Узы Света. Книга 2. Воин Хаоса

Пройдя до конца длинного коридора, я спустился на первый этаж. Миновав кухню, обеденный зал и кладовые, я оказался около стены дворца, примыкающей к скале. Сюда редко кто заглядывал. Дверь в стене, за которой начиналась лестница в подвал, охраняли два демона, в виде гигантских крабов со змеиными головами на длинных шеях. Они угрожающе замахали своими клешнями, похожими на гигантские ножницы, но узнав меня, отступили. Поджав под себя ноги, «крабы» двумя красно-бурыми валунами застыли по бокам двери. Их жёлтые глаза потухли. Рассеяв охранное заклятие, я открыл дверь и начал спуск по винтовой лестнице на нижний уровень. Сотворённая мною светящаяся сфера плыла впереди, освещая путь. Чешуйчатая плесень, покрывающая местами стены, бликовала в её свете то синими, то изумрудными вспышками. Временами свет отражался в красных глазах чёрных пауков, прячущихся в трещинах каменных стен.

Пройдя лабиринтом коридоров, я остановился перед медной дверью, вся поверхность которой была занята горельефом извивающейся змеи толщиной с руку. Верхняя часть её головы, выполненная в виде золотой накладки с глазами из изумрудов и углублением в форме пентакля на лбу, находилась на уровне моего лица. Я активировал кольцо Хаора и вставил засветившийся рубин в выемку. Когда они совместились, глаза змеи вспыхнули, и замок двери со щелчком открылся. Моё кольцо было ключом, открывающим любые замки в Хаосате. За дверью находилась небольшая пустая пещера с тремя подсвеченными зеленоватым светом нишами на противоположной стене. Открыть нишу и взять Анг-Таал мог только его Хранитель. Мой Разрушитель хранился в правой нише. Я бросил взгляд на две другие, и у меня замерло сердце, а по спине поползли ледяные мурашки: левая ниша была пустой, за прочным алмазным стеклом ничего не было.

Глава 6

Поднеся ладонь к полу, я сосредоточился: камень под ней начал пузыриться и пополз вверх, словно поднимающаяся квашня. Вырастив пенёк нужной высоты, я наложил на него заклятье Льда и уселся – надо было подумать. При моей жизни ещё не было случая, чтобы пользовались Анг-Таалом – Сарг запретил выносить их из хранилища. Хранитель мог передать свой Разрушитель «второму эшелону» пользователей в случае форс-мажорных обстоятельств: Сарг – генералу Суккуру, я – Форанну, а маг Акриах – Исину. Анг-Таал пропал из ячейки мага, но он не покидал своей крепости в горах Предела и во дворце не появлялся: я бдительно за ним следил, используя своего магического шпиона – крылатого Сфинкса Хаоса, в надежде выйти на след Исина. Опять Исин! Значит, Акриах передал ему свои полномочия, но зачем? И тут перед моими глазами встала картина пяти искромсанных элфинов, по спине пробежали ледяные мурашки: я понял, каким оружием с ними расправились. Я вскочил в ужасе: Исин был рядом с нами, имея при себе Разрушитель, от которого нет спасения, а я ничего не подозревал. Хорошо же он замаскировался, ведь меня трудно провести! Правда, если ему помогает такой маг, как Акриах…. Но почему он убил элфинов охотящихся на меня, а не Габриэла? Не было приказа от Тэрлы? Наблюдал, выжидая подходящего момента?

Я вытер вспотевший лоб: всё, нужно немедленно убираться из Лергоса! Немедленно! А для этого надо ускорить строительство нашего нового дома. Рассеяв охранное заклинание, я открыл ячейку, взял Анг-Таал и вложил его в пустые ножны для кинжала. Ликвидировал пенёк, чтобы скрыть следы присутствия, вернулся в свои покои, переоделся и телепортировался в Камбоджу. Там было ещё светло – багровое солнце висело над самыми кронами деревьев.

– До сумерек управлюсь! – Подумал я, обозревая место действия.

