- -
- 100%
- +
А потом вдруг взорвался, скрывшись в облаке серого дыма. Ортега инстинктивно потянулся за пистолетом, как вдруг его с силой бросило в сторону. В задний бампер служебного авто смачно въехал заспешивший развернуться грузовик. Перепуганные взрывом и стрельбой, водители заспешили убраться как можно дальше от этого места. Заревели двигатели, послышались крики, свист, грохот и треск сталкивающихся машин.
Начался хаос.
Автомобили возились, словно жуки в грязи, зажатые между соседями, сбивая мусорные баки и фонарные столбы, сминая и повреждая другие старающиеся выбраться из пробки машины. Ортега, ругая злым матом стадный инстинкт людей, постарался отъехать назад, но за ним уже выстроилось с десяток авто. Он отстегнул ремни безопасности, чтобы получше осмотреться, как вдруг краем глаза заметил несущийся на него из глубины всей этой свалки грузовик.
Последнее, что успело зафиксировать его отключившееся сознание, был мощный высокий бампер, врезающийся в дверцу автомобиля со стороны водителя.
Майя выглянула из-за угла и, выругавшись, нырнула обратно. Короткая автоматная очередь выбила каменную крошку из стены за ее спиной. Последовавший за этим огонь на подавление заставил девушку отползти вглубь переулка, что и спасло ей жизнь. Пулемет грохотал секунд десять, после чего атакующие дважды выстрелили из ручных гранатометов.
Ослепленная пылью, вся с головы до пят в грязи, Майя кое-как поднялась на ноги и укрылась за ржавым мусорным контейнером.
Они поняли, что за ними пришли, на рассвете благодаря следящему за улицей перед домом Лори. Именно он приметил приехавших надзирателей и поднял тревогу. У Майи тогда все похолодело внутри. Она прекрасно понимала, что ловушка уже наверняка захлопнута и выбраться они не смогут. Все и не смогли. Надзор почему-то замешкался, потом приехали еще машины – уже СГБ, судя по надписям на бортах – и еще… В какой-то момент спецназ их заметил и открыл огонь. Мигом подключилась бронетехника, начали стрелять с гранатометов. И тогда начался ад.
Филипп, как казалось Майе, погиб первым. Сразу несколько пуль перебили приклад его смешного самодельного автомата и пропороли правую часть тела. Потом, уходя в переулок через черный ход, они не досчитались Стэнли. Возможно, его достал осколок гранаты. Или пуля вошедшего в здание спецназа. Это было неважно.
Плана у них не было никакого, они просто бежали от наступающих на пятки силовиков. Майя пыталась выведать у товарищей какие-нибудь пути отхода или хоть что-то полезное, но ее словно не слышали. Командиром их был Филипп, и его смерть до них пока что не дошла.
А еще через минуту погиб Артур и чуть было не погибла Майя.
– Лори! – начала было кричать девушка, но закашлялась.
Лори, слава Богу, понял все и сам. После гибели Артура и отступления Майи кто-то должен был взять направление в переулке на себя.
– Нас вот-вот окружат, – пробормотал Максим, не выпуская другой конец переулка из прицела пулемета. – Что делать будем?
– Нужно уходить в тоннели, – ответила, отдышавшись, Майя. – Пока они не зашли на крыши и не перестреляли нас тут всех, как котят!
– Да ты сдурела! – начал было Лори, но, не договорив, рухнул за груду мусора.
Через секунду грохнула граната, потом еще одна. В воздухе засвистели пули.
– Штурмуют! – проорал Максим, быстро разворачиваясь вместе с пулеметом.
Недостаточно быстро.
Две пули вошли здоровяку в верхнюю часть груди, еще одна пропорола горло, две другие разворотили лицо. Атакующие вошли в переулок. По укрытию Майи и Лори заколотили пули. Девушка понимала, что противник вот-вот применит гранаты. Высунув руку с пистолетом-пулеметом из-за контейнера, она начала стрелять вслепую. Как ни странно, спецназ огонь прекратил. Воспользовавшись ситуацией, Лори вытащил из подсумка гранату и бросил ее в направлении противника. Послышались крики, которые перекрыл резкий сухой треск взрыва.
– Пошли! – крикнула Майя, выскакивая из-за укрытия и поднимая оружие.
Впереди никого не было.
– Убил кого? – присоединяясь к ней, спросил Лори.
