Магическая школа ядов

«Гуси» пару минут сверлили мою спину взглядами, потом стали обыскивать городок.

Что тут началось!

Блондин и альбинос были не такими вежливыми, как я. Вламывались в палатки без предупреждения.

Вскоре весь лагерь стоял на ушах.

Я сгрузила кота и выпрямилась, с интересом наблюдая за происходящим.

Из одних палаток взломщиков выносило сразу – магией или банальным хуком. Из других они выходили сами, вдоволь наругавшись с хозяином. Между палатками сновали взбудораженные обитатели городка. Надо же, сколько их, оказывается.

– Привет! – улыбнулась я, подходя к милой зеленоглазой девочке с русой косой. – Я Эля, я тут новенькая.

– Заметно! – насмешливо отозвалась милая девочка, смерив меня выразительным взглядом.

Упс… Ладно, найдем других, менее заносчивых.

– Постой, – окликнула я пробегавшего мимо альбиноса. – Скажи, какая палатка свободная?

Тот оторопело уставился на меня, потом прищурился, с интересом рассматривая мой наряд. Ну да, в первый раз не до того было. Что-то у него там испортилось. Кажется, отработка.

– Откуда такая? – подмигнул альбинос.

– Откуда взялась, там уже нет. Так что с палаткой?

Альбинос открыл было рот, но заметил неопрошенного студента и кинулся к нему.

– Эй?! – крикнула я вслед.

– В котелке у тебя палатка! Даже две!

В котелке? Я развернулась и побежала обратно к столбу. Свертков было три. Большой и квадратный – с формой, а вот два других, смахивающих на тряпичные скалки, неизвестно с чем. Видимо, это и есть палатки.

Я взяла один из продолговатых свертков, отошла на пару шагов от мистера Тэвина и кота. Нашла сбоку шов, вытащила нитку, ухватилась за уголок и встряхнула. На траву посыпались непонятые деревяшки, веревки и второй кусок ткани, поменьше.

Я снова встряхнула тот, что остался в руках. Должна же быть инструкция! Ткань с хлопком развернулась. Но больше ничего не выпало. Итак… Два куска материала непонятного назначения, веревки, колышки, палки. И ни малейшего намека, как из всего этого сотворить палатку!

Я покрутила головой, высматривая альбиноса. Но едва обнаружила его белую макушку, как по земле заскользила тень от огромных крыльев, и в городке случился форменный апокалипсис.

Студенты, заметив бесшумно парящую птицедеву, разом рассосались: часть торопливо двинулась к главному зданию, вторая потянулась к стадиону.

– А, прогульщики! – радостно проклекотала привратница, закладывая вираж над головами беглецов.

– У меня простуда! – выкрикнул один из студентов.

– Справку от доктора! – рассмеялась она, повернула обратно и полетела в мою сторону.

– Вот гарпия! – донеслось ей вслед.

– Сирин, Живер, сирин! Пора бы уже запомнить! – насмешливо уточнила птица.

Опустилась на землю рядом со мной, подняла крылья, словно хотела спрятаться, и превратилась в остроносую девушку в платье из перьев. Обычную девушку, разве что вместо ступней остались птичьи лапы, да на тонких пальцах рук поблескивали прозрачные чешуйки.

– Я чего прилетела? – Она пригладила золотистые волосы, уложенные косой-короной вокруг головы. – Забыла сказать, что в город можно выходить до заката. Потом хоть памятник мне изваяйте, не пущу!

Поправила длинное платье и, бодро цокая птичьими когтями, направилась к главному зданию.

– Не скажете, где взять инструкцию по сборке палатки? – спохватилась я.

– Спит у столба твоя инструкция! – бросила через плечо сирин.

А ведь правда. Маг должен знать, как собирать палатку.

– Мистер Тэвин!

– На нас напали?! – заозирался старик. – Или опять чертов кот? Усы оборву!

