Точка соприкосновения

XXIII

« – Не может быть! Думал, всем удалось уйти! – мы обнимаемся с Эммой.

– Некоторые фараоны выбежали из подвала посмотреть окна дома, а потом, когда увидели, что на явке почти никого, их выскочило ещё больше, кто-то оказался во дворе, и вот одни уже вяжут меня, а другие наступают на пятки Кутлигу!.. Всё равно ты молодец, Флориэль! Задержал их!

– Да уж. Мы должны были встретиться и пойти в театр, а встретились в тюремной камере!

Раз в пару дней нас по очереди и вместе таскают на допросы. Нанимаю моего защитника и для Эммы. Дело продвигается медленно, серьёзных улик у них на меня нет. В камеру если кого и помещают, то ненадолго, на несколько часов или на сутки. Так что мы с Эммой много беседуем, она часто просит рассказать меня что-нибудь из школьных предметов или книг, что я читал в домашней библиотеке. Иногда спрашивает, как я видел Либро, смогу ли увидеть ещё, просит рассказать о ней.

На четвёртый вечер заточения Эмма прижимается ко мне и целует в губы. Мы целуемся, наверное, полночи. Как же хорошо с ней, несмотря на то, что это происходит в камере следственного изолятора! Губы сладкие, поцелуи жаркие, объятия страстные, голос завораживающий!.. Следующей ночью Эмма признаётся мне в любви, и дело в первый раз доходит до близости! О-о! Это волшебно! Половину ночей мы занимаемся любовью, половину – когда оказываются сокамерники – болтаем обо всём на свете…

На десятые сутки, когда Эмму уводили на допрос, от соратника, через одного из вновь прибывших в тюрьму, получаю записку. Через ряд обысков он пронёс её в «арестантском кармане». О ужас! Эмма оказывается агентом тайной полиции! А я выболтал ей несколько адресов товарищей из нашей ячейки! И теперь мне грозит суровое возмездие. Соратник упоминает пару имён, и я более чем проникаюсь пониманием этого страшного намёка. Эти двое проболтались полицаям, и одного затем нашли повешенным в пересыльной тюрьме на этапе, а другого в паре миль от границы, когда он пытался спрятаться зарубежом. Значит, от возмездия моих товарищей трудно будет скрыться хоть на воле, хоть в неволе!..»

24

В воскресенье с утра я убиралась дома, убиралась с как никогда отличным настроением. Затем съездила в приют, после немножко почитала Блока – его и Маяковского задали читать на каникулы. Вечером Дашуля и Викуся пригласили меня прогуляться, где в подробностях – причём и Вика живо интересовалась – выспрашивали про мой вчерашний поход в кино с Лоренсом. На радостях я даже угостила их в кафе «Своя волна». Оно расположилось в доме напротив того, где живёт Викусина бабушка, и привлекает гостей вкусными кофе, пиццей и пирожными. Хотя прогулка прохладным вечером и повысила нам аппетит, от пиццы подруги отказались – всё же за фигурой надо следить. А вот перед пирожными не устояли.

Примерно каждые тридцать-сорок минут мне писал эсэмэски Лоренс. Узнав, что мы в кафе, пожелал всем приятного аппетита и «не увлекаться сладким и мучным».

– Ну, мы-то можем себе сегодня позволить скушать немного «вкусняшек», в честь замечательной подруги, радуясь за неё! – ответила на это Вика.

А Дашулька засмеялась:

– Если кто из нас троих и увлёкся сладким, то это точно Полли! Он такой сладкий, такой аппетитный, такой м-м-м-м! Пальчики оближешь!

– Напиши, напиши ему это! – требовали девчонки, но я не решилась.

Только вечером «Вконтакте» пересказала ему этот разговор. Было поздно, мы переписывались уже больше двух часов. Интересовались друг у дружки, что кому нравится в литературе, театре, живописи и в прочих сферах художественной культуры. Лоренс обещал прочитать и посмотреть «Игру престолов», «Властелина колец», «Гарри Поттера» и «Хроники Нарнии». Я же из предложенных согласилась пока только на «Интерстеллар». Ближе к полуночи от него пришло голосовое сообщение.