– Нет, ушли.
Они бросились бежать. Через некоторое время позади послышались голоса преследователей, останавливаться беглецы не могли. Стоило позволить атакующим перекрыть выходы из переулка, и их последняя надежда на спасение была бы потеряна.
Под ногами скользил грязный мусор, лицо заливал ледяной дождь.
Вывалившись за очередной поворот, Майя только чудом успела дернуться в сторону, чтобы избежать автоматического огня. Лори вскрикнул и упал. Прерывисто дыша, девушка швырнула из-за укрытия гранату, надеясь хоть на пару секунд задержать приближающихся солдат. Она обнаружила, что сидит прямо на искомом канализационном люке и поспешно осмотрелась. Из-за угрозы прорыва аберрантов через Барьер, все подобные люки, выходящие в город, были наглухо заперты, но у Сопротивления имелись ключи и не к такому.
Разобравшись с расшатанными креплениями, обдирая кожу на руках и ломая ногти, Майя таки сняла люк с пазов и отбросила его в сторону. Заняло все это довольно много времени, и живы они с Лори все еще были лишь благодаря чуду. И самому Лори. Пули прошили Лори левое плечо, так что рука теперь безвольно свисала вдоль тела. Сам же боец лежал за грудой мусора и вел огонь, не экономя патронов, выигрывая столь ценные для товарища секунды.
Майя уже была готова окликнуть его, призывая следовать за ней, когда пуля поразила Лори в голову, оставив темную, почти черную кровавую кляксу на стене позади. Со стороны атакующих кто-то закричал, предлагая использовать гранату.
Выругавшись, Майя нырнула в люк. Да, здесь можно было встретить аберранта, и не одного, но сюда за ней никто не последует.
Глава 2
Нащупав внушительную шишку на голове, Ортега в очередной раз болезненно поморщился. Он и сам не знал, зачем раз за разом трогал больное место, счастья ему это точно не приносило.
В больницу его доставили с час назад, и все это время он провел на первом этаже, дожидаясь врача. Серьезных повреждений он в аварии не получил, однако у него все еще кружилась голова, провериться казалось не лишним.
Наконец, шторку, отгораживающую койку лейтенанта от коридора, отвел в сторону хмурого вида молодой врач. Не тратя времени, он вытащил из нагрудного кармана халата небольшой медицинский фонарик и посветил им сначала в один, а затем и другой глаз Ортеги.
– Ага… Ваше полное имя?
– Ричард Ортега, – говорил лейтенант слегка невнятно, но вполне трезво.
– Место работы?
– Департамент Надзора.
– Ваш возраст?
– Сорок шесть лет.
– Какой сейчас год?
– Ортега! Эй, Ортега!
Лейтенант обернулся. К нему, уворачиваясь от врачей, медсестер и пациентов, спешил не слишком высокого роста коренастый человек в светлом пальто.
– Здоровы будем, Винкс, – протянул руку Ортега.
Коллега Ричарда по работе отличался, мягко сказать, не самой типичной для сотрудника следственного отдела внешностью. Он щеголял модно зачесанной густой шевелюрой и пышными светлыми усами, которыми при разговоре или просто так любил забавно шевелить, создавая впечатление куста, в котором спрятался батальон солдат. При невысоком росте и широких плечах, Эдварда Винкса гораздо проще было представить в рядах патрульных надзирателей, где-нибудь в оцеплении.
– Ну, как он? – спросил Винкс, остановившись и шумно втянув пропитанный медикаментозным запахом воздух.
– В полном порядке, – пожал плечами врач. – Вам сильно повезло, лейтенант. Я выпишу вам справку. Сегодня отдохните, а завтра…
Ортега встал с койки и, оправив пальто, возразил:
– Не стоит. Думаю, я все же пойду на работу.
– Как знаете. Но сегодня воздержитесь от активной деятельности.
Показав им, как пройти к выходу, врач направился по своим делам и быстро затерялся в толпе белых халатов. Шагая по черно-белой плитке приемного отделения, Эдвард добродушно заговорил:
– Слышал об утреннем вмешательстве СГБ в наше дело. Скажи честно, я не обижусь: это не ты Картера взорвать пытался?
– Очень смешно, – уныло отозвался Ортега. Его все еще слегка мотало в стороны, тело сковывала слабость.