Чертов кот прижал уши и тихо ушел за столб.

– Нет. Нашествие разобранных палаток! – я кивнула на невразумительную кучу под ногами.

– Это нашествие мы победим. – Старик тепло улыбнулся. – Слушай меня и делай, как говорю.

Три часа спустя я с любовью смотрела на проваленный посередине детский шалашик. Пусть косой и кривой, зато свой!

Забравшись внутрь, я развернула сверток с формой. В нем оказалось вполне приличное черное платье из тонкой ткани. Скромный вырез, длинный рукав реглан, ширина… Универсальная ширина благодаря пропущенному по талии и запястьям эластичному шнуру. Проще говоря, смог натянуть, нигде не лопнуло – носи. Вот только оба плеча были чем-то прожжены. Видимо, поэтому в свертке обнаружились ножницы, иголка с нитками да моток шнура (явно для тех, у кого все же «лопнуло»). Вспомнилась надпись на доске объявлений у деканата: «Приобретенный инвентарь возврату и обмену не подлежит».

Хорошо, что у меня с шитьем лучше, чем с навыками туриста!

И очень хорошо, что фасон формы нигде четко не прописан. Главное, чтоб юбка была ниже колена, а рукав до кисти.

Вооружившись ножницами, я выдохнула и решительно отхватила по прямой весь верх платья вместе с верхушками рукавов, дырами и скромным вырезом. Аккуратно подшила, прихватывая слегка растянутый шнур. Подумала и добавила бретельки. Чтобы вниз не сползало.

Закончив с платьем, я скинула сапоги и вздохнула. Резать их было жалко, но бюджет не предусматривал скорой покупки обуви. Отпоров голенища, я выдрала подкладку с мехом и проткнула несколько дырочек для вентиляции.

Сняла свою одежду и сюртук, сложила их стопкой и пихнула в середину звякнувший артефакт. Надела новую форму, сунула ноги в… ботинки. Вздохнула, вспомнив любимую расческу, канувшую вместе с сумкой в сугроб. Пригладила кое-как волосы и выбралась наружу. Там оглядела себя и довольно улыбнулась. Плечи, перечеркнутые двумя бретельками, немного выступали из платья, что делало обычную форму очень женственной. Легкая ткань словно струилась вниз, стекала мягкими складками и лилась дальше, свободно колыхаясь.

Не успела отойти от палатки, как по земле снова скользнула огромная тень. В этот раз сирин не стала приземляться.

– Тебя там твой парень у ворот ждет! – недовольно сообщила она, нарезая круг. – Сделали из меня почтового голубя!

Мой парень? Парень у меня был один. Стас. Еще до аварии. А после нее он исчез, как и половина друзей. «Я так больше не могу!», присланное эсэмэской, очень подбадривало. Он не мог. А я могла? Вспоминать не хотелось, встречаться тоже. Да и откуда тут взяться Стасу?

– Какой парень? Он сказал, как его зовут? – крикнула я вслед улетающей птицедеве.

– Сама спроси, коли забыла! – насмешливо донеслось в ответ.

Язва, а не птицедева! Было б что помнить. Единственным, кто мог тут назваться моим парнем, был фавн.

Или все-таки невозможное случилось и Стас тоже попал? В любом случае стоит сначала взглянуть издалека на «своего парня». Оставив старика присматривать за котом – или кота за стариком, тут как получится, оба те еще сони! – я пошла к воротам.

Сквозь ажурные створки виднелся смутно знакомый силуэт. Да кто же там? Широкие плечи, черные волосы… Не мистер Руфус. И не Стас. Тот бандит! Я шустро отпрыгнула с дорожки и спряталась за плакучую иву, ветви которой свисали до самой земли.

Парень, да? Мой, да? Спасибо, не надо! Как он меня вообще нашел, если даже имени не знал? Впрочем, не важно. Я, похоже, теперь в самой настоящей осаде! Ничего, за три месяца придумаю, как незаметно добраться до нужного портала… тьфу ты, перехода в родной мир!

