Академия целителей. ДТП для варвара

Скандрина воззрилась на кавалера немигающим взглядом, не прекращая скалиться в фирменной улыбке. На лице ее крупными буквами было написано: «Настойчивость в общении с варваром – первый признак того, что вам жить надоело. А вот хитрость в переговорах со скандром – верный признак того, что вскоре вас признают в доску своим. Главное, чтобы не доской…»

Сальф несколько раз нервно сглотнул, но вновь вскинул голову, будто убирал со лба челку, которой и в помине не было, и ответил:

– Я выбираю Ламара! Но сражаться будем в сложном таком виде поединка. Эм… Кто лучше внушит хулиганам, что они не правы. Я с помощью «мозгокрутства», как выражаются скандры. Внушатель я или где? Не знаю, почему варвары так говорят, но зато, как видишь, полностью соответствую. Раз уж я манипулирую сознанием, внушаю, наваждение создаю, буду сражаться своим любимым оружием. А Ламар применит варварское «мозголомство», электроток и шок.

Сальф застыл, скрестил руки на груди и расставил ноги на ширине плеч. Стойки местных варваров он изучил в совершенстве. Мог бы даже преподавать слабым духом сальфам и истлам.

Шейлана собиралась что-то ответить, но вместо нее за моей спиной гаркнул Димар. И придержал меня за плечо, чтобы не вывалилась наружу от трубного гласа начальника:

– Шейлана! Соглашайся не раздумывая! У Ламара свои способы убеждения. Оригинальные, а главное – очень веселые. Уж развлечемся так развлечемся.

Скандрина подняла голову, смерила брата возмущенным взглядом, показала ему кулак и… согласилась.

– Договорились! – бросила она сальфу, развернулась и пошла в сторону корпуса. Оглянулась и добавила: – Завтра зайдешь к Димару. Он все организует.

Внушатель проводил Шейлану восхищенным взглядом. Казалось, сейчас он скажет: «Какая женщина! За такую и с Ламаром встретиться не страшно…»

Но вместо этого речью разразился Димар.

– Не сомневайся! Все сделаем по высшему разряду! Тока, шока и шоу! – крикнул начальник то ли сальфу, то ли сестре и уж точно в сторону внушателя добавил: – Через недельку все и устроим. Ламар приедет. Опять же радость. Эйдигера позовем в качестве рефери. У них жены беременные, им полезны тихие развлечения и положительные эмоции. Ты ведь обеспечишь? – в голосе Димара промелькнула скрытая угроза.

Я думала, сальфа наконец-то допечет – и он рванет куда глаза глядят. Забудет про сватовство, радуясь, что цел, невредим и почти не пострадал морально. Но парень оказался не промах, даром что не скандр. Он неторопливо поднял голову и, не отводя взгляда, серьезно изрек:

– Я-то гарантирую девушкам отличное, практически интеллигентное представление. Деликатное внедрение в чужие мозги, их поворот в нужную сторону, завинчивание в трубочку и прочие геометрические изменения. Насчет Ламара с Эйдигером ручаться не могу. Они все-таки ваши родственники. И этим все сказано. В последний раз, когда Ламар темным вечером выпрыгнул из-за угла своей Академии с электрошокером и двумя пластиковыми скелетами, я четыре дня внушал трем истлам, что у них случились массовые галлюцинации. Нет, ребята, конечно, прогуливали и даже прогуливались во время лекции… Причем далеко не в первый раз. Рецидивисты, что с них взять? Но вы хоть представляете, чего мне стоило убедить их, что это не мертвые ученые встали из могил, чтобы возмутиться столь вопиющим пренебрежением к труду всей их жизни? Потребовать, чтобы парни вернулись и немедленно вызубрили физику наизусть? А потом сдали зачеты, ночью, на кладбище? Истлы всерьез собирались это сделать! Я сутки внушал, что Кюри с Резерфордом не явятся к парням ночью, чтобы превратить их в драмены. Истлы не верили, что речь о доменах, физическом термине, а не о драных менах, то есть разодранных в клочья студентах. Пришлось убеждать, что всему виной массовая истерия, общие видения, эффект от испарений мрагулской настойки. Ваши варвары распивали ее в соседнем общежитии. Слава богу, от одного запаха этого жуткого пойла пьянеют все вокруг, в радиусе многих километров. Иначе истлы не поверили бы. Да и анестезия какая-никакая… Опять же – успокоительный эффект. Ребята до сих пор ходят словно пляшут – плечи дергаются, колени непроизвольно подгибаются, глаза подмигивают то вместе, то попеременно.

