Настоящий дракон

Глава 4

Пещеры, пещерки, пещерищи!

Шли мы долго. Очень долго. Нити провели нас уже сквозь добрый десяток всевозможных подземных пустот: рукотворных и природных, маленьких и больших, круглых, квадратных, продолговатых, изломанной формы. Со сталактитами, плавно перетекающими в сталагмиты, и без оных. Везде было сыро из-за стекающей с потолка воды, пусто и темно. Фрэнсис и Нати бодро топали впереди, на сей раз без помощи перстня: нити давали достаточно света.

Серебристый купол вел себя странно: стоило нам войти в очередную пещеру, как он тут же перегораживал пролом в тоннель, из которого мы появились. Словно отрезал путь назад. Едва мы вновь оказывались в тоннеле, он втягивался следом и летел за спиной Аранхорда, шагавшего последним. И форма его изменилась. Он больше не прикрывал нас со всех сторон, нити тянулись лишь по потолку да подпирали сзади. Кстати, неизвестно зачем подпирали. То ли для защиты с тыла, то ли чтобы никто не сбежал. И это настораживало не только меня.

Сандр постоянно слушал землю, как правило, без особого успеха. Специально или нет, магия, ведущая будущих прях, выбирала места, где в толще камня было много «слепых глаз». Но пока никаких препятствий на пути мы, к счастью, не встретили. Пока…

Внезапно Фрэнсис затормозила, дернув за руку Нати, и развернулась к нам.

– Слушай, Мерит, а вы с какого перепуга за нами увязались? Прогуляться решили?

– Помочь, – отозвалась я.

– Нам? – прищурилась Фрэнсис. – Вот прямо просто так?

– Почти… – ответил Сандр. – Я и лорд Аранхорд хотим узнать у прях, что случилось с Венетией и где ее найти.

– Была нужда искать такое сокровище, – фыркнула ведьма, не глядя на советника.

– Фрэнсис… – укоризненно протянула Нати.

– Что Фрэнсис?! Она нас всех чуть не убила! – пробубнила та себе под нос, разворачиваясь. – Все ищут выгоду…

И, сердито стуча каблуками, решительно потопала вперед.

– А я могу помочь? – тихо спросила Нати. – Я ведь пряха. Почти пряха.

– Пока не можете, – хмуро вздохнул советник.

Мы двинулись дальше.

И снова пещеры, тоннели, камни-камни-камни… Прихваченный с собой мох был давно проглочен, вода почти выпита.

Ноги гудели, во рту пересохло, хотелось есть и спать. Я прислушалась к себе.

Луна взошла высоко. Значит, наступил вечер. Поздний вечер. Немудрено, что все вымотались, даже Фрэнсис и Нати еле брели. Хорошо, что у меня появилась связь с луной, а то бы совсем потерялись во времени. Там, наверху, день сменяет ночь, можно легко сориентироваться. А тут…

Последний тоннель казался бесконечным. Но когда все уже были готовы просто свалиться и засопеть, он закончился, и перед глазами предстала очередная пещера. Огромная – при желании я могла не только ползать в драконьем облике, но и летать.

На полу переливался голубым сплошной ковер хлебного мха, то тут, то там на нем лежали камни, вокруг которых приглушенно светились синим шляпки грибов. Вдалеке сияло зеленью озеро.

А нити сплетались в высоте, тянулись вдоль подозрительно светящегося водоема через всю пещеру и ныряли в темнеющую арку на дальнем ее конце. Второй выход… Первый, через который мы вошли, был, естественно, закрыт куполом, ехидно мигающим серебром.

– Мох! – переглянулись Сандр и Аранхорд.

– Стылые волнушки! – воскликнули мы с Фрэнсис, признав в грибах редкий ингредиент для зелий.

– Жалко, сумки нет, – устало пробормотала Фрэнсис.

Сандр и Аранхорд сложили у круглого плоского камня камзол, фляжку, платки из-под жареного мха и пошли вглубь пещеры.

– Вы куда? – крикнула я в спину удаляющемуся Сандру.

– Проверим тут все. Чтобы ночью не случилось неожиданных сюрпризов, от которых придется уносить ноги, – откликнулся он.

– Как красиво! – еле слышно пробормотала Нати, медленно шагая в сторону озера.