Через просветы в густой листве было видно, что бандит спокойно ждет, когда глупая Эля примчится к нему прямо в лапы. Ждите, мистер наемник, ждите. А я, пожалуй, пойду. У меня там старик с котом одни. Не ровен час и впрямь друг другу чего-нибудь повыдергивают. Или котелок казенный с покупками проспят.

Шажок, другой.

И тут бандит встрепенулся, словно что-то почувствовал. Я мгновенно застыла. Он повернул голову, вгляделся в иву, за которой я скрывалась. Прикрыл глаза, поморщился, точно у него зуб болит.

И меня форменным образом потянуло к нему!

Караул!

Не успела и рта открыть, как очутилась у ворот. От внезапного спринта сбилось дыхание.

– Спасите! – в ужасе просипела я, понимая, что ноги сами собой идут дальше, а створки услужливо открываются.

Вцепившись в ворота снаружи, я сердито уставилась на довольного бандита:

– Что ты со мной сделал?!

– То же, что ты со мной.

– Я с тобой вообще ничего не делала! А если ты о том, что у тебя было в крови, так я помочь хотела! Оно тебя отравляло!

– Нет! – отрезал бандит, легко отцепил мои руки, развернул меня и потащил прочь от спасительных ворот.

– Помо-о-о…

– Будешь шуметь, – шикнул он, – сдам страже!

– А сдавай! – обрадовалась я.

Стража – очень хорошо, просто отлично!

Бандит рывком дернул меня в кусты у дороги. Опять кусты… Я поняла. Все спорные вопросы в этом мире решаются именно в кустах! Бандит тем временем развернул меня лицом к себе и, стиснув пальцами мои плечи, тихо прошипел:

– Решила пойти по стопам отца? Так я тебя огорчу. Дальше тюрьмы ты не уйдешь!

Ничего не понимаю! Он что, на самом деле собирается сдать меня страже?

– Наймар? – осторожно спросила я.

– Что?

– Ты наемник и собираешься отвезти меня к магу?

Бандит пару секунд сверлил меня взглядом, потом громко рассмеялся:

– Хорошо тебя отец обучил! Я почти поверил! Так натурально играешь неведение!

– Я не играю, – я уверенно посмотрела в черные глаза, – я говорю правду. А вот ты… Налетел, схватил, обвиняешь. Хоть бы сказал сначала, как тебя зовут!

– Шейд.

И пауза, словно я должна завизжать от восторга или грохнуться в обморок. Я лишь пожала плечами.

– Фамилия Гейр тебе, конечно же, тоже ничего не говорит, – с сарказмом поинтересовался он.

– Абсолютно ничего.

Шейд наклонился ниже, почти касаясь моего носа своим.

– А яд из моей крови ты убрала случайно, не понимая, зачем он там?

В черных глаза плеснула ярость. Я резко отшатнулась, в спину впились колючие ветки, позвоночник словно горячей иглой проткнуло. Аж искры из глаз посыпались. Опять?! Как же не вовремя!

Он наклонился еще ниже, шумно втянул воздух у моей щеки:

– Почему от тебя пахнет болью?

А? Я ошарашенно уставилась на Шейда. Он подцепил меня под локти и потянул на себя.

Спина!

Я охнула и закусила губу, с трудом удерживая крик.

Шейд выдохнул сквозь зубы:

– Пошли!

– Куда?

– В вашей школе есть доктор, – проворчал он.

Меня ведут обратно? Запрыгала бы от радости. Но не могла. Даже идти не могла. Шейд выругался и, недолго думая, забросил меня на плечо, точно мешок картошки. Вокруг потемнело, дышать стало нечем. Каждый его шаг отдавался в спине, вгрызался стальными клыками в позвоночник, рвал его на части.