Димар удивленно развел руки в стороны и уточнил:

– А зачем ты им внушал-то? Неужели Ламар не справился с задачей? У него же чудо-установка для нежного электроукалывания! Любого избавит от галлюцинаций. Сразу и навсегда. Даже мертвых ученых.

– Да-да! А заодно от сна, аппетита и желания жить дальше в этом полном электрошока мире. Чтобы уж наверняка, – парировал сальф. – Не помогла ваша чудо-установка. Парни как орали, так и орали. Три дня подряд. Езенграс, ректор Академии Войны и Мира, где работает Ламар, выставлял их как сигнализацию, при необходимости. Затихли они только после моего деликатного внушения. Ну как деликатного? Конечно, частично мозги истлов оплавились. Но после Ламара это уже не так бросалось в глаза. Как дергались, словно марионетки у пьяного кукловода, так и дергаются. Как вопили от каждого шороха за углом, так и вопят. А углы теперь вообще обходят за несколько метров, по касательной. Шарахаются от каждой тени, уверяя, что это тени ученых, чьи формулы они еще до конца не вызубрили.

М-да… Рассказы о местных методах преподавания и воспитания произвели на меня неизгладимое впечатление. Даже не знаю, как не сбежала после столь красочного монолога сальфа. Наверное, только потому, что близость Димара все еще действовала просто гипнотически. Не верилось, что рядом с этим мужчиной со мной случится хоть что-то нехорошее. Да он же любого мертвого ученого загонит в гроб еще раз! Дважды, если потребуется.

– Да ты парень не промах, – одобрил методы сальфа Димар. – Мне нравится твой подход, с огоньком. Что ж! Посмотрим, как вы с Ламаром справитесь с задачей. Хулиганов и прогульщиков у нас пруд пруди. Варвары, что с них взять. Все думают, что тут как в родной деревне. Не выполнил задание отца – честно схлопотал подзатыльник. Лишился ужина и пошел себе на все четыре стороны – играть в догонялки камнями с дружками. Игра такая, кого камень догонит, тот и водит. Как только очнется. На крайняк вернется к друзьям при помощи энергии жизни. Мы же врачи! Наше дело калечить… ой, лечить, конечно, лечить! А на ужин можно кого-нибудь поймать в ближайшем лесу и зажарить в ближайшем дворе. Тоже мне наказание!

У меня закралась мысль, что скандр делился личным опытом. Он так умильно закатил глаза, словно не про наказания рассуждал – так, про легкие и веселые приключения.

– Да-а-а! – с внезапной ностальгией в голосе закончил Димар. – Давненько мужчин нашей семьи не вызывали на поединок. Были же времена-а-а…

– Я даже знаю почему, но воздержусь от объяснений, – бодро сообщил снизу сальф и стремительно замаршировал к соседнему корпусу.

Приостановился, махнул рукой, словно говорил: «Э-эх! Перед приездом остального семейства Мастгури мне уже ничего не страшно», и все-таки добавил:

– Наверное, у вас противники закончились. Скоропостижно.

И нарочито неспешно продолжил свой путь. Словно демонстрировал, что уже ничего не боится. Ну да… Для сваренного рака все худшее уже позади.

– Видала?! Орел! – похвалил его Димар. – А видела бы ты его в начале знакомства с нашим другом, Вархаром… А потом с Ламаром… А потом еще с некоторыми скандрами…

– Я поняла, почему парень так окреп духом! – вырвалось у меня.

Димар чуть сильнее прижался, погладил по плечу, наклонился к уху и жарко сообщил:

– Умница моя. Уловила нашу специфику. А вот приедут братья… И, может быть, даже мама…

Тогда я еще не подозревала, что столько Мастгури в одном месте – это не просто опасно, это убийственно смешно. Для всех, кто выживет. А «тихие развлечения» знаменитого семейства лишь чуть менее громкие, чем ракетная бомбардировка. И совсем немного менее опасные. Для зрителей за бронированным стеклом или клеткой из титана.