Фрэнсис моргнула и двинулась следом за ней.

– Стоять! – я поймала обеих за руки. – Не стоит лезть неизвестно во что и проверять, опасно оно или нет. Мало ли почему вода светится!

Девушки тряхнули головами и остановились. Зов прях их явно отпустил. Магия «одобрила» привал.

– Там неопасно, – рассмеялся Сандр, выглянув из-за камня. – Это минеральное озеро, а светится песок травяного кварца.

– О-о-о! – восторженно выдохнула я.

Фрэнсис и Нати хихикнули, и мы втроем побрели к сияющей зеленью воде.

Травяной кварц очищает ее и придает слабые целебные свойства. В ней можно купаться, ее можно пить… Правда, если такую воду набрать во фляжку, она очень быстро станет обычной. Поэтому подобные подземные озера либо курорты, либо частная собственность. И наше, судя по плантациям мха и грибов, тоже было чьей-то собственностью. Но, наверное, с владельцем что-то случилось, раз на пещере нет никакой охраны или защиты.

Или есть?

Я остановилась, устало потянулась и вгляделась в стены. Следы разрушенной магии были, но очень старые. Даже не определишь, какое заклинание охраняло пещеру.

Кстати, о воде… Я вернулась к камню и, захватив фляжку, снова направилась к озеру. Фрэнсис и Нати уже стояли возле него и нерешительно поглядывали то на манящую гладь, то на прочесывавших пещеру мужчин.

Я подошла к светящейся воде. Изумрудный песок хрустел под туфлями, прозрачные зеленоватые волны тихо накатывали на пологий берег и отступали. Наполнив фляжку, я отложила ее на камень, взлохматила волосы, стянула туфли и с радостным воплем влетела в воду. Нырнула на глубину, пробкой выскочила на поверхность и проплыла вперед, оставляя за собой грязное облако. Но вода вспыхнула, и муть исчезла.

Послышался двойной всплеск – Нати и Фрэнсис последовали за мной.

– И купание, и стирка! Красота, – старательно перебирая волосы, сказала Фрэнсис. – Вот бы мне такой водички в прачечную!

– И ткань такого цвета… – Нати, погрузившись по шею, зачарованно водила пальцами по воде.

– Да! Чудесная была бы ткань… – мечтательно протянула Фрэнсис, забыв о волосах. – Удивительно красивый оттенок зеленого.

Нати кивнула и замерла, зачарованно глядя на нити под потолком. Фрэнсис тоже замолчала, улыбнулась, точно блаженная.

Я поежилась. Жутковато на них действует магия прях. То нормальные девушки, то словно сумку зелий выпили, не читая этикеток! Кстати, о зельях. У меня нет ни одного, надо это срочно исправлять. Хотя бы грибов наломать.

– Очень красиво… – Нати отмерла, зачерпнула изумрудного песка со дна, посмотрела, как он уплывает сквозь пальцы, вздохнула и начала плескаться.

Ее копошение привело в себя Фрэнсис. Вскоре обе будущие пряхи деловито полоскали волосы в воде. Та напоминала молоко: чуть теплая, мягкая, она приятно ласкала кожу, унося усталость.

– Похоже, раньше тут кто-то красиво отдыхал, – донесся издалека голос Сандра, – вижу рухнувшую беседку с чашей для омовений… Ай, демон, битые склянки!

– Склянки? – встрепенулась я. – А что там еще есть?

– Да пучки сена какого-то, ни запаха, ни вида.

Склянки, сено… Тоже мне, знаток. А вот хозяин, похоже, понимал толк в наслаждении. Любил покиснуть в своей чаше, добавляя в озерную воду настои, масла и отвары из тех самых склянок. И душистые травы развешивал вокруг, а не сено.

– Так… А это что? Ничего себе… – присвистнул Сандр, – здесь арка еще одного входа. Правда, ее камнями почти полностью завалило. Скорее всего, хозяин скрывал от всех, что у него есть целебное озеро, а когда с ним что-то случилось, поддерживать заклинание стало некому.

Вот жадина! Но мне это только на руку. Кто знает, что сделали бы наследники с «сеном».