– Ты что с ней сделал, изверг?! – проник в уши возмущенный голос сирин.

Ворота… Уже ворота… Немного осталось потерпеть.

– Доктора позови, – огрызнулся Шейд. – Это она сама.

И не поспоришь… Сама дернулась, сама навредила… Забыла об осторожности…

– Я мигом! – пообещала сирин.

– Поставь меня… – прошептала я едва слышно. Даже говорить было тяжело.

Шейд осторожно опустил меня на землю. Темнота отступила, стальные клыки неохотно выпустили позвоночник, в голове прояснилось.

– У меня спина болит! – выдохнула я. – А ты мне тут занятие гимнастикой устроил!

– Почему сразу не сказала?

– А ты спрашивал?

– Да.

Угу. Когда я уже говорить не могла. Дурак! И вообще, нечего тут сочувствовать и прикидываться порядочным, усыплять мою бдительность! Хорошо еще, обратно к воротам притащил, бандит, а не прикопал там, в кустах! Видимо, что-то такое отразилось на моем лице, потому что Шейд прищурился и насмешливо протянул:

– Ивиан денег на доктора не дал или не успела сходить? А может, потратила?

– Нечего мне тратить…

– Бедная родственница, – кивнул он, – сейчас расплачусь.

Я потерла спину, борясь с желанием опереться о Шейда. Он ближе, чем решетка.

Шейд недоверчиво мотнул головой, наклонился.

– Что, для поддержания образа здоровья не жалко? – прошипел он.

Однако развернулся, аккуратно подхватил меня под локоть и прижал его к себе. Я с облегчением привалилась к теплому мускулистому боку. Бандит, наемник, да хоть черт с рогами, главное, спину немного отпустило.

– Какого образа? – вяло спросила я, чувствуя себя зрителем, явившимся в театр посреди спектакля.

– Нищей наследницы. Больной и ничего не знающей. Которую так и хочется пожалеть!

– Не надо меня жалеть, просто доведи до доктора, потом можешь дальше предъявлять свои претензии. Все равно я ничего не понимаю!

В груди появилось знакомое чувство свернутой пружины. Затем магия потянулась к Шейду, потекла через мою руку. И «пружина» пропала.

– В этот раз хоть яд оставила! – усмехнулся тот.

Какой еще яд? Устала уже от этих недомолвок, намеков, обвинений. Сколько можно?!

– Слушай, объясни внятно, что происходит? – предложила я, морщась от боли.

Заодно отвлекусь. А то, кажется, доктора мне вызывают с Земли.

– Хорошо! – внезапно согласился Шейд. – Взамен расскажешь свою историю. Любопытно послушать, что вы там со старым лисом придумали!

– Хорошо, – эхом отозвалась я.

– Твой отец… – начал он.

А был Ивиан тем еще прохвостом. Сильный маг ядов, аристократ из приближенных к короне, обожал власть. И часто развлекался. Искусный отравитель и спаситель в одном лице, он мог вынудить кого угодно делать то, что ему нужно. При этом филигранно заметал следы. У каждого мага сила имеет свой узор – как отпечатки пальцев. Но Ивиан умело искажал его. Ни разу за тридцать лет, что он был при дворе, его не смогли уличить. Зато выплат за ложные обвинения он получил сполна.

– Я ищейка по крови, – негромко продолжал Шейд, но даже в тихом голосе отчетливо звенела ярость. – Мгновенно запоминаю узоры силы, могу найти самые слабые следы.

Теперь понятно, отчего он ко мне прицепился. Похоже, поиск Ивиана стал для него навязчивой идеей. Повезло мне! С одной стороны – наемники, с другой – маньяк. И неизвестно, что лучше. Интересно, от кого из них сбежал Ивиан?

