подобную женщину.

Наш разговор совершенно не вязался со всеми моими представлениями о деловом общении. Почему-то резко стало душно, словно из комнаты выкачали воздух, а Эльдар Гусманович продолжал буравить таким взглядом… ну хоть под кресло забирайся.

Последнее, о чем я подумала – то как пренебрежительно и даже почти презрительно отозвался Ястребов о моем муже.

Даже не представляю, почему это сразу не резануло.

– Коля очень хороший и видный мужчина… – с жаром возразила я.

Эльдар Гусманович то ли улыбнулся, а то ли оскалился. Я даже не поняла – он злится или веселится.

– Тебе пошли бы бриллианты и сапфиры. К твоим волосам и глазам. А еще тебе пошла бы праздная жизнь. Салоны красоты, шоппинг… А вместо этого ты… кормишь семью?

Я вскинула бровь.

Разговор шел в каком-то странном, совершенно не нужном мне ключе. Какая разница кто из нас с мужем кормит семью? Я ведь пришла сюда совсем не за этим. Однако я почему-то велась, отвечала и даже спорила. Да что там – я не напомнила Ястребову, что мы, вообще-то пока на «вы» и о панибратстве не договаривались.

– Вас, вероятно, сильно удивит, может даже шокирует. Однако настоящей женщине не это важно.

– Да? – он меня явно подначивал. Зачем, я не понимала. Наш диалог абсолютно не походил на деловой и книгу мы не обсуждали. Однако вместо того, чтобы возмутиться, отказаться отвечать или уйти, я продолжала эту непонятную игру с Ястребовым. Она затягивала, как затягивает в свои сети паук несчастную бабочку.

– Именно так! – гордо вскинув голову, произнесла я.

– Вам удалось удивить меня снова. И что же так привлекает вас в Николае Воронове? Он обычный программист без особых перспектив. И, что самое главное – без амбиций. Он не стремится получать больше, не стремится забраться наверх. Он тихо сидит у вас на шее, гордясь тем, что приносит в семью свои гроши. Мужик!

Глаза Ястребова сверкнули так странно… Я хотела снова возражать, спорить. Возмутиться, наконец! Но понимала, что именно этого и добивается начальник мужа. Зачем? Почему? Это было уже не так важно. Главное, я не собиралась давать Ястребову то, что он хочет.

Поэтому взяла себя в руки, проглотила тонны контраргументов и холодно произнесла:

– Простите, Эльдар Гусманович. Мне кажется, это совсем не ваше дело. Больше того, неуважительно к женщине так отзываться о мужчине, которого она выбрала. Я приехала, чтобы обсудить договор и книгу. Если вы передумали или нашли какой-то иной повод для встречи, мне придется уйти.

Для пущей убедительности я поднялась с кресла и двинулась к двери.

Ключ торчал в замке, так что проблем с дезертирством с этого фронта у меня не возникло бы.

Но стоило приблизиться к выходу, как Ястребов вскочил и в два шага преодолел расстояние между нами, а затем грудью закрыл мне дорогу.

– Ангелина Харламовна. Я прошу вас извинить меня. Меня просто занесло. Я не должен был обсуждать подобные темы. Вы совершенно правы, что сделали мне замечание. Если вы еще заинтересованы в моем предложении, готов удвоить гонорар за книгу. Так сказать, в качестве морального ущерба.

Я чувствовала, что он говорит с заметным усилием. Буквально выдавливает из себя каждое слово.

Этому мужчине гораздо легче давалась небрежная презрительная критика моего мужа, со взглядом сверху вниз, нежели последняя реплика. И тем не менее, он добавил:

– Даю слово больше не затрагивать упомянутую тему. И, чтобы расставить все точки над «и». Просто вы произвели на меня впечатление, – он сделал паузу, словно обдумывал следующие фразы, как шахматист обдумывает очередной ход. Даже не так – решающий ход партии. – Вы, действительно, произвели на меня впечатление. Я был удивлен, что такая женщина замужем за таким посредственным мужчиной. Но допускаю, что просто плохо знаю вашего мужа. Я не так давно знаком с ним. И, вполне возможно, вы знаете многое такое о Николае Воронове, что мне не приходит и в голову… – На секунду мне послышался в его словах какой-то намек… Но Ястребов поймал мой взгляд и добавил очень искренне и душевно. Пожалуй, даже слишком: – Поэтому прошу вас принять мои извинения.

Я изучала лицо Ястребова.

Ноздри раздуваются, глаза сверкают, на щеках яркий румянец. Кулаки сжимаются и разжимаются. Ястребов то подавался вперед, ко мне, то отклонялся, словно боялся меня спугнуть…

Он выглядел таким возбужденным, взволнованным… Непредсказуемым, пожалуй. И даже не знаю почему, но мне это вдруг понравилось…

Хотя я никогда не любила сюрпризы, а уж тем более – мужчин, которые сами олицетворяют собой это слово…

Я снова металась от одного решения к другому. Этот мужчина казался таким странным, загадочным… И он вызывал у меня еще более странные эмоции и впечатления. Хотелось бежать подальше, больше никогда с ним не видеться, но и остаться хотелось тоже.

И вот даже не знаю, что сыграло решающую роль в том, что я не ушла домой. Удвоенный гонорар или же интерес к Ястребову.

Однако я чуть отошла от двери и произнесла:

– Я останусь только если мы будем беседовать исключительно о деле.

Первое правило опытного плейбоя – не вестись на замужних дам. От них одни проблемы, а то еще и неприятности.

Встретиться на людях, показать свою фифу в ресторане, клубе, театре или на светском приеме – проблема. Боится, что благоверный узнает. Назначить свидание в удобное время – ни за что. Нужно ориентироваться на мужа, когда тот отпустит «погулять с подругами», на подруг, когда те готовы прикрыть.

Узнал благоверный – скандал.

А Ястребов ненавидел всяческие выяснения отношений. С женщинами – и то не терпел. Если очередная пассия разводила всякое там нытье, разбор полетов «кто мы друг другу», «у нас ведь не просто секс», «какие у тебя на меня планы по жизни» – рвал сразу же. Старался действовать корректно, даже откупался небольшим счетом в банке. Но больше с этой женщиной предпочитал не видеться…

Любые выяснения отношений сразу падали шлагбаумом между Ястребовым и его любовницами.

А уж мужские сопли и истерики – от сильных мужиков бабы налево не ходят, только от таких вот слюнтяев – Ястребов и вовсе не переносил.

Бесился и мог навалять по первое число. А потом жалеть, что покалечил дуралея. Да еще и на лечение тратиться. Совесть – не суд, и не служба ДПС, от нее не откупишься.

Поэтому какой бы красивой и сладкой ни была замужняя дама и какие бы авансы она ни раздавала, Эльдар никогда не велся. Держался подальше.

С Вороновой он планировал обычный деловой разговор. В своем стиле. Тем более, что она была староватой для обычного контингента любовниц Ястребова. Он на женщин старше тридцати двух вообще не разменивался.