- -
- 100%
- +
Глава 1
— Имя? — поинтересовалась худенькая девушка в очках, занеся перо над журналом.
— Богате, — отчеканил задержанный.
Секретарь полицейского участка города Западный Вифлеем Линда Бри, услышав глубокий голос с легкой хрипотцой, не совладала с любопытством, подняла глаза и бросила на задержанного заинтригованный взгляд из-под очков. В тот же миг ее обдало волной жара — насколько же он был хорош! Высокий, с широким разворотом плеч, с легкой небритостью и волевым взглядом, правда... всего одного глаза — второй скрывала черная повязка, но и этого было более чем достаточно! Эта отталкивающая и одновременно притягивающая похмельная неопрятность — отросшие, взъерошенные после сна черные волосы, рубашка, едва сходящаяся на груди... С таким доминирующим и подавляющим мужчиной эта скромная девушка никогда не посмела бы завести отношения, но готова была фантазировать об этом ночи напролет. Для этих фантазий даже наручники на его жилистых запястьях не были существенным недостатком.
— Бо-бо-о Богате?.. Верно?.. — смешавшись, переспросила она. — А-а Это имя или фамилия?
— Фамилия, — глядя на нее сверху вниз, ответил он.
— Х-хорошо... — Линда сделала запись в журнале. — А Имя?..
— Исдо-Хните. Двойное. Через дефис, — он не сводил с нее обжигающего взгляда.
— Какое необычное имя... — чувствуя, как полыхают ее щеки, пролепетала Линда.
— Моя матушка с севера, — пояснил задержанный Богате.
— Вот как... — Линде эта информация совершенно ни о чем не сказала, и она почувствовала себя недостаточно образованной.
Еще и констебль Холланд все видел... Какое невезение!
— Бри, мать твою! Где отчет за прошлый квартал?! — главный констебль Смит вывалился из своего кабинета, подобно лавине, сошедшей с гор.
— Шеф! — пискнула Линда, вскочив со своего стула. — С-сейчас принесу!
Из-за ее суетливого рвения угодить начальству и не ударить в грязь лицом все пошло наперекосяк: пирамида из пыльных папок покачнулась и соскользнула со стола на пол, прямо к ногам главного констебля Смита.
— Какого дьявола у тебя такой бардак?! — рассердился тот, ударив ладонью по секретарскому столу.
— П-простите! Я сейчас же все уберу! — Линда рухнула к его ногам и принялась собирать упавшие документы.
— Вот, держите, — задержанный Богате присел на корточки, чтобы помочь ей с этим нелегким делом.
Какой галантный джентльмен! А какая у него улыбка!
— С-спасибо... — Линда поплыла.
— Ну что вы, прекрасная леди, не стоит благодарности, — он одарил ее обворожительным взглядом, заправив за ухо прядь непослушных волос.
— Богате Исдо-Хните?.. — по слогам прочел главный констебль Смит в журнале регистрации. — Бри, мать твою! Что ты тут понаписала?!
— А?.. — растерялась та.
В этот момент в кабинет вошел сержант Карпентер с кипой разыскных листовок в руках, только что полученных от почтальона, и одновременно с этим констебль Холланд в адрес задержанного воскликнул:
— Эй! Где твои наручники?!
— Какие наручники? — задержанный Богате вскочил на ноги и в мгновение ока оказался у окна. Его руки были совершенно свободны, поэтому прежде, чем перемахнуть через подоконник, он издевательски ухмыльнулся и отдал салют двумя пальцами.
— А ну стоять! — возмущенно выкрикнул констебль Холланд и бросился было за ним, но неожиданно обнаружил, что ремешок на его ботинке прикован теми самыми наручниками к запястью секретаря Бри.
Из-за его резкого рывка Линда рухнула на пол, а сам констебль, потеряв равновесие, не нашел выхода лучше, чем повиснуть на только что появившемся сержанте Карпентере.
— Да что за?!.. — воскликнул тот от неожиданности.
Разыскные листовки взметнулись к потолку.
— Какого дьявола?! — взревел главный констебль Смит.
Только что прямо у него на глазах задержанный каким-то образом освободился от наручников и выскочил из окна второго этажа, в то время как все сотрудники полицейского участка решили устроить цирковое представление! Перепрыгнув через беспомощно барахтающуюся на полу Линду Бри, главный констебль Смит подлетел к окну. Снизу на него смотрел лишь второй констебль Чейз, он развел руки в стороны и пожал плечами, выражая свое недоумение.
