Идеи и идеологии

1—1. От автора

Проблема в том и состоялась, что религия вообще зародилась ещё задолго до того, как православие пришло на Русь – на общей для всех нынешних конфессий основе сверх естественного Сотворения Вселенной и живого (во-плоти) мира в ней – посредством мистических таинств, принципиально не подлежащих раскрытию и так и не расрытых по сей день.

Включая и людей, с их эволюцией из первобытных существ, мало чем отличающихся от остального животного мира на врождённых инстинктах – к человеку разумному и осознающему как себя, так и последствия своего поведения по отношению к себе подобным и окружающей Природе.

То есть: независимо от того, кто и какой веры оказался и придерживался в последующем – живому (во-плоти) человеку изначально присовокупили сверх естественные существа – дух и душу, через которые он управляется и направляется высшими сверх естественными (чудотворными) силами сверху, к единственно праведному бытию.

А если ознакомиться с библейской историей в полном объёме, оказывается: то, что сотворено Святым Духом в живой плоти – не совсем отвечало его замыслам и потребовалось творения исправлять, не иначе, как посредством обратного возвращения в лоно Его небесное.

Спрашивается: чем же особым могут отличаться различные религиозные конфессии одна от другой, если все они построены на одной и той же основе неверия в добропорядочность мирского человеческого разума, а различные перевоплощения из живой плоти в бесплотное и бесплотного в живую плоть объясняются не иначе как мистическими чудесами, принципиально не раскрываемыми мирскому человеческому разуму?

Отцы – богословы отвечают: да, для того, чтобы подобные чудеса раскрылись каждому простому смертному – требуется их вовлекать в особо тонкий духовный опыт в конфессиональных храмах под опекой Отцов-богословов.

И хотите поверьте, хотите не верьте, а духовный опыт в том и состоит, чтобы в мистические перевоплощения поверили: не испытывая никаких сомнений, укрепляя веру в самих себе и не требуя никаких доказательств мистических перевоплощений. С превалированием исключительных мечтаний и надежд на сверх естественные чудеса с добром и любовью. (Вот так – так!).

Но куда как раньше идеологии православия и других традиционных конфессий – родилось понятие о «трихотомии».

1—2. Трихотомия (Из Википедии)

«Трихотомия (от греч. τριχοτομία – разделение натрое) – богословский термин, отражающий концептуальный взгляд на человека как на трёхсоставное существо (как на состоящего из духа, души, тела).

На чём основано учение о трехсоставности человека?

Относительно состава человека в богословской литературе встречается два мнения: 1) человек состоит из души и плоти (тела); 2) человек состоит из духа, души и плоти (тела). Казалось бы, Священное Писание даёт повод к существованию как первой, так и второй точки зрения.

В пользу первого мнения свидетельствует ряд указаний, сообщающих о человеке, как о двухчастном существе:

«Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии» (1Кор.6:20);

«Итак, возлюбленные, имея такие обетования, очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием» (2Кор.7:1).

В свою очередь сторонники второй точки зрения, трихотомисты, опираются на те библейские выражения, в рамках которых, помимо души и тела, как двух основных частей человека, упоминается дух:

«Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные» (Евр.4:2);

«Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа» (1Фес. 5:23).

Многочисленные памятники святоотеческой мысли подводят нас к убеждению, что человек, всё же, состоит из двух субстанций – души и плоти. В данном отношении он сопоставлялся как с представителями ангельского мира, так и с представителями видимого. С ангелами человека сближает невидимая, разумная душа, а с представителями видимого мира – тело.

Дух, о котором в контексте о человеке упоминает Писание, святыми отцами иногда понимался как ум. В этом отношении подчёркивалось, что дух, или ум, является неотъемлемой принадлежностью души, что душа – разумна. Дух же является её руководящим началом, но никак ни третьей, самостоятельной субстанцией, наряду с плотью и душой.

Иногда же, когда, например, речь идёт о противопоставлении духовного человека душевному, слово «дух» можно соотносить с особым строем, особым духовно-нравственным расположением души, облагодатствованной, устремленной к Богу, к Добру.

Поскольку после грехопадения человеческий ум покрыт пеленой греха и не способен созерцать сверхчувственный мир, то он используется человеком только отчасти в своей низшей функции – как разум, т.е. как орудие анализа и осмысления чувственного опыта, а также для облечения этого опыта в слова.

