- -
- 100%
- +
– И куда ты пойдешь? – появляется он в дверях.
Я не знаю, но и здесь оставаться не собираюсь.
– Сниму какой-нибудь номер в отеле.
Толкаю его и прохожу мимо, захожу в гостиную и запихиваю в чемодан ноутбук. Кевин смотрит на все происходящее стоя в стороне.
– Ты понимаешь, что совершаешь ошибку?
– Я так не считаю.
– Это ничего не изменит, ты сейчас уйдешь и что?
– На меня не будет оказываться каждодневное давление, которое сбивает меня. Я наконец-таки разберусь в своей голове и смогу понять, что мне сейчас нужно, а что нет.
Выхожу из квартиры и последнее что я слышу никак не задевает меня, возможно, потому что я приняла уже одно решение, но сама этого не осознала.
– Просто знай, я не буду, как Хатико, ждать твоего возвращения.
Погода в Нью-Йорке дождливая. Несмотря на дождь не спеша дохожу до машины и замечаю очередное послание от незнакомца. Закидываю чемодан в салон и забираю записку. Она лежит в файле, чтобы лист не промок, а чернила не растеклись, и это заставляет меня улыбнуться. Моя первая улыбка за прошедшие два дня, и благодаря кому? Неизвестному парню, который разбил мою машину.
«Доброе утро…
Я только сейчас понял, что я так и не знаю вашего имени, как и вы моего. Можете называть меня Эрнандес, так все меня зовут, правда я не знаю почему. Через 2 дня я улетаю по работе на время, но как только вернусь мы можем с вами встретиться и все обсудить, если конечно же у вас будет свободное время.
Желаю вам отличного дня,
Эрнандес»
Эрнандес. Могу предположить, что он Мексиканец или Аргентинец или… ну он точно должен быть из Южной Америки. И он сто процентов чертовски горяч. Машины, горячего по моим предположениям Эрнандеса, нет, но я очень уж хотела оставить ответную записку, поэтому нашла в сумке жвачку и прикрепила файл с листом на его парковочный столбик.
"Добрый день, Эрнандес,
Извиняюсь за то, что прикрепила жвачку на ваш столбик, но я не смогла придумать что-то другое. Вы правы мы так и не представились друг другу. Но раз уж вы не назвали своего настоящего имени, я не назову вам своего. Можете называть меня Луиза, правда меня так никто не называет, но это мое второе имя. Я все еще не съездила в автосервис, так что вы можете не переживать насчет этого. И да, надеюсь после вашего пожелания мой день действительно будет отличный, потому что сейчас это не так.
В течение следующих нескольких дней меня не будет дома, так что я не смогу как писать вам, так и читать ваши записки.
Надеюсь, ваш день не такой плохой, как у меня,
Луиза"
Луиза. Какой ужас. Меня никто и никогда так не называл. Сейчас был единственный случай за всю жизнь, когда мне пригодилось моего второе имя. Но думаю больше оно мне не понадобится. Завожу машину и включаю печку, так как с меня стекает целый водопад, да еще и дождь в такое время года совсем не теплый. Выезжаю с парковки и просто еду куда глаза глядят. Я не знаю ни одного отеля, где можно было бы остановиться, поэтому вбиваю в навигатор поиск ближайшего.
За эти два года работы журналистом, я объездила не мало городов и видела огромное количество номеров различных уровней. И если с виду отель премиум класса, это еще не означает что внутри все так же роскошно. В этом я убедилась в Денвере, когда снаружи все выглядит дорого, а на самом деле сервис был ужасный.
Паркую машину около входа и выхожу из машины. Очень надеюсь, что внутри отель выглядит, как и снаружи.
Так и есть. Светлый холл, украшенный огромным количеством цветов, выглядел просто потрясающе. Подхожу к ресепшену и обращаюсь к девушке.
– Добрый день, у вас есть свободные номера?
– Минуточку, – она смотрит на компьютер. – К сожалению на данный момент свободных номеров нет, у нас сегодня ночью заезд большого количества журналистов.
– Ладно, спасибо.
Возвращаюсь в машину и открываю сайт для бронирования отеля. И сказать, что я в шоке ничего не сказать, места в близь расположенных отелях были все забронированы. А искать номер на другом конце города нет смысла, телестудия расположена не в центре и добирать до нее долго. Я специально искала квартиру как можно ближе к ней.
Я не знала, что мне делать.
