Попаданки и повелители змей
- -
- 100%
- +
И даже слегка отодвинулись друг от друга.
– Я зайду позже, когда этого здесь не будет, – пообещал Варгор, но не двинулся с места.
– Я буду ждать тебя для обучения, – сообщил Эманор и тоже не шелохнулся.
Я выжидающе уставилась на мужчин. Они нехотя развернулись и двинулись к двери.
Как этим двоим удалось пройти в нее, для меня так и осталось загадкой. Но когда они скрылись, в помещение повалили удивленные донельзя коллеги и на меня посыпались вопросы.
– Откуда ты знаешь лейдере Эманора? Он же брат императора нагов?
– Как тебе удалось вернуть книгу?
– Он, что, тебя к себе приглашал?
– Что он тебе предложил?
Град удивленных и вопрощающих фраз перемежался с охами и ахами в адрес Эманора, которого тут, похоже, считали, не иначе как секс-символом.
– А вы видели какая у него фигура?
– А какие у него глаза?
– А какие у него волосы…
– А мускулы…
Варгору тоже досталась толика женского восхищения и его здесь тоже уже знали. Опять же – все, кроме меня. Мда. Пора восполнять пробелы в собственном образовании.
– А Варгора Эмбрис видели? Он, что, теперь у нас работает?
– Он такой красавчик! И, говорят, разбил немало сердец!
– Да и воин он хоть куда! Отличился в войне с нагами…
Причем ни Элеонора, которая то и дело отпрашивалась «к ухажеру, с которым все практически серьезно», ни Адри, которая иной раз скромно упоминала «жениха», не стеснялись восторженно превозносить лучшие стороны лейдере и мага.
Стороны тела, естественно! До их души, ума и характера тут вообще, похоже, никому не было дела! А еще мужчин ругают за то, что видят только «глаза» женщин – те самые, что смотрят из декольте.
Я слушала в полуха, и почти не отвечала. Нацелилась расспросить коллег за чаем, когда поток посетителей схлынет.
Мне повезло – в библиотеке сегодня было затишье. И мы еще до обеда сели лакомиться сладкими и солеными крекерами в прикуску кто с чаем, а кто с кофе.
Нэстри ушла в свой кабинет за тем же.
А я, наконец-то, получила возможность расспросить коллег о том, что тут происходит. И начала с самого для себя интересного.
– Слушайте! А почему вы все вышли по команде Эманора? Он ведь даже не работает в вузе?
Элеонора, как всегда, выступила в первых рядах. Даже чуть опередила Адри, так ей не терпелось высказаться на тему лейдере. Выпрямилась на стуле, чуть скрипнув кожаными брюками по коже мебели и, дожевав сушку, заявила:
– Да ты историю основания Академии поизучай! Почитай на досуге. Правители разных государств оборотней и магов – как наши учредители. Им тут все можно. И даже больше. Они – главные. Даже ректор пискнуть не посмеет.
После этого фееричного заявления, последовали новые интересные подробности. Я уже не успевала удивляться.
– Кстати, наги воевали с племенем магов Варгора. Вот он и взъелся на Эманора. Хотя оба настоящие красавчики. Но наг все-таки лучше!
Тут я не могла не согласиться.
– Да-а-а! Он тако-ой… Но Варгор ведь бывший генерал своей армии, если что. Так что он тоже мужик хоть куда. И женат не был.
– А Эманор? Он был женат? – даже не знаю, зачем я вообще об этом спросила. Просто вырвалось раньше, чем успела подумать.
– Не-ет! Наги женятся только на нари. Единственных, своих истинных, ну типа того.
– А разве нари – не оскорбление, вроде «телка» или «баба»…
– У слова «нари» есть два значения. Смотря, как его произносят. И то, и то. И все потому, что наги терпеть не могут эту привязку к женщинам. У них ведь только мужчины имеют истинные пары. А женщины выбирают, присматриваются, и вообще ничем не ограничены. Вот мужик страдает, торчит, дрочит. А женщина может его вообще не выбрать…
Я аж покраснела от перечислений Яры.
– А чего страдает? Пошел к другой. Делов-то?
– В том-то и фишка! После встречи с истинной парой другой у нага уже не может быть. Вроде им физически неприятно. Даже очень. Там не то чтобы удовлетвориться, даже малейшее удовольствие не получить, – Яра подмигнула. – Так и ходят, бедные… эм… как заведенные…
– А женщины могут?
