Единственный дракон. Книги 1 и 2

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Вдруг она подняла голову и посмотрела на дверь, за которой скрывался Ардай. Прямо на замочную скважину. Ему на мгновенье показалось даже, что нет никакой двери, а пленница смотрит на него и видит его. Её глаза ярко блестели, наверное, от слез.

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Ардай осторожно отодвинулся. Он был в замешательстве. Что делать? Первый порыв был – попытаться помочь девчонке. Потому что она ему нравилась больше, чем императорский маг. Но тут же разумный внутренний голос возразил – она горная колдунья и её как будто поймали за каким-то неблаговидным занятием. Она проникла сюда обманом, назвавшись чужим именем – это следует из последней реплики мага. Так стоит ли вмешиваться, если непонятно даже, что тут к чему? Наверное, нет. Лучше пока подождать.

Он думал так, рассматривая дверной замок. Замок этот был старый и очень походил на тот, которым в Варге запиралась конюшня, а конюшню Ардай, ещё когда был совсем мальчишкой, без труда отпирал гвоздём. Главное, чтобы гвоздь был достаточно длинный и тонкий.

Будь Ардай в своей обычной одежде, гвоздь искать бы не пришлось. У него на поясе, помимо ножа, всегда есть толстое шило – как у любого наездника, на случай, если придется наскоро починить порванную упряжь. Но пояс, как и остальная одежда, остался дома, точнее, в рушьей башне – там Ардай переодевался в это чучело-дровосека. Он поклялся себе, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах не забудет взять с собой хотя бы нож…

Он опять придвинул глаз к замочной скважине – пленница сидела, низко опустив голову, и – не послышалось? – продолжала бормотать:

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Быть горным колдуном ещё не преступление, вот и отец был женат на горной колдунье.

Так или иначе, придется поискать какой-нибудь инструмент, хоть что угодно, и лучше сейчас, пока нет ни Каюба, ни отшельниц – вдруг придётся ненароком зашуметь. А пленница ни в счет.

Глаза уже мало-мальски привыкли к темноте, все-таки она была не кромешной. Кажется, в коридоре – ничего, никаких шкафов или полок на стенах, но в дальнем углу что-то темнело, и Ардай двинулся туда.

Коридор оканчивался тупиком, а в углу стоял сундук, который, к огромному разочарованию, оказался наполненным старыми пыльными мешками. Ардай разом выгреб все мешки и прошелся пальцами по дну сундука. Ага, вот…

Пальцы нащупали что-то у одной из стенок. Сундук был старый, рассохшийся, это «что-то» застряло между стенкой и дном. Ардай покачал стенку сундука, отчего она угрожающе затрещала, но щель расширилась, и он сумел подцепить ногтем свою находку, а потом, поминая то Провидение, то лесных демонов, вытащил. Что-то металлическое и длинное.

Он вернулся к двери и первым делом заглянул в замочную скважину. В комнате ничего не изменилось, девушка сидела и продолжала бормотать, но теперь она смотрела на дверь. Напряженно смотрела, с ожиданием. Услышала всё-таки шум?

Следовало рассмотреть находку, Ардай поднес её к свету, что шёл от щели под дверью. И разочарованно вздохнул, хотя уже и подозревал нечто подобное. Это была женская шпилька для волос – тонкий витой стержень, увенчанный затейливым листочком. К тому же, кажется, шпилька была золотая – прочность её оставляла желать лучшего. Жаль, что не гвоздь…

Теперь следует дождаться ночи, когда Каюб увезет девушку. Тогда, может, какие-то замки отопрут и появится свобода передвижения. И он сбежит, не в дверь, так в окно. Если даже ворота охраняют и ночью, не бывает заборов, через которые нельзя перебраться. Если замки не отопрут, он попробует пустить в ход шпильку.

Интересно, как отшельницы охраняют свое уединение по ночам? Может быть, спускают собак?

Интересно, а что будет, если Валента поднимет тревогу, и дядя Ильмар явится сюда ещё до наступления темноты?

Ардай и сам понимал, что просто пытается придумать достойный предлог открыть замок прямо сейчас. И оставить в дураках Каюба.

Никто не стал бы рисковать, чтобы непонятно зачем спасти неизвестно что натворившую горную колдунью. Никто не счел бы это хоть сколько-нибудь разумным. Недаром тетка Сарита считает Ардая Эстерела…

Кем там, кстати, она его считает? Околдованным, ненормальным?..

