Кулункулла

Глава 1

За окном проплывали сиреневые, благоухающие поля лаванды. Слава богу, весь этот аромат ветер относил в сторону. Линда без умолку болтала, дорога шла в гору, освещённая утренним солнцем, придававшим окружающему ландшафту некую томность и благодать покоя, оглашаемую легким шуршанием двигателя. Слышно, как в траве звенят цикады, а в небе чирикают птички. А вот и показались первые домики городка, где мы остановимся на несколько дней. Этакие маленькие, с приземистыми крышами, серые, поросшие плющом, с цветочными ящиками на подоконниках и разноцветными дверями. Необычно, словно попал в сказку Шарля Перо. Остановились, не доезжая пятачка, около старинной трёхэтажной, словно сложенной из булыжников, гостиницы. Линда привычно девиртуализировалась, а я заняла место за рулём, чтобы подъехать к крыльцу. Вытащила дорожную сумку с заднего сидения и направилась к открытой двери. За стойкой ресепшена сидела пожилая женщина, услужливо спросившая, какой хочу снять номер и надолго ли. Своим скромным словарным запасом объяснила на французском, что мне нужна небольшая комната на две ночи, не ниже второго этажа. Маленькая, пухленькая администраторша выбралась из-за стойки, кивнула головкой, хлопнув накладными ресничками и показала элегантным жестом следовать за ней. Шустро пропрыгав, словно мячик, по деревянным ступенькам, на второй этаж, подвела к ближайшей двери, достала из карманчика своего изящного костюма, почти золотой ключик, вставила в замочную скважину и, повернув его с музыкальным скрежетом, открыла дверь. Произнеся «вуаля», она жестом предложила зайти в мои апартаменты.

Уютная комнатка, в духе старинных рождественских открыток: винтажные серебристо-серые обои в маленький розовый цветочек, окно, с шёлковыми сиреневыми занавесками, большая деревянная кровать, под сиреневым шёлковым покрывалом, два кресла, столик между ними, вероятно раньше предназначавшийся для карточной игры, комод. О нашем времени напоминала только панель, закреплённого на стене, телевизора. Окинув комнату взглядом, повернулась к мадам, выжидательно стоявшей за моей спиной. Кивнула головой, что всем довольна, получила ключ в руки и сладчайшую улыбку довольной провожатой, которая тут же выкатилась из комнаты и поскакала вниз по лестнице, поскрипывая деревянными ступеньками. Бросив сумку на кровать, вышла из комнаты, проскрипела ключом в замке и спустилась к моей благодетельнице, чтобы узнать, где можно запарковать машину на пару суток. На мой вопрос, она сунула мне в руки карту городка, где крестиком отметила место ближайшей стоянки. Рассмеялась про себя, что, хотя городок и небольшой, но всё по-взрослому, как в больших мегаполисах, даже парковки отмечены на карте.

Автостоянка представляла собой небольшой тупичок, между домами, ограждённый забором. Чтобы открыть ворота, как гласила на них табличка, нужно позвонить по указанному телефону. Через две минуты, после звонка, у ворот появился парнишка лет 15, представился Джозу, спросил на долго ли оставляю машину, назвал сумму за хранение и получив деньги, отдал мне ключ, который просил вернуть, когда буду её забирать, после чего ушёл. Въехав на парковку, где стояло вдоль стены три машины, притулилась в самый угол, между стеной и забором. Выйдя из машины, увидела, как рядом появился мужчина примерно моих лет, внешне какой-то безликий: короткая стрижка, песочного цвета легкий джемпер на белую футболку, серые классические брюки, незагорелая кожа и эти водянистые глаза, абсолютно ничего не выражающие. Он представился Лансом и сказал, что мне будет легче с ним: он в совершенстве владеет французским, да и безопаснее. Постучала рукой по машине – звук, вид, ничем не отличишь от настоящей, только попасть внутрь теперь невозможно. Ланс подхватил меня под ручку и потянул на выход.

С дороги надо было переодеться, поэтому пока занималась своими делами в гостинице, Ланс ждал меня за углом. Когда спустилась, у него уже был готов маршрут для прогулки по местным достопримечательностям. Нет, он не руководствовался картой, которую дала администраторша, а имел собственный архив данных по этому городку.