– Да что угодно могут, – откликнулась Элеонора.
– То есть у нагов не как у других оборотней?
– Мгу, – ответила за всех с набитым ртом Адри.
– А зачем же тогда отбор у императора? Он же вроде сейчас назначен?
– А наги и тут особенные! – усмехнулась Тереза. – Они не чувствуют свою пару сразу же. Ну как остальные оборотни. Вернее, чувствуют, но не понимают. Испытывают к ней влечение, как к женщине, которая сильно понравилась – желание и все такое. А вот со временем, когда пройдет несколько дней, может недель, их накрывает. И еще как! Император может устраивать несколько отборов, пока его не накроет.
– А испытания?
– Это, по большей части, формальность, – опять вклинилась Элеонора. – Шанс для нага разобраться – нашел ли он свою нари. Но и возможность определить – подойдет ли женщина для правления. Может она и не способна стать императрицей нагов.
Я снова не могла не спросить.
– А если она нари и не подошла в качестве императрицы?
– Император может отказаться. Остаться один. Или взять женщину в наложницы. Их дети даже смогут наследовать престол! – дожевав, пояснила Адри. – Я тебе больше скажу, подруга! Если женщину не одобрили советники императора, хоть она тысячу раз нари, хоть он умирает ее хочет, она никогда правительницей не станет! Она может стать его любовницей. Жить во дворце, пользоваться средствами императора и им самим… Ну ты понимаешь… Но ей никогда не посещать балы, придворные там мероприятия… Никогда не стоять рядом с императором на переговорах. Больше того! Ее имя в связке с любовником никто никогда не станет даже произносить! То есть она вроде бы истинная. Но, при этом – бесправная любовница.
– Да-да! Кстати! Так у всех аристократов нагов! У всех высокородных. А не только в случае императора! – добавила Тереза.
– Дикость какая-то! – поразилась я. – Бред!
– Ну тут уж как кому повезет, – пожала плечами Тереза. – Каждому, знаешь ли, свое…
– А ты чего так интересуешься? Неужели хочешь попытать счастья в качестве нари Эманора? Он ведь не устраивает отбор. Значит, пока твои шансы невелики! Императорские сановники и родичи всегда на отборах ищут невест… С первого взгляда нари не определишь. А чтобы все понять – общаться ведь надо… – Иола решила вставить веское слово.
И вот стоило ей намекнуть, как остальные коллеги тут же вспомнили деталь, о которой благополучно забыли от одного только вида Эманора.
На меня снова повалились вопросы.
– А чего он к тебе приходил?
– Какие у вас дела с Эманором?
– Что он сказал, когда вы остались наедине?
И я не нашла ничего лучше, как сослаться на то, что и так всем известно.
– Книгу принес. Я ведь за ней в квартал нагов пошла.
Но коллеги не унимались.
– А как вы вообще познакомились?
– Как ты его встретила?
– Ты, что, ходила к императору, жаловаться, что его подданный книгу не отдает?
– Или к Эманору? К нему, конечно, прорваться легче!
Я совершенно растерялась и уже собиралась соврать что-нибудь, когда в дверь рабочей комнаты постучались. Мда… Сегодня у нас сплошные посетители. Больше чем в библиотеке.
Просто день открытых дверей какой-то.
Не дожидаясь разрешения войти на пороге появился наг, в своей звериной ипостаси. То есть с хвостом и без рубашки на внушительном торсе.
Девушки пораженно уставились на гостя. В таком виде наги в Академию вообще не захаживали.
– Лейдере Эманор просил сообщить вам, жалью Стелла Аленская, что в семь вечера, после закрытия библиотеки, возле крыльца Академии, вас будет ждать автомобиль. Он отвезет вас к лейдере для обучения пользоваться зеввами и инструктажа перед отбором.
Жалью… Нечто вроде «госпожа» или «мисс» на языке нагов.
Вначале речи нага я еще надеялась, что про отбор речь не зайдет. Но, увы.
Не дожидаясь моего ответа, наг поклонился и вышел вон.
На меня смотрели четыре пары глаз с таким выражением… Вероятно, именно так глазели на Золушку придворные дамы, когда ей подошла туфелька в руках принца.
