Хозяйка вредной горы

Глава 2

Если вас захватили, проникновение больше не считается незаконным, а сопротивление оказывается властям

Зрелище было отчасти уморительное, отчасти даже весьма вдохновляющее.

Представьте четырех брутальных мужиков, самой разной внешности. Здоровых, басистых и наглых, которые бурно выясняют отношения. Ну просто какой-то фейерверк мужественности! Фонтан тестостерона! Адреналиновый гейзер!

На битву оленей в брачный период не так интересно смотреть.

При этом спутники спорщиков, не менее выдающихся размеров и форм, энергично поддерживали своих, то и дело потрясая магическим или обычным оружием. А порой – и просто кулаками, размером с хорошую палицу.

Кара, наверное, в ладоши бы хлопала, если бы у нее, конечно, были эти ладоши…

Я лично наблюдала за всем через прозрачную стену своего «командного пункта» и хохотала до упаду. Решила даже повременить с наведением порядка. Все-таки подобное шоу у нас не так часто случается. Можно даже заявить анимацию в зале ожидания портала, дабы скрасить время пассажиров.

– У меня приказ! Дар ластрих агррр! Вы обязаны пропустить нас без очереди!

– Какого Меррана? Я первый здесь был!

– Каррах зар лас сум! Я пришел одновременно с вами, и моя миссия важнее стократ!

– Да идите вы все к Заррему! Я первый пройду – и точка!

– Я не пропущу никого вперед себя!

– Значит, все тут так и останемся!

– Даже не думайте! Это вы останетесь, а я пройду! Если понадобится – то по вашим телам!

– Попробуй! И узнаешь мою магию и мои кулаки!

– А я без всякой магии размажу тебя по горе тонким блинчиком! А потом магически в нее впаяю! Будешь большим и безвкусным магнитом!

– Ну да! Сила есть, ума не надо!

– Ага! Силы нет, завидуй молча!

Шум и гам стоял просто безумный и с каждой минутой усиливался.

Почти все свободные служащие Кары, что управляли проходами между мирами и внутри них, собрались поглазеть и послушать. Из залов ожидания высыпали пассажиры. Даже парочка охранников сорвались с места. Я сразу же проверила. Фу-уф! Ответственность таки победила любопытство и жажду зрелищ! Каждый оставил напарника, посты не оголены! Представляю, как им потом придется отдуваться и все рассказывать.

Кто-то даже вышел наружу из административного здания, как я его назвала. Раньше его пафосно именовали «убежище властелинов портала». Здесь координировали все и вся, решали текущие вопросы.

И слово «убежище» было отнюдь не лишнее, учитывая нынешние события.

Моя маленькая команда распорядителей транспортных развязок словно в кино пришла на кассовый блокбастер.

Кто-то хихикал, кто-то сдерживался, кто-то пытался угомонить буянов.

Впрочем, дело это оказалось далеко не из легких. Ведь сегодня нам так повезло, что возле входа в портал сошлись самые боевые и агрессивные представители местной «фауны».

Рохцы. Терлы. Квархоны и айны.

– А ты чего глазеешь? Может, поможешь в урегулировании конфликта? – возмутился в сторону одного из моих работников, что особенно приблизился к спорщикам, Рарвен хель Вассар – один из генералов терлов. Так обозначил его «журнал посетителей». То самое всезнающее чудо местной техномагии.

Невысокий шустрый маг Селер, служивший в разделе сувениров, аж икнул от удивления. Но не растерялся. Человек же! Пусть и рожденный в семимирье! Как говорится, человеческие навыки не пропьешь! Кто выжил в очереди на оплату услуг ЖКХ в последний день месяца, тому уже сам терл не брат!

Селер поддернул длинный синий сюртук, черные брюки и вытянулся по струнке, словно солдат на плацу. Притопнул сапогами и отчеканил:

– Есть помочь в урегулировании конфликта! Сейчас принесу магнитики. Или вы предпочитаете сувенирные кружки для пива? Я бы мог предложить вам футболки с надписями: «Кара – гора чудес». Но, боюсь, они вам даже на руку не налезут…

Варвары вдруг перестали гомонить, с минуту удивленно переглядывались и вдруг начали хохотать. Если честно, даже не знаю, что было хуже. От громогласного смеха камнепады на соседнем хребте усилились, а ведь мы лишь недавно пропустили туда целую группу альпинистов… Вот им сейчас тоже весело-о-о… Обхохочешься…

Плюс я начала опасаться, что Селера просто сдует ветром из мехов-легких здоровяков. А если совсем не повезет – заодно, до кучи, сдует наши вывески и плакатики, которые мои помощники вешали несколько недель, когда я заступила на должность правительницы и переводчицы Кары.

