Черный сокол. Снайпер из будущего
- -
- 100%
- +
«Ну, все, блин! Пропала дача! – расстроился Олег. – Отправит ее братец в какое-нибудь другое измерение».
– Дача принадлежит родителям, – напомнил он брату.
– Так они разрешили! – ответил с довольной ухмылкой Роман.
– Угу, кто бы сомневался! – саркастически усмехнулся Олег. – Чтобы увидеть тебя нобелевским лауреатом, мама и пожар здесь устроить позволит. Да вот только я тебе не мама! Поэтому говорю, как Спаситель Иоанну: Рома, блин! Такие опыты надо проводить в специально отведенных для этого местах!
И тут он вспомнил все, что слышал о большом адронном коллайдере.
– Э-э-э, Рома, а ты точно знаешь, что делаешь? – спросил Олег, пораженный страшной догадкой. – Ты тут ненароком «черную дыру» не устроишь? Слушай, давай как-то без жертв. Тут же до Москвы полсотни километров!
– Да брось, Олег! – отмахнулся Роман. – Ты что, меня совсем тупым считаешь? Параллельные Вселенные и без того между собой связаны чем-то вроде квантовых суперструн. Это как многоэтажный дом. Шахта лифта в нем уже есть. В ней висит трос – бесконечно длинная квантовая струна. Осталось только прицепить к тросу кабину, и поехали!
Младший Горчаков был против испытаний на родительской даче. Жалко ему было такого уютного домика. Тем более что он только что перевез в него свои вещички. А ну как испарятся в результате неудачного эксперимента? Олег был полностью солидарен с Иваном Васильевичем Буншей из известного фильма, который считал, что опыты надо ставить на работе, а дома электрическую энергию надлежит использовать исключительно в мирных целях.
Но, как говорится, кто сам без греха – возьмите камень. Положа руку на сердце, следует признать, что первым начал Олег. Это он выстроил на даче кузницу и мастерскую. И Роман не упустил случая ему об этом напомнить.
– Ну да, – отвечал Олег, – не в квартире же мне этим заниматься!
Он был известным в определенных кругах мастером. К нему часто обращались с заказами на доспехи и оружие. Нередко Горчаков делал что-то и просто так, а потом выставлял на продажу через Интернет.
После длительной дискуссии братья пришли к компромиссу: Олег поможет Роману построить на чердаке «установку для межпространственных перемещений», но испытания начнутся только после того, как он вернется в свою отремонтированную квартиру.
Руки у Горчаковых росли из нужного места, в чем была немалая заслуга их деда. Он был плотником еще той, «старой» школы и застал времена, когда нанимавший мастера хозяин первым делом смотрел на его инструменты. Если ручка у топора такая, как сейчас продают в магазинах, если ножовка тупая, а зубья на ней разведены криво, то такому «специалисту» сразу давали от ворот поворот. Считалось, что если плотник не может сделать себе ручку на топор, чтобы смотрелась как произведение искусства, если не в состоянии изготовить себе рубанок, чтобы любо-дорого было посмотреть и чтоб строгал как положено, то на хрена, простите за выражение, такой «мастер» нужен? Тот, кто не может сработать даже для себя, постороннему человеку такого напортачит!
В общем, поднатаскал дед братьев, и инструментов после него осталось – на бригаду хватит.
Как только уехал разгруженный «КамАЗ», Горчаковы бодро принялись за работу.
Лес поднимали через чердачное окно: раздевшийся до пояса Олег, играя накачанными мышцами, с хеканьем вскидывал длинные бруски и пихал концом в окошко. А обладавший более скромной комплекцией Роман, кряхтя, протаскивал их дальше. Сам он считал себя худощавым, но жилистым. Вот только последнего в присутствии Олега лучше было не говорить. Во избежание лекции о том, как полезно заниматься спортом.
Строительные работы на даче затянулись на неделю. Сначала братья прибили к стропилам горизонтальные балки на разной высоте, потом установили целый лес вертикальных стоек. Дальше Роман вбил в центре пола большой гвоздь, привязал к нему длинный шнур с петлей на конце, в которую вставил карандаш. Получился гигантский циркуль, с помощью которого на стойках сделали разметку. Затем Горчаковы начали крепить к брускам длинные рейки: Олег, как самый здоровый, их гнул, а Роман прибивал.