Я еще вчера ночью поняла, когда меня едва не изнасиловали мерзкие гады, что очень переоценивала дружеское отношение коллег. И определенно все, кроме меня, в библиотеке подозревали, что именно так все и закончится… Не зря же так таращились на меня с утреца, целенькую и невредимую сегодня.
Ну вот так им и надо! Сказки русские читать надо было. «Морозко», например. Отправили девушку в лес замерзать, а ей взяли – да и нашли жениха. Практически моя тема. Вот только я ни разу не люблю императора нагов. Эманор уверен, что тот меня ни за что не выберет. Да еще придется при подготовке к отбору терпеть приставания этого гада… Надо признаться, крайне соблазнительного гада и одновременно немного пугающего. Я так и не поняла – чего ему от меня нужно. И сегодня, в библиотеке почему-то подумалось, что и сам Эманор этого еще не знает. Что его самого пугает, смущает и поражает собственная на меня реакция…
Это открытие страшило меня куда больше всех предыдущих.
Однако долго рефлексировать и размышлять мне не дали. Пулеметно полетели вопросы:
– Так ты попала на отбор к императору?
– Расскажешь потом хоть как там?
– Как тебя туда взяли? Ты же человек! Говорят, император Ненталь человеческих женщин вообще не любит. Даже ведьм.
Я поняла, что чаепитие перестает быть томным. Да и бесконечные расспросы надоели хуже горькой редьки. Поэтому я встала и сообщила коллегам:
– Да. Я непременно поделюсь впечатлениями.
И пока они не сообразили, что не спросили еще одну важную вещь, вышла из рабочей комнаты. Направилась я в дальнее хранилище, куда мейры вообще редко захаживали. Нас давно просили провести там инвентаризацию. Но коллеги боялись, что старые фолианты еще более непредсказуемые, нежели новые.
А я уже не боялась ничего. После вчерашнего и сегодняшнего.
Да и не хотелось, чтобы коллеги вдруг вспомнили, что Эманор будет обучать меня использовать зеввы. Насколько я выяснила, этот редкий дар почти не доставался мейрам. И даже сами наги не всегда хорошо умели пользоваться пространственными туннелями. Только очень высокородные ходили по ним как по собственным замкам. И – на тебе! Мейра, попаданка, имеет этот дар.
Шокирующее, между прочим, открытие!
А еще девушки запамятовали, что Эманор явно ко мне клеился, зная, что я участвую в отборе его брата.
Впрочем, эту загадку я и сама пока оказалась разгадать не в силах.
В общем, я решила, что лучше встречусь и пообщаюсь с несколькими вредными, старыми и злыми фолиантами, чем еще хоть немного времени проведу среди удивленных, заинтригованных и желающих узать побольше коллег.
Для психики легче.
Глава 4
Наг в бешенстве, попаданка в сомнениях
Колхар и его приспешники!
Эманор ворвался в свой рабочий кабинет вихрем и принялся все крушить. Стол, стулья, шкаф с папками документов, запакованных магией, с грохотом рухнули на пол. Стол перевернулся дважды от броска нага, заскрежетал и проехался по гладким половым плитам. Пара стульев сразу же разломались пополам. От двух других отлетели ножки и снарядами врезались в стены.
Шкаф загрохотал и принялся изрыгать содержимое, будто стремился отомстить владельцу. Папки рассыпались по полу и заскользили по глянцевой поверхности.
Эманор еще раз перевернул стол. Пнул, пока не перешел во вторую ипостась, которую прежде любил больше, и вновь швырнул шкаф.
В груди клокотало, на языке отчетливо чувствовался привкус желчи, кровь закипала в венах. Ярость жгучим ядом разливалась по телу. Злость буквально разъедала изнутри подобно кислоте.
Варгор! Вернулся! И куда?!
В вуз, где работала Стелла!
Нацелился на нее! Галдахре!
Эманору до барабанного боя в ушах и алой пелены перед глазами хотелось убивать. И в первую очередь – Варгора!
Жаль, что он не убил его еще тогда, когда мир между нагами и колдунами Тригора только маячил на горизонте. Они встретились в битве, почти равные по силам. Сражались, остались израненными, но не побежденными. Оба пытались уничтожить противника. Но не смогли…
Эманор и сам не понял, почему былые сражения вдруг ожили в памяти. Так остро и так горячо, словно вот прямо сейчас все и разворачивалось. Кровавые битвы, жестокие смерти, голод, отчаяние и разрушения.