— Кто это, нахрен, был?! — выпалил главный констебль, обведя взглядом воцарившуюся в участке разруху.
Холланд корячился, пытаясь отстегнуть наручники запасными ключами, Линда поправляла то очки, то юбку, то прическу и в целом выглядела несуразно, Карпентер застыл в недоумении, уперев руки в бока. Весь пол был завален бумагами.
— Этот тип! Ну теперь он у меня попляшет! — раскрасневшись от злости бухтел Холланд.
— А а что он натворил?.. — пролепетала Линда.
— Да в том-то и дело... а-ай! — сердито отмахнулся Холланд.
Когда он более-менее собрался с мыслями, наконец, удалось прояснить ситуацию:
— Барон Уинтерли пожаловался, что намедни, выпивая в пабе «Знак свыше», он поспорил с одним приезжим. Тот заявил, что обчистит его до нитки, а барон и не заметит.
— И что? Обчистил? — нетерпеливо спросил главный констебль Смит.
— Наутро барон проснулся абсолютно голым! Пропали не только деньги и драгоценности, но и вся его одежда! — продолжал отчет констебль Холланд. — И... даже парик...
— Да кому понадобился его клоунский сюртук и эта... дохлая кошка на голову?! Над ним, верно, подшутили! — усмехнулся главный констебль Смит.
Барон Уинтерли славился любовью к экстравагантным нарядам. Он вычитал в одной из этих своих древних книжек, что так одевалась аристократия прошлого — еще до Страшного суда, и потому любил вырядиться в сюртук с кружевами, да еще и в дурацкие укороченные штаны, а на голове носил замысловатые парики с кудрями, а иногда еще и эту странную шляпу-трубу... или цилиндр? Непременно с какой-нибудь помпезной брошью.
— Подшутили или нет... Это же барон Уинтерли! — пожаловался констебль Холланд. — Он описал этого... и свидетели указали на него. Внешность-то приметная! При нем мы, правда, ничего не нашли, а где остановился, как раз собирались выяснить...
— Ну, раз сбежал, значит, точно виноват! — заявил главный констебль Смит. — Найдите и притащите обратно. Кстати говоря, сержант! Это что за морда? — спросил он, подняв одну из разыскных листовок, на которой было изображено даже не лицо, а какая-то маска.
— Вот, прислали из Королевского управления, — ответил сержант Карпентер. — Велели распространить. Помните письмо от того человека — Генри Коуэлла?
— А, да-да! Как там? Дефектив? — попытался припомнить главный констебль Смит.
— Детектив, — поправил сержант. — Новая специальная должность в Королевском управлении.
— Ясно, очередной выскочка. Придумают же! — проворчал главный констебль Смит.
— Так вот, он расследует дело Йоркширского Лиса, — произнес сержант.
— А-а!!! — взвизгнула Линда, схватив листовку. — Так это и есть знаменитый Йоркширский Лис?! Легендарный вор, похищающий Божественные реликвии?!! — с нескрываемым восторгом выпалила она.
— Лис? — главный констебль Смит присмотрелся. — Я подумал, что это какой-то барсук! В любом случае — при чем тут наше захолустье?
— Ну-у... — сержант Карпентер почесал в затылке. — Этот детектив Кроуэлл уверен, что Йоркширский Лис нацелился на нашу Вифлеемскую звезду.
В участке воцарилось гробовое молчание. Лишь через несколько долгих секунд оно было прервано громогласным хохотом главного констебля Смита.
— ХА-ХА-ХА! Он что, Господь Бог?! Как он ее украдет? Она же в небе!
***
— Приехали посмотреть на Вифлеемскую звезду? — флегматично поинтересовалась краснощекая хозяйка постоялого двора, терпеливо наблюдая за тем, как всклокоченный господин в сером плаще обшаривает все свои многочисленные карманы в поисках кошелька. Он был весь какой-то пыльный, но вежливый и на бродягу не походил, при нем был огромный дорожный чемодан, поэтому она его не прогоняла — видала и похуже, но при деньгах.
— Да, а как вы узнали?.. — растерянно улыбнувшись, спросил господин.
— Так, а зачем сюда еще приезжать? — резонно заметила хозяйка. — Тут сейчас полно приезжих, все хотят поглазеть на звезду. А вы не были у нас десять лет назад?
— Нет, нет, я здесь в первый раз.
— Я тогда сама впервые увидела ее. Поистине — Чудо Господне. Незабываемое зрелище.