Периметр котлована и тоннель были обозначены колышками. Я работал не спеша, аккуратно испаряя слежавшийся грунт. Через полтора часа, закончив работу, я с удовлетворением обозрел огромный котлован с ровными стенками и уходящий от него в сторону водопада канал. Красота! Завтра рабочие начнут кладку. Блоки, вытесанные из розового гранита, и серые плита перекрытий были складированы недалеко от котлована. Рядом с ними стояла техника. Обо всем этом я позаботился заранее. По спине стекали струйки пота – влажность в джунглях была запредельной. Ну, ничего, в доме будет кондиционер – электричество уже подвели. Я хмыкнул: совсем очеловечился! Дворец в Хаосате освещался с помощью магии, и никаких столбов и проводов!

– Как у людей все сложно! – Вздохнул я.

Вернувшись во Дворы Хаоса, я рассказал Форанну о пропаже Пожирателя и о своих догадках по этому поводу. После ужина я снова спустился в подвал, чтобы вернуть Анг-Таал. Каково же было моё удивление, когда я увидел, что исчезнувший Пожиратель тоже вернулся на своё место. Это ещё больше укрепило мои подозрения о причастности к его похищению – Исина, ведь он сейчас находился во дворце. Интересно, как он отреагировал на исчезновение Анг-Таала из моей ячейки?

Ну, что ж! Пора на встречу с джасром. Потом покатаемся с Форанном на рогатых любителях подзарядиться от молний и на сегодня я свободен.

Исин меня уже ждал. Он сидел на бортике, ограждающем каменную чашу с водой, которую наполнял ручеёк, сочившийся из стенки грота. Я не стал тратить времени на второстепенные разговоры и сразу спросил, где он был во время Вторжения. Исин ответил, что во главе небольшого отряда разведчиков по приказу Суккура собирал данные о мирах, которые планировалось захватить. Когда пал Сварог, он вернулся в Хаосат, но к своим обязанностям не приступил, так как ещё не встречался с архон-генералом и не получил от него приказа.

– Аудиенция у Суккура назначена на завтра. – Сказал он.

Звучало правдоподобно, но элфины были убиты Анг-Таалом, который мог быть только у Исина. Он мне лгал. Я сделал вид, что поверил. Мне удалось незаметно внедрить в его ауру моё заклинание обнаружения: активирую его, позже. И если окажется, что ты обосновался в Каире или Лергосе, я тебя найду, Исин! Посмотрим, что ты тогда скажешь. Я снова предупредил джасра, что если с головы Габриэла упадёт хоть один волос, то я его убью. И я не буду разбираться, виноват он или нет, потому что знаю планы Тэрлы и его роль в них. На том мы и расстались.

– Ну, что, брат, ты готов к адской скачке? – Спросил я.

– Тогда вперёд!

Я визуализировал место прибытия и бросил на пол диск с руной Хаоса. Руна багрово засветилась, а чёрный диск растёкся лужей и превратился в бездонный колодец, в который мы с братом и прыгнули. Через мгновение, извергнутые Лабиринтом Кроноса, мы оказались на площадке, выложенной каменными плитами, которая находилась на вершине скалы в горах Предела. Скала похожая на гигантский палец – с одной стороны обрывалась на Плато Огненных змей, на котором беспрестанно «танцевали» снопы молний. В насыщенном электричеством воздухе проскакивали искры. Красная Луна только всходила над горизонтом, кроваво освещая часть плато, вторую половину которого укрывала мрачная тень, падающая от гор. А сами горы, словно в чернилах, тонули в фиолетовых сумерках.

Мы поднялись на возвышение из каменных блоков, и я два раза дунул в золотой рожок, висящий на цепочке, на шее. Раздался низкий вибрирующий звук. Через несколько минут ожидания в распадке гор появились крылатые тени. Вскоре около возвышения приземлились два единорога, в холке они были больше двух метров. В свете Луны их шерсть отливала розовым перламутром. Мощный рог на лбу источал голубое свечение. Светились и костяные шипы вдоль шеи. Я видоизменился, покрывшись прочной чешуёй и отрастив присоски на ладонях и внутренних поверхностях бёдер – единорогам я не очень-то доверял. Электрисы терпеливо ждали, пока мы устроимся на их широких спинах, затем метнулись к краю плато и прыгнули вниз, разворачивая крылья. Я задохнулся от ветра, ударившего ледяной волной в лицо. Адская гонка началась! Мы стремительно пролетели над плато среди частокола молний, встающих по сторонам от нас. Сложив крылья, единороги мчались между скал, прыгая, словно козероги, с камня на камень. Они перелетали через пропасти, дно которых терялось во мгле. Носились вверх и вниз по косогорам с осыпающейся каменной крошкой. Наконец, я решил, что с меня хватит их головокружительных трюков, и дунул в свой рожок. Вскоре Электрисы, заложив вираж, приземлились на знакомой площадке.