Варгор воевал хорошо, был мастером своего дела. Эманор тоже.
И почему-то сейчас ему снова хотелось сражаться с магом. Одни на один. На любом оружии. И убить! Убить! Убить галдахре! Убить прежде, чем тот снова встретится со Стеллой хотя бы взглядом!
Все в наге осатанело вопило об этом.
Он еще некоторое время крушил все вокруг, но легче на душе не становилось.
Эманор оставил кабинет, заваленный древесными обломками, в которых уже с трудом угадывались куски мебели и пулей рванул в зевв из ближайшего холла.
Эндра – томная, беловласая нагиня, с которой они утоляли страсть уже многие столетия, смотрела в окно на сад, где как раз расцвели ее любимые неалии. Огромные цветы, с остроконечными лепестками, обычно фиолетовые или лиловые с ярко-оранжевыми пестиками. Эманор просто не мог ждать. Стелла распалила его, совершенно превратила в самца. И сейчас ему требовалось срочно сбросить хотя бы это напряжение. Избавиться хотя бы от этого огня, который расплавленным металлом разливался под кожей. Опалял и лишал покоя. И сил терпеть это уже не оставалось.
Лейдере обратился, сбросил рубашку, схватил Эндру, и та закатила синие глаза, выгнулась.
Эманор провел рукой по небольшой, упругой груди. Соски нагини моментально сжались и затвердели от возбуждения. Лейдере лизнул гладкую кожу. Белую, словно мраморную…
Колхар и его приспешники! Почему она такая невкусная? Эманор даже отпрянул от удивления. Не сплюнул наг лишь из уважения к Эндре. С трудом проглотил, будто пил горькое гадкое лекарство… Лишь потому, что так надо…
Кожа Стеллы казалась сладкой, одновременно свежей и манящей. Кожа Эндры тоже когда-то ощущалась приятной, лакомой и аппетитной. Хотелось ее пробовать, смаковать, касаться… Но не теперь.
Впрочем, какая разница?!
Ему нужно успокоить зверя внутри! Срочно! Пока не натворил дел и обязательно до новой встречи со Стеллой. Иначе не сдержится.
Возьмет, больше не думая ни о чем. Ни о ее согласии, ни о том, что вообще происходит.
В библиотеке Эманор балансировал на грани. Не войди Варгор, неизвестно, смог бы он остановиться или же нет. Даже если бы в помещение вошел кто-то другой. Любой другой, кроме его злейшего врага.
Эманор тогда почти себя не контролировал. И вряд ли он услышал бы Стеллу, понял бы ее сопротивление, если бы мейра опять передумала…
Эндра выгнулась под лейдере сильнее, подставляя открывшееся между роговыми пластинами лоно. Эманор вошел на полную длину и ощутил острое разочарование. Возбуждение резко схлынуло, тошнота подкатилась к горлу. Он едва не выплеснул все содержимое желудка прямо на женщину. Отпрянул, оставив ошарашенную нагиню и прыгнул в зевв.
Нари… Мейра его нари… Стелла не сладкая женщина, которую хочется поиметь. Не соблазнительная до боли в паху женщина, от которой не оторваться… Не наваждение и не результат неудовлетворенности!
Она – нари для Эманора и он сам, собственными руками, отдал ее на отбор к брату!
Впрочем, теперь все резко прояснилось, будто в подзорной трубе навели фокус.
Его необъяснимая тяга к этой женщине, которую впервые встретил только вчера. Его желание убить, в салат покрошить насильников, что приставали к Стелле. Эманор еле остановился, чтобы не нанести им смертельные увечья… Он прекрасно понимал в тот момент, что за убийство высокородных из-за женщины, даже не нагини, его могут вполне и казнить. Идея с отбором Ненталя пришла ему на ум уже позже. В ту минуту Эманор лишь хотел уничтожить, разодрать на части этих галдахре и раскидать их мерзкие гениталии по дороге. Чтобы по ним смачно проехались и калху и автомобили…
А еще Эманор понял, почему вдруг так легко, почти без угрызений совести, почти без малейших колебаний пошел на обман брата.
Он считал, что все дело в банальном инстинкте самосохранения.
Какой же идиот в здравом уме сам засунет голову в петлю? Отдаст себя в руки правосудия, признав собственное преступления и зная, какое может быть наказание!