В конце концов на чердаке появилось полукруглое сооружение, похожее на каркас монгольской юрты. На последнем этапе братья, пыхтя, заволокли наверх два тяжеленных трансформатора, а в заключение обвешали «каркас юрты» открытыми металлическими коробочками с причудливо изогнутыми сетками внутри и опутали паутиной проводов.
– Прямо шедевр в стиле сюр, – объявил Олег, обходя постройку, – хоть сейчас на выставку!
Роман тем временем настраивал установку. Стоя на рейках, как на лестнице, он с помощью лазерной указки нацеливал коробочки, которые именовал излучателями, на белый кружок, нарисованный на полу в том месте, где прежде торчал гвоздь.
– Все, последний, – доложил он, спустившись с самого верха «юрты». – Осталось только рубильник включить, – Роман кивком указал на свежеустановленный электрощит.
– И че будет? – лениво поинтересовался Олег.
– Теоретически сначала должно появиться облако холодной плазмы, – брат говорил таким тоном, будто только что получил Нобелевскую премию и теперь давал интервью. – Потом в этом облаке должно замедлиться время. Как только оно сравняется со временем другой реальности, по границе облака произойдет разрыв пространства, и образуется кабина лифта, о которой я тебе говорил.
– А дальше? Как и куда этот шарик поедет? – Олег бросил изображать из себя «нового русского» на отдыхе и спрашивал уже серьезно.
– Наша реальность просто вытолкнет чужеродный предмет, и он полетит со скоростью… – Роман не придумал, с какой именно, поэтому махнул рукой и закончил: – В общем, почти мгновенное перемещение.
– А дышать этой плазмой можно? – спросил практичный Олег.
– Э-э-э, – Роман немного растерялся. – А черт его знает! – пожал он плечами. – В принципе, ионизированным воздухом можно дышать, но если до такой степени, то не знаю. Кроме того, плазма будет холодной не только по названию, – добавил он. – Излучение начнет срывать электроны с орбит, и пойдет процесс электромагнитного охлаждения. Если отправлять людей, то лучше в скафандрах и с дыхательными приборами. Хотя… – Роман задумчиво поскреб подбородок. – Все это будет быстро, максимум тридцать секунд. Так что, наверное, можно просто задержать дыхание и типа нырнуть. Но о людях говорить еще рано. На первый раз я хочу отправить какой-нибудь предмет.
– Да? И какой же? – задавая этот вопрос, Олег пытался угадать, какую посылку хочет отправить братец в другое измерение. Не угадал!
– А вон, – Роман указал большим пальцем на старый табурет, на который он становился, когда прибивал рейки.
Олег не выдержал и рассмеялся, представив, как кому-то в иной реальности падает на голову появившийся из ниоткуда ободранный табурет.
– Да, – покачал он головой, – посылка что надо! Сразу поймут, что от братьев по разуму!
– Ага, и отволокут в музей, – подхватил Роман, – а вообще, ты прав! Как-то я этот вопрос не продумал.
Глава 5
Олег встал как всегда рано. Надел спортивный костюм, кроссовки и заскочил в баню. Там он поджег дрова, сложенные в печи еще с вечера, и отправился на утреннюю пробежку. Узкие улочки, вдоль которых тянулись бесконечные ряды летних домиков, были пустынны. По дороге Горчакову не попалось ни машин, ни людей. На участках он тоже никого не заметил. Сделав большой круг по дачному поселку, Олег вернулся во двор и первым делом наведался в баню. Там он сунул палец в стоявшую на печи пятиведерную кастрюлю – вода была чуть теплой. Горчаков заглянул в топку и увидел, что сухие сосновые дрова прогорели полностью. Тогда он набросал в печь обрезков, оставшихся после работ на чердаке, натолкал между ними стружек со щепками и поднес спичку. Убедившись, что огонь разгорелся, Олег вышел на улицу и начал разминку.
Закончив зарядку, Горчаков вымылся, побрился и занялся завтраком. Просторная застекленная веранда, занимавшая весь фасад, служила одновременно прихожей и кухней. Олег открыл вентиль газового баллона, зажег горелку и поставил чайник. Пока грелась вода, он нарезал батон, достал из холодильника сыр, масло и в этот момент услышал шум подъехавшей машины. Горчаков посмотрел в окно и увидел остановившийся на улице черный «Лэндкруизер». Ворота на даче были из листового железа, а забор, окружавший участок, – из сетки. Поэтому Олегу хорошо было видно, как из автомобиля вылезли двое незнакомых мужчин и подошли к калитке, которую он запирал, только когда уезжал в город.