Первое, что мы посетили, была пожарная колокольня, построенная ещё во времена тамплиеров и сохранившая богатые настенные барельефы, частично стёртые временем, но всё равно прекрасные своей искусной работой и сюжетами, посвященными войне рыцарей во имя бога и церкви. Ланс, не умолкая, рассказывал о тайнах тамплиеров, их реликвиях, до сих пор не найденных, которые могут быть где угодно, даже тут. Он словно жил в то время, был негласным свидетелем ордена, настолько мелкие интересные подробности знал из их жизни. Хотя вполне может так оно и есть, ведь до сих пор так и не выяснила, сколько лет артефакту, который меня сопровождает.

Затем посетили старинную церковь, построенную ещё до тамплиеров, она изначально была языческим храмом, которому поклонялись мавры, но потом её переделали в христианскую, однако некоторые элементы архитектуры и внутреннего убранства сохранились. Мой гид показал на барельеф, где резвились существа, похожие на фавнов или сатиров, позднее туда добавили котёл с торчащими головами грешников и получилась отличная иллюстрация ада. Сделано это было настолько искусно, что я заметила подмену сюжета только, когда Ланс обратил внимание на эти детали.

Последний пункт нашей сегодняшней прогулки – местный ресторан, сначала бывший римской баней, потом судом, позднее мэрией. Мощные стены, с грубоватыми, но понятными изображениями животных, вдоль основания фасада, толстые колонны, выступающие из стен, для придания ему воздушности и приподнятости, каменные проёмы окон и дверей, украшенные цветочными орнаментами. Внутри ресторана ничто уже не напоминало о прошлом: аккуратные столики, под белыми скатертями, мягким жёлтым светом настольных ламп и потолочных абажуров. В полупустом зале, уселись за ближний к двери столик и Ланс позвал официанта. Он не спрашивал, что заказать, похоже по умолчанию знал мои вкусы и пристрастия: сырная тарелка, хрустящие тосты, ягодный смузи и мягкий кофе. Пока наслаждалась вкуснейшей пищей местной кухни, моё сопровождение без умолку тараторило подробности историй, происходивших здесь в прошлом. Насмешила ассоциация, что вот прокурор входит в зал заседаний, где раньше был помывочная и бассейн, и начинает своим речью буквально готовить верёвку и мыло для шеи подсудимого. Параллели: там, где раньше люди мылись, потом смывали грехи кровью наказания, а теперь едят стейки с кровью. Не очень хорошее сравнение, лучше всё-таки с прокурором. Перед уходом, Ланс сообщил мне, сколько заплатить за еду, с учётом чаевых. Распрощавшись с осчастливленным официантом, покинули ресторан, и кавалер проводил меня до гостиницы, чтобы потом уйти и присоединиться к виртуальному образу машины. Проходя мимо стойки администратора, где сейчас сидела молодая девушка, сказала «бон суар», на мой добрый вечер, она, не отрываясь от сотового телефона, лишь мотнула головой. Ох уж эти социальные сети…

Заезжая в комнату, забыла проверить, есть ли в ней туалетная комната, поэтому обрадовалась обнаружив её за входной дверью. Приняв душ, закуталась в огромный махровый халат и уселась на кровать. Спать не хотелось, решила посмотреть телевизор. Шла комическая передача, если правильно поняла, где люди пытались понять, что изображено на фотографиях. Переключив канал, увидела аналог нашей передачи «Голос». Подумала, а интересно спит ли мой, моя, моё, без роду и племени сопровождение? Что я о нём знаю? Вспомнила первую встречу с этим наваждением, или скорее чудом.

Глава 2

Летний тёплый вечер, шелестящая листва тополей, чуть влажный асфальт от недавно прошедшего дождя, аромат зелени вперемежку с запахом сырого песка. В голове крутилась заключительная фраза только что просмотренного спектакля, о бренности мира и вечности души. Под ноги упала открытка с ярким пейзажем. Подняв, огляделась по сторонам. Да разве поймёшь, откуда упала – кругом одни многоэтажки. Постояла, никто не заявлял на неё права, выбрасывать было жалко. Проходя мимо безлюдной остановки, присела на скамейку, разглядеть находку поподробнее.

Повертела в руках: с лицевой стороны – море, пляж, сосны, обратная сторона совершенно пустая, да и сам материал открытки скорее похож на пластик, чем на бумагу. Рядом присела женщина, примерно моих лет, чем-то внешне даже похожая на меня и одета нарядно. Подумала, она, как и я, возвращается из театра домой. Та заговорила первой.

– Правда интересная открытка? Хотели бы побывать в таком месте?

– Неплохо, но финансы не позволяют.