Но Эманором руководил вовсе не страх перед суровой и справедливой карой. Им руководило желание остаться в живых и познать ласки нари! Как можно отдать жизнь, если еще ни разу не взял ее? Ни разу не слился с ней воедино? Не насытился ее нежным телом, не напился выдохами из ее губ? Как можно согласиться на казнь, если еще не познал все это?
Пока не сделал ее своей! Полностью и только своей!
В императорской семье случалось всякое. Но Эманор и Ненталь всегда были очень близки. Даже в самом страшном сне лейдере не приснилось бы, что он станет манипулировать братом ради женщины… Ради почти незнакомой женщины. Человеческой. Не нагини.
Он и сам тогда не осознавал, как завяз и насколько изменил самому себе.
До этого самого мгновения…
И теперь все встало на свои места. Все, кроме гормонов нага, безумного желания обладать этой мейрой и жажды убить любого, кто встанет на его пути. Будь то брат или Варгор.
И это было вовсе не помешательство, не буйство гормонов и не сиюминутный каприз лейдере. Это природа. Она – его нари и этим все сказано.
Эманор тряхнул головой, пытаясь привести мысли в порядок.
Так… Вечером Стелла приедет к нему, чтобы учиться пользоваться зеввами. Лейдере собирался ее соблазнять, потому что чувствовал – мейра хочет его. Ее тело откликается на ласки Эманора, а на его поцелуи, тем более. Этим надо непременно воспользоваться.
Медленно и неторопливо приучать ее к себе. Так, чтобы сама не заметила, как попалась в сети лейдере. А после отбора объявить, что нашел свою нари и забрать ее.
Эманор и мысли не допускал, что Стелла заинтересуется Варгором, хотя тот – человек, и ближе ей по расе. Двуногий. Мало того, он работает с мейрой в одном вузе.
Но разве Варгор соперник Эманору? Да нет! Даже во сне нет.
Сегодня наг должен был просмотреть проекты новых законов, которые готовил Нейталь. Император уже несколько месяцев их правил, изменял и пытался привести к тому виду, который примет народ. Сможет принять.
Эманор вчитывался в знакомые слова и фразы и ничего не соображал. Перед глазами была нари… Стелла… мейра.
Губы, с мелкими капельками воды. Большие, широко распахнутые глаза цвета темного янтаря. Белая кожа, почти лишенная растительности, которая так не красила тела человеческих женщин… В таком состоянии работать не получалось. Желание захватывало как болезнь. Замещало все остальные потребности тела. Голод, жажду, потребность в отдыхе и сне.
Чем дольше Эманор не видел Стеллу, тем больше весь переключался на нее.
В итоге, наг просто слонялся по своему замку с фолиантом от брата в руках и изнывал от желания, наконец-то, увидеть мейру.
А та все никак не приезжала.
Время капало медленно. Ползло, как раненый в бою наг. Или вообще застыло? Назло лейдере перестало течь в правильном направлении?
После семи часов вечера Эманор всерьез забеспокоился.
Человеческие машины, конечно, не пространственные туннели. Путешествия по ним намного медленней… Но на авто Стелла должна была ехать только до определенного места, куда доходили секретные зеввы нагов.
Дальше один лишь шаг для такой, как мейра – и она уже в замке Эманора. Посланный за нари слуга, должен был направить ее, потому что тоже имел дар перемещаться пространственными туннелями.
Однако ни в половине восьмого по Земному времени, ни в восемь Стелла так и не появилась…
Терпение Эманора трещало по швам. Он ждал, продолжал бродить по замку, как неприкаянный, пугая слуг и самого себя.
А мейра так и не появлялась.
Колхар и его приспешники! Куда она подевалась?
Кажется, сердце лейдере еще никогда так быстро и неровно не билось. И еще никогда, даже в самых страшных битвах он настолько не прислушивался к собственным предчувствиям… Обычно Эманор не верил в параноидальные мысли, гнал от себя страхи и сомнения…
Но сейчас что-то заставило его поверить во все, что диктовала неуверенность в будущем и подсказывало подсознание.
Почему-то Эманор знал, что Стелла не придет…
Знал. Также, как и то, что он – брат императора, а мейра – библиотекарь. Знал, как и то, что в этом замешан галдахре Варгор. Как и то, что нари просто так не добиться…
* * *Стелла
– Стелла! Элеонора! Тереза! Иола! Адри! Немедленно в зал!
Истошный крик Нэстри не сулил ничего хорошего.