— Правда? А вы хорошо себя чувствуете? — ни с того ни с сего спросил господин.
— Нормально... — удивленно ответила хозяйка. — А что? Плохо выгляжу?
— Нет-нет! Что вы! Я вовсе не это хотел сказать! Да что же... Никак не могу найти кошелек...
— Это нехорошо...
— Неужели снова потерял?..
— Снова? Часто теряете деньги?
— Не то чтобы часто... но пару раз бывало...
— Внимательнее надо быть. Носите кошель на шее или прикрепите к поясу. Или пришейте внутренний карман с надежной застежкой. Могли ведь и украсть...
— Вы правы... Никак не могу привыкнуть к... ну... к деньгам...
Хозяйка одарила его настороженным взглядом. Странный какой-то тип. Может, в тюрьме сидел? Хотя на бандита с большой дороги совершенно не похож. А может, сбежавший из дома аристократ, не привыкший самостоятельно распоряжаться деньгами?
— Ну, бесплатно я вам комнату сдать не могу, — она развела руками. — Сейчас и спрос большой. Обратитесь в полицейский участок, может, и найдут ваш кошелек, если вы его, конечно, не в дороге посеяли. А так... Может, получится пристроиться куда-то, подработать. Гильдии искателей приключений у нас нет, но на главной площади у церкви стоит доска объявлений, там можно поискать объявления. А еще сейчас специальные констебли нужны на время фестиваля, берут почти всех.
— Благодарю за совет, добрая леди.
Он сопроводил свои слова такой мягкой, но при этом беспомощной улыбкой, что она оттаяла и даже подумала: а не предложить ли ему подработку на постоялом дворе? Однако он поднял свой огромный чемодан и вышел на улицу прежде, чем она успела принять решение.
Господин в сером плаще уныло осмотрелся по сторонам, неделя выдалась пасмурной, и Западный Вифлеем встретил его сыростью и промозглым ветром. Городок небольшой, домишки из серого камня — не выше двух этажей. Самое высокое здание — церковь — виднеется чуть поодаль.
Из-за наплыва приезжих в гостиницы переделывались не только пабы, но и частные дома, и, тем не менее, найти свободную комнату оказалось совсем непросто. Это же надо было посеять кошелек! Снова! И извозчика попробуй отыщи...
Меж тем, беглец, представившийся фальшивым именем Богате, вышел из цирюльни гладко выбритым, подстриженным и с двумя глазами. Он успел переодеться в строгий черный костюм и больше не напоминал похмельного жиголо, которым могла бы увлечься неискушенная в любви юная леди с неуемной фантазией. Теперь он больше походил на уверенного в себе господина среднего достатка, знающего толк в моде. Когда он прошел мимо человека с кислым лицом и большим чемоданом, прямо у его ног что-то бряцнуло. По звуку он безошибочно определил — кошель с деньгами. Ловко подцепив кожаный мешочек мыском сапога, он подбросил его в воздух и тут же поймал рукой. Увесистый. Было очевидно, что он выпал из одежд прохожего с кислым лицом и большим чемоданом, однако господин с фальшивым именем Богате рассуждал так: кто-то теряет, кто-то находит — такова судьба.
Браслет на руке неудачливого прохожего подал характерный сигнал.
— Пандора? — пробормотал он себе под нос, остановившись и взглянув на браслет, а затем обернулся и окликнул только что прошедшего мимо мужчину. — Прошу прощения.
Тот застыл, его плечи едва уловимо дрогнули.
«Все-таки обнаружил пропажу? — с досадой подумал он. — Ну что ж, такова судьба».
Он обернулся и с улыбкой поинтересовался:
— Это вы обронили?
Человек в сером плаще неожиданно сильно удивился, будто окликнул незнакомца вовсе не по этой причине.
— А! Ого! Неужели?! — за несколько коротких мгновений отразив на лице целый спектр эмоций, воскликнул он. — Это и в самом деле мой кошелек! Не могу поверить! Какая удача!
Он сделал два решительных шага навстречу и обеими руками обхватил свой кошель, вместе с рукой спасителя!
— Какая удача для такого растяпы встретить такого честного человека! — он едва ли не светился от счастья. — Благодаря вам мне не придется ночевать под мостом или искать убежища в полицейском участке! Спасибо! И позвольте в знак благодарности угостить вас! Вот и как раз уже время обеда! Что скажете?