Разум хотя и основывается на рассудке, но им не ограничен и имеет в своем арсенале иные средства и методы познания: рефлексия, интуиция, образность, символы, воображение и др. Все перечисленное – это редуцированные свойства подлинного ума (νοῦς). В частности, интуиция – это спонтанно проявляющаяся созерцательная способность ума, позволяющая понять суть объекта или явления без аналитических рассуждений. Однако в уме, помраченном грехом, эта способность обычно не обнаруживается или же проявляется крайне неожиданно, чаще всего в экстремальных ситуациях. Современный человек не может владеть этой способностью постоянно. Попытки активизировать эту сферу человека с помощью определенных оккультных методик приводят к повреждению сознания и тяжелейшим формам прелести, о чем много говорят святые отцы, поэтому попытки искусственно развить в себе интуицию – это крайне опасный духовный эксперимент над собой. Созерцательная способность ума, проявившаяся в жизни святых людей, – это определенный плод их духовной жизни, но не цель. Данная способность получает свое правильное раскрытие только на пути богоугодной жизни, по слову Господа: «Ищите же прежде Царства и правды Его, и это всё приложится вам» (Матф. 6:33).

Необходимо признать, что вопрос о различении в святоотеческом наследии «ума», «разума» и «рассудка» весьма сложный и наши суждения носят лишь предварительный ориентировочный характер».

1—3. Интеллект

(Для сравнения – оттуда же)

Интелле́кт (от лат. intellectus «ощущение», «восприятие»; «разумение», «понимание»; – качество психики, состоящее из способности приспосабливаться к новым ситуациям, способности к обучению и запоминанию на основе получаемых знаний и опыта с использованием для управления собой и окружающей средой. Общая способность к познанию и решению проблем, которая объединяет все познавательные способности: ощущение, восприятие, память, представление, мышление, воображение, а также внимание, волю и рефлексию

Интеллектуал – человек с высоко развитым умом и аналитическим мышлением; представитель умственного труда, способного также к мысленному воображению искусственно созданному, виртуальному миру, с последующим программированием на основе компьютерных технологий.

1—4. Сознание

(dic.academic.ru›dic. nsf/enc_medicine… Сознание)

Сознание – высшая форма отражения действительности, в противоположность идеализму и дуализму, в которых оно есть особая духовная субстанция, управляемая сверх естественным Духом

В клинической медицине термин «сознание» используют, как правило, в более узком смысле – для обозначения нормального состояния высшей нервной деятельности человека (адекватное восприятие и осмысление окружающей обстановки, способность к активному мышлению, речевым контактам, целесообразным поведенческим актам). Именно в таком значении слово «сознание» выступает в формулировках типа «нарушения сознания», «ясное сознание», «больной без сознания» и «расстройства сознания».

1—5. Парадокс

Парадо́кс (от др.-греч. παράδοξος – неожиданный, странный, или от др.-греч. παρα-δοκέω – кажусь) – ситуация (высказывание, утверждение, суждение или вывод), которая может существовать в реальности, но не имеет логического объяснения. Следует различать парадокс и апорию. Апория, в отличие от парадокса, является вымышленной, логически верной ситуацией (высказыванием, утверждением, суждением или выводом), которая не может существовать в реальности

В самом широком смысле под парадоксом понимают высказывание, которое расходится с общепринятым мнением и кажется нелогичным…. Это всегда полуправда, а привычная истина рушится на глазах и даже высмеивается.

Парадоксальность – неожиданность, непривычность, оригинальность, противоречивость себе, исходным посылкам, общепринятому, традиционному взгляду или здравому смыслу по содержанию и/или по форме. Антонимом парадоксальности является ортодоксальность – проверенность, традиционность. «Ортодоксальный» – буквально «следующий господствующей традиции».

Очевидно, то, что назвали свободой человеческой совести выбирать – во что верить или не верить, на самом деле и есть свободный выбор мировоззренческого убеждения: жить ли человеческим разумом в этой жизни или поддаться искушению некоего сверх естественного влияния, уводящего от теплой, полнокровной и чувственной жизни во плоти – к бесплотному и холодному блаженству на том свете.

На том простом основании, что для многих безрассудная вера в религиозные чудеса – приводит в том числе и к явной дезориентации реального продолжения в вечности естественным обновлением через потомство – вечным блаженством в бесплотной форме.