У меня нет ни одного варианта выхода из этой ситуации. Мне не остается ничего другого как искать какой-нибудь хостел, где я могу пока пожить пару дней.
Уже собираюсь заводить машину, но у меня звонит телефон. На экране высвечивается имя сестры. Эта дама исчезла на две недели из-за волонтерства, на который ездила со своим парнем. Я получила лишь иногда от нее фотографии.
Снимаю трубку и молчу.
– Привет.
Молчу.
– Анаис? Ты здесь?
– Прошу прощения, – стараюсь говорить я хриплым голосом, как пожилой человек. – Вы не можете говорить погромче, я вас плохо слышу.
– Не смешная шутка.
– Кто это? Неужели моя сестра соизволила позвонить? А я вот, как и говорила, состарилась до твоего возвращения, – продолжаю я, сдерживая смех.
– Ладно, ладно, я поняла тебя.
– Как отдохнула? – смеюсь я.
– Отлично, это было потрясающе.
– Что сказал на это Тайлер?
– Первые два дня он хотел убраться оттуда, но потом ему понравилось. Я была удивлена, потому что готовилась терпеть его нытье на протяжение двух недель.
Дженни вместе с Тайлером ездили на волонтерство, помогать на ферме. Не знаю согласилась ли я когда-нибудь на такое. Но фотографии, которые присылала мне сестра, были очень милые, в особенности фото с пони.
– Я просто влюбилась в этих животных, они все такие хорошие, – умиляется она. – А у тебя как дела?
Не стоило мне задавать этот вопрос.
– У меня все не так прекрасно, как у тебя. Именно поэтому я сейчас сижу в машина с чемоданом в салоне и ищу хотя бы какую-нибудь койку в ближайшем хостеле.
– Ты рассталась с Кевином?
– Сейчас пока нет, но думаю в ближайшем будущем да.
– И кто был инициатором?
– Я. Он был против этого и говорил, что я совершаю ошибку.
– А ты думаешь, наоборот.
– Именно.
В трубке повисает тишина, но Дженни прерывает ее важным вопросом.
– Ты любишь его?
– Я… я… я не знаю, правда. Я люблю его, но это какая-то не такая любовь. Совсем не такая, – вздыхаю я. – Я знаю, что он любит меня. Но я не люблю его так, как он меня. Я обманываю его и это ужасно.
– Ты не обманываешь его. Ты просто запуталась в себе, а это разные вещи.
– Почему все так сложно?
– Все будет хорошо, вот увидишь.
– Очень на это надеюсь.
– Ладно, не буду тебя отвлекать, люблю тебя, – прощается сестра.
– И я тебя.
Кидаю телефон на соседнее сидение. Пару секунд пытаюсь успокоить себя, но ничего не получается, и я ударяю рукой по рулю. Гудок автомобиля пугает прохожих, и я извиняюсь, поднимая ладонь.
Объезжаю еще парочку отелей, но и там свободных мест не находится. Мне сегодня повезет хоть в чем-то? Или придется снимать койку в хосте? Объезжаю еще парочку отелей и снова получаю информацию о том, что все номера заняты. Уже опустив руки собираюсь искать хостелы, но замечаю один свободный номер в первом отеле, в который я пыталась заселиться. Быстро бронирую номер, потому что знаю, если я не сделаю этого, я потеряю свой последний шанс. Я даже не обращаю внимания ни на стоимость, ни на сам номер, сейчас мне важно лишь то, что это не койка в хостеле.
Подъезжаю к отелю, но ни как в прошлый раз с волнением и надеждой, а с уверенностью, которая возрождает во мне былой настрой.
– Добрый вечер, – улыбается мне все таже девушка.
– У меня забронирован номер.
– Анаис Холл?
– Да.
– Вам очень повезло, одна из редакций отменила бронь.
– Я готова сейчас расцеловать их руки.
Девушка улыбается, – Вот ваши ключи.
– Спасибо.
– Приятного отдыха.
Я направляюсь с чемоданом к лифту.
– Если бы это был отдых, – шепчу я себе под нос.
Захожу в номер и, оставив чемодан в коридоре, падаю на кровать. На часах всего лишь пять вечера, а сил из-за нет совсем. Я видела, что Хейзел отправила мне что-то на почту, но настроения работать у меня также нет. Поэтому решив отложить это на завтрашнее утро, я заказываю еду в номер и пишу подруге.
Я: «Во сколько прилетаешь?»
