Фонарь

Ночь была длинной, они спали, прижавшись друг к другу, выставив одного дежурного, который менялся примерно раз в час, чтобы поддерживать огонь, греть сковороды и воду, и греться самому. Температура на улице вновь опустилась до 37, а в комнате, к восходу солнца удалось поднять ее до минус десяти. Почти жара.

Наступило утро. Товарищи по несчастью выпили по кружке горячей кипяченой воды, сходили в туалет, на этом все сборы были окончены, пришло время выступать. В который уже раз тихонько лязгнула цепочка и скрипнула входная дверь. Илья сжимал в руке нож, найденный на кухне, он шел первым, дверь в квартиру на четвертом этаже была открыта, хотя Чернов точно помнил, что вчера аккуратно прикрыл ее за собой. Идти было страшно, до дрожи в коленях, оставалось надеяться только на то, что серая тварь открыла дверь и ушла из подъезда, а не открыла дверь и затаилась где-то в этой квартире или на других этажах. Спускались медленно, один за другим, сзади громким шепотом не переставала молиться Наталья, Илья дважды гневно поворачивался, корчил ей страшные рожи и прикладывал указательный палец к губам, но это не помогало. Несмотря на это постоянное бормотание, тяжелое дыхание и скрип снега под ногами они без приключений покинули подъезд и двор.

– Ну все – облегченно выдохнул Илья – Теперь только вперед, за сегодня должны дойти. Только давайте кто-нибудь другой, теперь идет первым, я за вчера вымотался весь.

Первым вызвался идти Александр. Сегодня они шли медленнее чем вчера, но пройдя всего шесть или семь дворов, окруженных пятиэтажками, вышли на открытое пространство. До самой котельной, или чем бы там ни было это здание, больше не было ни одного строения, только снежная равнина. Рядом с этой постройкой, уходила в верх огромная труба, высота ее была не менее ста восьмидесяти метров, само строение тоже оказалось невероятных размеров, не ниже пятидесяти метров в высь, в самой высокой части и не менее трехсот метров в длину, а то и более. Но самое главное, что увидел Илья, что из трубы действительно вьется дымок.

– Ну что последний рывок – подбодрил он своих товарищей, которые с тревогой и надеждой смотрели вперед. Идти по открытом пространству было тяжелее, глубина снега доходила до бедра, и за час, они все измотались и устали, не пройдя и километра. Громада сооружения приближалась предательски медленно, и Илья даже начал подозревать, что они не успеют добраться туда до темноты.

– Смотрите – крикнула Лариса, вытягивая указательный палец вперед, строй остановился и поднял глаза. Что-то двигалось в их сторону, разбрасывая вокруг себя брызги снега, судя по дымящей вверх трубе это был какой-то трактор.

– Ой, господи – снова взмолилась Наташа – Хоть бы люди. Хоть бы наши.

– Подождем, посмотрим.

– Ножи только и топор не доставайте – предусмотрительно подсказал подполковник.

Трактор медленно, но неумолимо приближался. Смешно и грустно будет – подумал Илья – Если он сейчас подъедет, с него выпрыгнут автоматчики и всех расстреляют. Он обернулся, до ближайшего дома, заметенного снегом почти по третий этаж, было слишком далеко, да и ни сил, ни желания убегать уже не оставалось. Будь, что будет.

Вскоре стал слышен металлический лязг, трактор судя по всему был на гусеничном ходу. Товарищи по несчастью сбились в одну плотную кучку, когда, грохоча траками и обдав их волной снега трактор остановился в нескольких метрах от них. Стало понятно, что никакой это не трактор, а огромных размеров невиданный никем из них раньше вездеход. Верхняя часть гусеничной ленты, была в один уровень с козырьком военной кепки подполковника Ковалева, которую он нацепил взамен шапки ушанки, когда вездеход еще только приближался к ним. А подполковник был самым высоким в их группе, на пару сантиметров превосходя большую Наталью. Над гусеницами находилась платформа, обнесенная металлическими перилами на которою в свою очередь была установлена желтая кабина, очень похожая на кабину трактора К-700 «Кировец», только значительно крупнее ее по размеру, позади кабины располагался зеленый вагончик с четырьмя квадратными окнами на борту и закопченной стальной трубой, закрепленной у переднего торца этого, по всей видимости пассажирского помещения, из которой валил густой черный дым.