Несколько минут я слушала рваное дыхание варвара за спиной, ощущала Димара всем телом и мечтала прижаться покрепче. Но затем разум взрослой женщины возобладал над девочкой, что грезила о сильном плече и таком вот мужчине – диком, но не глупом, отчаянном, но добром.

Я осторожно проскользнула между Димаром и окном, вернулась за стол и небрежно напомнила:

– Я что-то не поняла? А как же посуда?

Начальник криво ухмыльнулся, смешинки затерялись в его голубых глазах, и я впервые познала скорость скандров. Потом мне рассказывали, что эта раса способна опередить даже электроток, которым Мастгури столь нездорово оздоровляли всех вокруг. Но лучше сто раз увидеть, чем один раз услышать. Сто раз, потому что удивляли меня в этой Академии по сто раз на дню.

Димар рванул от окна, за секунды зачистил тарелки от остатков еды и загрузил в посудомойку. Когда внушительный агрегат утробно загудел, сообщая о бурной деятельности, скандр неспешно повернулся ко мне и не без вызова констатировал:

– Хиленькие у тебя испытания. Так, на какого-нибудь слабака. Максимум на сальфа. И вообще, мне казалось, что в Зейлендии живут поцивилизованней. Неужто там еще нет посудомоечных машин? А я-то еще думал, что это мы варвары?

Он подмигнул и расплылся в довольной улыбке.

– Ну и какие еще экзамены ты мне подготовила? В поте лица драить полы с помощью моющего пылесоса и не заснуть в процессе от скуки? Действительно, непростая задачка! Выбить ковры как боксерскую грушу или забить соперника до смерти? Я слушаю, даже можно сказать – вхожу во вкус… Еще немного, и совсем увлекусь… А то у нас тут никаких развлечений. Учеба да пытки. А во время экзаменов, в сессию, эти понятия вообще почти неотличимы друг от друга.

Димар подпер стену богатырским плечом, закинул ногу за ногу и продолжал ухмыляться.

Я судорожно соображала. Так, пока он уверенно ведет в счете. Три – один, ничего не попишешь. Изнутри поднимался небывалый азарт. Еще никогда я не чувствовала себя так рядом с мужчиной. А скандр не переставал иронично подзуживать:

– Учти! Если решишь сдаться сразу, разочаровываться не стану. Я ж понимаю – таких мужчин в Зейлендии просто нет и не было. Они на одном мытье посуды срезаются, как голова на гильотине. Окончательно и бесповоротно.

Начальник лукаво прищурился, смерил меня внимательным взглядом и остановился на груди. С минуту не мог от нее оторваться, но затем восстановил наш зрительный контакт. И тут меня внезапно осенило. Немного безрассудная, слегка нудистская, совсем нескромная идея пронеслась в голове зигзагом молнии в ночном небе. Ладно! Была не была! Проигрывать Димару вот так, всухую, выглядело неспортивным и неинтересным.

Нужно испытать скандра по-настоящему! В конце концов, предыдущие ДТП показались ему детскими забавами. Сдаваться обаянию варвара в первый же день знакомства я не планировала. Вначале хотелось его помучить, больше ценить будет, уважать как личность. Да и наша маленькая игра – кто кого? – очень веселила и вдохновляла.

– Так, когда у меня начнутся первые занятия? – деловито уточнила я у начальника.

– Завтра. Начнутся примерно с полудня. Шейлана придет и расскажет, попозже, – судя по интонациям Димара, двойное дно вопроса он угадал моментально.

– Значит, пока я совершенно свободна? – Я сладко потянулась, отметив, что скандр вновь исследует грудь. Скользит взглядом ниже и заметно напрягается. Признаться, мне это очень понравилось, можно даже сказать – вдохновило. Приятно осознавать, что мужчина увлечен тобой. Если и не целиком, то некоторыми частями тела – определенно. Я повторила приятный жест. Димар расплылся в кривой ухмылке, давая понять, что эффект достигнут.