Господин с фальшивым именем Богате не ожидал столкнуться с такой кричащей открытостью и наивностью. Он не любил людей такого рода, потому что обманывать их было сложнее всего с моральной точки зрения. Как ни крути, у него все же были представления о морали. Он предпочел бы отделаться от такой компании, но кое-что в этом сказочно наивном человеке привлекло его внимание: что это за браслетик на его руке? Неужто Божественная реликвия?
— Скажу что я как раз проголодался! — ответил господин с фальшивым именем Богате и поспешил представиться: — Арчибальд Блэк к вашим услугам, можно просто Арчи.
— Никола Кюри! — в ответ представился человек в сером плаще, наконец отпустив его руку. — Мои родители — те еще шутники!
— Что за шутка? — спросил Арчи. — Никогда не слышал.
— А... Ну это — профессиональный юмор. Они оба ученые Не берите в голову! Арчи! Рад нашему знакомству! Прошу, называйте меня просто Ник.
После скоропалительного знакомства двое переместились на постоялый двор, где Ник радостно сообщил хозяйке, что нашел свой кошелек и готов арендовать комнату, после чего попросил накрыть на стол и подать лучшего вина.
«Сорит деньгами, не интересуясь ценами, комнату снял не из дешевых, — подмечал Арчи. — Дешевую сейчас уже и не найти, но он, похоже, об этом не переживает. Родители — ученые, стало быть, служат Короне. Столичный золотой мальчик. Еще и носит реликвию на руке».
Другие, вероятно, этого даже не замечали, но у него глаз на такие вещи был наметан.
— Я голоден как волк! — заявил Ник, вооружившись одновременно и ложкой, и вилкой. — Арчи, а вы местный? — поинтересовался он, немедленно приступив к трапезе.
— Нет, — ответил тот, не спеша приниматься за еду. — Я, как и вы, приехал на Вифлеемский фестиваль.
— Какая жалость, — Ник только и успевал глотать и тут же снова набивать рот. — Я надеялся, что вы окажете мне честь, взяв на себя роль моего гида! Если вас это, конечно же, не затруднит...
— Нисколько! — ответил Арчи, расслабленно откинувшись на спинку стула. — Я, хоть и приезжий, но уже какое-то время нахожусь в Западном Вифлееме. Можете рассчитывать на меня.
— Как здорово! Сегодня точно мой счастливый день! Скажите, а вы бывали здесь десять лет назад?
— Нет, это мой первый опыт.
— Как и мой! Очень интересно, что же представляет из себя эта Вифлеемская звезда? Поговаривают, что это Чудо Господне!
— Вероятно, так и есть. Все дело в Божественной реликвии.
— Но что именно представляет из себя эта реликвия? — уточнил Ник.
— Не имею ни малейшего представления, — признался Арчи. — Мне и самому любопытно.
— Судя по тому, что я слышал, — принялся рассуждать Ник, — Вифлеемская звезда — это атмосферное явление в виде яркой звезды в небе над Западным Вифлеемом, которое появляется раз в десять лет. Звезда была названа Вифлеемской в честь библейского символа — божественного знамения, указавшего на место рождения Сына Господня. Хотя, конечно же, нет никаких подтверждений тому, что в этом месте раз в десять лет появляется новый мессия...
— Говорят, звезда появилась здесь в незапамятные времена, — заметил Арчи. — Еще до того, как вокруг нее возвели город. Многие продолжают верить и ждать явления спасителя. Каких только чудодейственных свойств не приписывают этой звезде — и исполнение желаний, и чудесные исцеления.
— А вы, похоже, относитесь к этому скептически? — уточнил Ник.
Арчи признался:
— Видите ли, я привык верить тому, что могу увидеть своими глазами и ощутить на своем опыте. Мне посчастливилось стать свидетелем действия нескольких Божественных реликвий, и я готов признать их чудодейственную непостижимую суть. Но звезда над Западным Вифлеемом — это какая-то фикция. Просто фонарь в небе.
— Вы жаждете это доказать?
— Я жажду истины. Как только я собственными глазами узрею божественную суть этого явления, я с радостью переменю мнение.
— А вы горячо интересуетесь Божественными реликвиями, не так ли? — заговорщицки поинтересовался Ник.
— А я не сказал? — Арчи вскинул брови. — Я — репортер, «Букингемский вестник». Странствую по свету, пишу статьи о Божественных реликвиях.
— Да-да-да! Господин Блэк! Я ведь читал ваши статьи! — припомнил Ник. — Недаром имя показалось мне знакомым! Вы разоблачаете фальшивые чудеса и подтверждаете истинные. Прямо как Папа Римский!