Где-то с минуту ничего не происходило, потом дверь кабины отварилась и на платформу вышел мужчина с густой черной бородой, одетый в какую-то меховую одежду из блестящей на солнце темной шерсти и объемную меховую шапку. На груди и бедрах поверх меха были закреплены металлические пластины, напоминавшие какой-то средневековый доспех, на поясе, в расписных ножнах болтался длинный кинжал. Мужчина сверху вниз оглядел группу и строгим гортанным голосом произнёс:

– В задней части снегохода, есть трап. Поднимайтесь. Заходите в вагон. Рассаживайтесь. Ждите, отвезем вас на Базу.

Говорил он медленно, тщательно выговаривая каждую букву, как говорят с глухими или иностранцами, затем не дожидаясь ответа он забрался в желтую кабину.

Никаких уговоров не требовалось, и ребята бросились к задней части, неведомого транспортного средства, которое мужчина назвал снегоходом. С платформы действительно спускалась стальная лестница, недостающая метр до земли. Подсадив Ларису и (с трудом) Наташу, мужики по очереди поднялись на верх, прошли в вагончик и заняли места на железных лавочках с покрытыми, такой же темно коричневой шерстью, как и одежда встретившего их человека, сиденьями.

В передней части вагончика открылась дверь, в которую выглянул молодой усатый парень в кожаных штанах и с голым торсом. Его лицо и мускулистое тело были испачканы сажей, он пересчитал находящихся в вагончике, удивленных людей, указывая на каждого, указательным пальцем, весело улыбнулся и захлопнул дверь. Через мгновение двигатель вездехода взревел, и машина резко дернулась с места.

Ехали достаточно долго, Илья подумал о том, что на своих двоих они бы точно не успели до темноты. Из-за громкого лязга гусениц, разговаривать было невозможно, и Чернов просто смотрел на лица своих товарищей. Легкая тревога читалась почти на каждом, за исключением лица Ларисы, ей похоже казалось, что все уже позади, их спасли и вскоре отправят домой. Необычное транспортное средство и главное необычный внешний вид водителя, не внушили ей никакого недоверия, в отличии от Ильи и остальных мужиков. Но думать о возможных будущих проблемах и бедах именно сейчас совсем не хотелось, а хотелось лишь наслаждаться блаженным теплом, царившим в вагончике, после полутора суток постоянного мороза, это тепло казалось высшим наслаждением.

И вот наконец, вездеход въехал в тень грандиозного строения, а еще через несколько минут в окнах появились створки огромных ворот, и они въехали в полумрак. Машина остановилась, лязг прекратился.

– Момент истины – удрученно произнес Артем, выглядел он как-то печально. Громко хлопнула дверца кабины, а через несколько секунд раскрылась дверь вагончика.

– Выходите – по лицу мужчины с бородой, Илья попытался определить свою будущую судьбу, но оно было непроницаемым – Cпускайтесь вниз.

Первой полезла вниз Наташа, на последней ступеньке она остановилась и начала оглядываться, прыгать с метровой высоты на бетонный пол ей явно не хотелось.

– Мужчина, помогите что-ли, что ж вы стоите? – обратилась она к человеку стоявшему в паре метров от трапа. Человек одетый примерно так же, как и бородатый, который их встретил, только без металлических доспехов, удивленно уставился на нее, но не сделал даже и попытки помочь, бедной женщине. Александр спускавшийся следом, перелез на внутреннюю сторону лестницы, повис на руках и спрыгнул, а затем помог спуститься Наталье.

– Отведи их к председателю – сказал бородатый ожидающему внизу человеку, когда вся компания спустилась на твердый, щербатый бетон.

– Пойдем – махнул рукой молодой на вид парень. Друзья послушно поплелись вслед за ним, пересекли это помещение, которое выглядело как гараж, судя по большому количеству припаркованной в нем различной технике. Вездеходы, трактора и экскаваторы, какие-то вагоны, объединяло их только одно, огромные совсем не привычные взгляду размеры, тот на котором их сюда привезли выглядел одним из самым маленьких. Разноцветные кабины, трапы – лестницы ведущие к ним, траки, гусеницы, железные колеса размером со среднего человека и трубы, трубы, трубы. Помещение было огромным, но освещалось подвешенными в вышине редкими электрическими лампами, святящими темно-желтым светом.