Но Шейд, как позже выяснилось, не был маньяком. Двенадцать лет назад он стал одной из жертв любителя поразвлечься за чужой счет. И яд, который я случайно убрала из его крови, был необходим для нейтрализации другого яда, созданного в теле Шейда Ивианом. Причем Ивиан не особо напрягался. Он не изобретал ничего нового. Он просто изменил тот яд, который изначально имеется в крови любого василиска, сделав его опасным для хозяина. Шейда убивал его же собственный яд!

Кхм… Возможности магов ядов пугали все больше.

Я с сочувствием вздохнула, рука Шейда мгновенно напряглась, сильнее сдавив мой локоть.

– Хорошая актриса! – ледяным тоном заметил он. – Теперь твоя очередь.

Историю с деревом и поручением он выслушал молча, лишь изредка хмыкал. Я понимала, откуда его злость и недоверие, но все равно они задевали.

– Я не сделала тебе ничего плохого! – не выдержала я.

– Только пыталась меня убить, – сухо отрезал Шейд.

Убрал руку и шагнул в сторону. Боль тут же вернулась, вгрызлась в спину. Но по ту сторону забора уже появился худощавый мужчина в черном старомодном камзоле. Судя по небольшому чемоданчику в руках – доктор.

– Зачем ты все мне рассказал?

– Чтобы ты знала и передала отцу.

– Он мне не…

– Ладно. Чтобы ты знала и передала своему «не отцу», – насмешливо согласился Шейд. – То, что я стал твоим фамильяром, ничего не меняет. Кстати, не советую рассказывать кому-нибудь, что у тебя в фамильярах василиск. Хотя все равно никто не поверит.

Черные глаза азартно блеснули. Шейд развернулся и бодро зашагал прочь от ворот.

А я оторопело уставилась ему в спину.

Он. Мой. Фамильяр?

Но разве так может быть?

– Эля? – приветливо улыбнулся доктор, выходя за ворота.

Поставил чемоданчик на землю, внимательно вгляделся в меня, провел рукой вдоль позвоночника и положил ладонь на поясницу. От его пальцев тут же потекло тепло… Оно поднималось по спине, стирая боль, давая приятную легкость.

Вскоре я почувствовала себя человеком.

– Что ж вы так, Эля? – покачал головой доктор, убрал руку и достал из чемоданчика флакон с белыми таблетками. – Ваши травмы более чем серьезны, такие переданный дар сразу не вылечит. Надо беречься хотя бы в первые дни. А если не выходит, принять перед нагрузкой одну пилюлю.

Он протянул мне флакон.

– Переданный дар лечит? – переспросила я, машинально забирая таблетки.

– Да, – уверенно кивнул доктор. – Я, конечно, не сторонник подобного способа лечения, слишком долго и хлопотно. Куда проще пойти к магу-целителю.

– Если он есть, – задумчиво пробормотала я.

В нашем мире точно нет. Может, Ивиан не такой плохой, как кажется? Исправился за десять лет на Земле? Решил мне помочь. Знать бы еще, кто это. Чтобы поблагодарить.

– Да, не во всех мирах есть маги-целители, – согласился доктор. – Тогда возможно и такое лечение. Правда, передать дар там сложнее, да и чтобы он начал приживаться и лечить, требуется переход поблизости.

Значит, переход. А что, если меня не собирались забрасывать в этот мир? Случайно вышло. Если б я не поскользнулась…

– Запомнили? По одной пилюле перед каждой физической нагрузкой! Доброго дня! – откланялся доктор.

Вопрос о моем попадании и еще куча других крутились в голове, пока пыталась придать первой палатке божеский вид и ставила вторую. И узнать ответы было не у кого: мое пыхтение и ругань слушали лишь кот и маг. Точней, только кот. Маг спал. Надо будет попросить доктора его посмотреть. Старики быстро устают, но этот просто спящая красавица какая-то!

Я вбила камнем последний колышек в землю, довольно оглядела палатку защитника.

Она была почти идеальной, вот что значит тренировка!