Ответ не заставляет себя долго ждать.
МАРИЯ: «В 9 вечера»
Я хочу с ней увидеться, хочу рассказать ей все, что произошло за последние полгода. Мне так не хватает человека, с которым я могу часами на пролет болтать о чем-то важном и не очень. Раньше все так и было, в школьные и студенческие время мы были друг у друга. А сейчас жизнь раскидала нас по разным уголкам страны и теперь мы видимся раза два-три в год.
Иметь человека, который всегда поймет тебя и поддержит очень важно, ведь быть всю жизнь одним невозможно. Либо ты сломаешься сам, либо тебя сломают. В такой ситуации благоприятного исхода нет. А самое ужасное во всем этом то, что ты не сможешь заметить, когда наступит этот момент. Просто в один прекрасный день ты проснешься и поймешь, что внутри пустота и смысла жизни больше нет. Как бы ужасно это ни звучало, но так и есть. Сложно быть одному в мире полном ненависти и лжи.
–Доставка в номер, – разноситься за дверью.
Забираю свой заказ, возвращаюсь на кровать и начинаю есть.
Все происходящее выглядит настолько неправдоподобно, будто это какой-то сериал, а не моя жизнь. Я всегда шла по уже выстроенному в своей голове пути, и я понятия не имею, где свернула не туда. Я никогда и представить себе не могла, что буду искать номер в гостинице для того, чтобы разобраться со своей жизнью и прийти к решению что делать дальше. Но я оказалась в такой ситуации и это как оказаться на распутье. Тут ты можешь выбрать только один путь и дороги назад уже нет.
Карьера. Вот какой путь я выбирала последние года и сейчас я не хочу сворачивать с него. Мне никогда не везло в любви. Она всегда подводила меня, и я никогда не выбирала ее. С этим же я и сталкиваюсь сейчас. Передо мной снова стоит выбор. Любовь или Карьера. Но впервые я в замешательстве и не знаю какой выбор сделать.
Кевин в последние два года всегда был рядом со мной. Я всегда могу обратиться к нему за помощью и это мне в нем нравиться. Но в последнее время я перестала его узнавать. Тот Кевин, который был раньше, начал исчезать, и на его место пришел человек, с которым я не смогу ужиться.
Но проблема не только в нем, но и во мне. Если бы я по-настоящему любила его, я бы пошла на все лишь бы удержать его, но я этого не делаю. Не потому, что не люблю, я люблю его, но это не такая любовь. Возможно даже это не любовь, а просто привязанность. Возможно мне просто удобно жить с ним, понимая, что я не одна. Я не знаю, не знаю, что это. Именно поэтому я сейчас здесь в одиночку, поедаю пасту в номере отеля.
Отправляю завершенную статью и все же решаюсь взглянуть что за файл мне отправили. И удивляюсь, когда вижу, что прислали немного информации о том самом новом тренере.
«Анаис, вот немного информации, которую смог найти Реджи. Надеюсь, она поможет тебе.
С Уважением, Хейзел»
Ну хоть что-то.
Отправляю ответ с благодарностью, но решаю уже завтра посмотреть информацию перед самой пресс-конференцией.
Просыпаюсь от звона будильника, который кричит под ухом. Если я скажу, что утро доброе то буду нагло врать в глаза. Оно просто отвратительное, как и сон, которого не было. И я понятия не имею почему. Я могла бы списать все это на волнение, но я не волнуюсь. Мне не в первые попадать в такие ситуации, благодаря моему начальству, которое постоянно отправляет меня неизвестно куда. Но я не жалуюсь, это очень даже интересно открывать для себя что-то новое. Вот только в сегодняшней пресс-конференции есть одна загвоздочка, мне сказали любым образом добыть эксклюзивную информацию.
Подъезжаю к пресс-центру и уже на проезде к парковке сталкиваюсь с одной из ненавистных проблем. Пробка. Отличное начало не так ли? Вся Америка решила сегодня слететься сюда? И я не шучу, слишком уж много здесь сегодня репортеров. Паркую машину где-то на пол пути до въезда на парковку, как и многие здесь.
Заходу в центр и снова попадаю в пробку, только уже из людей. Пресс-конференция должна начаться через 40 минут и почему-то мне кажется, что она начнется позже. За 10 минут до начала я наконец-то оказываюсь в зале и сразу занимаю место, так как не хочу стоять в конце зала и воевать с настоящими акулами. Достаю блокнот с ручкой, а также телефон чтобы написать смс Марии.