– В любом случает, стоило взять отгул, пока предлагали. Марков на одиннадцать запланировал разнос всему отделу. Если поторопимся, успеем к основной раздаче. Машина у тебя не на ходу?
Ортега угрюмо покосился на напарника. Машина была совсем не на ходу. Счет лейтенанту никто за нее выписывать, конечно, не будет, но новую выдадут совсем не скоро. Похоже, предстоящие месяцы Ричарду придется довольствоваться общественным транспортом.
Уловив по выражению лица Ортеги суть его тяжких дум, Винкс кивнул:
– Ясно. Я тебя подброшу.
– Благодарю.
Они вышли из здания и забрались в служебную машину Винкса. Устроившись поудобнее, Ортега откинулся на спинку сидения и безнадежно осведомился:
– Как думаешь, когда вещи из разбитой машины доставят к нам?
– Доставят-то сегодня, вопрос в другом: когда тебе о них сообщат.
Ортега вздохнул.
Мягко тронувшись с места, автомобиль выехал на шоссе, влился в жиденький поток машин, и двинулся к центру города, к Первому Блоку.
– Да, Ричард, совсем забыл сказать. Ты попал в аварию.
Ортега свирепо уставился на коллегу, однако когда он заговорил, голос его звучал более-менее спокойно:
– Винкс. Я заметил.
– Не в том смысле. Не было никакого смертника, просто в районе случился взрыв газа в идущей под шоссе магистрали. В результате погиб один прохожий.
– А-а, – Ортега понимающе ухмыльнулся, – дошло. СГБ не хочет признавать, что наше-все Картер едва не погиб из-за одного укурка, увешанного взрывчаткой?
Винкс фыркнул.
– В общем, да. Наверняка сейчас ихний аналог нашего Маркова проводит раздачу слонов подчиненным, а те объясняют, где их крутая агентура и силы безопасности.
– Я бы, наверное, порадовался, да только после этого СГБ будет давить на Маркова, а Марков будет давить на нас. На кого давить нам?
– Ну-у, – Эдвард завращал усами, – помнится, в архиве сидит и чихает от пыли одна оч-чень милая сотрудница. Я бы с радостью, э-э, надавил.
Ортега засмеялся. У Винкса была потрясающая способность менять тему разговора.
– Ну-ну, – покивал он, – ты смотри, дави не слишком сильно. А то на тебя надавит комитет по выдаче лицензий на деторождение, Марков надавит на твою работу и офицерское звание, а потом весь Департамент – на твой личный счет на карточке гражданина.
У Ортеги была потрясающая способность возвращать людей с небес на землю.
Департамент Надзора, как и некоторые другие городские службы, занимал целый закрытый комплекс зданий. Конечно, участками и отделениями, постами правоохранительных сил был усыпан весь город, но именно здесь, в Первом Блоке, располагалась штаб-квартира. Кроме автопарка, тренировочных площадок для сотрудников силового подразделения и нескольких офисных зданий территорию комплекса занимала единственная в своем роде Академия Департамента Надзора. Выучившись здесь, любой мог посвятить жизнь работе на благо города. Проработав в Департаменте Надзора немалое время и проявив выдающиеся результаты и личные качества, гражданин мог получить приглашение на работу в Службу гражданской безопасности.
Подъехав к воротам, охраняемым вооруженными надзирателями, Винкс высунулся из машины, снял перчатку и приложил к стационарному сканеру большой палец. Дождавшись утвердительного сигнала, он достал документы и передал их подошедшему охраннику. Ортега недовольно заворчал: ему для этих операций нужно было выйти из машины и обойти ее.
Разобравшись с идентификацией личности и документами, охрана подняла шлагбаумы и открыла ворота.
– Я прекрасно понимаю необходимость всех этих проверок, – пробурчал снова успевший намокнуть под дождем Ортега, – но каждое чертово утро проклинаю их.
– Посмотрю я на тебя, если Сопротивление решится у нас что-нибудь взорвать, – парировал Винкс.
– Интересно, каким образом.
Машина преодолела охранный периметр и въехала на территорию комплекса. Это был целый городок со своими улицами и небольшими площадями. Большинство зданий представляло собой пяти-шести этажные блочные конструкции с плоскими крышами и облупившейся краской на стенах. Тем не менее, окна во всех зданиях были затонированы, словно хозяевам каждого до одного офисов и комнат было, что скрывать даже от своих коллег. Или от отдела собственного контроля, – хмуро подумал Ортега.