И по очень простой причине: ничего подобного в качестве устойчивых тенденций в реальном бытии – не наблюдается, а демонстрация чудесных перевоплощений начинается с ужасных трагедий в каждой семье: смерти родных, близких и знакомых, которую кто-то считает наоборот – счастливым шансом на вечное продолжение в бесплотной пустоте.

2—1. Эволюционное продолжение

Так ведь мало и этого! Оказалось, что Сотворение живого мира в явном виде свелось лишь к сотворению на одной планете Земля

На которую, очевидно, из-за любви и добра к её обитателям и сосредоточились все мыслимые и немыслимые сверх естественные силы и Боги.

Но искушающие, выходит, и Человека с духом и душой, полных любви и добра – уничтожать живых тварей, дабы в удобоваримом виде иметь силы плодиться и размножаться.

Оказалось – это только по библейской истории прародители рода человеческого сразу же предстали полностью готовыми к осознанной самостоятельной деятельности и отношениям между собой. А во всём последующем эволюционном продолжении – ничего подобного ни разу не случилось, а размножение продолжилось примитивным со всеми тварями способом соитий и рождением чад, не соображающих ни в чём, кроме врождённых физиологических рефлексов.

Но если и такое рождение приписали к дару божьему, то и этот дар с духом и душой не мог существовать вне известного предела температуры тела, давления на сердце и на мозг и без вдыхания душой вполне определённого состава духа-воздуха.

То есть, бесплотные дух и душа оказались просто не восприимчивыми и непереносимыми для любого живого тела во-плоти.

Возможно бесплотный дух каким-то чудесным образом и поддерживал жизнь младенцев вне зависимости от реальных условий бытия. Только в том и дело, что секреты подобных чудес оказались так и не раскрыты мирянам, что и оказалось бы не на словах, а на деле подлинной к ним любовью и добром.

2—2. Эволюционные несовпадения с ортодоксами

Оказалась совсем другая ситуация с готовностью становиться наподобие прародителям Адаму и Еве – самостоятельными и вменяемымы для того, чтобы сознательно оценивать свои поступки.

Для этого потребовался определённый период времени, который как раз и определяет формирование личности как нравственной, так и любой другой в зависимости от идеологии.

Значит в реальном бытии, прежде чем решать проблему идеологии нравственности – всё человечество погрузилось в проблему совсем иную: как становиться дееспособными к тому, чтобы суметь сознательно отличать доброе от искушения злом и наоборот.

Откуда же человеческому существу во-плоти было черпать свой потенциал для роста и развития до дееспособности – как прежде всего не от кормилицы Земли через материнское молоко?

В светском обществе и по сей день исходят из того, что несовершеннолетнему не могут принадлежать права на самостоятельную деятельность – во избежание неосознанных ещё эксцессов с поведением в обществе.

А так и оказалось, что самым существенным фактором, влияющим на формирование полноценной личности – явилась материально-финансовая состоятельность семьи, в чём совсем и никак не нуждаются небесные Боги и ангелы.

А подсчитать бы на досуге, какой капитал требуется семье, дабы целых 16—18 лет поддерживать в норме и поставить обществу физиологически зрелого для либидо, физически здорового и полностью вменяемого гражданина.

Ведь если к 18 годам он не станет самостоятельным, (а без этого он, естественно, не станет) – это равно означает его уязвимость к внешнему управлению теми, кому очень выгодно вправлять мозги по собственному усмотрению, вместо того, чтобы становиться самому полноправным гражданином своей страны, а в том числе и оценивать – правильно ли то, что его ещё несмышлёнышем приобщали к выбору религиозной мистической идеологии из всех других более свободных и приемлемых.

Озабоченные посулами любви и добра с небес, которым принялись бить поклоны, умолять о милости, приносить пожертвования и петь хвалебные дифирамбы – мы как будто не замечаем, что реальные и бескорыстные любовь и добро начинают исходить прямо от реальных соитий, типичных для всего животного мира с непременным рождением детёныша.

И пожалуй нет более искренней обоюдной любви и добра, чем те, что одновременно рождаются между матерью и ребёнком – на кровно-родственной основе. Этим бы любви и добру бить поклоны, петь хвалебные дифирамбы и приносить пожертвования, а не просто окунать орущего младенца в купель с водой.