«Приветик! Это твой Лоренс! – тут раздалось сдерживаемое хихиканье, но дальше Саша продолжала всё равно не своим голосом, пытаясь подражать голосу брата. – Было трудно, но я прорвался обратно к компу! Тянул белый фарфоровый друг, говорил "Ты любишь сидеть со мной и на мне. Ты любишь тут читать. Тебе нравится поразмышлять здесь. Ты узнаёшь состав освежителя и бумаги производителя. Оставайся, будем вместе подольше!" Но я помнил, что меня ждёт прекраснейшая Полина. Манил четвероногий друг, в моём случае шестиногая подруга, софа. "Мы втроём проводим одни из лучших часов в твоей жизни – ты, я и Морфей. Тебе так сладко со мной по вечерам и утрам. Утром ты не хочешь покидать меня – признайся! Объятий наших не могут быть слаще мемы, новости и всякие там непонятные подруги из плоти… Оставайся со мной! Прямо сейчас!" Но я верил, что меня ждёшь ты. И я вернулся».

Следом другое голосовое. Уже Сашиным обычным голосом, с её звонким смехом.

«Дароу, систер! Это Челита, если что. Подслушала сейчас, что тебе наговорил мой братец. Давай-ка не верь ему, не трать время на разговоры вэ-ка ночью, когда надо спать, когда нужно набираться сил перед завтрашним матчем! Мне нужна выспавшаяся, в тонусе партнёрша по команде, а не сонная муха, которая будет терять мяч! Срочно в постель! Так, а ты отойди от компа! Он теперь тоже мой – ты не даёшь, ты мешаешь моей кома-!» На этом сообщение прервалось. В следующих Саша и Лоренс шутливо ругались из-за того, кому сидеть «за этим компьютером», а кому идти спать, нужно ли отправляться в царство Морфея мне и даже о том, что пожелать мне на ночь. Я пыталась вставлять свои версии, тоже шуточные.

Затем в комнату к Лоренсу зашла его мама и отправила спать их обоих. Надо же такому случиться, и ко мне заглянула моя мама:

– Полинка, у тебя свет от экрана. Сколько можно? Давай ложись уже. Каникулы, я понимаю, но спать надо. Пять минут, и отключаешь!

Пожелав Лоренсу и Саше сладких снов, получив от них аналогичные пожелания, обменявшись тем же самым и с Викусей и с Дашей, я с неохотой отправилась спать.

На каникулах вместо тренировок у нас, в нашем спортзале, проходили товарищеские матчи. В понедельник мы встречались с командой девушек из шестнадцатой школы. В прошлом сезоне они выступали во второй лиге, и выступали без особого успеха. Мне рассказывали знакомые девчонки из восемнадцатой школы, где проходили игры второй городской лиги «КЭС-Баскета», Настя и Марина. По их словам, за шестнадцатую нормально играли только две девчонки – «большая», Маша, и разыгрывающая, Катя. Остальные не хотели заниматься, почти никто не ходил на тренировки, так что в результате баскетбольную секцию в шестнадцатой школе вообще отменили.

Печально, но факт. Во многих школах и пацанов-то с трудом находится достаточно для создания школьных команд, а уж девчонок и подавно. А зачастую у тех учащихся, кто всё же желает посещать занятия по баскетболу, элементарно не хватает времени из-за постоянных курсов подготовки к ЕГЭ и посещения с той же целью репетиторов.

Разумеется, у ЕГЭ есть неоспоримый плюс – выпускники могут подать документы в любые вузы страны, без прохождения вступительных испытаний. Однако преподавание в школе по обязательным предметам нередко, если не в большинстве случаев, вместо увлекательного процесса познания нового превращается в «натаскивание» на сдачу экзамена. А интерес, желание изучать другие предметы, те, по которым не предстоит сдавать ЕГЭ, у многих пропадает вовсе. К тому же получается так, что «на выходе» большинство сдавших ЕГЭ на высокий балл, или не сохраняют, или вовсе не обладают элементарными знаниями и пониманием. Как говорят мои мама и бабушка, раньше, годов с шестидесятых и до середины или конца девяностых годов, система образования была куда лучше, включая высшее. Сейчас же последнее так и вовсе обесценилось. А труд педагога, в советское время бывший весьма почётным и уважаемым, в наше время считается едва ли не уделом неудачников. Просто я часто слышу всё это от бабушки. Её мама, моя прабабушка, тоже Полина, всю жизнь проработала учительницей, так что бабушка знает точно и не понаслышке.

Но хватит о грустном, вернёмся к нашим баранам. Точнее, к «овцам». И именно нашим. Поскольку одна грубиянка из шестнадцатой школы, уже в первой четверти хотела спровоцировать конфликт и назвала находившуюся на площадке нашу пятёрку «овцами». Вика Батарейка уже собиралась ударить её, но Викуся удержала руку тёзки.

– Девчонки, не обращайте внимания! – говорил нам в паузе Василий Андреевич. – Играть они не умеют, им только и остаётся задирать вас, бесить, злить, пытаться вывести из себя. Не обращайте внимания, играйте спокойно.