Сделав пару гребков, я выбралась на берег. Спрятавшись за камнем, стянула одежду, отжала. Оторвала половину рукавов и часть юбки, оставив длину до середины икры. Натянув вещи обратно, я сунула ноги в туфли, сгребла бывший подол, фляжку и направилась к круглому камню, у которого уже стоял Сандр. Он сложил на плоскую поверхность кучку надерганного мха, достал из кармана два камушка, ловко высек искру и разжег костер.

– Леди, далеко не заплывайте! Там может быть глубоко! – предупредил Аранхорд, сгружая еще одну кучу мха рядом с вещами.

Я пихнула туда же наполненную фляжку и повернулась к Сандру:

– Где ты там сено видел?

– Идем, – кивнул он.

– Прут бы сейчас, – сказал Аранхорд, пристраиваясь у костра, и подбросил в него пучок мха. – Или палку.

– Поищу, – отозвался Сандр и пошагал вглубь пещеры.

Я потопала за ним. Мы почти дошли до конца, когда пещера вдруг изогнулась, образовав небольшой, но вместительный тупик. В центре его обнаружились развалины беседки, а слева в стене – тот самый вход, о котором говорил Сандр. Я огляделась. Отсюда было хорошо видно часть озера.

Дорожка из изумрудного песка вилась от берега прямо к ступенькам беседки, по обе стороны которых все еще стояли две колонны, украшенные искусной резьбой. Обломки остальных раскатились по тупику. Всюду валялись куски крыши, ржавые покореженные ажурные решетки, какие-то палки, камни. Торчал из завала край чаши для омовений, вспыхивали гранями целые россыпи осколков склянок, выглядывали расползающиеся от времени лоскуты когда-то роскошных тканей.

И пусть дорожка почти заросла мхом, а от беседки остались лишь пара колонн да груда камней – отголоски былого великолепия потрясали.

– Чудесное место, – выдохнула я. – Но почему беседка рухнула? Она же каменная.

Сандр молча поднял глаза вверх. Я запрокинула голову. Между сталактитами зияла внушительная проплешина. Ясно. Часть их почему-то свалилась прямо на крышу и разнесла к демонам всю красоту.

Я внимательнее вгляделась в руины. Вот они, те самые «пучки сена». Воскрешать я не умела, но слегка подправлять свежесть ингредиентов научилась. Дион любил закупить что-нибудь «недорогое».

Сандр выдернул из мха тонкий металлический прут, задумчиво осмотрел его и отправился обратно к костру. А я сунула оторванный подол в карман и, раскинув руки пошире, зашептала. Слова заговора на свежесть зазвучали привычной музыкой. С пальцев потекла бирюзовая дымка, окутывая камни, подныривая под них. По воздуху заструился терпкий запах трав: розмарина, мяты, полыни, ромашки, розы…

Э-э-э… Розы?

Я невольно хихикнула, представив бородатого гнома, принимающего ванну с душистыми лепестками.

Значит, у меня пять трав. Негусто. Но лучше, чем вообще ничего.

Закончив заговор, я дождалась, пока магия исчезнет, собрала пучки трав и насторожилась. Запах, куда более сильный, чем от своеобразного букета в моей руке, шел откуда-то еще! Принюхиваясь, я обогнула часть беседки и остановилась у груды камней. Здесь! Похоже, у запасливого гнома был целый склад трав. Я достала из кармана ткань, расстелила, аккуратно сложила на нее скромный букетик и приступила к раскопкам. Только взялась за первый камень, как за спиной насмешливо спросили:

– Ты вроде бы шла за сеном, а не на каторгу?

Я взвизгнула и отпрянула. Подкрадывается как… как привидение!

Сандр легко откатил обломок крыши в сторону и удивленно присвистнул, когда я плюхнулась на колени и начала черпать горстями сомнительную труху, аккуратно ссыпая ее на ткань.

– Это можно будет варить? – с сомнением спросил он.

– Варить можно, – проворчала я. – Но пить лучше в случае крайней необходимости. Когда уже все равно, вырастет у тебя хвост с шипами или нет.

– А панцирь вырастет?

Вот злопамятный!

– Панцирь я тебе и так могу организовать. Без всяких трав. А зелье можно или пить, или бросать во врагов.

Логично же. Поскользнется кто-нибудь. Или глотнет. И обзаведется внезапно лишней частью тела, с которой демон знает, как совладать. Начнет метаться, панику сеять. А если не один, а несколько? У-у-у-у… Все, армия деморализована.