– Все верно. Часа три полной свободы тебе гарантированы, – ответил скандр после многозначительной паузы. – Уверен, сестра слышала наш разговор с Гвендом и отправилась вызывать братьев сюда. Так сказать, на братское развлечение. Их разговор по энергофону – это что-то вроде вашего телефона, но работает на энергии перекрестья, поэтому бесперебойно – наверняка затянется. Какой же скандр с ходу поверит, что сальф вызвал его на поединок? Вначале Шейлане предстоит убеждать братьев, что она не шутит. Затем ждать, пока те нагогочутся. Говорить и хохотать одновременно – целое искусство. Многие принимают такой монолог за хрюканье. Потом сестре надо изложить суть дела. Тут братья еще посмеются… с полчаса… как минимум… Ну а там, глядишь, Шейлана доделает свои дела – и к тебе на инструктаж. В общей сложности не меньше трех часов, как я и говорил!

Я радостно улыбнулась, потянулась опять – как можно изящней и грациозней. Так, что у Димара разве что слюнки не потекли.

– Боже! Я так устала с дороги. А тут пожары, электричество, ректоры-горы, сальфы-самоубийцы. Тот еще денек… – Я приостановилась, Димар выжидающе оскалился в улыбке. – Хочу помыться, освежить голову, но сил на все про все не хватает. Надеюсь, что истинный воин поможет в беде? Потрет слабой женщине спинку, вымоет мои густые волосы. Галантно и целомудренно, как истинный джентльмен?

На лице Димара крупными буквами высветилось: «Где ты вообще тут нашла джентльменов? Девочка, ты уверена, что попала по адресу? Убеждена, что это слово я не принимаю за непереводимое зейлендское ругательство?»

Скандр скользнул по мне лихорадочным взглядом, быстро сглотнул и облизал губы. На долю секунды я даже испугалась. Подумала, что зря так играю с огнем. Цивилизованный варвар – он все-таки варвар. На скользкие предложения реагирует соответственно. Кто знает, как он развлекался в военных походах и взятых городах?

Я инстинктивно обхватила себя руками. Слегка подвисший, возбужденный Мастгури резко отмер и расхохотался:

– Спокойно! Варвар красавицу не обидит! Потереть спинку так потереть спинку. Без приставаний так без приставаний. Посмотрим, кто из нас из какого текста слеплен!

И он лихо сбросил одежду – с истинно воинской скоростью и настоящей варварской ухмылкой. Я только ахнула, обнаружив, что Димар уже в шортах-плавках. Белье скандра впечатлило несказанно. Тогда я еще не знала, что это фирменные плавки мужчин этой расы. Спереди, на самом интересном месте, прямо вверх торчала дубина-аппликация. Ах нет, все-таки палица. Толстые металлические шипы выступали из нее во все стороны.

С минуту я молча пялилась на скандра, причем так, как недавно – он на меня. Фигура Димара привлекала внимание ничуть не меньше его фееричных плавок. Скандр опять напомнил мне Джейсона Мамоа – двухметровую гору мышц с непередаваемым диким обаянием. Ни капли жира, ни единого варикозного сосуда, ничего перекачанного, ненатурального. Все в этом мужчине выглядело идеальным.

Когда ко мне вернулся дар речи, стало ясно: счет четыре – один. Еще немного – и безнадежно продую. Пора делать собственный ход. До мата, возможно, и не дотяну, но шах Димару поставлю непременно. Зря, что ли, столько лет йогой занималась?

Я поднялась, выгнулась кошкой, изящно сдернула трикотажную блузку. Черт! Вот ведь я склеротик несчастный! Вещи-то в шкафу я так и не проверила! Вдруг там свежих и вовсе нет? Или того хуже – по ошибке притащили на перекрестье гардероб какой-нибудь пышной дамы, размера эдак семидесятого. Носи потом, как мешок для картошки…

Ладно, не будем паниковать, разберемся. Где наша не пропадала? В конце концов, обернусь раз пять. Введу моду на платья-гармошки. Ну а что? Мы, физики, народ с фантазией! Хочешь – водородную бомбу сварганим, хочешь – ракету с самонаведением… Пусть радуются, что я ограничилась дизайном. Главное, сейчас разобраться с Димаром. Скандр наблюдал за мной неотрывно, несколько раз облизал губы и засверкал глазами так, что спалил бы гектары леса без усилий. Я неторопливо расстегнула брюки, сбросила их и грациозно переступила. Димар слегка подался вперед, немедленно отклонился обратно и с хрипотцой в голосе произнес:

– С огнем играешь, женщина-физик? Хочешь проверить, насколько я варвар?