МАРИЯ: «Привет, ты где?»
Около меня кто-то останавливается и подняв голову, я соскакиваю со стула.
– Мари, – обнимаю я ее.
– Я тоже скучала.
– Ты совсем не изменилась.
– А тебя прям не узнать, – смеется она. – Королева Испании.
– Как добралась? – обращаю внимание на толкучку в коридоре.
– Отвратительно, у вас в Нью-Йорке не умеют организовывать пресс-конференции, – вздыхает она. – А еще эта чертова пробка, жуть просто.
Я сама не ожидала такого наплыва репортеров. Это что-то новенькое, по крайней мере в футболе я никогда такого не видела.
– За два года работы я такого тоже не видела.
– Ты нашла хоть какую-то информацию о спикере?
Брови Марии взлетаю вверх, и она встает в ступор.
– Что-то не так? – оборачиваюсь я.
– Нет, – мешкает она. – Все в порядке, просто…
– Прошу все занять свои места. Конференция вот-вот начнется, – объявляет пресс-секретарь.
– Мое место там, – указывает она на другой конец комнаты.
– Да, конечно, после конференции в коридоре?
– Да, – улыбается подруг. – Но не думаю, что ты будешь в прежнем настроение.
– Что ты имеешь в виду?
Но она пожимает плечами и уходит. И что она хотела этим сказать?
– Прошу всех журналистов занять места в зале, – еще раз разноситься по комнате. – Конференция начнется через 5 минут.
Внутри меня нарастает какая-то паника, потому что я не понимаю, что имела в виду Мария. Она что-то знает? Но что? Беру себя в руки и переключаюсь на работу. Открываю почту, но файл с информацией не грузиться из-за отвратительного интернета. Вот сейчас я начинаю нервничать и волноваться. С моей стороны непрофессионально готовиться к пресс-конференции за пару минут до ее начала, да еще и интернет подводит меня.
Зал заполнился репортерами до отказа, мы тут как селедка в бочке. А я готова была уже швырнуть этот чертов телефон кому-то в голову.
– Итак, мы готовы начать конференцию, но нам нужно еще буквально пару минут. Спикер опаздывает из-за создавшейся пробки.
Да, мне нужны эти чертовы пару минут. Пока файл пытается открыться, я включаю диктофон. Когда текст наконец-то появляется на экране, дыхание перехватывает. Я слышу, как вокруг все оживляются и затем наступает тишина.
– Мы может начинать? – спрашивает пресс-секретарь.
Я поднимаю голову и смотрю на Марию, которая, не отрывая глаз смотрит на меня. Так вот что она хотела мне сказать. Теперь ее ступор на мой вопрос понятен. Она думала, что я знаю кто сегодняшний спикер, но я просто дура.
Обращаю внимание на него и все вокруг просто теряет четкие очертания. Стук моего сердца оглушает все звуки вокруг. И мне кажется, не я одна слышу его, а все присутствующие.
Этого не может быть! Это какая-то шутка? Если так, то она не смешная!
– Да, мы можем начинать!
– Отлично, – улыбается модератор. – Добрый день, сегодня наша пресс-конференция посвящена назначению на должность нового главного тренера…
Это будет самая сложная конференция, на которой я когда-либо присутствовала. Не потому, что я не готовилась, а потому что к этому не подготовиться.
Глава 3
Дэвид
10 дней назад…
Такой шанс выпадает раз в жизни. И когда три с половиной года назад я улетел в Канаду работать тренером, я не мог поверить своему счастью. Это казалось какой-то сказкой, я не верил, что такое возможно. Одна совершенно не спланированная встреча перевернула мою жизнь на 180 градусов. А один звонок изменил все до неузнаваемости.
– И сколько это будет продолжаться? – ноет Джош. – Я вижу твою рожу каждый день в своей квартире, так ее еще и крутят целыми сутками по телевизору.
– Завидуй молча, – смеюсь я.
– Было бы чему, – ухмыляется друг.
– Если честно, я не понимаю почему этому уделяют такое большое внимание. Ну сменится в команде главный тренер, и что? Не Третья Мировая же.
– Вот придет твоя сестра у нее и спросишь, почему тебя превращают в мировую звезду. А сейчас я хочу найти хотя бы один телеканал без твоей противной рожи, – кривиться он.
– Включи мультфильмы, там меня точно нет, – смеюсь я, поднимаясь с дивана.