Ардай еще раз заглянул в комнату, послал мысленный привет Сарите и осторожно вставил шпильку в замочную скважину. Сразу же показалось, что замок подался, но нет – шпилька соскользнула. Он попробовал ещё раз, и ещё, пока «инструмент» не погнулся. Ардай выпрямил шпильку и опять принялся за дело.

И замок, наконец, щелкнул. Можно входить.

Ардай задержался на мгновение, чтобы опять заглянуть в замочную скважину, и встретился взглядом с девушкой – конечно, теперь она не сводила глаз с замка. А в остальном всё было по-прежнему. И он приоткрыл дверь и проскользнул в комнату, не забыв, как водится, попросить содействия у Провидения.

Пленница смотрела на него во все глаза и продолжала бормотать:

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Другая дверь, та, через которую в любой момент мог вернуться Каюб, помимо замка имела плохонький засов, Ардай первым делом задвинул его – нелишняя предосторожность. Теперь – отвязывать пленницу, но перед этим он легонько шлепнул пальцем по её губам:

– Хватит, Лиолина, я понял, как тебя зовут. Сотый раз был уже давно.

Она низко опустила голову и виновато пробормотала:

– Я сбилась со счёта.

В другой ситуации это было бы смешно.

– Кто ты? – спохватилась девушка.

– Тебе не всё равно, Лиолина Дьянна? – отмахнулся Ардай, принимаясь за веревку.

Невежливо, конечно, но ничего, если надо будет – они познакомятся.

Узлов было много, сначала Ардай пробовал помогать себе той же шпилькой, однако быстро понял, что этого не требуется и сунул шпильку в карман. У него – сильные пальцы наездника, привычного управлять в небе птицей, а узлы были завязаны слабо и неумело, совершенно точно женщиной. Если бы Ардая так же примотали к стулу, он, пожалуй, скоро освободился бы.

– Сними с меня камень, – попросила Лиолина.

– Что снять? – не понял Ардай, он уже распутывал её ноги.

– Камень, – девушка взглядом показала на круглый камешек, висящий на её шее на шёлковом шнурке. – Больно дышать, не могу больше.

– Дышать больно? – удивился Ардай.

Он снял с шеи пленницы шнурок с камнем, бросил его на стол и закончил свою работу. Потом запоздало спохватился: а почему она сама не могла снять шнурок, руки ведь уже были свободны?

– Руки затекли? Шевелить можешь? – он взял её за запястья, – пошевели. Порядок?

– Да, – Лиолина подвигала пальцами.

Ардай тут же забыл про её руки. Он придвинулся к окну и осторожно, сбоку, посмотрел. Кажется, никого. Он открыл раму и выглянул. Прямо под окном обильно разрослись розовые кусты – неприятно, но ничего. В паре шагов – дорожка, посыпанная песком, но это не для них. Они проберутся через сад, вдоль забора – там дальше есть калитка, запертая изнутри, но вряд ли на замок. Кажется, не стоит медлить.

Он оглянулся на девушку – та по-прежнему сидела на своем стуле.

– Что же ты? Иди сюда, давай выбираться.

– Не могу, – с отчаянием сказала Лиолина. – Помоги мне, пожалуйста.

– Я и собираюсь. Иди сюда!

– Помоги мне встать со стула, и… наверное, тебе придется вынести меня из комнаты.

– Ты не можешь ходить? – и Ардай мысленно помянул всех демонов Приграничья.

Что он тут будет делать с девчонкой, которая не может ходить? И что за нелепость была – привязывать её к стулу?!

– Я могу, – поспешно возразила Лиолина. – Я не могу встать с этого стула и уйти из этой комнаты, потому что маг запретил. Помоги мне выбраться из комнаты, и мы сбежим.

Ардай начал понимать. Она просто не может ослушаться мага, вообще ни в чем. Против воли отвечала на вопросы, имя свое твердила, как заведенная – можно бы и догадаться.

Он рывком поднял девушку со стула.

– Стоишь? Не бойся, я тебя вытащу.

– Только не в окно. Туда! – Лиолина показывала на дверь, через которую Ардай вошел.

– Там нет выхода. Совсем нет, всё заперто.

– Выход есть. Пойдем туда, прошу тебя. Пожалуйста, поверь мне, я знаю тут всё!

Она действительно могла знать. К тому же она – горная колдунья.

– Хорошо, – Ардай поднял девушку на руки.

Она оказалась совсем легкой. Когда он вынес её из комнаты в темный коридор, сразу попросила:

– Не здесь, подальше от двери, пожалуйста.