Неизвестные вошли во двор как к себе домой.
– Наглые, однако, – пробормотал Горчаков, – или они из «органов»?
Тут его пронзило нехорошее подозрение: уж не для того ли Игорь Петрович просил его подвезти, чтобы посмотреть на номер автомобиля?
Впрочем, на полицейских приехавшие мало походили, скорее на чиновников: оба в темных костюмах и при галстуках, у того, что пониже ростом, в руках коричневый кейс.
– М-да, прямо «люди в черном», – усмехнулся Олег.
Окна были закрыты тюлевыми занавесками, поэтому Горчаков хорошо видел пришельцев, а они его нет. «Интересно, они и в дом зайдут без спроса?» – подумал он. В этот момент в дверь громко постучали.
– Господин Горчаков, – донеслось с той стороны.
«Нет, это точно Игорь Петрович меня сдал, – решил Олег, – вот только кому?»
– Входите! Не заперто! – крикнул он, не приближаясь к двери.
Очень уж нехорошие предчувствия овладели Горчаковым. Открывавшаяся наружу дверь распахнулась, и Олег подобрался, как перед боем.
Вошедший первым мужчина был ниже Горчакова, но зато шире в плечах. По травмированным ушам Олег понял, что перед ним бывший борец, и мысленно сделал для себя пометку. На вид ему было лет тридцать пять. Коротко подстриженные волосы торчали ежиком. Несмотря на то что неизвестный зарос жирком и отрастил живот, Горчаков не обольщался: «Этот мужик очень опасен».
Второй был на полголовы ниже Олега и моложе. Не такой массивный, как его напарник, но тоже видно, что не слабак. Возможно, боксер-легковес или дзюдоист. А еще он вел себя вызывающе нагло: молча подошел к столу, сдвинул тарелки и положил свой кейс.
– Горчаков Олег Иванович? – уточнил старший.
– Он самый.
Олег ждал, что мужчина сейчас представится и полезет в карман за удостоверением. Но тот пожелал сохранить инкогнито.
– Мы к вам по делу, – мрачно сообщил «борец», – наш босс хочет купить у вас бумаги из архива тамплиеров. Здесь, – указал он на кейс, – тридцать тысяч долларов. Цена окончательная.
– А если я скажу, что этого мало? – пожал плечами Горчаков.
– Значит, сделки не будет! – отрезал мужчина. – Но прежде чем отказываться, советую как следует подумать. Цена хорошая. Здесь вам больше никто не даст.
– Здесь, может, и не дадут, – согласился Олег, – а вот в Англии, на международном аукционе, можно и больше выручить.
– А ты уверен, что доедешь до Англии? – «Борец» решил отбросить политесы и перешел на «ты». – Если не продашь бумаги, наш босс очень огорчится, а потом и тебя огорчит. Ищешь приключений на свою задницу?
Приключений Горчаков не искал. Последнее время они сами его находили.
– Нет, мужики, ничего я вам не продам. А огорчение вашего босса я как-нибудь переживу, – дерзко заявил он.
– Ну, как знаешь, – «борец» широко развел руками, типа: хозяин – барин.
Олег все время был начеку и поэтому не попался, когда вроде бы расслабившийся мужчина внезапно и резко ударил.
Горчаков уклонился и тут же пробил ответную серию: правой в печень, свинг левой по скуле – и завершил комбинацию своим коронным хуком справа. Будь мужик полегче, его бы просто унесло. Олег бил с разворотом корпуса, вкладывая в удар вес тела, а это ни много ни мало девяносто восемь килограммов. «Нокаут!» – констатировал Горчаков, когда у бандюгана подогнулись колени и он рухнул лицом вниз.
Олег развернулся ко второму противнику, тот отскочил от стола и полез за пазуху. Горчаков рванулся вперед и успел перехватить руку с пистолетом до того, как мужчина навел на него свое оружие, и тут же без промедления врезал второму бандиту с левой. Оглушительно громыхнул выстрел. В шкафу разлетелась чайная чашка. Не останавливаясь, Олег ударил еще два раза. Мужик отключился. Горчаков подобрал упавший пистолет и сунул себе за пояс. В это время заворочался «борец». Упершись одной рукой в пол, второй он потянулся к наплечной кобуре. Олег метнулся к нему и с ходу «припечатал» по затылку, так что заныла вся кисть. Горчаков зашипел и потряс отбитой рукой.
