Тайна Сознания. Нейрофизиология Пробуждения

Застывшие Тени

Пока Ищущий не замечает свою взаимосвязь с тем, что он называет «умом», «эго», его токсичные определения реальности будут продолжать дробить целостную структуру Бытия и создавать застывшие тени. Он будет дистанцироваться от них, стараясь в этих ментальных маневрах найти свою свободу. Человек всегда ищет не там, где потерял, а там, где ему хочется найти. Но Искомое слишком чистое, чтобы быть замеченным обусловленными интерпретациями мозга.

Когда происходит подобное дробление, создается модель отдельной Сущности, которая теперь видится как образ Ищущего, пребывающего отдельно от того, что предполагается отныне как, ум или внешний мир.

В русле подобного восприятия Декарт разделил весь мир на две субстанции: физическую и ментальную. Галилей, выстраивая картину мира и методологию его объективного исследования, заявил в рамках научной парадигмы, что явлениям субъективной реальности нельзя приписывать физические свойства. Этот подход на несколько столетий задал вектор исследования в категориях «объективного» познания. Предоставив тем самым религиозным конфессиям сопровождать духовный поиск человека в рамках своих канонов.

Существует множество научных, философских теорий, объясняющих, что такое Сознание. Осуществим краткий обзор некоторых из них.

Одной из основных концепций научного подхода считается материалистическая, которая основывается на идее того, что сознание порождается высокоорганизованной материей. До появления человека сознания не существовало. В этой парадигме сознание представляет собой способность высокоорганизованной материи отражать внешний мир через мысленные образы. Отражение – это способность материальных объектов оставлять в себе следы других материальных объектов при взаимодействии с ними. Крайне материалистическое ответвление от этого подхода – физикализм, в жестких интерпретациях заявляющий, что сознания как самостоятельной субстанции не существует, оно есть порождение материи.

Идеалистическая концепция утверждает противоположное: сознание существует до появления материи и человека.

Дуализм, в свою очередь, признает равноправное существование обеих субстанций – материи и сознания, каждая из которых развивается по своим собственным законам и существует независимо друг от друга.

В попытках познать Себя человек в большей степени находится в поиске новых способов объяснения мира, к которым регулярно подбирает прежние отношения и восприятие. Поиск, который не основывается на опыте Бытия, автоматически опирается на инстинктивное и запрограмированное восприятие Реальности.

Живя по биологическим законам, человек изощренно маскирует их социальными и духовными задачами, и важность цели Просветления порою существует лишь для оправдания равнодушия к своему собственному Присутствию.

Превращая игру образов в калейдоскоп смысловых потребностей, человек пытается лишь стать немного больше своего выдуманного Бога. Именно неведение и имитация духовности становятся основными причинами стагнации «духовного пути», «застревания» и ощущения безысходности всех намерений помочь себе. Подобная духовная ломка требует дальнейшего шприцевания в себя новых блаженных состояний, линейных идей личностного роста, расширения сознания под благими предлогами сделать счастливым того, кого Я-образ называет собою.

Эта возникающая потребность на физиологическом уровне ничем не отличается от потребности наркомана в новых более изощренных дозах, способных компенсировать боль и перекрыть прежние состояния. Необходимо помнить: потребность в Пробуждении, Просветлении, в зависимости от того, как мозг описывает себе марафонский забег и кем он не хочет быть, является основным триггером, запускающим механизмы обусловливания Я-образа, подчиняющего форму своим же собственным проекциям.

Смысловое мышление дает возможность форме подтвердить реальность себя и подсознательно сохранить свои собственные качества, используя описание внешнего мира и модулируя его очертания в соответствии со своими новыми запросами.

Взгляд человека, одержимого персональным Освобождением, натыкается только на продукты своей психической жизнедеятельности. Сталкиваясь с фатальным парадоксом личного отношения к происходящему и задаваясь праведным вопросом «Что мне делать?», Ищущий лишь подтверждает реальность формы «я», снова и снова запуская механизмы священной игры, с безысходностью прийти туда, откуда не уходил, найти то, что не было потеряно.