Вернувшись во дворец, мы с Форанном около часа сидели в креслах у камина, приходя в себя. Я попросил его задержаться во дворце до моего возвращения с Габриэлом из Пещеры Фениксов.

– Подстрахуй нас, брат! А потом вместе отправимся к Аркандру. А что, Мурилл? Он возвращается к фангирам или будет тебя сопровождать в странствиях по срединным мирам? – спросил я Форанна.

– Мурилл решил путешествовать вместе со мной некоторое время, но потом он вернётся в крепость Дарка, чтобы возглавить его стражу.

Утром следующего дня я возвратился на Чардис, чтобы забрать Габриэла. Оттуда я перенёс нас на площадку с порталом в горах Грифонов: от неё вниз шла лестница, которая заканчивалась у входа в пещеры Фениксов. Пещеры состояли из системы гротов, в которых огненные Фениксы откладывали яйца из красного хрусталя – в каждом гроте по одному яйцу. Яйца содержали зародыши всех растений и живых существ, проявляющихся в материальных мирах. А на другом полюсе мироздания на берегах Изумрудного моря раскинулись поля Перламутровых лотосов, в которых зреют семена идей, являющихся программой развития любого материального тела в срединных мирах. Когда матрицы-зародыши материальных тел и духовные семена на обоих полюсах созревали, они начинали прорастать навстречу друг другу вдоль силовых линий поля времени, соединяющих полюса. В том мире, где эти два начала встречались и объединялись вместе, происходила материализация объекта и его развитие, будь то кристалл, семя растения или зародыш живого существа. Все они начинали расти, зреть и развиваться, увеличиваясь в размерах.

– Габриэл, пещеры охраняют демоны-стражи, поэтому держись рядом со мной! – Сказал я, когда мы вошли внутрь.

Синее магическое пламя факелов тускло освещало пещеру и делало её похожей на большой аквариум. Справа и слева от входа стояло по две статуи шестируких демонов, замерших в танце. Их тела, покрытые мелкой чёрной чешуёй, были обильно увешаны золотыми украшениями. Когти на руках и ногах походили на острые кинжалы. Волосы на головах, увенчанных боевыми рогами, были заплетены во множество косичек с вплетёнными в них амулетами. В руках каменные стражи держали парное оружие: катаны с алмазными лезвиями; нагинаты с длинными рукоятями и сверкающие гвизармы – боевые косы.

– Они оживают! – Прошептал Габриэл.

Стражи просыпались: поднялись тяжёлые веки, глаза без зрачков разгорались красным пламенем. Приняв боевую стойку, каменные чудища двинулись к нам.

– Встань за мной! – Приказал я брату и на всякий случай активировал кольцо Хаора.

Громко топая, гигантские фигуры подошли и наклонились, рассматривая нас, мои глаза оказались как раз на уровне пряжек их золотых поясов. Узнав меня, Стражи синхронно взревели:

– Принц, какая честь видеть вас, милорд. Ваши нижайшие слуги, приветствуют вас! Проходите, милорд!

Они расступились, освобождая проход. Мы с Габриэлом пересекли пещеру и вступили в лабиринт коридоров. Пройдя по проходу, мы обнаружили первый грот. Феникса в нем не было, но в каменном гнезде лежало большое яйцо из красного хрусталя. Мы подошли ближе: внутри него – то разгоралась, то угасала светящаяся точка. В гроте было довольно светло, потому что под его сводом мерцала паутина из белых светящихся нитей, все здесь было пронизано энергетическими потоками. Мы пошли дальше, заглядывая в попадающиеся на пути гроты. В одном из них сидел Феникс.

– А он большой! Крупнее страуса! – Удивился Габриэл.

– Ты видел страусов? Я слышал, что они обитают в жарких странах срединных миров?

– Видел в зоопарке. – Ответил он.

С огненного оперения птицы срывались язычки пламени. Феникс повернул голову на длинной изящной шее и, взглянув на нас небесно-голубыми глазами, отвернулся. Длинные оранжевые перья на его голове были похожи на перья в павлиньем хвосте, только глазок на них был не зелёный, а синий. Мы долго ходили по подземному лабиринту, стены которого были испещрены нишами и гротами, освещаемые красным огнём, исходившим от яиц и фениксов. Световая паутина под сводами пещеры переливалась всеми оттенками перламутра, по ней пробегали волны энергии, периодически усиливая её свечение.