Проехавшись немного по узким улочкам, машина вильнула в сторону и остановилась перед не примечательным серовато-желтым зданием. Ортега взглянул на газон во дворе. Ричарду он нравился, пусть тот и нелепо контрастировал со стальным забором и самим зданием, да и не следил за ним никто уже лет двадцать. Что-то в нем напоминало о временах до Заражения, когда зелени в городе было гораздо больше. Ортега родился уже после войны, однако любил в свои студенческие годы просматривать видео- и фотоматериалы о тех временах.
Пройдя через пост охраны, Ортега и Винкс оказались в вестибюле. Внутренний интерьер здания выглядел не то чтобы блеклым, но незапоминающимся. Желтый линолеумный пол, обглоданный временем плинтус, бежевая краска на стенах. Порой взгляд натыкался на фотографии видных сотрудников Департамента, висящие в рамках. Больше ничего интересного, как ни старайся, найти не получалось.
Дождавшись лифта, Ортега и Винкс поднялись на пятый этаж. На входе в занятые отделом расследований помещения пришлось снова демонстрировать охране документы и сканироваться для подтверждения личности.
– Лейтенант Ортега, лейтенант Винкс? – окликнула их девушка на входе. – Полковник Марков проводит беседу с сотрудниками вашего отдела в комнате пятьсот пять. Присутствие обязательно.
– Беседа, значит, – Ортега попытался перейти на шутливый тон. – И давно началась экзекуция?
– Беседа началась шесть минут назад, – переходить на шутливый тон девушка отказалась.
Ричард ее не помнил. Очевидно, новенькая, неустанно следует всем правилам и изображает из себя сноба. Хотя с полной уверенностью Ортега этого сказать не мог: поутру он обычно бывал сонным и в лица не всматривался. Вела она себя вполне обычно. Нечего удивляться, что при однообразном образе жизни и нищенской зарплате она держалась холодно. Лицо у девушки было вполне приятное, светлые волосы собраны в короткий хвост, на лице минимум косметики. Под рабочей униформой проглядывалась приятная талия и приподнятая грудь. Она заметила заинтересованный взгляд Ортеги, но проигнорировала его. Жената или нет?
«А, впрочем, хрен с тобой», – подумал лейтенант. В любом случае любовные интрижки между сотрудниками Департамента были запрещены уставом.
Закончив проверку, охранники расступились, и напарники двинулись вперед. Картонные стенки двухметровой высоты разделяли большое помещение, формируя что-то вроде кабинетов, где и работали сотрудники отдела. Лишь старшие офицеры и руководство имели личные рабочие помещения, располагающиеся на другом конце этажа. Сейчас здесь никого не было видно. Очевидно, Марков решил помыть мозг всем и каждому, собрав подчиненных у себя.
Добравшись до нужной комнаты, Ортега и Винкс остановились, чтобы оправить одежду.
– Противодавительные щиты приготовил?
– Да ну тебя…
Этаж, собравшийся в полном составе, с дежурным интересом внимал речи полковника. Кое-кому посчастливилось усесться на синие пластиковые стулья, большая же часть сотрудников маялась стоя – помещение не предназначалось для столь больших собраний, мест на всех не хватало. Марков же как раз остановился на какой-то пронзительной ноте, но, услышав, как отрывается дверь, обернулся к вошедшим:
– Ортега! Ты ж сегодня болеешь.
– Я выздоровел, – отрезал лейтенант, – сэр.
Полковник понимающе кивнул и скрестил тяжелые руки на обширной груди.
– Зачем машину угробил?
– ДТП, сэр, – не моргнув глазом, сообщил Ортега. Ему был по душе неформальный стиль общения начальника. – На шоссе рванула газовая магистраль, после чего какой-то идиот не справился с управлением и влетел в меня.
– В курсе официальной версии, молодец. За отмазку сойдет – значит, работать можешь.
Подождав, пока новоприбывшие протолкнулись в центр комнаты, Марков продолжил. Точнее, начал заново:
– Для только что появившихся напомню тему этого совещания. Я тут пришел к выводу, господа детективы, что вы нихрена не работаете.
– Сэр? – не слишком удивленным голосом уточнил Винкс.
– Да-да. Уж если в девятичасовом выпуске новостей ЕНА говорят о повышении уровня преступности, все должно быть не просто хреново, а очень хреново.