Механизмы рефлекторных интерпретаций в этом случае автоматически начинают наделять возникший Образ характеристиками, которые кажутся теперь противоположными тому, что Ищущий считает духовным. Бессознательно человек все больше пытается дистанцироваться от ума. Демонизируя свои собственные проекции и уплотняя образ внешнего врага, мозг, как правило, оставляет Ищущего «не причастным», перемещая его в неприкосновенную мета-позицию, за счет чего запускаются механизмы подражательства и имитации, взятые на вооружение из духовных принципов. Тем самым создается новая скрытая доминирующая концепция себя над тем, что никак не может быть отделено от функциональных свойств Образа себя, но которую теперь требуется защищать и ублажать иллюзией духовного развития.

«И никто не вливает молодого вина в мехи ветхие; а иначе молодое вино прорвет мехи, и само вытечет, и мехи пропадут; но молодое вино должно вливать в мехи новые; тогда сбережется и то, и другое. И никто, пив старое вино, не захочет тотчас молодого, ибо говорит: старое лучше».

Евг. (Лк 5:37—39)

Целостное обнаружение Живой и не потерянной Истины Себя не произойдет в расползании Ищущего по горизонтали потребностей, потому что невозможно изначальную Суть Бытия распространить на человеческую мораль и социальные коммуникации, где и разыгрывается битва за «место под солнцем».

Отказ от любой формы подчинения себя линейным правилам и принципам позволяет обнаружить безмолвные качества Сияющего Присутствия, которым никто не обладает, и которое ничем не является. И в этом месте не Силы, но Ясности, ищущий Осознает, что этот прямой опыт обнаружения Изначального Бытия является способом Бытия обнаружить Себя.

На самом деле, Сознание и служит Основой Бытия, и Оно никогда не перестает знать Себя. Читателю сложно воспринимать этот факт, потому что в процесс чтения вовлечены функции обособленного «я». Но если внимательно отнестись к происходящему, то все, что способен переживать читающий, – это Присутствие здесь и сейчас и невесомое переживание того, что он Осознает. Это и является опытом Сознания, переживающего свое собственное Бытие.

Самоосознающее Сознание

Объективный Мир находится в субъективном Я-образе.

Именно через качества ограниченной формы Сознание способно развернуть внимание от сути Сознавания и направить свет Сознания к объекту.

Квантовая механика косвенно объясняет подобные явления. Существующие теории квантового Сознания Роджера Пенроуза, Стюарта Хаммерофа и бесчисленные интерпретации их работ сводятся к созданию квантового нейрокомпьютера и не проливают свет на то, что представляет собою Сознание. Тема Сознания обсуждается философами и нейроучеными в последнее десятилетие достаточно активно, но мало кто обращает внимание на подсказки реализованных мастеров.

Все современные космологические теории, опирающиеся на свойства квантовой механики, описывают поведение атомных и субатомных частиц, но не могут коснуться своими методологиями объективного исследования Принципа неопределенности. Другими словами, Принцип неопределенности символизирует собою невозможность определения места в пространстве динамического объекта, можно только предполагать его местоположение.

Мы прибегнем к рассмотрению этой неопределенности как удобной модели выражения Сути Сознания, гипотетически объясняющей свойства субатомного мира, частью которого является и мысль человека.

Изначально есть только то, что называется Квантовой неопределенностью, основополагающий термин в этой области – суперпозиция. Здесь еще нет плотностей и существует лишь волновая непрерывность альтернативных состояний.

Знать себя или не знать, перед Квантовой неопределенностью такой вопрос не стоит до тех пор, пока в этой неопределенности не возникнет вибрация. В теологическом эквиваленте что-то вроде слова, которое вначале было у Бога. И если это слово было «Бог», почему бы не предположить, что первоначальный импульс создает мысль-действие, отличные от Творца, но посредством Его. Сознание принимает формы, но не зависит от них. Со стороны проявленного мира, где существует непрерывность психического «я», невозможно увидеть То, что представляет собой свой собственный Свет и Источник.

Мысль создает Наблюдающего, преобразовывая непрерывные свойства Квантовой неопределенности в дискретные функции обусловленного мира.

Если предельно упростить, то получается, что всё, чем является Ищущий, – это мысль о себе, субатомная частица, видящая только себя и свои собственные свойства.

Эта мысль представляет существующий внешний мир, созданный из материи, и в этом мире есть «я», базирующееся лишь на вере в реальность самого себя.