– Куда вы нас ведете? – спросил Ковалев – Я подполковник Российской армии, между прочим.

Мужик в шерстяной одежде, посмотрел на него ошарашенным взглядом, усмехнулся и ответил, пожав плечами: – к Председателю. Водитель сказал же, не слышал что-ли?

Они вышли из гаража, через неприметную серую дверь, прошли по короткому коридору и вошли в следующее помещение. Огромное пространство, стены которого уходили куда-то ввысь так, что потолка было почти не видно. Спереди, слева и справа от его центра, были установлены огромные котлы, дверца правого из них сейчас была раскрыта и несколько полуголых мужиков длинными лопатами забрасывали уголь в топку. Уголь был сложен в большие кучи у каждого котла, а в центре помещения высилась даже не куча, а можно сказать гора угля. Между этими кучами, весело смеясь, бегали дети, все чумазые от угольной пыли. Вообще в этом помещение было полно людей, в основном женщин и пожилых, они шли куда-то по своим делам или просто стояли и беседовали, до тех пор, пока не замечали вновь прибывших гостей. Тогда разговоры смолкали, уступая место любопытным, но к счастью и облегчению, не враждебным взглядам.

– Пойдем – снова махнул рукой их провожатый. Они послушно пошли за ним, налево от входа до самой стены, где начиналась металлическая лестница, крепившаяся к этой бетонной стене. Они то поднимались вверх, то шли по прямой по пролетам, скудно освещенным электрическими лампами, оставляя за собой двери и коридоры, уводившие в глубь бетонной конструкции, пока не поднялись практически под самый потолок. Наталья окончательно выдохлась и громко требовала не торопиться и пощадить ее больное сердце, да и сам Илья сильно запыхался, к тому же страх высоты заставлял его держаться подальше от не надежных на вид перил лишая дополнительной опоры, остальных этот подъем утомил не меньше. Только проводник их выглядел невозмутимо и кажется даже не сбил дыхание. Наконец, на самой последней площадке, почти у самого потолка этого грандиозного строения, они свернули в узкий коридорчик, прошли мимо нескольких закрытых помещений и остановились на против массивной металлической двери, на табличке рядом с которой было выведено через трафарет черной краской: Председатель. Проводник громко постучал кулаком и после приглушенного ответа – Заводи – дернул ручку и открыл, перед не успевшими как следует отдышаться гостями, дверь.

Глава 4.

Они вошли в кабинет председателя, казавшийся после помещения с котлами и гаражом просто маленькой каморкой с бетонным потолком высотой не более двух метров. Кабинет освещался несколькими настенными лампами, светившими все тем же темно-желтым светом. Выкрашенные в зеленый цвет стены были увешены различными картами и грамотами, в дальнем конце кабинета, перед двумя шкафами, за большим железным столом, накрытым зеленой материей, восседал председатель. Мужчина плотного телосложения, с тронутыми сединой усами, широкими скулами и карими глазами, одет он был в кожаный черный костюм, а голову его украшало, что-то среднее между меховой шапкой и железной короной. Справа от председателя, подпирая потолок, стоял высокий, широкоплечий охранник в таком же кожаном костюме, поверх которого были одеты доспехи, похожие на те что были у водителя снегохода, только более качественные на вид, на грудной пластине даже был какой-то узор в форме толи цветов, толи каких-то животных. Но больше всего поражало то, что он держал в своих больших руках. Направленный в пол огромный арбалет с натянутой струной и толстой, в два сантиметра шириной, остро заточенной стальной стрелой, напоминающей кусок арматуры. От массивной рукояти этого оружия времен средневековья, отходил гибкий, сантиметровой толщины шланг, которой другим своим концом крепился к стальным баллонам, торчавшим из-за спины охранника и держащимся на нем благодаря толстым кожаным лямкам. Доспехи, оружие, баллоны и даже шланги, все было черного цвета.