И в эту минуту на сцене появилось новое действующее лицо.

Айн. Высокий, крепкий и привлекательный. Синеглазый блондин с косой саженью в плечах, крупными, резкими, но гармоничными чертами лица и до безобразия обаятельной улыбкой. Зеленая форма МЧС семи миров не оставляла простора для фантазии. К нам явно пожаловал новый руководитель наших спасателей. Я слышала, что взяли «свежую кровь». Кто бы мог подумать, что это кровь с молоком. Да еще в таком роскошном брутальном сосуде!

И вот все было почти прекрасно. Шикарный вид на шикарных мужиков. Веселье. Смех. Шоу.

Если бы айн не открыл рот.

Скажу сразу – пословица выслушай женщину и сделай наоборот у меня звучит так: «Выслушай мужчину и сделай… вид, что поняла. А потом действуй на свое усмотрение».

– Значит так! Всем успокоиться и разойтись! Журнал посетителей, я уверен зафиксировал тех, кто пришел раньше! Кроме того, важность миссии требуется удостоверять специальной справкой из канцелярии семи миров!

Да, черт побери! Просто песня для моих ушей! Именно это я и сама собиралась чуть позже сообщить смутьянам.

Но какого, я спрашиваю, лешего, этот верзила распоряжается в моей вотчине? И что он тут, в принципе, делает? Я вроде МЧС не вызывала! Не тот случай и не те обстоятельства!

Я неспешно вышла из командного пункта на свое любимое смотровое плато. Из самого пункта при помощи кольпа я могла наблюдать за всем, что творилось на территории Кары, включая альпинистские походы на вершины и суету возле сувенирных киосков. Со смотровой площадки я видела многие вещи, как на ладони. Но не все. Зато и себя людям показывала.

Айн сразу же вскинул голову, и наши взгляды встретились. Не знаю, что случилось, но на минуту я просто потеряла нить мысли. Точнее, забыла, как собиралась высказать этому верзиле насколько он неправ, что начал командовать в Каре без всяких на то оснований.

Глава МЧС так и застыл, не сводя с меня внимательного взгляда, и я даже слегка растерялась. Было одновременно неловко и почему-то приятно, что он вот так открыто пялится. Причем, айн совершенно не скрывал, что именно пялится. Потому что скользил взглядом по моей фигуре: груди, попе…

Чтобы немного понизить градус напряжения и неловкости, я вызывала каменный поток и начала спускаться. Обычно на такое зрелище народу собиралось немерено. Я делала это редко, но всякий раз к концу внушительная толпа глазела, как я, стоя на каменном потоке, медленно лечу вниз или же, наоборот, поднимаюсь вверх.

Айн замер, не смаргивал и не сводил взгляда по-прежнему.

Я добралась до нужного зала.

Шестнадцатый портал располагался на широком открытом плато Кары. В отличие от некоторых других, что находились в облагороженных почти до вида залов аэропорта гротах.

Зал ожидания представлял собой ряды высоких кресел из местного материала – любра. Он напоминал теплый пластик и был очень легким. Кресла впаивались в пол и не двигались. Не холодили пятую точку ожидающих. При необходимости, если пассажиров оказывалось больше обычного, новые кресла выскакивали из пола и поднимались вторым ярусом. Соединялись перешейками и образовывали нечто вроде дополнительного этажа зала. Вниз сразу же раскладывались широкие лестницы.

Между двумя залами ожидания и находился сам портал. Большая округлая арка его выглядела пустой, пока навигаторы не подключали тот или иной пространственный туннель в нужное место.

В некоторые миры вели тысячи подобных порталов.

Я предусмотрительно остановилась в нескольких шагах от айна. В конце концов, какая же русская женщина не покроет зал голосом, если ее вывел из себя нахал противоположного пола? Тут главное – не переборщить! Не оглушить всех в округе.

Эльриху разделявшее нас расстояние не пришлось по вкусу. Он широким шагом сократил дистанцию до такой минимальной, что наши тела едва не касались друг друга. Попятиться не дал, придержал за талию.