Мы огляделись в поисках Яры и поняли, что та уже в гуще событий. Элеонора смело открыла служебный вход в читалку, и мы рванули туда.
Несколько фолиантов повисли в воздухе. Одни оградили посетителей какой-то силовой преградой, вроде магической стены, чтобы те не сбежали. Заблокировали прозрачной преградой общий вход, окна и двери в соседние помещения.
Чудо еще, что наш служебный вход оказался доступен!
Другие волшебные книги стреляли молниями и огнем.
Сквозь преграду они до нас пока не доставали. Но это было не таким уж большим утешением.
Немногочисленные посетители: пара медведей, две лисы и один василиск метались по залу, усиленно пытаясь спрятаться.
Книжные стеллажи выглядели плохими укрытиями. В «своих» магические фолианты не стреляли. Видимо, из чувства глубокой цеховой солидарности. Однако умудрялись прицельно палить молниями над каждым рядом томиков. Столы из огнеупорной древесины позволяли «жертвам книг» лучше сохранить здоровье. Вот только фолианты-стрелки реяли в воздухе и находили такие позиции, с которых вполне могли зацепить спрятавшихся под столами оборотней.
Те хватали стулья из все той же огнеупорной древесины и, прикрываясь ими, стремились нырнуть под другое укрытие.
Слабые молнии просто таяли, ударившись о стол, стеллаж или стул. Сильные частично раскалывали предметы мебели.
В общем, выглядело все как побоище.
Причем, победа пока была на стороне фолиантов. Потому что оказавшиеся «в плену» оборотни не владели боевой магией. И отвечать могли лишь рычанием и редкими бросками чего-то тяжелого в летающие томики. В воздухе мелькали подставки для журналов, сумки и даже андры.
Что совершенно книгам не вредило.
И слава богу! Насколько я знала, атаковать томики боевой магией категорически не следовало. Потому что это приводило к блокировке вообще всех чар в библиотеке… Кроме магии самих фолиантов.
Вот была бы веселуха!
Именно по этой причине звать боевиков: студентов, преподавателей или охранников смысла не имело.
Это вообще лишило бы нас возможности воздействовать на разбушевавшиеся томики. Зато те чудили бы вволю, ни в чем себе не отказывая.
Книги легко увиливали от «перекрестного огня» разными предметами. И отвечали так, что у бедных посетителей то и дело что-то дымилось.
Единственная девушка среди них – верберша – даже слегка повизгивала. Грохотала и оглушительно трещала мебель. Стучали по полу предметы, которыми оборотни «отстреливались» от озверевших томиков. Слышались ругательства и оклики.
– Сюда! Бегите сюда!
– Хватайте стул!
– Ай! Ой! Что б тебя!
Если раньше я слышала не так много местных нецензурных выражений, то теперь для некоторых требовались словари. До которых я пока не могла добраться.
В общем, шум стоял неимоверный.
Хорошо, оборотни – ребята спортивные, ловкие и быстрые. Однако, ясно ведь, что надолго их маневров не хватит. В ограниченном пространстве, наполненном предметами, не особенно побегаешь.
Даже если сноровки и скорости тебе не занимать.
Студенты наши ни разу не тренировались в беге по пересеченной местности.
Да уж! Это что-то совсем новенькое!
Прежде книги никогда так себя не вели. Вернее, не вели себя так организованно. Электричество было, огонь тоже. Попытка запереть посетителей – да. Но не все вместе!
Я впервые видела, чтобы томики «работали» заодно, будто заранее сговорились… Или их действия кто-то извне координировал…
Эдакий Том Карлеоне… Сидел где-то и приказывал.
«Первый! Пали огнем!»
«Второй! Запри всех внутри!»
«Третий! Поджигай все, что движется!»
Смешно, конечно, но одновременно и страшно!
Магические фолианты обладали довольно серьезными чарами. И, действуя сообща, могли устроить настоящую бойню. Почище иных боевых магов! Камня на камне тут не оставить!
Кто сказал, что работа библиотекарей спокойная и безопасная? Не сравнима с работой МЧС или ОМОНа? Он явно не сталкивался с волшебными томиками!
Даже не думала, что подобное вообще возможно. Нэстри, судя по всему, тоже не предполагала ничего похожего. Потому что носилась возле непроницаемой стены магии и пыталась воздействовать на фолианты успокаивающей энергией.