И сделал недвусмысленный жест бедрами, будто планировал пронзить воздух палицей. Я в нерешительности отступила. Димар неспешно двинулся следом. Шаг, другой, третий… Дверь ванной, мой здешний полубассейн для мытья. Я включила теплую воду и отошла от края подальше. Димар ухмыльнулся, не скрывая желания, резко выбросил вперед руку. Я аж дернулась, поскользнулась и… кубарем полетела вниз. Секунда ужаса в ожидании травмы, как минимум сотрясения мозга, – и я бултыхаюсь в руках Мастгури. Димар поймал меня одной левой, в прямом смысле этого слова. В правой руке его появилась мочалка.

– Белье снимешь? Или поостережешься? – с вызовом уточнил начальник, небрежно касаясь резинки плавок. Намек я поняла моментально. Что ж, и в белье можно помыться…

Димар сверкнул лихорадочным взглядом – весь его вид кричал о желании, даже губы окрасились ярче. Но варвар произнес относительно спокойно:

– Вот и ладушки. Хорошая девочка. Садись и хорошенько выпрями спину… Сейчас ты познаешь вершины удовольствия.

На долю секунды я снова испугалась. Слишком уж многообещающе выглядел варвар, чтобы не заподозрить сального намека. Димар хохотнул, поднажал на плечи – и пришлось послушно опуститься в воду. Она наливалась с невероятной быстротой и уже плескалась возле моей талии.

Димар тщательно намылил мочалку и… принялся массировать мне спину рукой. Пальцы скандра творили чудеса! Мышцы становились мягкими, податливыми, сладкая нега растекалась по телу. Я несколько раз обращалась к массажистам, но такого прежде никогда не испытывала. Мочалка тоже проходилась по разнеженным мышцам, горяча кожу и разгоняя кровь. Бодряще пахло терпкое мыло, мерно и приятно журчала вода. Я совершенно сомлела от удовольствия, хотелось урчать, как сытая кошка. Но я с усилием прикусила губу и, когда Димар закончил со спиной, всучила ему шампунь с полки.

Варвар хрипло рассмеялся за моим плечом. Какой счет, становилось неясным. Я почти не понимала – кто выиграл. Димар пыхтел и сопел все сильнее, но лишнего себе ни разу не позволил. Я же непристойно млела от массажа. Но сдаваться скандру пока не собиралась.

Мытье головы вышло не менее приятным. Пальцы Димара осторожно массировали и слабо нажимали на нервные центры. И вскоре я чувствовала себя совершенно обновленной. Усталость и нервозность куда-то испарились, мышцы стремительно приходили в тонус. Теплая вода окутала тело, руки скандра творили волшебство. Хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Но Димар прервался и хрипло заявил:

– Голова чистая, спина отмыта! Остальное мыть будем или поостережемся? Запланированы ли еще испытания в ванной? Или дадим друг другу отдышаться?

Вид варвара говорил о желании лучше тысячи слов, взгляд повествовал еще красноречивей. Я смогла только кивнуть. Димар крутанулся и исчез за дверью.

М-да… Раунд закончился со счетом один – один. Значит, скандр пока сильно выигрывает. Но судьба подкинула мне чудесную возможность: шансы уравнять наши с Димаром очки. Наверное, чисто из женской солидарности. Не зря же слова «судьба» и «фортуна» в русском языке женского рода.

За окном раздался требовательный оклик – такой, что аж стекла задребезжали. С полочки в ванной упал шампунь, смачно плюхнулся в воду и поплыл. Видимо, спасался от нашествия варваров, планировал улизнуть в открытое море. Из-за двери донесся возглас Димара – ага, кинофильм «Варвары возвращаются», естественно, с начальником в главной роли. Ненадолго же он покинул мою скромную обитель!

– Давайте-давайте! Срочно собирайтесь! – кого-то так поторопила Шейлана, что у меня даже уши слегка заложило.

– А ну поторапливайтесь! Чего уснули? – гаркнул Димар из окна моей квартиры.

– У вас двадцать минут, чтобы сесть в автобус! – объявил откуда-то сверху Айливерт, и у соседей что-то гулко упало. Наверное, смыло звуковой волной. Варвар дунул – и город пал, в прямом смысле этого слова.