Вот тут я уже совсем озверела. Рубанула «каменной ладонью» по руке айна. Этот магический прием обеспечивала мне энергия Кары. Рука, нога или другая часть тела становилась твердой, как камень. Эльриху явно было неприятно, но он сцепил зубы и даже не поморщился.

Я спокойно отошла на прежнее расстояние и сообщила:

– Во-первых, принято представляться, когда приходите куда-то впервые! Во-вторых, решения тут принимаю я, и все конфликты тоже решаю я! В-третьих, хотелось бы знать, кто вы, и зачем сюда пожаловали! Насколько я помню, МЧС мы не вызвали!

– Во-первых, я как раз и пришел, чтобы представиться вам лично. Во-вторых, вы ничего не предпринимали для решения конфликта, и я решил вам помочь! В-третьих, меня зовут Эльрих дель Хассаль, и я новый начальник и координатор службы МЧС семи миров!

Он отчеканил так, словно отчитывался. Хитро прищурился и уточнил:

– А вы всегда такая?

– Какая? – с затаенным предупреждением в голосе тихо уточнила я.

– Прекрасная и гневная! – выпалил айн.

Я даже опешила.

Ожидала, что последуют язвительные намеки на мою, скажем так, невоздержанность и резкость.

Я прекрасно знала, какие слухи ходили обо мне и Каре. Дескать, хозяйка вредной горы под стать всемирной транспортной сети: если не убьет и не покалечит за любое нарушение субординации, то начнешь завидовать тем, кого уже убили или покалечили. Значит, для тебя придумали нечто похуже. А фантазия у хозяйки вредной горы воспитана женским фэнтези. Записки любителей испанского сапога и газовой камеры блекнут перед тем, что творят с героями в этих книгах. При принципу: Он бы подошел, я бы отвернулась, он бы приставал ко мне, я б ушла… Я б его до паники довела». Из песни совершенно ясно, куда подевались принцы – до сих пор паникуют и страдают.

Естественно, айн прекрасно знал, что обо мне судачат. О моем характере – мягком, как каменная плита Кары. О моем терпении – «бесконечном», как минутные промежутки между взрывами вулканов на вредной горе. И о моей доброте, сравнимой разве что с лавиной на Каре.

И вот Эльрих выдал почти комплимент. Причем, публичный. Зеваки вокруг нас держали ушки на макушке. Варвары похохатывали. Сородичи Эльриха так и вовсе обсуждали нашу перепалку без всякого стеснения. Фактически говорили порой даже громче, чем мы.

Особенно меня порадовали, даже не подтолкнули – подкинули к «позитиву» комментарии такого рода.

– Давай, мужик! Покажи этой красотке, кто тут мужчина!

– Дожимай ее, дожимай!

– Ну же! Этой строптивой кобылице давно пора накинуть уздцы!

– Ты ее уже поймал на крючок! Подсекай! Не мешкай!

Вполне возможно, не раздавайся эти реплики, я бы отнеслась к айну немного иначе. Тем более, что комплименты мне публично говорили редко. Во всяком случае, уж точно не варвары, которых приходилось всему персоналу Кары регулярно осаживать. Если бы за каждую стычку с ними на тему поведения в публичном месте, требования особого отношения и прочего я получала слиток платины, то сейчас уже могла бы построить из них несколько городов неподалеку.

– Значит так! – громко произнесла я «горным эхо». Еще один плюс магии Кары. Я могла в любой момент использовать эхо и не прибегать ко всяким там громкоговорителям и микрофонам. Меня и без того слышали бы даже в соседних семи мирах. А то – и дальше, если бы я задалась целью. Я будто забирала способности эхо из каждой пещеры Кары и применяла единовременно.

Обычно я щадила уши слушателей. Но не в подобных случаях, когда варвары зарывались настолько, что публично обсуждали не только меня, но и то, как «обуздают строптивую кобылицу». Варвары притихли, целиком уйдя не столько в слух, сколько в понимание тщетности попытки перекричать меня.

– Всем спорщикам рекомендую немедленно угомониться и отойти от портала на безопасное расстояние, чтобы не попасть под шальной поезд или самолет из соседнего мира. Наши диспетчеры не рассчитывают траекторию транспорта с учетом случайных помех в виде брутальных и не совсем трезво оценивших ситуацию тел.

Я помолчала, давая окружающим похихикать в кулачки над спорщиками и айнами. Те недовольно хмурились, бычились, но не возражали. И правильно делали! Хорошие же мальчики! Могут когда хотят… остаться в целости и сохранности.