– Теперь этот, – скомандовала я, показав на следующий камень.

– Все время забываю, что у ведьмы даже банальное зелье от икоты может стать оружием, – рассмеялся Сандр, послушно сворачивая глыбу с места.

Я собрала труху, похлопала ладонью по очередному валуну.

Сандр наклонился, накрыв большой теплой ладонью мою ладонь, его глаза оказались близко. Угли под пеплом… Мое личное наваждение, мое неправильное сокровище. Мы одновременно придвинулись навстречу друг другу. Легкое прикосновение губ, почти невинная ласка и пряный обжигающий поцелуй. Пальцы под его ладонью на холодном осколке крыши… или сталактита… Какая разница. Есть только медленный тягучий поцелуй… Сладкий поцелуй… и запах мяты. Демонов запах мяты!

С тихим смешком я оторвалась от губ Сандра, кивнула на камень, на котором лежали наши ладони.

– Очередная трава для убойного зелья? – хрипло спросил он.

– Да.

Соврала. Там мята. Как раз для успокоительного. Мне. Потому что нельзя так нежно целоваться. Все мысли сразу растеклись, как кусок масла по раскаленной сковороде. А мне они еще пригодятся. Надо, в конце концов, из этого набора нищей ведьмы соорудить что-нибудь полезное!

Чтобы не было соблазна повторить поцелуй, я ткнула пальцем в нужные камни:

– Собери, пожалуйста, все из-под них. Я пока грибов наломаю.

М-да, наломаю. Это я явно погорячилась. Стылые волнушки – не простые грибы. Они же ужасно твердые, плотные. Маленькие идут на зелья. Конечно, их мелко рубят в лавках, прежде чем продавать, поскольку самому не справиться. А из крупных, пустотелых внутри, умельцы делают всякую утварь, даже котелки. Такая посуда вроде чугунной: ни удара, ни огня не боится, а весит гораздо меньше. Потому и стоит очень дорого.

После долгих попыток и обзывательств мне удалось выковырять несколько крохотных волнушек. На большие оставалось только облизываться. Но, может, попробовать… Например, раскачать.

– Готово! – Сандр протянул узелок, посмотрел на мою добычу и усмехнулся, заметив, что я с хмурым видом прицеливаюсь к грибу, что едва доставал мне до колена. – Тоже для зелий?

– Нет. Из него получится отличная тара… Только бы срезать… как-нибудь.

Закусив губу, я старательно дергала волнушку из стороны в сторону. Где булава, когда она так нужна? Стукнула бы сейчас пару раз!

– Зубами подцепи, – посоветовал Сандр.

Я в недоумении подняла на него глаза.

– Ты что-то попробовал из того, что собирал?

– Я про драконьи зубы.

Точно! У меня же есть зубы… И когти!

Я потянулась к магии внутри. Оборот прошел моментально. С радостным рыком я накорчевала с десяток грибов примерно одного размера. Шляпки срезала когтями, выпилила из них круглые пробки, такие, чтобы входили в ножки. А в самих ножках проковыряла по паре дырок для ручки и подровняла дно. Чтобы стояли. Подумала немного и посредине каждой крышки-пробки тоже проковыряла дырку.

– А это зачем? – с любопытством спросил Сандр.

– Чтобы открывать, – довольно сказала я, возясь с последней крышкой.

Готово! Вовремя успела: несколько ударов сердца, и получившиеся сосуды затвердели окончательно.

– Куда столько? – рассмеялся Сандр.

– Под зелья, под воду! – выдохнула я и задрала голову.

Крылья чесались взмыть вверх, промчаться между сталактитами, посмотреть, как выглядит все сверху…

– Потом полетаешь, – догадался Сандр. – Сначала подкрепиться.

– Ты точно как мой папа…

Папа… Что сейчас с ним?

– Все в порядке, мы скоро его увидим.

Он что, мысли мои читает? Сандр поднырнул под крыло и, оказавшись у морды, погладил по носу.

Фу! Опять!

Я громко чихнула.

– Специально, да?

– Да, – улыбнулся Сандр.

Пока я оборачивалась, он скидал мелкие грибы в один из получившихся сосудов, заткнул все пробками и, сложив в поленницу, взял в руки. Узелок с травой забыл. Стоя на одной ноге, попытался его подцепить второй. Точно как я в день нашего знакомства! Только у меня был обморочный раненый и булава.