– Рад приветствовать вас на Крайней Северной Базе – не вставая из-за стола начал председатель – Я Председатель Балтемир, а это – он указал пальцем на здоровенного охранника – Ефрейтор Канлетор. Я знаю, что вы сейчас немного в шоке, не понимаете, что происходит и у вас многое множество вопросов, я готов ответить на все. Но, что бы не было шума и гама, выберите одного от вас, кто будет спрашивать, я не люблю, когда со всех сторон летят голоса и забивают уши – речь председателя звучала как-то странно, хотя он говорил на явном русском языке.

Илья сделал шаг вперед, на долю секунды опередив пытавшегося сделать также подполковника, последний кинул на него озлобленный взгляд, но Илья не обратил на это никакого внимания.

– Вопросов конечно миллион – начал он – Для начала хочу поблагодарить вас за гостеприимство, за спасение, что дали нам шанс согреться. Спасибо – Чернов слегка наклонил голову – Хотелось бы знать где мы, что мы тут делаем и как тут оказались?

– Как я уже сказал – терпеливо повторил председатель – Вы на Крайней Северной Базе, северном аванпосте нашей Великой страны, именем короля и величием наших ученых вы все рекрутированы в войска нашей бескрайней страны.

Дальше случилось то, что так не любил председатель, а именно шум и гвалт.

– Что мы? Вы охренели?

– В смысле?

– Я женщина вообще-то.

– Я давал присягу служить своей родине, а не кому-то там!

– Я дома то от армии косил.

– Как вы смеете?

– Я уже служил!

И прочие выражения праведного гнева, которые были высказаны одновременно всеми. Лариса закрыла лицо руками и зарыдала, до нее возможно только сейчас дошло, что в ближайшее время домой к мужу она не попадет. Шум стоял неописуемый и ефрейтор Канлетор даже поднял на всякий случай арбалет и направил его на кричащих людей. А председатель, с немного испуганным и очень недовольным, такой реакцией лицом примирительно поднял руки и громко крикнул – Тише, тише. Вы же можете и отказаться. Не прям так уж и воевать вы сразу поедете.

Шум сразу стих.

– Я готов ответить на вопросы. Пусть говорит один или я окончу этот разговор – добавил Балтемир.

– Давайте сначала и по порядку – облизнув пересохшие губы начал Илья – Рекрутированы кем? Вы кто вообще, я имею в виду какая страна, область, республика? – он краем глаза видел висевшую справа на стене странную карту и горел сильным желанием отвернуться от председателя и внимательно ее рассмотреть.

– Вот это разговор по делу– председатель выглядел весьма довольным – Мы Великая страна Тартария. Ваша и наша страна в некотором роде родственники. Когда – то очень давно, мы были одним целым, но потом миры разделились и каждый пошел своим путем. Но основа у нас одна.

– То есть мы сейчас в другом мире, другой реальности? – с легкой усмешкой на губах, спросил Илья.

– Абсолютно верно. Наш народ после разделения миров долго кочевал и … Чернов не выдержал и повернулся к карте. Председатель не обратил на это внимания и продолжил свой исторический экскурс.

Это была большая, на пол стены карта. Карта северной части Евразии, Илья бегло осмотрел ее, но не увидел никаких крупных географических различий с привычной нам всеми картой земли. Зато сразу увидел Тартарию, она находилась прямо напротив его глаз. Закрашенная светло-коричневым, подписанная большими черными буквами. Страна занимала территорию Таймырского полуострова и территории южней него, вплоть до реки Нижняя Тунгуска, с запада ограничивалась рекой Енисей (на карте было написано Энисей), граница на востоке примерно совпадала с административной границей нашего Красноярского края и республики Саха(Якутия). Большой звездочкой и золотистой надписью была отмечена Крайняя Северная База, на западе Таймыра не далеко от Северного Ледовитого океана. Еще одной большой звездой была отмечена, по всей видимости столица, которая называлась Старший Город и находилась она на самом юге страны на правом берегу Нижней Тунгуски. Остальные города или населенные пункты были отмечены звездочками по меньше, почти все они располагались по берегам этих двух крупнейших рек, а восток и северо-восток страны были практически не заселены. По западному берегу реки Энисей, Тартария граничила со страной закрашенной светло-зеленым цветом, темно-зеленые буквы гласили: Страна вонючих псов и в скобках (Эмал – Тазы). Ни с кем другим эти две страны больше не граничили, вообще большая часть территории на карте была закрашена белым и являлась скорее всего ничейной землей. Ради любопытства Илья сдвинулся вправо, нашел на карте то место, где должен был находиться его Хабаровск, место было – города отмечено не было, никаких государств поблизости, все белым бело, вот только вместо названия реки Амур, в этом мире было написано Зея. Чернов снова сдвинулся влево, чтобы кое-что проверить и действительно, вместо Оби в Северный Ледовитый океан впадал Иртыш, а в Каспийское море впадала Кама. – Мир географической справедливости – подумал Илья и снова повернулся к столу председателя.