— Чей папа?..
— Н-не важно. Не берите в голову...
«Опять какой-то научный юмор», — подумал Арчи.
— А что насчет вас? Вы тоже увлечены реликвиями? — поинтересовался он.
— Можно и так сказать, — подтвердил Ник. — Я — исследователь. Если подумать, мы с вами имеем схожие интересы! Я, разве что, не пишу статьи.
В этот момент на постоялый двор вошел констебль Чейз.
— Я повешу листовки, — сообщил он хозяйке.
— Что там? — спросила та.
— Злодеи, что же еще? — лениво ответил констебль Чейз. — За одного даже обещают награду — тысячу соверенов!
— Сколько?! — не поверила хозяйка.
Такое громкое заявление привлекло внимание обедавших постояльцев.
— А ну покажи! Кто там такой важный?
Констебль Чейз принялся приклеивать разыскной лист к доске объявлений.
— Да вот кто. Да только вряд ли он к нам вообще заявится, — проворчал он. — Байки все это.
— И что это за морда? — принялись возмущаться постояльцы. — Это что, маска? Он всегда в ней ходит?
— Если бы... — вздохнул констебль Чейз. — Если бы в Королевском управлении знали, как он на самом деле выглядит, думаете, за его голову назначили бы такую награду?
— А что он натворил? — спросил один из постояльцев. — Убил кого-то из королевской семьи?
— Так — известно что! — усмехнулся другой. — Это же Йоркширский Лис!
— Неужели? Тот самый? Что ворует Божественные реликвии?
— Неужто позарился на Вифлеемскую звезду?!
— Чушь. Вифлеемская звезда — это Чудо Господне. Она незыблема. Как ее можно украсть?
— А кто ее знает? Может, и можно! Этот Йоркширский Лис ведь умыкнул Святой источник из Йоркширского замка! И Камень-оракул — тоже его рук дело! И башню! Ну! Башню Грааля — тоже он! Да много чего!
— Ну во-от, — протянул констебль Чейз. — Если увидите, что кто-то слишком высоко прыгает и вот-вот дотянется до звезды — хватайте его, и разбогатеете.
— Йоркширский Лис, — тихо усмехнулся Ник. — Он, часом, не из Локсли?
— Почему вы так решили? — удивился Арчи.
— А вы не слышали о благородном разбойнике — Робине из Локсли?
— Впервые слышу и о Робине, и о Локсли. А вы, значит, из тех, кто считает, будто в действиях этого разбойника есть что-то благородное?
— До меня доходили кое-какие слухи, — подтвердил Ник. — То, что можно было бы охарактеризовать как «отнимает у богатых и отдает бедным».
— Какая занимательная концепция, — хмыкнул Арчи.
— Ну, например, тот же Святой источник — люди в окрестностях страдали из-за загрязнения воды, и лишь в Йоркширском замке был фонтан с чистой водой. Знать превратила его в источник дохода и контроля над населением. А потом произошло громкое и дерзкое ограбление — некто в лисьей маске разрушил фонтан, извлек что-то из его конструкции и бросил это в горное озеро, в деталях версии расходятся, но остается неоспоримый факт — вода в горном озере очистилась, и люди перестали зависеть от единственного источника чистой воды во всем Йоркшире. Очевидно, дело было в Божественной реликвии, которая изначально очищала воду в фонтане, а после попадания в озеро очистила и его.
— Разве это не похоже на спекуляцию фактами? — усмехнулся Арчи. — Обстоятельства расплывчаты, истину не установить. Точнее — каждый может найти в этой истории истину, удобную для себя. Ник, неужели вы — поклонник этого вора?
— Да как вам сказать... Есть в этом своеобразная романтика, — признался тот. — Так или иначе, этот Лис — персона любопытная. Хоть он и прославился в Йоркшире, его история началась куда раньше — взять хотя бы эту маску. Мне безумно любопытно: где он ее раздобыл?
— Полагаете, эта маска — тоже Божественная реликвия? — уточнил Арчи.
— Вне всяких сомнений! — подтвердил Ник.
— Стало быть, этот вор не так уж и благороден, раз позволяет себе использовать Божественные реликвии в личных целях.
— Ну не все реликвии общественно полезны. Существуют реликвии индивидуального типа. Они просто менее известны.
— Надо же, как интересно! — в глазах Арчи промелькнуло искреннее любопытство. — Расскажете подробнее?