– Так в чем разница? – подал голос сухопарый мужчина из первых рядов. – Они всегда это говорят, это часть их работы.
– Уолберг, – ласковым голосом отозвался Марков, – разница в том, что к этому выпуску Шестой отдел СГБ отношения почти не имел. И озвучивалось только самое громкое. – Черты лица полковника вдруг приобрели суровое выражение, и он выразительно глянул на подопечного. – Твое последнее дело, Уолберг?
– Укокошенный чиновник из министерства образования.
– И?..
– Дело рук его коллег по работе. Чиновник этот черт знает сколько сидел на одном уровне гражданского статуса. Очевидно, все они были на чем-то неприятном завязаны.
– Дело закрыто?
– А это не ко мне вопрос, сэр, – с улыбкой развел руками Уолберг. – Дело было передано в следственный отдел СГБ, как попадающее под их юрисдикцию.
– Это какую же?
– Терроризм.
Ортега подавил смешок. Показательный пример не удался. Правда, казалось, что Маркова это нисколько не тронуло.
– Да черт с ними, с СГБ. Сегодняшнее происшествие – яркий пример того, что мы не тем занимаемся.
– Сэр, – осторожно заметил Ортега, – мне казалось, что сегодняшнее происшествие – как раз юрисдикция СГБ.
– Это наша общая юрисдикция. Чтобы устроить взрыв на дороге, нужно просто сходить в магазин и купить необходимое – при условии, что тебе известен рецепт изготовления взрывчатки. Но чтобы устроить взрыв на пути следования кортежа Картера, нужна информация, я уж молчу, опять же, про материалы для взрывчатки и вербовку смертника.
В зале повисла ощутимая тишина. Несмотря на то, что Марков не душил своих подчиненных злобной дисциплиной и сноба из себя строить не пытался, повторять что-то, касающееся реально серьезных дел, он не любил. Да и вообще Ортега уже давно пришел к выводу, что человек, дослужившийся до должности начальника следственного отдела такой мощной структуры, как Департамент Надзора, простаком да и вообще добродушным человеком быть не мог. Вот и сейчас еще до окончания последней фразы полковник вдруг изменился в лице, нахмурился. Ортега с любопытством отметил про себя, что, казалось, начальник стал занимать больше места.
– Так что еще раз: это наша общая с СГБ юрисдикция. Мы делаем общее дело, пусть и по-разному, – Марков остановился, чтобы промочить горло. Ортега почувствовал на себе страдальческий взгляд Винкса, но только мотнул головой. Он прекрасно знал, что этой паузой Марков просто проверяет, насколько внимательно его слушают. Полковник обожал подобные фокусы.
– Так что, господа, – продолжал он, – хотим мы того или нет, но сделать вид, что ничего не произошло и скинуть работу на СГБ у нас не получится. Некоторые аспекты работы останутся за ними, некоторые за нами. На сегодняшний день мне нужно, чтобы вы максимально быстро проверили все моменты, связанные с террористическими группировками в городе, проработали все возможные версии случившегося и максимум к концу недели составили списки вероятных исполнителей и организаторов теракта. Кто чем займется?
– Сэр, – подал голос Винкс. – Мы с Ричардом могли бы выяснить, откуда они взяли материалы для взрывчатки.
Лицо Ортеги осталось невозмутимым, про себя же он удовлетворенно улыбнулся. В их с Винксом тандеме Эдвард занимал роль, которую Ричард часто сравнивал с тампоном. В то время как Ортега забивал за собой обязанности аналитического центра, Винкс по большей части занимался полевой работой, отгораживая напарника от бумажной волокиты и прочих мелких неудобств. Кроме того, Ортега, как ни старался – то есть старался-то он как раз не особо – богатым актерским даром не отличался, а в их работе умение угадать намерения людей и правильно им подыграть было очень и очень важным. Винкс же по жизни был человеком пугающе жизнерадостным, и любой, кто не был искушен в невербальном языке тела – как, например, Ортега – спокойно принял бы за чистую монету широкую добродушную физиономию лейтенанта.