– У меня от этой световой вакханалии уже в глазах рябит! – Сказал, наконец, Габриэл.

– Мы с тобой прошли по кругу и сейчас находимся недалеко от выхода. Пошли, скорпион нас выведет. Он прекрасно ориентируется в лабиринтах. Когда я искал в Подземельях Химер кольцо Хаора, то он выводил меня оттуда кратчайшим путем.

– Это – то кольцо с рубином, что у тебя на пальце? Почему ты искал его под землёй? Как оно там очутилось? – Спросил брат, шагая рядом.

Скорпион, распустив длинный хвост, похожий на ползущую золотую змею, шустро бежал перед нами, направляясь к выходу.

– Это паучье кольцо силы. Чёрный паук Хаора – исчадье ада из Подземелий Химер, использует силы хаоса. На спине он носит кристалл в форме пентакля и когда находит Носителя, превращается в кольцо тёмной силы. Пауки бывают с разными кристаллами, отличающимися по силе действия и возможностям. Самое могущественное – кольцо с рубином, как у меня. Оно и самое редкое. У Аркандра, например, кольцо Хаора с аметистом, а у Сарга – с золотистым топазом. Пауки выбирают своих носителей в основном из клана Владык Хаоса, в зависимости от их магической силы: чем могущественнее кольцо, тем сильнее должен быть и его носитель. Пауки привередливы – это значит, что Хаор с рубином никогда не будет служить Аркандру, потому что считает его слабее меня. Носителей Хаоры выбирают сами, в зависимости от его способностей.

– Посмотри, видишь – это его лапы. Я могу тянуть через кольцо силу хаоса даже в Радужных мирах или использовать его при создании заклинаний. Мой меч Руфарг подпитывается через кольцо тёмной силой. Паук будет служить мне до самой моей смерти. Когда я умру, тело отдадут Кристаллу Тьмы, а паук через его корень вернётся в Подземелье Химер и будет ждать другого Носителя.

– А у кого из демонов ещё есть кольцо с рубином? – Поинтересовался Габриэл.

– Пока только у меня!

– Вот как! Выходит, ты самый сильный маг, и в Хаосате нет тебе равных!

– Поэтому я ещё жив! – Хмыкнул я.

Выйдя из пещер Фениксов, мы спустились на площадку с Порталом. С неё открывался грандиозный вид на море Мрака с плавающими по нему глыбами островов Хаоса. Голубая спираль Медузы распласталась на антрацитовом небосводе. Отражая её лучи, грани и пики гор на островах бликовали всеми оттенками сине-фиолетовой гаммы. Габриэл подошёл к краю обрыва и застыл, созерцая фантастический пейзаж, раскинувшийся внизу.

– Знаешь, а мне начинает нравиться Хаосат! В Искриоре такого не увидишь! – Восхищенно воскликнул он.

Затем Габриэл прошёлся вдоль края площадки, вымощенной потрескавшимися от старости каменными плитами.

– Куда ведёт эта лестница?

На противоположной стороне от линзы Портала начиналась лестница, шедшая зигзагами вверх по скале к руинам старого храма. Из трещин в ступенях топорщились сухие колючки горной травы.

– Когда-то здесь стоял грандиозный храм из красного, розового и чёрного мрамора, в котором поклонялись чёрным драконам. Им приносили в жертву козерогов и ургалов. Когда драконы исчезли из нашего мира, то храм пришёл в запустение. Чёрных драконов приносили в жертву Кристаллу Тьмы жрецы из клана Безликих, подпитывая его их магией. Сейчас последних из их племени, оставшихся в живых, можно найти лишь в горах Грифонов и пустыне Маат.

– Почему кристаллу скармливали только чёрных? – Удивился Габриэл.

– Чёрные драконы обладают сильной магией. Остальные слабее и в два раза мельче. Но сейчас и мелких драконов не найти, исчезающий вид!

– Давай, поднимемся к храму! – Попросил Габриэл.

– Хорошо, но ненадолго.

Даже частично сохранившиеся арки и колоннады храма поражали своими размерами.