Меж тем констебль Чейз наклеил на доску еще одно объявление. Портрет был изображен наспех и не отличался профессионализмом. Художнику будто хотелось подчеркнуть мужественность изображенного на нем человека, поэтому щетинистый подбородок получился непропорционально большим; но в то же время и его мягкость, из-за чего единственный, не скрытый под черной повязкой глаз был щедро усыпан ресницами и с нарочитым бликом в форме сердца.
— А за этого что дают?.. — с сомнением спросил один из постояльцев, ранее заинтересовавшихся наградой за Йоркширского Лиса.
— Почет и славу, — протянул констебль Чейз.
— Спасибо, оставьте себе, — усмехнулся Арчи. Констебль посмотрел прямо на него, но остался равнодушен, не опознав в нем человека с портрета. Не испытывая ни малейшего беспокойства и страха быть узнанным, Арчи добавил: — А вот тысяча золотых — заманчивая награда!
— Неужели, если бы вам подвернулся случай, вы схватили бы этого Лиса и сдали его властям? — удивился Ник.
— А почему нет? Вы бы так не поступили?
— Даже не знаю. Но мне определенно было бы интересно с ним пообщаться!
***
Арчи и сам не заметил, как беседа с этим чудаком увлекла его на весь оставшийся день. Чудак — иначе и не скажешь! Он путал названия городов и стороны света, не разбирался в обыденных вещах, как в том, что в сутках двадцать пять часов, а в году триста пятьдесят дней, не понимал, что сколько стоит, и чуть трижды не потерял свой кошелек за один вечер! Тем не менее, он много знал о реликвиях, хотя так и не проболтался о той, что носил на руке. Разговор с ним затягивал, и, невзирая на все странности, его можно было назвать образованным разносторонним человеком, сохранившим по-детски живое любопытство и исследовательский интерес к окружающему миру. В особый восторг его почему-то приводили драконы. И чему тут восторгаться? Паршивые ящеры. Увидел дракона — быть беде.
Ник определенно любил поесть, но при этом совершенно не умел пить. Когда его уже порядком развезло, в его речи отчетливо проступил какой-то странный диалект, а может быть, даже акцент? Арчи такого еще не слышал. Но если этот Никола Кюри не с Альбиона, то откуда? На прямой вопрос он ответил, что родился и вырос в Лондоне. Что за Лондон? Было в этом слове что-то смутно знакомое, но Арчи так и не вспомнил, что именно.
— Ну все-все, пора баиньки, — протянул он, видя, что его нового знакомого порядком шатает, когда тот вскочил с места, неожиданно вспомнив о луне.
— П-дожди... Я хочу п-казать те-ебе лу-уну! — заявил Ник. Язык его безбожно заплетался, а из-за странного акцента и вовсе трудно было разобрать, что он пытается сказать.
— Да видел я уже луну... — Арчи подхватил его, не дав ему завалиться на пол.
— Нет, ты не п-нимаешь... — Ник безвольно повис на нем, но все же попытался вернуть себе равновесие. — Сегодня же п-лно... плно... полнолуние! Лучше всего в-дно!
— Каков романтик! — усмехнулся Арчи. — Полную луну я тоже уже видел, и не раз.
— Нет, ты н-не п-нимаешь! — настаивал Ник. — Луна...
— В другой раз. Завтра посмотрим.
— Завтра?.. Об-щаешь?..
— Обещаю. А сейчас — баиньки. Хозяйка! Дайте ключи от его комнаты! — попросил Арчи.
— Второй этаж, семнадцатая комната, — сообщила хозяйка. — Не буяньте там.
— Я не задержусь... — пообещал Арчи, сопроводив свои слова натянутой улыбкой.
Этот Ник — занимательный малый, но больше всего Арчи интересовала реликвия на его руке. Ему уже не терпелось пощупать ее и посмотреть, на что она способна. Он повел Ника к лестнице, хозяйка напомнила:
— А чемодан?
— Да точн-но! Мой ч-модан!
— Я возьму, — Арчи прислонил Ника к перилам и вернулся за чемоданом.
— Нет-нет... не-е н-н-прягайся, — Ник поплелся за ним.
— Стой на месте! — потребовал Арчи. — Завалишься!
Он взял чемодан за ручку и решительно потянул, но не смог сдвинуть его ни на дюйм. Он приложил больше усилий, но чемодан даже не шелохнулся, будто был намертво прикручен к полу. Арчи неловко покосился на хозяйку, пристально наблюдающую за ним. Как назло, еще несколько постояльцев обратили внимание на разыгравшуюся сцену.