– Смотрители портала проверят по журналам посетителей, кто из желающих попасть на забронированные для экстренных перемещений места срочного рейса пришел раньше! Также им следует предъявить документы, удостоверяющие важность миссии от самоуправления семи миров или властей какого-то из них. Журнал посетителей, я уверена, зафиксировал тех, кто пришел раньше! Кроме того, важность миссии требуется удостоверять специальной справкой из канцелярии семи миров!

Во взгляде Эльриха так и читалось «А разве я не это сказал недавно?»

Чтобы у него не оставалось сомнений в том, что источник информации на Каре не менее важен, нежели ее правильность, я вновь перевела взгляд на айна.

– А вас, Эльрих дель Хассаль, я прошу в следующий раз ознакомиться с протоколами общения с хозяйкой Кары и персоналом горы. Во-первых, вы должны вначале представляться по форме, я это уже сказала. Во-вторых, о любых событиях на Каре, как: закрытие портала, порядок отправления пассажиров, решение разных спорных вопросов, следует вначале сообщать мне. Если я занята, а для вас я занята во всех смыслах всегда – моим непосредственным помощникам. Управляющим портальными залами.

Я указала руками на служащих Кары, которые располагались за большими стойками, по типу аэропортовских и носили белую форму.

– В-третьих, считайте, наше знакомство состоялось.

Я ожидала, что Эльрих хотя бы нахмурится, как его сородичи и остальная толпа буянов возле портала. Но вместо этого айн улыбнулся, показав мне ряд белоснежных зубов. Даже странно, что древние варвары с Земли обладали таким прикусом. Кулаками они друг другу исправляли кривые зубы, что ли? Или сразу палицами?

– Я думал, на Земле принято говорить: приятно было познакомиться.

– Я бы сообщила, если бы это было приятно. Не сомневайтесь.

Я постаралась говорить строго, но не злобно. Меня и так многие варварские племена считали, как минимум, фурией. Но этого требовала должность, а также – сохранность моей невинности в плане отношений с местными дикими мужчинами. Если бы не моя репутация «строптивой кобылицы» пришлось бы сутками отгонять кавалеров от командного пункта, как осенних мух от меда. Да и с некоторыми расами, что ясно демонстрировал нынешний инцидент – только дай слабину. Все! Тебя даже слушать никто не будет. Знаменитая земная пословица преобразуется в нечто вроде «Зачем слушать женщину, если можно все сделать по-своему».

Работа на Каре с варварами, генералами, вредными политиками, нервными зазнайками учеными, не всегда адекватными магами, фанатичными альпинистами, своенравными порталами и ветрами – это как дрессировка тигров. На секунду отпустил жесткую узду – все, пиши пропало. Особенно сложно женщине, потому что некоторые «настоящие мужики» не принимают ее в расчет, другие же «настоящие мужики» очень хотят, чтобы их приняли… ночью, в горизонтальной позе. Третьи же уверены, что женщина вообще не способна руководить. При этом женщины из стран матриархата ожидают от тебя примера, можно даже сказать видят в тебе – знамя победы разума над брутальностью.

Эльрих не дал мне расслабиться и почувствовать себя победительницей. Продолжил обезоруживающе улыбаться и вместо очередного заявления в стиле «настоящие леди так не говорят» или «молчи, женщина» произнес:

– Жаль, что я произвел на вас такое плохое впечатление. Может, повторим? Начнем сначала? Я хорошо знаком с земными штуками. Мы ведь почти земляки. Думаю, вы в курсе, что айны делили с вашим народом планету в давние времена.

– В курсе. И что же дальше? – уточнила я, ощущая подвох.

– Так вот. Давайте встретимся в неформальной обстановке. Пообщаемся, познакомимся поближе…

И вот, наверное, не скажи он последнего, отчего я сразу же во всей гамме ощутила то, как айн хватал меня и приближал к себе – бесцеремонно и нагло – я бы еще подумала. Смягчилась. Приняла к сведению… В конце концов, он не пытался сейчас меня злить и даже не старался спорить. Наоборот, вроде как выкинул белый флаг и предлагал переговоры. Но вот это вот «познакомимся поближе», которое местные варвары понимали совершенно определенным образом, и я это на своем примере не раз уже проверяла, не дали ни шанса состояться нашему примирению. А тут еще воспоминания о шаловливых ручищах Эльриха, что шарили по моей талии, как у себя дома не заставили себя ждать.