Перевернув оглушенного противника на спину, Горчаков расстегнул ему пиджак и обнаружил «сбрую» для скрытого ношения оружия. Слева на ней висел пистолет в кобуре, а справа подсумок с двумя магазинами. Олег вытащил «пушку» здоровяка.
– Неслабо вооружились ребята! – прокомментировал он, держа в руке мощный восемнадцатизарядный СПС «Вектор».
За поясом у Горчакова торчал новенький «Грач». Он сокрушенно вздохнул и покачал головой, потому что предпочел бы найти потертые «макарычи» или «ТТ» китайского производства. А тут дело такое: раз «пушки» серьезные, то и парни, что их носят, тоже не из простых.
Звонить в полицию Олегу не хотелось. «Если еще и полиция узнает, какими ценными документами я располагаю, то не станет ли от этого только хуже? – засомневался он. – А не испытать ли мне машину без Романа? – пришла шальная мысль. – И отправить «братьям по разуму» вместо табурета вот этих вот уродов?» А что, – усмехнулся Горчаков, – в убийстве меня не обвинят: нет трупов – нет дела! Да и не буду я их убивать. А если не выживут в другом измерении – ну что ж, бывает».
Олег решил связать незваных гостей и подумать еще. Заодно и позавтракать. «Пока мужики без сознания, надо бы «сбрую» со старшего снять и глянуть: есть ли у второго такая же?» – подумал он и приступил к делу.
Когда Горчаков стаскивал с «борца» пиджак, из внутреннего кармана выпал предмет, который Олег сперва принял за телефон, но, взяв в руки, понял, что это включенная рация.
«А вот теперь я точно попал!» – мысленно простонал Горчаков.
Дело приобретало совсем скверный оборот. Включенная рация означала, что эти двое здесь не одни! Где-то рядом находится их «начальство» с «группой силовой поддержки», которые все слышали, все поняли и уже начали действовать. А учитывая, насколько хватает этой слабенькой рации, можно было не сомневаться: банда сейчас в дачном поселке. А может, и вовсе в соседнем доме!
Разобравшись с кнопками, Олег переключил рацию на прием, но ничего не услышал. Горчаков положил приборчик на пол, быстро снял с бандита ремни с кобурой и надел их сам.
– Ну че, ты его видишь? – заговорила рация, и Олег вздрогнул от неожиданности.
– Нет, он сейчас за дверью, – ответил другой голос, – тут, мля, еще дерево мешает. Могу работать только в узком секторе.
– Короче, как только покажется, вали его сразу! Босс предупреждал, что на него два карабина зарегистрированы. В его квартире сейчас таджики обретаются, значит, оружие здесь. Плюс наши две «пушки». Я дуром под пули лезть не хочу.
– Не ссы, сделаю я его. Не все ж время он за дверью будет стоять. Сейчас пойдет куда-нибудь или в окно выглянет.
От всего услышанного Горчаков сначала присел, а потом залег. «Что делать? Что вообще, черт возьми, здесь происходит? – мысли Олега прыгали испуганными зайцами. – Отставить панику! – приказал он себе. – Все что нужно, это позвонить в полицию и дождаться их приезда». «А приедут они часа через два!» – ехидно подсказал внутренний голос.
Горчаков подполз ко второму бандиту, обшарил и обнаружил у него наплечную кобуру, а с другой стороны подсумок с двумя магазинами. Он вытащил их и сунул в карман. После чего прополз в коридор, закрыл за собой дверь и поднялся на ноги.
Коридор делил домик напополам. Слева располагались две спальни. Справа – одна большая комната. Прямо видна была дверь в чулан, а перед ней приставленная к чердачному люку лестница.
Олег прошел в большую комнату и взял телефон, лежавший на столике у окна, выходившего на соседний участок. Еще два окна смотрели в огород. Через них были видны грядки, дальше шли заросли малины, а в конце участка рос небольшой садик. Внимательно посмотрев в ту сторону, Горчаков заметил прячущихся за деревьями трех мужчин с автоматами.
– М-да, совсем обложили, – констатировал он безрадостный факт.
Олег набрал номер полиции, начал объяснять ситуацию, но тут началась какая-то ерунда. Дежурный устроил ему настоящий допрос. У Горчакова сложилось впечатление, что полицейского интересуют не столько бандиты, сколько он сам. Обозленный, Олег сказал, что у него нет времени отвечать на дурацкие вопросы, потому как вооруженные преступники подбираются к его дому, и дал отбой.