И он отнес Лиолину в самый конец коридора, туда, где стоял сундук. Она обессилено присела на пол у стены, виновато улыбнулась – Ардай теперь больше слышал её улыбку, чем видел:

– Я отдохну совсем немного, ладно? Мне надо капельку набраться сил. Послушай, ты мог бы сделать ещё кое-что? Пожалуйста, принеси тот камень, что висел у меня на шее. Для тебя это не опасно, не бойся.

– Почему нет…

Он вернулся в комнату и взял камень. Пальцы вдруг укололо острой болью. Ничего себе… Пришлось положить камень обратно и поднять за шнурок. Так боли не было.

Лиолина всё так же сидела у стены.

– Не сбежала ещё без меня через свой потайной ход? – неловко пошутил он.

Она не стала отвечать. Камень не взяла, вместо этого попросила:

– Пусть пока будет у тебя. Потом я его заберу, поменяю на что-нибудь ценное, будешь доволен. Главное – не оставлять тут.

– Что это такое? Почему он причиняет тебе боль? – спросил Ардай.

– Не беспокойся. Для тебя он безвреден, это мне нельзя к нему прикасаться.

Ардай чуть не сказал ей, что ему тоже больно. Однако не сказал. Осторожно опустил странный амулет в карман – вроде ничего…

Вдруг они услышали звуки из комнаты – сначала щёлканье ключа в замке, потом – удар по запертой на засов двери.

Лиолина в мгновение вскочила на ноги и схватила Ардая за руку:

– Пошли.

Она сказала что-то непонятное, и устремилась прямо к стене… нет, в стену. Сквозь нее. Это было, пожалуй, просто немного щекотно. Ардай и опомниться не успел, как стоял за забором обители отшельниц, неподалеку от колодца, у которого они с Валентой встретили Сариту.

– Идем отсюда, – Лиолина тянула его за руку.

Они перебежали на другую сторону улицы – там стояли дома, окруженные палисадниками, небогатые дома, где нет кучи слуг. Ардай перемахнул через низкую калитку, открыл задвижку и втащил Лиолину внутрь, она пыталась спорить, но он не слушал – из-за забора уже выбежал стражник, скоро появятся другие.

Ардай с Лиолиной пронеслись через маленький сад, перебежали задний двор, увидев распахнутую калитку в соседний двор, устремились туда и опять оказались в чьём-то саду. Сзади уже доносился шум, впереди – опять калитка, за ней мощеный двор, и вдруг…

На невысокой, по пояс, башенке посреди двора сидел осёдланный рух. Сидел и дожидался своего наездника. Птица не была привязана.

Ардай принял решение в одну секунду. Рискованное, конечно, решение – от чужого руха можно ждать любых неожиданностей. Но Эстерелы – хорошие наездники, так что и на этот раз, наверное, всё получится.

– Быстрее, – он подсадил девушку на башенку, и через секунду сам уже был в седле, – быстрее, садись сзади!

Если она сейчас забоится, начнет медлить, всё пропало. Но нет, Лиолина без колебаний села позади него. Теперь главное – совладать с птицей, чтобы не начала капризничать, почувствовала власть того, кто в седле, несколько мгновений решали всё – рух или поднимется, или начнет кружить по двору и сбрасывать нежеланных седоков. И, конечно, примчится хозяин.

Рух пронзительно крикнул, хлопнул крыльями, и взлетел. Взлетел почти свечой, сильно, стремительно – хорошая птица. По двору уже кто-то бегал и кричал, а они летели – над улицей кузнецов, над рынком, над мостом через Эль. Подняться бы повыше и посмотреть, что там делается в обители и возле нее. Но это ненужный риск. Если магу станет помогать стража на рухах, беглецам не поздоровится, надо быстрее улететь подальше и сесть, и затеряться где-нибудь в шумном месте.

Башни у ратуши? Там все смотрители помнят Ардая в лицо, узнают и разрисованного…

Он перелетел дальше, к Южным воротам, посадил птицу на одну из общественных башен у рынка.

– Все будет хорошо, – сказал он Лиолине. – Вот увидишь. Знаешь, чей это рух? Господина главного стражника, – это он рассмотрел, наконец, бляхи на птице.

У девушки блестели глаза. Она довольно рассмеялась.

– Знаешь, я сейчас первый раз так летала.

– Первый? – Ардай удивился. – Очень хорошо для первого раза.

Лишь сейчас он понял, что не только не подумал пристегнуться сам, но и не накинул ремень на девушку. Хорошо, что обошлось.