Но если это «я» перенаправит вектор внимания от объектов на само Осознавание, с помощью которого «я» воспринимает переживания, то это внимание вместе с комплексным мотивом начинает растворяться в своем собственном Источнике.

По мере того, как внимание погружается в свой источник, оно постепенно теряет фокусную динамику обусловленного восприятия и в определенный момент раскрывает свой изначальный потенциал – чистое и живое Сознавание. Почему этот процесс происходит постепенно, я еще дам развернутое объяснение с точки зрения нейронауки.

На самом деле, внимание не может покинуть и функционировать отдельно от Сознания. Ни у кого нет такой возможности – направить внимание на что-то, находящееся вне Сознания.

Это также очевидно, как и тот факт, что вы не можете не Быть. Быть и Осознавать – это суть Единого Сущностного переживания. Сознание знает Себя, в Себе и посредством Себя.

Сознание находит только Себя и только в Себе. Оно не может Себя распознать в очертаниях Мира, который создает обусловленное знание о себе. Проявленное, это лишь способ направить внимание Сознания от Себя, если мы допустим, как пример, подобный когнитивный оборот. Мысль также не может знать Сознание, хотя она сделана из него, подобно тому, как персонаж фильма не может видеть экран, на котором он появляется.

То, что находится между этими двумя восприятиями, «зрелый» Ищущий определяет как тишину, пространство или пустоту. Описание зависит от того, каким способом Ищущий проводит исследование.

На самом деле, и это восприятие происходит в Сознании, а не в том, что описывает себе мозг. Восприятие просто накладывает свои ограничения на Сознание как слайд картины на прожектор света. Пространство – это то, как выглядит Сознание с точки зрения обусловленного физиологией восприятия. Пространство – это Сознание, объективизированное восприятием. Все эти явления еще не могут называться самореализацией или Пробуждением, но это уже начало чистого Пути.

Сознание знает только Себя и не способно знать ограниченность формы, так же как полотно картины ничего не может знать о самой картине. Но Сознание предоставляет возможность состояться игре красок и сюжетов. Основа Бытия и потенциальность Существования, как полотно по отношению к сюжету на картине, дает формам бесконечное количество вариантов проявить свой след на текстуре Бытия. Древние фрески иногда начинают проглядывать из наслоений новых сюжетных линий художников, но основа не может меняться ни по отношению к сюжетным линиям, ни к тому, кто смотрит на них. Само Сознание не ищет Себя и не пытается знать Себя, оно просто Существует во всем посредством лишь Себя и является Самоосознающим.

Французский поэт Поль Валери однажды заметил: «Сознание царствует, но не управляет».

Убеждение, что Сознанию необходимы признаки ограниченной формы, – это потребность Ищущего придать значимость духовному поиску и продлить свое призрачное существование в рамках собственных потребностей в Пробуждении. Так создается и укрепляется матрица обусловленного восприятия, которая паразитирует только на своей основе и за счет самой себя.

Ищущему необходимо на индивидуальном Живом опыте обнаружить, что в расстоянии между мыслями существует переживание Осознавания. Это безобъектное восприятие является все еще опытом формы, но Сознание уже начинает распознавать свою собственную безусильность вне каких-либо контекстов самого Ищущего.

Вопрос «Для чего все это нужно?», который мне очень часто задают, является попыткой формы через свою ограниченность постичь То, что отлично от нее. Тот, кто произносит этот вопрос, никогда не узнает ответ, потому что он в конечном итоге исчезнет в ответе.

Замена одной идеи на другую не добавит Ясности происходящему, не даст преимущество новым состояниям, потому что мысль, переживающая саму себя, постигает лишь свою беспомощность познать Мир за пределами вложенных в нее компетенций. В подобном восприятии Реальности чувства и разум исключают Осознание, но Осознание не исключает ничего, потому что Оно – сама возможность проявляться любым играм разума.

Сознание распознает себя через форму каждого человека, отражаясь в переживании Я ЕСТЬ, но не каждый способен распознать в себе потенциальность изначального Бытия, отождествляясь с плотностью проявленной реальности.

Ограниченность формы дает возможность проявиться индивидуальному знанию о себе, но для этого используется потенциал Сознавания. Возникновение обусловленного «Наблюдателя» в квантовой неопределенности и энергетический взаимообмен с тем, что создает деятель – основная тайна проявленной реальности.