Наблюдая годами за работой напарника, Ортега полагал, что Винкс вовсе не притворялся двадцать четыре часа в сутки, давя приятную улыбку, а действительно получал от работы с людьми истинное удовольствие. Особенный оскал Эдвард любил показывать после того, как очередной незадачливый дурачок попадался к ним с Ортегой на крючок и получал предложение, от которого чертовски сложно отказаться. Что уж поделать, лейтенант Винкс родился в семье с не слишком высоким гражданским статусом, а потому пробираться в Академию Департамента Надзора, а затем и в следственный отдел ему пришлось самостоятельно, без связей и чьих-либо подачек. Разумеется, это наложило на него определенный отпечаток.
Как бы то ни было, Винкс был отличным следователем, пронырливым, но расчетливым. Вот и теперь, оперативно рассчитав в уме различные направления возможной работы, он быстро выбрал и застолбил за собой – и за Ортегой – сравнительно простое, но важное дельце.
– Вперед, – Марков утвердительно кивнул. – Отправляйтесь сейчас к Кусту, он со своими уже должен заканчивать взрывотехническую экспертизу. Отчеты направляйте лично мне.
– Смотри не забудь, что рядом с ним курить нельзя, – хмыкнул Винкс, когда они с Ортегой выбрались обратно в коридор.
– Эта шутка, – мрачно заметил Ортега, – была седой еще во времена раннего картерства, ты не находишь?
– Может быть. Однако пока от Фрэнка несет, как от химзавода, шутка не перестанет быть актуальной.
С этим Ортега спорить не стал. Действительно, эксперта по взрывчатке Фрэнка Куста сложно было представить вне отдела, в гражданской одежде – настолько крепко образ пропахшего взрывчатыми веществами лысого типа приелся работающим с ним коллегам. Его удивительно чистый белый лабораторный халат вечно источал невероятную мешанину запахов, навевающих мысли о том, что стирался он не с порошком, а как минимум с серой.
Отдельной строки в департаментском фольклоре заслужила лысая башка Куста, подчеркивающая его невероятно длинный горбатый нос. Доподлинно было известно, что побрился Фрэнк сам. Вариантов же того, почему он это сделал, бродило великое множество. Самой распространенной оставалась версия о том, что как-то утром специалист по взрывчатке Департамента Надзора Фрэнк Куст поднялся с кровати, поставил завариваться смородинный чай и отправился в ванну для выполнения обычных утренних процедур вроде чистки зубов. Эти обычные дела были, однако же, прерваны неожиданно обнаруженным первым седым волосом, образовавшимся на голове Фрэнка. Постояв некоторое время в состоянии необыкновенной печали, Куст решил вдруг закрыть для себя проблему седых волос раз и навсегда, сбрив все волосы вообще. Решение, сказать прямо, внешность его совсем не улучшило, но проблема и правда была успешно устранена.
Фрэнк Куст обнаружился в курилке на одном из подземных этажей, где находилась взрывотехническая лаборатория.
– Здорово, – завидев приближающихся следователей, пробасил Куст, протягивая им руку. – Что хотели?
Роста Куст был немаленького, особой полнотой не отличался. Наоборот, он был довольно худым человеком, что совсем не вязалось с его мощным голосом и властными, с ленцой, движениями.
– И тебе привет, – Ортега пожал протянутую руку. – Полковник поручил расследовать утреннее дело. Выяснил уже что?
– А что конкретно интересует? – полюбопытствовал Куст.
Ортега приложил усилия, чтобы страдальчески не вздохнуть. Фрэнк обожал задавать бессмысленные вопросы. Возможно, ему по каким-то причинам было неуютно в обществе коллег, и он пытался побороть неуверенность болтовней – кто знает. В любом случае выслушивать с десяток «чего» и «почему» у лейтенанта сейчас не было ни малейшего желания. Ну что, в самом деле, могло их с Винксом интересовать?
– Дай общую оценку. Все, что выяснил.
– Ну, – Фрэнк задумчиво поскоблил лысину, – бомба была самодельная, мощность порядка четырех-пяти килограмм в тротиловом эквиваленте. Работа от детонатора. Судя по тому, что снайперы прострелили смертнику башку, а взрыв произошел, по свидетельствам очевидцев, только через добрый десяток секунд, подрывник бежал с зажатым предохранителем, надеясь добраться до машины и потом уже его отпустить.
– Почему не рвануло сразу, как только его подстрелили? – поинтересовался Винкс.
– Мало ли, – пожал плечами Куст. – Причин может быть несколько. Скорее всего, самодельная хрень просто сработала с запозданием.