– Не получится! – рассмеялась я, расправляя непривычно короткий подол юбки. – Это я тебе как профессионал говорю. Упадешь, а рядом ни одной девы в беде, на которую можно свалиться.

– Зато есть дракон! – Сандр таки подцепил узелок и подхватил его рукой. Вот циркач!

– Дракону ты нужен целый. И без шишек на лбу!

– Нужен? – Его глаза полыхнули пламенем.

– Конечно! Кто землю будет слушать? Это сегодня у нас прогулочная экскурсия, а завтра, может, река или монстры.

– Да и насчет сегодня еще ничего не известно, – тихо пробормотал Сандр. – Что-то мне здесь не нравится.

Не нравится ему. Можно подумать, я в полном восторге. Вернувшись к костру, мы сложили все добытое к вещам.

Нати дремала на куче мха. Фрэнсис спала рядом. И лицо ее во сне было совсем не сердитым, а ужасно грустным. Она точно слышала, что сказал Аранхорд, когда догнал нас. Но что поделать, безответная любовь – настойка горькой полыни, которую пока не выпьешь до конца, не отпустит.

– Ешьте, – кивнул Аранхорд на аппетитную поджаристую кучку на платке. – Мы уже поужинали.

Он подбросил мха в костер и ушел на озеро. Я с наслаждением жевала, запивая водой из фляжки, поглядывала по сторонам. И никак не могла сообразить, какое зелье можно сварить из той трухи, что мы притащили. Единственное, что пришло в голову: средство от насекомых. Древнее как мир! С тех времен, когда им мазали ткань и развешивали по комнатам. Или выплескивали на окна, чтобы получилась липкая сеть.

Правильно. Залепим монстрам глаза! А потом посудиной по голове, по голове…

Вернулся советник, вымытый, с влажной рубашкой в руках, кивнул Сандру, и тот отправился купаться. Назад пришел тоже голый по пояс. С камзолом, перекинутым через плечо. Лохмотья, до последнего времени служившие рубашкой, видно, остались валяться на берегу возле моих оторванных рукавов.

Я попыталась сосредоточиться на трухе и варке средства от насекомых, но взгляд намертво прилип к широкой мужской груди в капельках воды. И сколько я его ни отводила, он немедленно возвращался обратно. Словно в этой огромной пещере больше смотреть было не на что… Ох, сколько мыслей сразу возникло… Но ни одной про зелья! Я, отодвинув узелок с травами, поднялась на ноги.

– Полетаю немного.

Советник кивнул, Сандр медленно улыбнулся. От этой улыбки внутри сладко сжалось, а сердце подпрыгнуло так, что едва не выскочило вон.

Я быстро отошла в сторону и, превратившись в дракона, взмыла ввысь.

Надо же, почти мгновенно получилось. Если так дальше пойдет, то момент выплеска магии просто смажется, станет незаметен, и Айлин сможет оборачиваться где угодно, совсем не скрываясь. Вот вам и раздвоение, которое превратит меня в безумного дракона! Что-то напутала бабка-сидхе.

Паря под потолком, я наслаждалась полетом.

На полу пещеры переливался голубыми всполохами хлебный мох, сияли синим шляпки грибов. Оранжевые искры летели вверх с дымом от нашего костра. Уютно спали Нати и Фрэнсис, откуда-то возвращался Сандр с тонкими металлическими прутьями в руке. Впрочем, понятно откуда. От руин беседки.

Заложив круг, я с любопытством снова глянула вниз. Сандр легко гнул прутья в трех местах, подавал Аранхорду, а тот вставлял их в дырочки на сосудах из ножек грибов и сильно сдавливал пальцами. Ух ты, да они делают самые настоящие дужки! Как у котелка. Или ведерка. Ну и силища у обоих.

Долетев до конца пещеры, я повернула обратно. У костра в ряд выстроились готовые сосуды: один – с волнушками, один – с трухо… с травой, два – плотно набитые жареным мхом. Еще парочку Аранхорд нес от озера, стараясь не расплескать воду. Вот она, воинская выучка. Никаким светским лоском ее не перешибешь: сначала все подготовить, чтобы мгновенно сняться с места, а потом расслабляться. И то вполглаза.