…И тогда наши великие ученые, во главе с выдающимся Знамиром Махлетором изобрели машину для рекрутирования наших братьев из вашего мира и вот таким образом вы и присоединились к нам. – Председатель замолчал, явно дольный собой и своей речью.

– Вы говорили, что мы можем отказаться от рекрути… рек… в общем от службы в вашей армии? – спросил Илья, ничуть не расстроенный тем, что пропустил мимо ушей большую часть исторической лекции.

– Да это так – он переглянулся со своим охранником – Правда вам тогда нельзя будет оставаться на нашей базе – ухмыльнулся Балтемир, и быстро добавил – К большому нашему сожалению. Таковы законы. Закон – холод, но он закон.

– Мы хотим вернуться домой, в наш мир. Это можно устроить? – внутренне предчувствуя отрицательный ответ, спросил Чернов.

– Нууу я думаю да, можно – еще более ехидно ухмыльнулся председатель – Вам нужно будет обратиться к ученым, к Знамиру Махлетору. Он живет в столице, в Старшем Городе, я думаю он вам сможет помочь с этим вопросом. Он поистине умен и почти все могуч.

– Но отправить вы нас туда не сможете? – непонятная злость начинала закипать у Ильи в груди и нотки металла появились в его голосе.

Председатель бросил еще один взгляд на ефрейтора, почесал за ухом и произнес – Ну-у, мы-ы, можем отправить вас вместе с караваном в Южное Пастбище, а там вы уже как-нибудь сами. Караван выходит через три дня, как раз у вас будет время все тепло обдумать. Нам бы хотелось, чтобы вы остались с нами, люди нам всегда нужны и поверьте мне остаться служить здесь это большая удача. Столь важный участок нашей, столь и спокойный.

– Спасибо, за гостеприимство, но …

– Как по-вашему я буду воевать? – бесцеремонно перебила Илью, только пришедшая в себя от долгого подъема по лестнице Наталья – Я пожилая женщина, я полная, у меня давление…

– Вы конкретно можете работать, например, поваром, у нас. – Балтемир широко улыбнулся – Никаких боевых действий, здесь на Крайней Северной Базе не ведется, поэтому подумайте тепло об этом. А сейчас все свободны, у меня много дел, а вам все обдумать – он дернул за что-то под столом и за дверью зазвонил колокольчик, дверь отворилась, за нее стоял их давешний проводник.

– Призывник – обратился председатель к нему – Отведи наших гостей в, м-м-м… – он заглянул в раскрытый журнал, лежащий перед ним на столе – Да, в триста семнадцатую. И отправь к ним Валериймира.

– Пойдем – махнув рукой позвал проводник, и обескураженные, они, не сказав даже до свиданья, покинули кабинет председателя.

– Че он там за пургу нес? – Иван схватил Илью под руку, едва они вышли в узкий коридор – Как мне в Читу обратно попасть?

Глава 5.

Спустившись по лестницам, до уровня третьего этажа, они снова свернули в коридорчик, прошли мимо нескольких железных дверей, и остановились у входа комнаты номер триста семнадцать, проводник открыл дверь и впустил их внутрь. Весь проделанный путь Илья не мог собрать мысли, абсурдность происходящего резко контрастировала с реальными ощущениями: стена оставалась все такой же реально бетонной, что на вид, что на ощупь, металлические перила были все также металлическими, угольная пыль летала в воздухе и в то же время, только что разодетый в меха и железо мужик сообщил им, что их выдернули из их мира для участия в какой-то непонятной войне.

Пять двухъярусных коек, металлический стол и две лавки вокруг него, один большой шкаф, зеленые стены и большая карта на стене справа, такая же как в кабинете председателя, составляли всю обстановку комнаты.