Но и их учитель физкультуры нашёл нужные слова, и соперницы больше не пытались устраивать то, что американцы называют trash talk. А может быть, повлияло и то, что в перерыве после первой четверти вслед за несколькими выходившими попить соперницами вышли наши Челита с той же Викой Батарейкой и, вероятно, уговорили их вести себя на площадке более спортивно.

Самой Саше хватило буквально трёх-четырёх минут на площадке. Хоть она и жаждала играть, но, как сама заявила, «с такими соперниками реально никакого интереса!» Многие наши девчонки с ней были согласны. А посему большую часть времени у нас играл «третий» состав. Поначалу немного ошарашенные попыткой прессинга, уже через минуту наши глубокие запасные справлялись без особого труда и в защите, и в нападении. Наши мальчишки-баскетболисты, пришедшие поддержать нас, из сочувствия едва ли не чаще аплодировали успешным действиям соперниц, чем нашим. В первой четверти, когда я выходила на площадку, Лоренс активно хлопал и кричал «Давай, Полли! Молодец! Вперёд!» каждый раз, когда я касалась мяча, даже когда один раз просто потеряла его на ведении. А наш тренер во второй половине даже не вставал со скамейки, что было признанным признаком отсутствия интереса.

Сразу после матча он объяснил нам, что не видел особого смысла во встрече с шестнадцатой школой, но их бывший тренер уговорил его всё-таки провести эту игру. Которая заведомо должна была быть игрой «в одну корзину». «А ведь у нас получили много игрового времени даже наши новенькие девчонки – это не так уж плохо!» – закончил Василий Андреевич на позитиве.

Наши юноши ждали игры с ребятами из шестнадцатой школы, однако их команда, за исключением двух игроков, не явилась. Зато мы с Лоренсом пораньше отправились покататься на его машине.

Прокатились вдоль берега Белой до лагеря «Парус». Там, в лесу, целовались в его «Audi» под рок-баллады. Ах, как же было хорошо! Я просто таяла в объятиях, едва не задыхалась в поцелуях… И даже чувствовала… Это ощущало моё тело, и на долю секунды даже голова признавала, что, будь Лоренс более решительным, я не смогла бы отказать ему в большем… Однако он не спешил…

Во вторник к Саше должна была приехать из Уфы Алия, подружка по переписке, которая боялась в первый раз встречаться тет-а-тет. И одно время даже не верила, что такая красивейшая девушка как Саша хочет с ней встретиться, опасалась, что страничка фейк, что фотографии чужие. Потом разговор по скайпу её более или менее убедил, но какие-то опасения, которые сама Алия не могла толком объяснить, остались. Поэтому Саша и убеждённый ею Лоренс попросили меня сходить на «двойное свидание».

Кажется, Лоренс вообще не может ни в чём отказать своей сестре. Впрочем, думаю, мало кто вообще способен на это. Вот и я, зная, что Дашуля влюблена в Сашу, всё же согласилась пойти с Лоренсом, Сашей и гостьей из Уфы в кафе. Алие шестнадцать, она учится в десятом классе гуманитарной гимназии, она весьма красивая и культурная – кроме слов Лоренса и его кузины, я сама просмотрела её странички в «Инсте», «Фэйсбуке» и «ВКонтакте». Саша сняла для неё квартиру в Белорецке, куда мы подъехали к трём часа дня на Сашином «барашке». Оттуда, уже вчетвером, прямиком отправились в «Авеню».

Уют отдельного столика, немного шампанского, объятия и пока непродолжительные поцелуи действовали на меня крайне положительно. Буквально я готова была просто положить голову на колени любимого и провести так хоть целые каникулы. Алия же поначалу вела себя довольно зажато. Но живое обаяние Челиты и Лоренса делало своё дело. Вдобавок, как мне казалось, на нашей с Лоренсом стороне столика всё большей концентрации достигала чистая романтика. Приблизилась к своей квинтэссенции, и вообще дело дошло до её эманации. Это меня после очередного бокала шампанского дёрнуло блеснуть знанием умных словечек.

Алия, также пившая «Вдову Клико», засмеялась вместе со всеми и ответила достойно:

– Absolutely! Как говорил один персонаж Сергея Довлатова, «пойду ознакомлюсь с планировкой»! – обнаружив тем самым, уже не в первый раз за трапезу, хорошие познания в литературе. Цитата означала, что ей нужно в уборную. Видно было, что лёд скованности уфимской гостьи был вполне растоплен.

Едва она отошла от столика, я заметила:

– Даже из Уфы поклонницы к тебе приезжают, Челита! Ты просто самый прекрасный и самый сильный магнит!