Ограниченная форма реальна только для самой себя, но Осознавание не знает границ и времени, создающих символы разграничений.

Человеческий мозг, концептуализируя форму Деятеля, находится в инерционных ожиданиях реализации своих предположений, целей и задач. Он выстраивает их таким образом, чтобы реальность себя казалась неоспоримой. Любое расхождение с ожидаемыми результатами служит причиной раздражения и последующих психосоматических расстройств. Образ себя создает подсознательные программы и вовлекается в них, воспроизводя предстоящие разочарования. Именно поэтому Ищущий часто переживает на психическом уровне внутренний конфликт со своими предположениями о реальности, часто с оттенками пораженческого настроения, неудовлетворенности, страха и неуверенности в будущем.

Из этих явлений возникает вера в то, что объекты существуют сами по себе. Кто-то рождается, живет, а потом умирает. Истории, насыщенные печалью, предопределенностью и фатализмом, не могут существовать отдельно от того, что воспринимает эти явления.

Объекты не могут иметь отдельного существования от Того, в чем они проявляются, тогда как Существование принимает форму любого объектов.

Нисаргадатта Махарадж говорил: «Мир – это контакт, сумма всех контактов, осуществлённых в сознании. Дух касается материи, и в результате появляется сознание. Такое сознание, захламленное воспоминаниями и ожиданиями, становится обузой. Чистое восприятие не связывает, но переживание, пойманное между желаниями и страхами, не является чистым и создаёт карму».

Зрелому, внимательному и честному исследователю достаточно проникнуться глубже в процессы восприятия, чтобы обнаружить, что любые переживания возникают на чистом холсте Осознания, который никогда не может испачкаться проявленной игрой образов, и даже обнаружение этих знаний не способно оставить на нем следы.

Любые мысли и идеи основываются на концептуальном и хронологическом восприятии времени, а значит, находятся под контролем ментальных программ Образа себя, но ничто не меняет само Сознавание.

Увидеть гипнотизирующую природу вербальных программ «Человека Разумного» можно лишь в Осознании всего психологического процесса. Самоосознание перенаправляет вектор внимания с интерпретаций восприятия и наблюдения за деятельностью ума на само Осознавание. Здесь действующим персонажем Образ себя уже не является, так как посредством осознанного наблюдения за деятельностью динамического мозга происходит фиксация на реальности Присутствия. Человек начинает думать мысли, а не мысли думают человека. Мыслительные процессы теперь происходят в проактивной интеграции Сознания и Осознающего, и, как следствие, человек перестает на уровне сенсорной физиологии реагировать на ментальные привычки подсознательных программ. Благодаря этому открывается все более ясное Видение и наблюдение за ним и процессом наблюдения.

Куда бы Образ я ни направил внимание за переживаниями, он никогда не найдет Осознание переживания, которое было бы чем-то отличным от самого Осознания. Ищущий никогда не обнаружит что-либо, кроме непреходящего каждого Здесь и Сейчас.

Обусловленный поиск даёт человеку надежду на переживания покоя и счастья. Каждый хочет научиться просто жить. Жить легко и свободно, без внутреннего дискомфорта и неудовлетворенности. Нельзя сказать, что это легко. Нельзя сказать, что это сложно. Для тех, кто видит себя действующим персонажем в череде наслоенных историй и опытов, трудности всегда будут возникать в рамках целей и задач, которые ставит форма. Для тех, кто готов видеть разницу между личным освобождением и Истиной, всегда достаточно вневременного Здесь и Сейчас.

Мозг является Деятелем лишь внутри своих собственных компетенций и представлений. Он интерпретирует происходящее, и эти интерпретации приходят и исчезают на подсознательном уровне. Когда мозг перестраивается в режим Свидетельствования, проявляя качества Созерцателя, всё остаётся на своих местах, ничто не меняется потому, что все является своим собственным субъектом. Все, что остается лишь неизменное Сознавание, которое не дробит реальность на противоположности. Мозг ничто не комментирует из того, что видит. Кто-то может называть это состояние забытьем в Осознанности. На самом деле, исчезает реактивная интерпретация того, что просто происходит, не спрашивая разрешения, поскольку ничто не затрагивает само Осознавание.