Не удержался и добавил:

– Это еще не полет. Мы могли бы полетать… знаешь, как? – и он бросил взгляд на далекие облака.

– Рух может?.. – Лиолина проследила за его взглядом.

– Рух многое может. Если наездник не боится.

И тут же он подумал – глупости. Никогда больше не придётся ему летать с Лиолиной Дьянной. И очень хорошо, наверное, что не придётся.

Он оглядел небо вокруг – не видно ли других птиц.

– Тебе пора, – сказал он руху начальника стражи, – улетай, – и подтолкнул его к краю площадки.

Птица затрясла лохматой головой и недовольно заклекотала.

– Лети-лети, лети домой. Ты хорошая птица, лети, – Ардай толкнул сильнее.

Если рух приучен не взлетать без наездника, то это плохо. Не хотелось бы оставлять его здесь – ведь придется показаться на глаза смотрителю, который может запомнить обоих, а потом, конечно, узнает, чей рух без наездника сидит на его башне. Значит, придется оставить девушку здесь, а самому улететь, и посадить руха где-нибудь внизу…

– Отойди, – попросила Лиолина.

Когда Ардай отступил на пару шагов, она «слепила» из воздуха воображаемый шарик и «бросила» его под ноги руху. Птица шарахнулась к краю площадки, чуть не упала вниз, забила крыльями, и – взлетела.

– Все забываю, что ты колдунья, – усмехнулся Ардай.

– Да не такая уж я колдунья, – девушка опустила глаза. – лучше уходи сейчас, тебе пора. Я задержусь ненадолго.

– Тебе надо переодеться, это платье приметное, заметил он. – Как считаешь, стража будет искать тебя по всему городу?

– Непременно будет, – кивнула Лиолина, – но не беспокойся. Ты и так слишком помог мне.

– А, ну да. Ты же можешь ходить сквозь стены.

– Точно. А теперь иди. Сам говоришь, мне надо переодеться.

– Я как раз думаю, где по-быстрому раздобыть тебе другую одёжку. Или ты носишь её в рукаве?

– Почти угадал, – Лиолина улыбнулась. – Хотелось бы знать, как тебя зовут, но больше не буду спрашивать. Я понимаю, почему ты скрываешь свое имя. Боишься, что выболтаю его магу, если попаду к нему опять.

– Правильно, – согласился Ардай. – Но лучше не попадайся. Что ж, прощай, горная колдунья, мира и добра тебе.

Он хотел еще спросить её про Эйду, но передумал. По той же причине – поосторожничал.

– Прощай, – вздохнула девушка. – Спасибо. И тебе добра. Сохрани камешек, хорошо? Мы ещё увидимся, я щедро расплачусь.

– Посмотрим, колдунья, – в глазах Ардая заплясали демонята – Я сомневаюсь, что мы увидимся, но всё в руках Провидения.

Он ведь спас Лиолину Дьянну, как ни крути. Какая награда, согласно песням, полагается спасителю?

Он быстро притянул девушку к себе и поцеловал – та и опомниться не успела. А когда спохватилась и попыталась вырваться, он тут же отпустил.

– Это и будет мне подарком от тебя, Лиолина Дьянна…

И он сразу ушел, а она осталась в башне.

Целовать горную колдунью – ничего себе…

Хотя, что в этом особенного, если родной отец был даже женат на одной такой?

– Друг высадил меня здесь и улетел, – сказал он смотрителю башни и отдал ему пятнадцать дирремов, заработанных колкой дров.

По дороге домой Ардай спустился к реке и умылся, вернув лицу прежние краски, а потом ему удалось без ненужных свидетелей пробраться в башню и переодеться, став самим собой целиком и полностью. При виде Валенты он лишь рукой махнул – всё напрасно, дескать. И при этом не соврал, так и есть – чего хотел не получил. Придется узнавать про Эйду как-нибудь иначе. А неприятности этого дня как-то поразительно быстро стерлись и потускнели, казались забавным приключением, имевшим достойное завершение – он поцеловал девчонку, умеюшую ходить сквозь стены. Когда-нибудь, пожалуй, он расскажет всё это Валенте, а она, чего доброго, решит, что половину он придумал.

О чем переживать, если всё закончилось хорошо?

Увидев его ладони, Валента ужаснулась и раздобыла у тетушки Мизины мазь, от которой болячки затягивало прямо на глазах. И стало еще лучше. А на официальный бал – как же это он забыл – и так положено надевать перчатки…