– Да что это за день такой неудачный! – в сердцах воскликнул Горчаков.
Теперь он не сомневался, что прибывшие полицейские сначала арестуют его, а потом уже будут искать бандитов.
А времени оставалось все меньше и меньше. Олег не верил, что ему дадут спокойно дождаться приезда полиции. Преступники не дураки, они не могут не догадаться, куда он будет звонить в первую очередь.
Сейф из квартиры он тащить не стал, поэтому карабины «Тигр» и «Сайга» просто стояли в углу, рядом большая картонная коробка с боеприпасами.
Горчаков покосился на оружие. В принципе, он мог бы шлепнуть прямо сейчас одного или двоих из прятавшихся в саду. «Нет, начинать боевые действия еще рано, – решил Олег, – сначала надо подготовить путь отступления на самый крайний случай. Что там Роман говорил? В параллельной реальности все как у нас, только это наше прошлое? Значит, надо забрать все «железо», в Средние века оно было очень дорогим».
Доспехи и оружие Горчаков делал не только на продажу, часто он работал для себя. Поэтому у него скопился небольшой арсенал.
Приняв решение, Олег бросился собирать вещи. Он выволок на середину комнаты сумку с доспехами, в которых сейчас выступал, быстро зарядил оружие, а оставшиеся патроны ссыпал в нее. Потом сунул в брезентовый баул парадный комплект, состоявший из длинного меча с рукоятью под две руки и узкого кинжала. Пояс, на котором они висели, был изготовлен по образцам четырнадцатого века. Он почти всплошную был покрыт литыми квадратными бляшками из позолоченной латуни. Поясные бляшки, оковка ножен, перекрестья меча и кинжала были выполнены в знаменитом полихромном стиле, представлявшем собой вызывающее сочетание золота и красных гранатовых вставок. В общем, настоящее произведение искусства. «Эх, под такую бы работу да рубины!» – думал Горчаков, когда со всем этим возился. Но денег хватило только на дешевые гранаты.
Еще Олег уложил в сумку саблю типа шамшир из синеватого литого булата со светлыми разводами причудливого узора. Ее черные ножны были украшены серебром и бирюзой. Это был единственный предмет, изготовленный по древним технологиям. Практичный Горчаков отдавал предпочтение высокопрочным легированным сталям.
– Все, сюда хватит, – решил он и метнулся в угол за второй сумкой – точной копией первой, только затасканной и местами потертой до дыр.
В ней лежали доспехи, в которых Горчаков начинал свою спортивную карьеру. К ним он добавил еще кольчугу панцирного плетения, охотничий кортик и шлем польского крылатого гусара. На этом с холодным оружием было окончено.
Олег взялся за ручки и волоком оттащил тяжеленные сумки в коридор к лестнице. Там он взвалил один баул на плечо, взобрался наверх и свалил поклажу у края люка. Не давая себе передышки, покрасневший от напряжения Горчаков отправил на чердак и вторую сумку.
Соскочив с лестницы, он бегом вернулся в комнату.
У Олега возникло ощущение, что отпущенное ему время истекает: сейчас либо очнутся на веранде бандиты, которых он так и не связал, либо что-то предпримут их дружки. Поэтому дальше Горчаков собирался в темпе ошпаренной кошки.
Он вытащил из-под кровати чемодан, большую спортивную сумку, раскрыл их и принялся пихать туда все подряд, не тратя времени на укладку. Стоя у шкафа, Олег просто сгребал вещи на полках и швырял их кучей в стоящий под ногами чемодан. Хватал рубашки и брюки прямо с вешалками, комкал и заталкивал в сумку.
«Мыло, зубную пасту и щетку не забыть, – напомнил он себе. – Еще салфетки и, главное, туалетную бумагу!» От мысли, что ему, быть может, придется пользоваться тем, чем это было принято в Средние века, то есть соломой, Горчакову заранее становилось дурно.
Свои спортивные кубки и медали он тоже решил здесь не оставлять. Тем более что все они были отлиты из серебра высшей пробы. А серебро в Средневековье было самым ходовым средством оплаты. Золотой монеты в то время в Европе почти и не было.
– Да, аптечку не забыть! – спохватился Олег. – Без антибиотиков там полный абзац!
А они, по счастью, у Горчакова имелись.
– Серый, ну че там? – лежавшая на столе рация ожила, когда Горчаков застегивал чемодан.