– Поверь, милая, из Уфы – это не так далеко, это расстояние ближе к «близко»! За последние пару месяцев приезжали из Челябинска, Екатеринбурга, Казани, Москвы и Санкт-Петербурга, а ещё из Саратовской области. Из Белорецка Саша мало с кем встречалась, буквально пару раз, наверное.

– Вот как, милый? Это почему же, Саша?

– Полли, пусть и дальше бро ответит, – широко улыбнулась Челита, прожевав дольку лайма после очередной рюмки текилы.

– Разумеется! Здесь, в Белорецке, уж прости, очень мало цивилизованных, культурных, толерантных, интеллигентных, интересных, красивых людей. Вот и предпочитает Саша знакомиться и общаться в основном с барышнями из других городов.

– Так что, Полли, тебе сильно повезло! Точнее, это Лори очень сильно повезло, что встретил очень хорошую девушку в Белорецке!

– Нам обоим весьма повезло! – возразила я, нежно целуя своего молодого человека в щёчку.

Он сначала ответил лобзанием в губы, а потом словами:

– Совершенно согласен с вами, красавицы! Фортуна и Венера оказались к нам весьма благосклонны! – Лоренс лишний раз демонстрирует, что изучение школьных предметов для него не ограничивается учебниками и уроками. В этот раз в комплименте отразились история и пантеон Древнего Рима.

Где-то через час мы вчетвером покинули гостеприимное кафе. Саша увезла Алию, мы же с Лоренсом пошли прогуляться в городской парк. Гуляя по старым аллеям, часто останавливались насладиться объятиями и поцелуями. С наступлением темноты похолодало и мы, чтобы немножко согреться, заглянули в ресторан, который находится прямо в парке. Отдельный кабинет оказался занят, но и за угловым столиком мы с любимым сидели, буквально не замечая никого кругом. Кажется, и посетителей было совсем мало. Почувствовав усталость, я не захотела идти пешком. В такси мы опять целовались…

– Полинка! Да ты просто светишься! Красавица моя, радость моя! – встретила меня мама, только что вернувшаяся с работы. – А я и не звоню тебе, и сейчас ничего не скажу, что пропала до двенадцатого часа. Как я рада за тебя, солнышко моё!.. Даже завидую, честно скажу! Радость моя ненаглядная! Доча, ты моя самая красивая умница!

– Вся в тебя, мамуль!..

Тем не менее, в сообщении «ВКонтакте» от мамы были несколько ссылок на странички и видео о безопасном сексе.

XXIV

«Когда она возвращается в камеру, я стараюсь не показывать вида. Уже примерно через час Эмма снова интересуется, где можно увидеть Либро, могу ли я хоть издалека дать ей возможность увидеть вживую лидера нашей партии. Мол, это её мечта уже давно. Отвечаю, что знаю одно место в Шести Восьмых. Это старый район с запутанными улочками и сидящими друг на друге домами с лесенками и переходами, в которых чёрт ногу сломит. Что если бы я и знал точно, то показать её явку смог бы только на месте. Через день на допросе следователь как бы невзначай, среди прочих попыток запугать или заинтересовать, вопрошает, не готов ли я пойти на сделку со следствием. Если откажусь, мне могут дать вплоть до тридцати-сорока лет каторги, а Эльму и вовсе казнят. Ведь у них имеются с недавних пор очень весомые показания против меня, и следователь приводит один пример, отрывок из этих показаний. Если соглашусь на сделку, каторга может быть заменена ссылкой лет на восемь. Нужно всего лишь выдать всю информацию о Либро. Прошу подумать сутки, мне дают два часа. С одной стороны, Эмма может оказаться агентом, так как уже назавтра после моего рассказа, где может находиться Либро, мне предлагают такую сделку. С другой, тот соратник, Виэрс, мог написать ложь, и сам сдать наших товарищей, сам оказаться предателем, и то, что было в тех показаниях, озвученных следователем, могло исходить как от Эммы, так и от Виэрса. Через три часа на новой встрече со следователем я соглашаюсь на сделку, обещав показать явку Либро в Шести Восьмых.

Когда темнеет, меня вывозят в карете с усиленной охраной в тот район».