– Ого! – Присвистнул Габриэл.

– Впечатляет!

– Храм был приспособлен под размеры драконов, а они у них были не маленькие. – Пояснил я.

Мы походили среди руин, разглядывая странные барельефы на обломках плит и статуи демонических существ – с драконьими чертами, лежащие на земле. Пройдя через развалины, мы обнаружили ниже по склону большое углубление в виде полусферы, выложенное полированными плитами из чёрного обсидиана. На верхнем обрезе выемки находился каменный трон с высокой спинкой. От храма к нему вниз спускалась широкая лестница из красного гранита.

– Здесь проходила церемония призыва дракона, я слышал это от жрецов. – Пояснил я.

– В центре углубления клали тушу животного в качестве подношения. Демоны уважали драконов и хотели жить с ними в мире.

– Ну, да, принося их в жертву вашему Кристаллу Тьмы в Чёрной Пирамиде! – Язвительно произнёс Габриэл.

– В жертву их приносили жрецы, а не простые демоны.

Постояв некоторое время в молчании, мы пошли назад. Когда мы спустились на последнюю промежуточную площадку, на нас напали.

– Что это? – Успел крикнуть Габриэль, как его опрокинули стремительно скатившиеся по ступеням колеса, покрытые бугристой фиолетовой кожей. С обеих сторон из центра каждого колеса торчали пучки извивающихся щупалец. Габриэл полетел вниз по ступеням и рухнул на площадку с порталом. Я рванулся вслед за ним, но не успел, меня окружили черные кентавры, которые возникали из скалы в виде колышущихся силуэтов сотканных из дымки хаоса. Затем клубы хаоса приобретали материальные формы высоких чёрных существ на четырёх когтистых лапах, представляющих собой гибрид из змееподобного дракона с туловищем демона. Мощными руками они вытягивали из скалы нескончаемую огненную сеть. Держа её в мускулистых руках и нагнув головы, кентавры встали полукругом и, замерев, уставились на меня узкими щелями сверкающих жёлтых глаз. Из средины лба у них торчало по одному длинному и острому рогу, и эти рога были нацелены на меня.

Я активировал алмазный шип в ладони, чтобы распылить их импульсом света. В этот момент сверху на меня спикировало несколько зарпий – мелких драконов с двумя лапами, длинным змеиным хвостом и крыльями, как у летучей мыши. Их шкуру невозможно было разрубить обычным мечом, но не моим Руфаргом. Часть я уничтожил лучом из ладони, но одна из них, ухватилась за рукоять меча и выдернула его из ножен, зацепив когтями попутно и цепь с дисками файярила. Меч был защищён моей магией, поэтому далеко его зарпия не унесла – синее пламя, стекающее с лезвия, обожгло лапы, и она бросила его. Меч упал немного ниже площадки на выступ скалы, наполовину уйдя в камень. Обмотавшись вокруг перекрестья рукояти, с него свисала цепь с дисками. Я перевёл дух: потерять файярил было бы трагедией, этот артефакт, позволяющий свободно перемещаться между мирами, был редчайшей вещью.

Лезвием света я разрезал сеть, накинутую на меня кентаврами, и испарил тех, что стояли рядом. Но появившиеся из клубов хаоса новые демонические существа снова опутали меня сетью. Я кромсал сеть, рассеивал кентавров, но их количество не убывало, а сеть, вытягиваемая из магических недр Подземелья Химер, не кончалась. Я увяз в поединке, словно муха в киселе. Мне сверху было видно, что Габриэл отбивается мечом от стаи зарпий. Аура окутывала его сияющей сферой, а с лезвия меча срывались белые молнии. Огненная аура Габриэла обжигала зарпий, но они атаковали его вновь и вновь. Из спины принца на уровне сердечной чакры выходила белая пульсирующая нить, хорошо видимая в вечных сумерках Хаосата. Она, пронзая все миры, тянулась к Искриору: Габриэл качал энергию из светового фонтана, исторгаемого огненным лотосом, который вырос во тьме из зерна света, посаженного когда-то Мерлисом.

Вторая пульсирующая нить света уходила вдаль от меня. Она была такая же яркая, как и у Габриэла. Я удивился этому: хотя во мне и проявилась древняя кровь файяров, все-таки моя природа была демонической.

