Укрощение дикого миллионера

Ярослав на секунду засмотрелся в зеленые глаза тети. Шутит? Что-то предчувствует? Оленев и верил, и не верил в паранормальные способности Этель Яновны.

Все же есть на свете вещи, которых наука не понимает.

Перед тем, как убили маму Ярослава, отец звонил домой и почему-то особенно волновался. Оленев помнил, как мама беспечно напевала, дожаривая оладьи и вдруг раздалась трель телефона.

– Все хорошо, милый! Что может с нами случиться?

Ее веселый голос врезался в память… И Ярославу и отцу…

И теплая улыбка, когда она убеждала мужа не возвращаться пораньше. Мол, все хорошо. Ее Ярослав тоже отлично запомнил.

Отец все же приехал гораздо раньше, чем планировал. Но все равно не успел.

Оленев помнил и как тетя внезапно явилась к нему в школу и забрала домой без всяких объяснений. Ярослав тогда учился в пятом классе. А потом в коридорах случилась перестрелка из самодельных пистолетов между двумя подростковыми бандами. И несколько одноклассников Оленева всерьез пострадали. Один почти год восстанавливался в разных больницах…

Предвидела ли Этель Яновна эту ситуацию? Или сердце женщины, что считала Оленева своим сыном, предчувствовало неладное? А, может, старые связи отца сработали, и Этель Яновну о чем-то предупредили?

Ярослав до сих пор точно не знал.

Но порой складывалось ощущение, что тетя гораздо больше, чем просто психолог.

Вот и сейчас она смотрела так, словно что-то знала. И Оленев на минуту усомнился в своих радужных планах.

Но что может пойти не так?

Ярославу не понравится статья? Ну и пусть! Поможет Олене переделать.

Она откажется проходить обследование?

Ну да. Некоторые взрослые и разумные люди панически боятся врачей и больниц. Даже при необходимости их туда не затащишь.

Ну уговорит уж как-нибудь. Бесплатное медицинское обследование – лишь одна сторона медали. Другая – не придется проходить регулярный медосмотр в редакции. Оленев знал, что Артур Наилевич организовывал их ежегодно – этим также занималась клиника Ярослава. И в этом году все только планировалось.

Оленев найдет нужные аргументы и правильные доводы.

К тому же, ради жизни в его поместье, возможности пользоваться средствами миллионера, вместе с дочерью, работать ровно столько, чтобы это приносило удовольствие, любая согласится на небольшие неудобства.

Нет, если Этель Яновна и предвидит какие-то трудности с Оленой, Ярослав все быстро решит.

Олена

Наверное, только усталость помешала мне разбить несколько тарелок по возвращению домой. Оленев делал вид, что мы не встречались, хотя по каким-то косвенным, едва заметным приметам, я была уверена, что он узнал меня.

Временам, когда Оленеву казалось, что я не вижу, он смотрел с улыбкой, словно говорил «Хм… А она не пытается напомнить о вчерашнем». Иногда он забывался и переходил на «ты», кажется, сам этого не замечая.

Впрочем, если Оленев считает, что общаться с такой, как я, ему не по статусу, что я лишь возбуждающее во всех смыслах приключение, значит так тому и быть.

Не стану навязываться. В конце концов, мы, и правда, слишком разные.

Оленев живет в своем поместье. Общается с животными не хуже Маугли. Словно все это – домашние зверьки. А я – сто процентный городской житель. Коснувшись любого животного, бегу мыть руки. Общаться близко с дикими зверями и птицами просто опасаюсь. Мало ли…

В целом Оленев произвел на меня впечатление высокомерного выскочки, которые только и занимается самолюбованием и, по-настоящему, искренен только со зверушками.

Возможно, мне хотелось видеть его именно таким. Заносчивым, самолюбивым и нетерпимым к другим.

Хотя бы потому, что романтический танец с Люцифером запомнился мне как один другой. И я покривила бы душой, заявив, что не хотела нашей новой встречи. Знакомства, общения, совместного времяпрепровождения.