Очевидно, предвидя именно такие обстоятельства среди мирян, как верующих, так и неверующих – у Отцов-богословов зазвучали новозаветные нотки о том, что любовь и добро – они же не у Богов на небесах, а в сердце (или в душе – кому как удобнее!) каждого человека и сам Бог в них же и присутствует!

Вроде того, уже не плоть человека виновата во всех грехах, а сам человек в полнокровной и чувственной плоти волен распоряжаться тем, что ему выбирать – любовь с добром или зло с вредом. Выбрал второе, значит теперь сам и виноват. Выбрал первое – тут непосредственный в сердце-душе Бог и направил.

А может и это всего лишь искушение к тому, чтобы не обращали внимания на продолжение ортодоксальных древних ритуалов в Храмах и с Богом на небесах, со всеми к нему мольбами и поклонами?

3—1. Любовь с прелюбодеяниями

Да, человек способен собственным разумом выбирать как любовь, так и греховные прелюбодеяния – в полном соответствии с догмой о всеобщей любви не только к ближнему своему, но и к чужому дальнему и даже к врагу своему.

Но прелюбодеяния – они что же, только вчера, что ли, начались, а не от самого Сотворения по блаженной заповеди оказывать добро всем, нуждающимся в нём, независимо от того, кто и насколько дальний, чужой или враг? А таких, нуждающихся в любовном добре, по всему миру хоть пруд пруди, особенно в былых боевых колонах с маркитанскими прицепами – на службе за Веру, Царя и Отечество.

Чего не может человек – так это сделать сам себя равными со всеми. И почему-то от самого Сотворения люди оказались не равными, а либо талантливыми от Бога, либо вообще бесталанными. Это-то от чего зависело?

А ведь именно разброс уровней развития способностей к труду и творчеству, как раз и явился предпосылкой к расслоению людей на крайние сословия по материальной состоятельности и жизненному уровню, с разделением на богатых и бедных, господ и рабов. Какие между ними могли быть моральные заповеди, кроме покорности и долготерпению условных холопов перед условными Господами?

3—2. Причём здесь атеизм?

И при чём здесь вообще богохульный атеизм, если в ходе эволюционного развития человечества – вполне правомерно и рядом стали возникать институты на основе исследовательских наук, наук, прямо не совпадающих с богословскими и, наконец, светские общества-государства с конституционным отделением от него религиозных организаций?

Эти науки прежде всего и пришли к тому, что библейское Сотворение живого мира оказалось всего лишь ничем не подтверждаемой и застывшей догмой как по Ветхому, так и Новому Заветам, как при языческом многобожии, так и с приходом к Монотеизму.

Оказалось, что тот мир сотворялся, минимум, трижды: как тот, что явлен на свет, как тот, что погружается от света во тьму, и как отражённый и преломлённый индивидуальным сознанием каждого человека – в тесной зависимости не от абстрактной души, а от возраста и уровня своего развития.

Чисто вербальные божественные заповеди, отдельные нарушения которых могли просто прощаться, лишь бы греховодник явился к духовнику и также чисто вербально покаялся и раскаялся. Проблема оставалась в том – как этим раскаянием и прощением компенсировался вред и ущерб, наносимый грешником возможно далеко не одному потерпевшему. Очевидно, никак – смирением с грехами и долготерпением.

И так до тех пор, пока не появились кодексы гражданской ответственности, с подробнейшим перечнем нарушений против морально-этического поведения в обществе и персональной ответственностью за них, с возможно полной компенсацией вреда от нарушителя.

А, вцелом, все проблемы вылились на мировоззренческий уровень – что считать более ценным для людей: реальную жизнь и её спасение от бед, независимо от того, кто и во что верит-не верит (на примере нынешних МЧС), или только тех, кто глубоко верующий, а если нет – так пусть катятся из беды и прямо в ад.

Теперь что же – науку, школяров и студентов учебных заведений не богословского направления, а также спасателей, всех подряд выручающих из бед, включая из холопских бед от барства – причислять к атеистам, не желающим исповедоваться духовникам?

Или нынешним духовниками являться в армейские ряды, дабы завидовали салажата, какой он привилегированный – по самой Конституции, не рекомендующей служить с оружием в руках?

Другое дело, что государство государству оказались – рознь. Для кого-то оно всегда было родным Отечеством. А для кого-то было прямо необходимым, как аппарат насилия.

Государство как Отечество ещё называют одной большой и дружной семьёй, отношения в которой определяются естественными кровно-родственными связями и взаимозависимостями.