25

Во вторник я долго занималась генеральной уборкой квартиры, а затем уроками: чтением заданного по литераутре и парой рефератов. Наградой стало свидание с любимым – мы снова катались на его машине и опять целовались и обнимались до головокружения…

На следующий день у нас в школе снова был товарищеский матч. Юноши играли против ребят из Башкирской гимназии. Видимо, мало кто знал об этой встрече. Кроме нас, баскетболисток, пришли поддержать команду лишь восемь девочек. Лоренс, хотя и не блистал, как его сестра, действовал надёжно и промахивался не так уж часто. Он играл на позиции то лёгкого, то тяжёлого форварда. Поначалу лишь мы с Челитой активно хлопали и кричали в его поддержку и в поддержку всех ребят, но вскоре к нам присоединились наши тиммейты, а затем и пришедшие болельщицы. Хотя для команды из второй лиги пацаны из Башкирской гимназии играли и неплохо, уже в середине третьей четверти разница в счёте заметно сломила их. Так что с этого момента играли в обеих командах в основном вторые составы.

У нас же вечером была игра в семнадцатой гимназии, в её новом корпусе. Хозяйки в позапрошлом году с огромным трудом завоевали право участвовать в первой городской лиге «КЭС-Баскета», а в прошлом заняли предпоследнее место. В их команде выделялись две шустрые девушки: одна с броском, другая с хорошим дриблингом, Лада. И третья, Руся, с выдающимися физическими данными – в волейболе она едва ли не единственная в городе ставила эффективные и эффектные блоки, а также обладала мощным завершающим ударом. Однако в баскетболе не могла похвастать ни «скиловостью», ни характером. Тем не менее, приличные масса и рост – на пару сантиметров выше Челиты – обеспечивали ей место в основном составе.

Перед игрой в нашу раздевалку зашла девушка по прозвищу Ализе. Она студентка последнего курса в столичном вузе, играет в АСБ – Ассоциации студенческого баскетбола. Когда я только начала ходить в баскетбольную секцию, Ализе была главной звездой не только школьной, но и городской команды. По её стопам, правда, не с таким успехом, пошла её сестра Алина. Так вот, Ализе, немножко упомянув о студенческом баскетболе, стала вспоминать некоторые забавные истории. Мне запомнились две из них, произошедшие во время поездки в Казахстан, когда Ализе играла за сборную Башкирии своего возраста.

Их наставником тогда был Михалыч, тренер из города Сибая. В последний день игр он несколько переусердствовал в небольшом тренерском междусобойчике и, в частности, потратил почти все деньги. Так что даже на билеты на поезд для команды не хватало. Севшие в вагон девушки увидели, как он идёт с арбузом, и уже облизывались на сладкую ягоду, но оказалось, что арбуз предназначался проводнице. «Не подмажешь – не поедешь» – через пару часов «убалтывания проводницы» объяснил тренер своим подопечным. Метод сработал, и команда благополучно добралась на этом поезде до родины.

За пару дней до этого Михалыч варил пельмени для девчонок. Ализе с приятельницей совершенно случайно, через приоткрытую дверь на кухню, увидели, как его вставная челюсть упала в кастрюлю. Михалыч её, разумеется, сразу достал, однако видевшие это две девушки постарались всячески отстраниться от приёма сваренных таким образом пельменей. Исподтишка потешаясь над другими девчонками.

Благодаря Ализе настрой нашей команды на игру был отличный, и хозяйки с самого начала оказались в положении постоянно догоняющих. В завершении третьей четверти им даже удалось выйти вперёд на пару очков, ибо с конца первой половины у нас играли второй и третий составы. Однако за пять минут заключительного игрового отрезка хозяйки снова отстали на комфортные для нас двенадцать – пятнадцать очков, и первые составы обеих команд отправились отдыхать до конца встречи. Выходившая в общей сложности минут на тринадцать Челита собрала большинство подборов и лишь раз, бросая, как обычно – как и просил Василий Андреевич, из-под кольца – лишь раз промахнулась. Мне даже показалось, она почему-то сделала это нарочно.

В четверг и пятницу также проходили товарищеские матчи – с юношами и девушками из первой школы и металлургического колледжа. Юноши первый матч выиграли, во втором уступили, идентичные результаты были и у нас. Когда мы играли с первой школой, Саша, во-первых, опоздала, во-вторых, в раздевалке во время большого перерыва пила текилу и целовалась с уфимской гостьей. А в-третьих, настроение у неё было на нуле. Челита не подбадривала партнёров, не шутила с соперницами, не радовалась забитым мячам. Играла словно робот, безрадостно, улыбаясь вынужденно, в основном в ответ на поддержку и улыбки Алии. В таком состоянии я видела её прежде лишь раз, в школе однажды она ходила печальная, улыбалась через силу, мне даже показалось, что я заметила слезинки в уголках её глаз. Тем не менее, Саша снова забрала почти все отскоки, что отлетали в её сторону, и пару раз добавила мяч в корзину.