Я уехала от Оленева в твердой уверенности, что выброшу его из головы и сделаю лучшую статью в своей жизни. Чтобы этот высокомерный гад даже придраться не смог!

Весь вечер я провела за расшифровкой интервью, стараясь уловить акценты. Бархатистый низкий голос Ярослава напоминал, какой же он шикарный мужчина. Но я старательно гнала эти мысли.

– Ма-ам! – восторженный крик у двери заставил меня забыть обо всем.

Вот что у меня всегда есть и будет. Моя дочкурка. Мое солнышко. И сколько лет бы ей ни исполнилось, Лиса – мое маленькое сокровище. Я всегда буду видеть в ней ту малышку, что держала меня за руку пухлыми пальчиками, когда мы шли по дороге в первый раз. Карапузика, что забирался на колени и просил:

– А давай вместе посмотрим мультики.

Я ловила на себе взгляд больших карих глаз, и понимала, что отложу все на свете ради улыбки дочурки. Закрывала рабочие файлы и включала мультфильмы.

– Что у нас на ужин? – Лиса оставила сумку в своей комнате и рванула к холодильнику. Вечно голодная ученица колледжа!

Я поспешила к холодильнику следующей.

Мы вытащили котлеты, картофельное пюре, разогрели в микроволновке и вместе с удовольствием умяли по порции.

– Слушай, а ты правда брала интервью у того самого Оленева? – вдруг спросила дочка.

Я даже растерялась. Откуда она узнала? Я обычно не сообщаю Лисе о редакционных заданиях.

– Эм…

Пока я думала, что ответить моей проницательной малышке, Лиса усмехнулась:

– Я слышала часть записи, когда вошла. Ты обращалась к нему по имени и фамилии.

– Ну да. У того самого.

Ну хотя бы она у меня не телепатка! Не хотелось бы отдать дочь в какой-нибудь секретный корпус. Дабы потом гордиться тем, что осталась одна, зато помогла стране.

– Ого! И какой он?

– В моей сумке фотоаппарат. Сама посмотри.

Лиса пулей вскочила и вытащила фотик.

Включила и принялась листать снимки.

– А он красавчик! Хоть и старый. В смысле, среднего возраста, – она покосилась на меня.

– Да-да. Все мы такие древние, что динозавров видели, – усмехнулась я.

– Да не! Мам, ты красавица. И выглядишь так, что мне все одноклассники завидуют. Думают, ты пластику делала или ботоксом как-то накачалась.

– Ага. Как воздухом.

– У него шикарный дом и зверушки просто чудо! – восхищенно произнесла дочка.

– Прости, дорогая. Я бы тебя взяла, но не могу. Это работа. А такие люди ценят уединение.

– Понимаю, – вздохнула Лиса. И вдруг лицо ее прояснилось, а в глазах зажглись хитрые искорки. – А ты очаруй его! Ты вон какая красавица! Он небось таких только в фотошопе и видел! Соблазни и мы переедем к Оленеву в поместье! А?

Я усмехнулась и потрепала Лису по голове.

– Дорогая. Он совершенный эгоист, заносчивый и себялюбивый.

– Да? А по интервью не скажешь.

– Ну какой же богатей и меценат захочет выглядеть в интервью таким, как я описала?

– Ну да… наверное.

– Никакие дома, деньги и прочее не стоят нормального человеческого общения. А на него Оленев определенно неспособен.

Я сказала вполне искренне, но одновременно поняла, что расстраиваюсь, произнося вслух собственные мысли. Будто сейчас, когда они стали материальными, я окончательно утратила романтический дух нашего с Оленевым танца и вечера.

А прощаться с ним ой как не хотелось.

Тогда я не думала – богат ли партнер и почему он так странно ведет себя. Просто наслаждалась танцем и тем, как он обнимал, реагировал, как на единственную женщину на свете. Как не мог сформулировать, что хочет меня подвезти и ждал, не выйду ли я, чтобы согласиться.