С облегчением выдохнув, я затащила в свою палатку нехитрое имущество, отрыла в котелке палочку и уселась по-турецки. Что ж, пришла пора освоить магическую сеть и получить наконец ответы. И первый – как пользоваться палочкой?

Она оказалась довольно простой в применении.

Провел пальцами по рунам сверху вниз: в воздухе появились письма, адресованные тебе. Помесил воздух концом: вот тебе и общемагическая сеть. В ней есть расписание переходов внутри (платные, по фирмам) и между мирами (бесплатные), аналог телефонного справочника – «руны» самых разных служб и частных лиц, другие справочники-каталоги, копии газет и что-то вроде «Яндекса» или «Гугла».

Всемирной земной паутине она явно проигрывала. Но мне и этого пока было достаточно.

Глаза бежали по строчкам, вопросы получали свои ответы и, сливаясь с ними, организованно раскладывались по полочкам. Каша в голове постепенно рассасывалась.

«Фамильяры нужны, чтобы слить и сохранить магию, избежав таким способом выплеска силы…»

Ну, это я уже знаю.

«Фамильяр у мага может быть только один…»

Один? Выходит… Выходит, раз я непонятно каким образом зафамильярила Шейда, то кот остался просто котом?! И утром…

Утром я не сливала излишек силы фамильяру. Я ее нагло разбрызгивала по сторонам. Как взбесившийся гейзер. И кот оказался в самом эпицентре!

Я покосилась на располосованное запястье. Да уж… Получив такую магическую плюху, не только орать и царапаться начнешь, еще и в горло вцепишься! Надо извиниться перед ним. И перед «гусями». Теперь-то ясно, кто испортил их домашние задания. Хорошо еще, этот кто-то пол-лагеря не потравил. Хотя неизвестно. Может, именно сейчас у местного эскулапа форменное нашествие…

«Между фамильяром и магом образуется мощная связь…»

«Фамильяр всегда чувствует, где находится его хозяин…»

А я удивлялась, как Шейд меня нашел. Ха! Ему даже напрягаться не пришлось. Он «чувствовал». Кстати…

«Василиски – небольшой народ… Раньше проживали на юго-западе… Численность…»

Бла-бла, бла-бла. А, вот!

«Оборотни. Змеи, способные превратить взглядом в камень…»

Однако… Поосторожнее надо с таким фамильяром. Это вам не кот…

Я еще немного полистала «маговикипедию», прошлась по газетным статьям, но упоминаний о фамильярах-оборотнях (а тем более фамильярах-василисках) не обнаружила.

Ладно. Теперь все более-менее понятно. И самое время познакомиться с тем, кто устроил мне это… попадание.

Я набрала в поисковике: «Ивиан». Экран замерцал, пошел полосами, и в воздухе появился подрагивающий, напоминающий голограмму портрет.

С него смотрел худощавый мужчина средних лет. Узкое лицо с острым подбородком, умные глаза. Слегка кривоватая усмешка, перекос которой я принимала за последствия инсульта, а не за природную ядовитость… Припорошить сединой густые волосы, добавить морщин, посадить на диету, придать фигуре старческой сутулости, неуклюжести… В общем, сделать все, чтобы он выглядел лет на двадцать – двадцать пять старше и…

Я прикрыла глаза, медленно выдохнула. Снова внимательно изучила портрет молодого Глеба Борисовича. Так вот ты какой, господин Ивиан!

Выронив палочку, я вышла из палатки и села.

До ужина пыталась переварить только что сделанное открытие.

Ужин в ВЫШКе, как сокращенно называли Высшую Школу Мелхора, начинался в шесть часов вечера. Студенты точно по команде выпали из палаток и двинулись к первому корпусу общежития.

Первым неожиданную миграцию соседей заметил кот. С громким мяуканьем начал носиться вокруг меня. Разбудил мага, паразит!

– Цыц! – зашипела я.