А также – веками вкладывающей в его обустройство свою жизненную энергию и сами жизни для спасения от хищных супостатов. И в самом деле: – на чувствах веры, доверия, любви и добра, но не односторонним в себе укреплением, а взаимным адекватным ответом от того, кому доверяешься. И с уважением ко вкладу предков и старших в первичный фундамент для младшей потомственной ветви, чтобы не с нуля начинали первые шаги по жизни.

На первый взгляд такие отношения никак практически не адекватны отношениям с совершенно незнакомыми или другими семьями с отличающейся культурой, обычаями и традициями. Требуется время до начала родственно-семейного сближения, и как надо понимать, после становления до полного совершеннолетия.

Но, очевидно, ни одна статистика не сможет дать ответа, насколько интенсивно шло и идёт сплочение в одну семью совместно проживающих различных наций, традиций и обычаев – через официально брачные, неофициально брачные и внебрачные связи, в отпусках, круизах и турпоходах, на мундиалях, фестивалях и форумах, а тем более соседей по границе, в о п р е к и политике властей или международным правовым нормам на деление по национальному вопросу, даже если поднимается проблема полной национальной независимости или исключительности.

4—1. Патриотизм – не штампуется

Но существует один общий и объективный критерий патриотизма, который выражается через меру практического труда, поколенчески вкладываемого в обустройство жизненных ареалов на местах, именуемых малой родиной. Этот процесс и является самой важной глубинной традицией, которую допустимо окрашивать в национальные наряды и конфессиональные обряды. Преданность вот такой традиции – и есть подлинный патриотизм, из которого вытекает любовь и уважение к государству, но государству – как своему Отечеству, с непринуждённой обязанностью чтить память своих предков. И антиподом чему становится предательство (забвение) этой традиции, преподносимое под различными космополитическими соусами, реализуемыми через кощунственное равенство прав на обустроенную землю с её богатствами – коренных жителей и заезжих гостей, с преимуществами для последних. И, конечно же, с непременными призывами к вербальной толерантности и изживанию всенофобии, о чём до этого кощунства и вопрос не поднимался внутри общества.

Диссидент, он тоже любит Россию, но только глубже и острее, чем все – переживает за катастрофический недостаток народу норм и принципов международного права.

Переживает, но за то, что его идеи более светлого будущего – явно недооценены так, как это предложили бы за рубежом. А сокрушаясь по тому, что нет пророчества в своём Отечестве – не способны догадаться, что не тому Отечеству пророчили!.

4—2. Сила – когда уже вместе!

Однако перед внешней угрозой общей семье, следование божественным нравственных заповедям по отношению к угрозе – становились прямо и крайне ущербными. Ценным оставалось – ещё теснее сплотиться, не обращая внимания на разделение по имущественному и всем иным социальным признакам и на единой патриотической основе отстоять землю дедов, прадедов, свою и будущих потомков, а вместе с этим и дать повод к дальнейшему сплочению и всего населения государства на морально-этической основе.

Иными словами, нынешнее равенство прав каждого гражданина перед законом и судом, независимое от разных социальных признаков и должностного положения, в государстве Отечестве – и есть основа для равноправного сплочения народа, как в экстремальных ситуациях, так и в мирной созидательной жизни. Точно такая же цель ставилась и Марксом из Европы – революционным путём.

А «слово», на которое сделала ставку религия – само по себе вовсе не означает и не гарантирует автоматическое исполнение того, что им обозначается.

То есть, принципиальная разница в действенности моральных истин заключалась в дилемме: следовать ли божественным заповедям – каждым в меру своего развития и понимания или для начала объединять их в коллективы, консолидируя общей для всех целью и таким образом практически формировать общую нравственность из индивидуального понимания личных моральных качеств.

Это когда в Отечестве нет оснований для пропаганды превосходства одних граждан над другими по имущественному, религиозному и политическому признакам и нет причин для обособления от общества храмами и дворцами, бетонными заборами и стальными запорами.

Это когда соседи и друзья – они же самые надёжные охранители вашего бытия и нет проблем с персональной вооружённостью и без войны, словно к войне. Это когда постовой, участковый, гаишник – чувствуют себя членами одной семьи, а для защиты Отечества нет необходимости для допстимуляции парней денежными купюрами, кроме как на повышение кадровой спецподготовки.