Мне в след летит подушка.
– Мимо, и как тебя только в команду взяли?
– Да пошел ты, – летит в меня вторая.
Я ловлю ее и кидаю обратно.
– Уже получше, гляди я тебя и натренирую, 20% от зарплаты будешь перечислять мне.
– Обойдешься, и без твоей помощи обойдусь.
– Второй раз предлагать не буду, – пожимаю я плечами.
– Смотри чтобы ничего не защемило, а то будешь всю жизнь ходить с этой отвратительной улыбкой.
Как же я скучал по этому придурку.
Три с половиной года я не виделся ни с кем кроме Марии, которая прилетала ко мне пару раз и то, потому что ее отправляли по работе последние два года. А сам прилететь я не мог, так как в контракте были прописаны условия, запрещающие мне находиться в некоторых штатах Америки, в том числе в том, где живет моя семья. Я не знаю, что это за глупое правило, но оно мне совершенно не нравилось.
Сейчас я в Лос-Анджелесе, хотя по-старому контракт мне запрещено здесь находиться. Но я больше ничем не обязан прежнему клубу, так как подписал контракт с новым.
Последние месяцы работы в Рэпторс мне дались очень не просто, долгая разлука с семьей, разнообразные слухи, которые ходили в узких кругах и иногда выходили в люди, а также всплывшая на поверхность история из прошлого. И каким облегчением было узнать, что мне предлагает контракт другой клуб, да еще и из США. Мысль о том, что я наконец-то вернусь домой приободрила меня и не дала сорваться. На тот момент я уже раздумывал о том, чтобы разорвать контракт, и мне было плевать какую неустойку я должен был выплатить клубу.
Слышу, как хлопает входная дверь, а затем в кухне появляется Мария.
– Привет.
Она наполняет стакан водой и показывает мне подождать.
– Привет.
Я усмехаюсь.
– Посмотрела бы я не тебя, когда при 35-градусной жаре тебе нужно было снимать репортаж.
– Вопрос о том, как на работе можно не озвучивать?
– Именно, мой ответ ты уже получил.
На кухне появляется Джош.
– Привет, – целует ее в щеку. – Когда этого придурка перестанут показывать по телевизору? Слишком много Геррера в моей жизни.
– Вы не представляете, как я хочу, чтобы эта вся шумиха улеглась, – вздыхает она. – Меня каждый день расспрашивают, пытаясь заполучить хоть какую-то информацию. Меня это уже все достало.
– Меня не меньше, я даже не могу сходить в магазин. Когда это уже все прекратиться?
– Думаю после того, как официально объявят, все только и ждут этого, – предполагает сестра. – А сейчас мне нужно переодеться.
Столько внимания к себе я не ощущал никогда, это очень сильно мешает жить. Папарацци просто по всюду, так еще и журналисты подливают масло в огонь. Последняя поезда в Walmart чуть ли не закончилась моим срывом, когда один из фотографов толкнул Марию и она чуть ли не потеряла равновесие. На помощь пришли охранники, но я еще долго не мог успокоиться. И теперь если я и хожу куда-то, то либо сам, либо с Джошем, уронить которого они не смогут.
Пока Мария сервировала стол для ужина, на мою почту пришло письмо.
«Добрый вечер мистер Геррера,
Через 10 дней состоится пресс-конференция по поводу вашего назначения на должность главного тренера. Мы нашли жилье, подходящее под ваши запрос, и послезавтра вас ожидает рейс до Нью-Йорка в 12 часов дня. О назначение на вашу должность мы официально объявим сегодня в 8 часов вечера.
С уважением, мистер Брук»
– Можете плясать, я послезавтра улетаю, – захожу я на кухню.
– Уже? – шокирована Мария.
– Ты хочешь сказать, что за две недели я тебе не надоел?
– Ни чуть.
– Через 20 минут клуб официально сообщит о моем назначение, – смотрю я на часы.
– Поздравляю, – похлопывает мне по плечу Джош, заходя на кухню. – Ты это заслужил.
Каждый раз слыша эту фразу я задаюсь вопросом: «А действительно ли я заслужил это?». Многие упорно стараются и у них ничего не выходит, а некоторые, как я, просто оказываются в нужном месте в нужное время. И можно ли сказать, что я заслужил это, ведь мне просто повезло? Да, мою детскую мечту разрушили, не предоставив мне выбора, но я не единственный человек в мире чьи мечты так разбивали. И я не считаю, что кто-то другой не заслужил быть на моем месте.