– Не вижу движения, – ответил снайпер. – Можно пугнуть: очередь по двери и парочку по окнам. Но это ни к чему, он, наверное, уже в доме, мне дверь туда не видна. Слышь, бригадир, пусть Санек с тыла к окнам подберется и глянет. А Колян с Михой пусть его прикрывают.
Олег повесил сумку на плечо, подхватил чемодан и сорвался с места. Пыхтя, добрался до люка и зашвырнул на чердак сначала одно, потом другое. Остались только карабины. Горчаков спрыгнул с лестницы, промчался по коридору и влетел в комнату. Добежав до угла, он схватил похожий на автомат Калашникова карабин «Сайга 12 к»-«Тактика» и в этот момент краем глаза заметил движение: вооруженный человек выскочил из зарослей малины и побежал к домику. Олег вскинул оружие, упер приклад в плечо и выстрелил навскидку прямо сквозь стекло. Грохот двенадцатого калибра в закрытом помещении сильно ударил по ушам. Горчаков поймал на мушку высунувшуюся из-за дерева фигуру, выстрелил второй раз и бросился на пол. Вовремя! По окну ударила длинная очередь. Потом короткая, и одновременно с этим осыпалось стекло во втором окне. Помещение заполнил пронзительный визг пуль.
«Значит, второй раз я промахнулся, – сообразил Олег, – стреляют из двух автоматов».
Он дотянулся до «Тигра» и, держа оба карабина за ремни, быстро выполз из комнаты.
В коридоре Горчаков вскочил на ноги, рванул с места и птицей взлетел на чердак. Он втащил за собой лестницу, закрыл люк и только после этого перевел дух.
Находясь внизу, Олег боялся, что начнут стрелять с другой стороны, пули прошьют тонкие двери и настигнут его в коридоре, но обошлось.
В каркасе установки они с Романом оставили низкий лаз. Затаскивая сумки внутрь машины для перемещений, Олег, выражаясь литературно, клял себя последними словами, а если говорить проще, то крыл матом. Он не хотел никого убивать, все вышло как-то само собой. Наверное, сказалось нервное напряжение. Горчаков был, что называется, «на взводе», а тут враг бросился к дому, и сработали рефлексы.
Олег давно заметил за собой, что в минуты настоящей опасности его сознание переключается на «боевой режим».
Как-то на охоте он ждал кабана с одной стороны, а потом затрещали кусты, и зверь выскочил сбоку. Кабан оказался в десяти шагах от Горчакова – огромный, клыкастый. Олег тогда и подумать ничего не успел, а в голове словно щелкнуло что-то. Тело молниеносно развернулось само, руки без всякой команды вскинули ружье, а палец нажал на курок. Горчаков не выбирал место, куда выстрелить, и не целился, он действовал «на автомате»: одно мгновенье – и тяжелая пуля ударила зверю точно в лоб.
Вот что-то такое произошло и сейчас. Теперь, когда до роковой черты остался один шаг, Олег запоздало сожалел, что повел себя неправильно. Надо было вступить с бандитами в переговоры и отдать им бумаги даром. Жизнь, она дороже.
«Почему я этого не сделал? – удивлялся Горчаков. – Почему не связался с ними по рации?» Ответ был только один – во всем виноват характер. Олег не любил, когда на него давили. «Наезды» выводили его из себя. «Ну вот и доигрался!» – с горечью подумал он.
Сложив сумки в центре пола, под решетчатой полусферой, Горчаков выбрался из установки, и тут ему на глаза попалась деревянная разноска с шурупами, гвоздями и плотницкими инструментами. Такую полезную вещь тоже стоило прихватить. Олег поставил ящик рядом с сумками, и тут со стороны улицы загрохотали выстрелы. Не надо было обладать военными талантами, чтобы догадаться: бандиты пошли на штурм.
«Все! У меня не осталось и минуты! – понял Горчаков. – Терять уже нечего, все мосты сожжены!»
Он побежал к электрощиту, на ходу вынимая телефон. Остановился. Нашел номер Романа. Нажал.
– Ну же, бери быстрее!
– Привет, Олег, – отозвался брат.
– Рома, слушай и не перебивай! – заторопился Горчаков. – Я сейчас на даче, и я влип! Я включу твою машину и попытаюсь уйти. Если сможешь меня потом вытащить – хорошо. Если не получится, значит, не судьба. Родителей успокой. Маме скажи: я сильный и драться умею – не пропаду! На случай, если больше не увидимся, говорю: прощай, Рома, не поминай лихом!