Кот заорал с новой силой, словно его никогда не кормили. Старик доковылял до палатки, забрался внутрь и прикрыл полог.

– Мистер Тэвин! А как же ужин?

Тот в ответ что-то неразборчиво просипел.

Придется принести ему еду сюда. И доктора пригласить!

Ругаясь на путающегося под ногами кота, я пошла в столовую. Не успела сделать и десяти шагов от лагеря, как мимо прошмыгнула кошка темно-синего цвета, тащившая в зубах небольшой узелок. Она остановилась у палатки моего защитника, что-то мяукнула. Полог приоткрылся, мистер Тэвин подставил руки. Кошка опустила на его ладони свою ношу, и в руках мага оказался поднос, на котором теснились накрытые крышками тарелки, кофейник и чашка.

Оригинальная у них тут служба доставки!

– А ты так можешь? – спросила я у кота.

Кот не ответил. Он был очень занят: с интересом наблюдал за кошкой. Та тем временем на всех парах прорысила мимо нас. Мой несостоявшийся фамильяр напрочь забыл, как только что умирал от голода, и рванул следом.

Надеюсь, мне не предъявят претензии за черно-синих котят?

Пройти мимо столовой не было ни малейшего шанса. Во-первых, она располагалась на первом этаже общежития. Во-вторых, столики, забитые студентами, были не только в большом, помпезно обставленном зале, но и на открытой веранде. В-третьих, запах еды указывал направление не хуже компаса.

Проходя через веранду, я заметила, что она поделена на три зоны. Между преподавателями и студентами стоял невысокий заборчик из декоративной лианы с пестрыми листьями. Столики студентов кроил на две неравные части приличный проход: мебель просто отодвинули. Судя по надменным взглядам обитателей большей части, там сидели платники. На меньшей – палаточники. Причем «бесплатные» студенты не выглядели забитыми или несчастными. Они словно жили в своем мире, игнорируя богачей. И тех это явно злило. Обидные подшучивания сыпались с обеих сторон.

– А ну всем есть! – из преподавательской части высунулась сирин в человеческом облике.

Студенты мгновенно уткнулись в тарелки.

В зале – та же иерархия. Только народу было мало, почти все сидели на веранде.

Среди богатых студентов я заметила ту самую «милую» девочку с косой из нашего лагеря. Она сделала макияж, распустила волосы (даже у меня ее ухоженная русая грива вызывала острый приступ зависти) и среди платников чувствовала себя вполне комфортно. Интересно, что она забыла в палаточном городке?

За длинной стойкой раздачи царила высокая, плотно сбитая женщина с длинными острыми клыками. Искоса глянув на меня, она выдала поднос. На нем стояли большая тарелка овсянки и стакан молока.

Пару лет назад мама увлеклась здоровым питанием. О-о-о, каш и травы мы с папой тогда наелись на десять лет вперед! Но денег у меня нет, потому вспоминаем слова мамы: овсянка – это не только нечто липкое, но и куча витаминов и клетчатки! Калорийно и полезно.

– Спасибо! – поблагодарила я, взглядом ища кота. Похоже, этот голодающий в сети любви попал. – А где взять еду для фамильяра?

– Кличка? – прогудела повариха.

– Эм-м, – глубокомысленно выдала я.

– Безымянный? Эх, молодежь! Имя?

– Мое?

– Не мое же! – рассмеялась она.

– Эля, Элеонора Новикова… Ивиан.

Брови поварихи удивленно приподнялись, она с подозрением уставилась на меня, нахмурилась, словно к чему-то прислушиваясь, потом жалостливо улыбнулась.

Надо узнать в их магической сети про Глеба Борисовича побольше. А то одни ужасы про него рассказывают, другие смотрят так, словно меня отряд огров за поворотом ждет!

– Значит, Эля, после ужина идешь вон туда, – повариха показала на неприметную дверь рядом с входной, – там тебе выдадут паек для твоего Бези.