Я поджала губы и произнесла тоном, который высушил воздух в помещении, как ледяной горный ветер:

– Спасибо. Мне и формальной встречи хватило. У меня нет столько успокоительных, чтобы не убить вас сгоряча. Не хочется, чтобы в нашем МЧС так часто менялось начальство. Только привыкнешь к одному нахалу, поставишь на место… И уже надо работать над самомнением следующего… У меня так никаких ругательств не хватит.

– В целом, мысль ясна, – кивнул Эльрих, и почему-то мне даже стало немного жаль, что он не продолжил настаивать. Наверное, мне все же где-то о-очень глубоко в душе, так, что надо бурить словно нефтяную скважину, были приятны нелепые ухаживания айна.

Стараясь не подавать виду, я призвала каменный поток и быстро вернулась в «командный пункт».

Тем более, что дел накопилось валом.

Так что я вызвала помощника по «телепатической рации Кары», как мы ее называли. По факту, я могла связаться с любым, кто работал или находился на территории горы. Такова была ее магия. Если сотрудники или пассажиры слышали в голове неведомый голос, то прежде, чем обращаться к психиатру, подозревая у себя шизофрению, им стоило проверить – не я ли осчастливила их, стучась в мысли.

– Грет, жду тебя в командном пункте. Обсудим ситуацию! – распорядилась я, неспешно обходя периметр своего «рабочего кабинета».

В центре огромного каменного зала царствовал высокий стол из фулката – теплого розового камня. Такие же кресла, обитые мягким бархатом в тон, располагались вокруг. Наверное, дабы не «запахло» гламуром, стены тут были благородно-сизые. Ближе к одной высился шкаф, который мы называли «полочка выручалочка» по аналогии с палочкой выручалочкой. Здесь было все: от верхней одежды до альпинистского снаряжения, от парашюта до снегохода. В общем, если мне требовалось наведаться в один из миров, дабы исследовать обратную часть портала или еще за какой-то надобностью, я просто открывала полочку выручалочку. Брала все, что может потребоваться, стараясь не задумываться о том, как гигантский вездеход вылезает из шкафа, меньше него раза в четыре. Кара «спонсировала» и всегда безупречно. Одежда подходила мне по размеру, техника представляла собой ноу-хау последней техномагии семи миров. Включая секретные разработки.

Если у меня возникало желание – на любой из стен появлялось смотровое окно и площадка-язык, вроде той, с которой я помпезно спускалась к Эльриху.

Мой бессменный помощник терл появился прямиком из стены. И я в очередной уже раз порадовалась, что хозяйке вредной горы и всем, кого она пригласила в гости или просто согласна увидеть, не требуются никакие двери. Которых в моем «рабочем кабинете» попросту не было предусмотрено. В противном случае, для таких, как Гретлих Олсин пришлось бы создавать дверные проемы примерно два метра на три.

Гигант был ярким образчиком мужчин собственной расы. Тонны мускулов, килограммы тестостерона и, слава богу, хотя бы литры мозгов. Иначе я бы просто удавилась. Зеленые глаза на вполне гармоничном, приятном лице. Если вы ничего не имеете против мясистых рубленых черт, по сравнению с которыми черты Эльриха представлялись верхом утонченности. Короткий ершик непокорных светлых волос. Настолько короткий, что, невзирая на густоту, даже пробора не требовалось, чтобы увидеть розоватые роговые наросты.

Одевался Гретлих Олсин, внебрачный сын одного из терлианских вождей, как и положено главным служащим Кары – в зеленую униформу, которая так удачно подчеркивала его глаза.

Когда мы только впервые познакомились, я не удержалась от язвительной реплики:

– А хорошо, когда твой помощник способен исполнять одновременно роль стремянки, вышибалы и катапульты… И магию лишний раз тратить не придется.

Терл не обиделся, но все еще припоминал мне, при случае, на дружеских посиделках.

– Хозяйка? – именно так меня звали сотрудники. – Какие будут распоряжения?

– Смотри!

Я крутанулась вокруг своей оси, указывая руками на кольпы, расположенные по всем стенам.

Они без перерыва транслировали все, что творилось в Каре в квадратных окошках. По типу тех, что выводятся на камеры для земных постов охраны. Кадры мельтешили, бесконечно сменяя друг друга.