– Ждите, скоро к вам зайдет Валериймир – произнес проводник и начал закрывать дверь.

– Подождите – взмолилась Лариса – Где у вас туалет?

– Прямо по коридору, последняя дверь, пойдем покажу.

Наталья ушла вслед за девушкой, мужики уселись за стол, а Илья снова принялся изучать карту на стене, в детстве у него был маленький атлас мира, такой в розовой обложке, и он часто проводил время листая его страницы, наверное, с тех самых пор он и полюбил различные карты. В комнате было очень тепло, даже жарковато, и это радовало на данный момент больше всего.

– Ну, что – хлопнув ладонью по столу произнес подполковник Ковалев – Я думаю все просто, едем с ихним обозом до этого Южного Стойбища или как оно там? А оттуда уже махнем до их столицы, найдем ученого и заставим его вернуть нас домой, я не думаю, что кто-то в серьез рассматривает вариант быть рекрутированным и остаться здесь.

– Конечно, вообще охренели, без нашего спроса, получается похитили просто нас, не хрен тут делать, у меня двое детей дома и жена, какого хрена мне тут делать, воевать не понятно за кого, за что, почему, с кем? – поддержал Игоря Александр.

– Рамсы по путали.

– Понятно, что оставаться тут мы не будем – Илья оторвался от карты, созерцание которой его успокаивало – Только не все так просто. Если верить масштабу на этой карте, то Южное пастбище, куда нас отвезут с караваном, находиться всего на тридцать километров южнее нас. Плюс, минус. А до столицы оттуда по прямой, не меньше тысячи километров.

– Ай, да там видно будет, не дрейфь, что-нибудь придумаем – попытался успокоить всех, и, наверное, в первую очередь себя подполковник – Там еще на какой-нибудь транспорт пересядем.

Вернулись женщины и по просьбе Ларисы, все дружно затеяли перестановку, поставили шкаф торцом к стене, с одной его стороны поставили одну двухъярусную кровать, для Ларисы и Натальи, а с другой в ряд уместили три других, для мужской части населения комнаты.

Вскоре в дверь постучали, Дмитрий приоткрыл и затем распахнул ее настежь, в комнату внесли большой самовар. Человек поставил его на центр стола, достал из заплечного мешка длинные кусочки, очень похожие на сушенное или копчёное мясо и тарелку с чем-то похожим на овсяное печенье. Затем человек сделал несколько шагов от стола, он заметно нервничал и глаза его были на мокром месте, он часто моргал, пытаясь сдержать слезы. Одет он был достаточно комично, потрепанные светло-коричневые вельветовые брюки, сильно расклешенные к низу, ботинки со сбитыми носками и бледно-желтая рубашка с широкими рукавами и большим воротником, образ дополняла копна, когда-то светло русых, а сейчас уже с проседью волос и почти седые усы.

– Я – мужчина запнулся и крепко сжал глаза и губы – Товарищи. Я понимаю, что вы сильно устали и измучились, но прошу уделить мне не много времени. Я Валериймир, точнее Валера. Я такой же как вы. Я рекрут. Я из Подольска – мужчина всхлипнул, но тут же взял себя в руки – Я тут давно уже и с тех пор не видел земляков, пожалуйста, расскажите мне как там родина? Никого из Подмосковья нет? Как там дела? – вопросы полились у него изо рта, а слезы радости из глаз – Что нового там? Я постоянно думаю об всем этом. Уже, наверное, и Марс покорили? Как вообще там наш Союз? Расскажите хоть в двух словах, и я на сегодня отстану от вас.

Все находящиеся в комнате удивленно переглянулись, а Ваня заржал.

– Валерий, если это не глупый розыгрыш, и вы сейчас не шутите, то вам тогда лучше присесть – мягко сказала Лариса.

Друзья взяли из шкафа железные кружки разлили по ним очень вкусного травяного чаю из самовара, пили и ели местные угощения. Каждый понемногу рассказывал, что-то казавшееся ему важным. Илья даже поспорил немного с подполковником и Наташей о причинах развала союза. Валера всех внимательно слушал, но казалось, что он не очень верит в рассказанное, особенно о событиях прошлого года, вид его был не много потерянным и расстроенным, как у ребенка, который вдруг начал понимать, что родители его обманывают.