Багрово-фиолетовые колеса с метр в диаметре катались вокруг Габриэла, пытаясь схватить его щупальцами, но отдёргивали их от ауры, которая обжигала оросов так же, как и зарпий.

Уничтожая накидываемые сети и кентавров, я никак не мог вырваться из их ловушки. И я понимал, что сюда в любой момент могут нагрянуть те, кто организовал это нападение. К тому же интенсивное расходование Габриэлом силы, качаемой из Искриора, могло ограничить её использование, сила может иссякнуть – слишком далеко мы находились от источника, в самом центре Хаоса. Круглая линза портала засветилась ядовито-зелёным светом, затем ярко вспыхнула. Когда свечение ослабло, я увидел около портала высокую фигуру в одеянии воина-джасра.

Сердце пронзила ледяная игла:

– Исин!

Это мог быть только он! Больше из портала никто не появился.

– Но почему – один?

Свечение портала погасло, и я смог рассмотреть прибывшего. Да, это был Исин! Кто бы сомневался, что он со своим дядюшкой, этим покрытым мохом древности магом, не приложили к происходящему руки. Я перестал сопротивляться и спокойно стоял, размышляя, что делать. Кентавры, накинув очередную сеть, не пытались схватить меня, просто таращились и опасливо повадили рогами. Я им был не нужен: их задача – нейтрализовать меня на время, и подождать, пока остальные расправятся с Габриэлом.

Исин несколько секунд стоял, глядя на меня. На фоне тёмно-синей чешуи его светящиеся, как у горной кошки, глаза, казались серыми полупрозрачными халцедонами, такие глаза были у Харона, перевозчика душ в обитель смерти. Затем он перевёл взгляд на Габриэла в мятущейся огненной вуали, сражающегося с зарпиями и оросами. Оросы – низшие демоны Хаоса, имеющие форму колёс. В центре «обода», в обрамлении щупалец, расположены круглые жёлтые глаза, похожие на совиные. У них толстая бугристая кожа бордово-фиолетового цвета. Оросы обитают вблизи активных вулканов и любят «понежиться» в горячей лаве, вытекающей из жерла.

Подойдя к скале, Исин уставился на мой меч, воткнутый в камень, с намотанной на рукоять золотой цепью с дисками, и истекающий синим пламенем. На верхнем диске светилась багровым огнём руна Хаоса. Взять в руки мой меч он не мог, как не мог это сделать и никто другой: он обжёг бы ему руки. Отвернувшись от меча, Исин выхватил один из заплечных клинков, чьи рукояти торчали за спиной, и, метнувшись к лестнице, взбежал по ступеням. Я вынул из ножен Гиэру, единственное оружие, оставшиеся у меня, и удлинил когти на руках: сдаваться я не собирался. Меч Исина окутался вспышками красных молний.

– А меч-то у него не простой! – Подумал я, с недоумением наблюдая за его действиями.

Вместо того, чтобы наброситься на меня, как я ожидал, он начал рубить клинком стороживших кентавров. Они, видимо не сочтя его за врага, лишь оглянулись при его приближении. После нападения Исина, кентавро-демоны только старались увернуться от ударов меча, не вступая с ним в схватку. После ранения клинком, окутанного ярко-красными сполохами, кентавры превращались в чёрный дым, рассеивающийся в пространстве. Пробившись ко мне, Исин разрубил сковывавшую сеть и, схватив меня за перевязь для меча, с силой толкнул в пробитую между кентаврами брешь.

– Возьми меч! – Крикнул он, сдерживая порывающихся ко мне демонов.

Я не стал себя долго упрашивать и прыгнул вниз на выступ, в котором застрял Руфарг. Набросив на шею цепь с дисками файярила, я выдернул из камня аспидный клинок и помчался к Габриэлу. Сияние его ауры уменьшилось, но он держался. Разрубив мечом парочку подвернувшихся колес и гарпию, я встал рядом с ним и зарычал. Гарпии и колёса в страхе шарахнулись прочь – мой разъярённый вид и смертоносный меч пересилили их желание расправиться с Габриэлом. Интересно, кто им отдал приказ и пустил по нашему следу? Я расслабился, не ожидая нападения в Хаосате. Не теряя времени, я вложил меч в ножны и швырнул под ноги диск с руной хаоса, мгновенно расплывшийся чёрной лужей. Ухватив за ремень Габриэла, я бросился вместе с ним в колодец тьмы.