Ужин прошел прекрасно, без шуточек этой парочки в мою сторону. Эти двое постоянно подкалывают меня из-за того, что я отрастил бороду. И я уже готов сбрить ее лишь бы не слышать больше их колкостей.
– Поможешь? – спрашивает сестра.
– Да, конечно.
Собрав посуду со стола и загрузив ее в посудомойку, я собирался вернуться в гостиную, но не тут-то было.
– Ты так с ним и не говорил.
– Мария, давай не будем портить друг другу настроение, ты знаешь каким будет мой ответ.
– Ты мог хотя бы поздравить его с Днем рождения, – вздыхает она. – Ты все еще его сын.
– Я отравил ему смс, как это сделал он на мой День рождения.
– Потому что ты не брал трубку, когда он звонил.
– Я не хочу обсуждать это, ни сейчас и никогда!
– Ты не должен так с ним поступать! – повышает она голос.
– Нет не должен, но и он не должен был так поступать с нашей семьей! – кричу я. – Я не поменяю своего мнения, он для меня никто! И точка!
– Ты поступаешь в точности, как и он!
Эта фраза заставляет меня остановиться и клянусь богом сейчас ей лучше замолчать.
– Мария, лучше помолчи, – цежу я сквозь зубы.
– Я не хочу смотреть как наша семья разрушается! Я устала от этого! Я уже восемь лет смотрю на это! Восемь лет, Дэвид, – молит она. – Я верила, что твое возвращение что-то изменит, но ничего не изменилось.
– Нельзя исправить то, чего не существует! Сейчас моя семья – это ты, мама и Сара, и меня все устраивает.
Она не первый раз пытается завести разговор на эту тему, а я раз за разом говорю, что не хочу об этом говорить, но она продолжает настаивать. Ее упорство порой выводит меня, такая настойчивость не всегда идет на пользу, иногда она может навредить.
– Почему ты такой эгоист? – кричит она из кухни.
Нужно было пропустить это мимо ушел, но я не смог.
– Это я эгоист?
– Да! Ты думаешь только о себе!
– Если бы я думал только о себе, я бы на протяжение трех лет не переводил деньги маме, на которые ты, кстати, жила тут полгода. Если бы я был эгоистом, я бы не улетел ни в какую Испанию, потому что мне было бы наплевать на нашу семью. Но я улетел и прожил там пять лет! Пять лет! И после этого ты еще называешь меня эгоистом?! Я всегда делал все для семьи! Всегда!
– Но видимо сейчас что-то сломалось, потому что ты не делаешь ничего, чтобы она снова была!
Джош проходит мимо, будто не замечая нашей ссоры. За столько лет он уже видимо привык.
– Напомни мне больше не заводить друзей с горячей кровью, – шепчет он.
– Мария тебе уже не четырнадцать лет, тебя должно уже заботить создание своей семьи, – пытаюсь успокоиться я. – А родители сами разберутся, если им это будет нужно.
–Ты, черт возьми, выгнал его из дома! Ты решил все за всех!
– Ни черта! Ты ни черта не знаешь! – успокоиться не получилось. – Да, я сказал, чтобы он собирал вещи и проваливал! Но затем я улетел, мама выставила его из дома! Не я!
– Да, но затем на протяжение полугода она каждую ночь рыдала! А я не могла ничего сделать! Ничего! Ты не слышал этого, не слышал, как ей было больно!
– Я знаю, когда ей было намного больнее! Я слышал, черт возьми, слышал ее рыдания! Вот тогда ей было действительно больно, тогда она ничего не могла сделать, чтобы ее дочь пришла в себя!
Она замолчала. Но я знаю, что она старается сдержать слезы. Я не должен был этого говорить.
– Прости.
На этом наш разговор заканчивается, и я ухожу в спальню. Ее привычка выводить всех на эмоции всегда заканчивается тем, что больно она делает именно себе. Глупая. Но этого не изменить, да и не стоит этого делать. Именно эта черта делает из нее ту самую Марию, которую я знаю уже 25 лет. На улице темнеет очень быстро, и идея, которой я грезил пару часов назад, уже не кажется мне такой заманчивой. Я хотел немного пробежаться рядом с океаном, но ни время, ни настроение теперь не позволяют мне это сделать. На телефон приходит смс от Джоша и прочитав его я начинаю смеяться.