– А если позволяли, то поехали?

– Конечно. Морской бриз, бескрайний простор, шуршащий песок под ногами – мечта, да и только.

– Представьте, что держите в руках артефакт, который исполнит ваше желание.

– Смеётесь. Даже моя богатая фантазия вряд ли позволит выйти за рамки действительности, которая существует вокруг нас.

– Нет. Серьёзно. Это ваш счастливый билет посмотреть мир в компании собеседника, который расскажет и покажет вам много интересного.

– А что взамен? Слабо верится про сыр без мышеловки.

– Деточка, я столько пожила и повидала, мне не нужны ваши материальные блага, а нужен просто компаньон, который непредвзятым взглядом позволит увидеть в этом мире то, что ускользнуло от моих глаз. Поверьте, мои намерения абсолютно чисты и бескорыстны.

– Но деньги на путешествие у меня не появятся из воздуха.

– Нет, но столько возможностей их просто выиграть – достаточно купить лотерейный билет, хотя бы в этом киоске. Рискните, 100 рублей в конце концов не деньги.

Встала, подошла к киоску и попросила билет. Киоскёрша ответила, что остались только моментальной лотереи. Так даже лучше. Она высыпала передо мной кучу билетиков. Взяла тот, что лежал наверху и вернулась на скамейку, к искусительнице. Надорвав билет по линии отрыва, развернула. Пока производила манипуляции, не покидала мысль, что это точно выигрышный, хотя столько раз уже ошибалась. Пусто. Посмотрела на собеседницу. Она счастливо улыбалась.

– Извините, это был тест на доверчивость. Ничего страшного, завтра обязательно повезёт. Хотите, подвезу домой на такси.

– Зачем?

– Ну чтоб продолжить разговор и доказать, что мне можно доверять.

Подъехало такси, бибикнуло. Наверное, пока покупала билет, она его вызвала.

Решила, что особо ничем не рискую и уселась на заднее сидение, новая знакомая рядом. Такси тронулось. В кабине было на удивление тихо, хотя машина лихо неслась по дороге, но не к моему дому.

– Куда это мы?

– Не переживайте, на несколько минут заскочим в тихое место, чтобы поговорить.

– Что-то мне это не нравиться. Прошу высадить меня прямо тут, а то нажму «SOS», и без боя вам не дамся.

Машина остановилась, я выскочила из неё, и та буквально растворилась в воздухе. Моя собеседница как ни в чём ни бывало стояла там, где только что была машина.

– Что это такое?

– Иллюзия, виртуальная реальность, материализация, как хотите, так и назовите.

– Кто вы?

– Вам трудно будет понять. Представьте, что я нечто среднее между живым существом, искусственным интеллектом и некой материей, способной видоизменяться в любой объект, в пределах разумного.

– Вы инопланетянка.

– У меня даже нет рода, в вашем понятии, нет своей формы или облика – всё изменчиво, потому что я в стадии формирования.

– А когда вы сформируетесь, то кем будете?

– Вероятно такой же планетой, как Ваша, только далеко, очень далеко, где появится новое Солнце.

– И думаете, я поверю вашему бреду? Это гипноз или галлюциногенный газ?

– Нет, милочка, вы своём уме и добром здравии. Господи, как всегда трудно с вами входить в контакт. Вы верите в магию?

– Не совсем.

– А в бога?

– В творца – да, в человека – нет.

– Ну вот, я такой маленький творец, местного масштаба. Устраивает?

– Не очень. Докажите.

– Хорошо. Что Вас убедит в моей искренности?

– Дом на колёсах, о котором всегда мечтала.

– Вуаля.

Прямо передо мной возник автомобиль моей мечты. Тютелька в тютельку.

– Можно войти?

– Пожалуйста.

Открыла дверь. Всё было по-настоящему: мебель, санузел, шторы на окнах. Уселась на диван, немного поподпрыгивала, проверяя пружины. Пружины были, как настоящие. Зачем-то открыла кран, взяла со стола гранёный стакан и подставила под струю воды, затем отпила из него. Вода была свежайшая, вкуснейшая, словно минеральная. Вышла из машины и уставилась на творчиху местного масштаба.

– Как вас зовут?

– Кулункулла. Можете звать – Улли. И да, это не мой настоящий вид – у меня его просто нет, могу принимать любой, который подходит под ситуацию или ваше настроение.

– Вы читаете мои мысли?

– Нет, это другое, вроде результат работы программиста с кучей подпрограмм компьютера.

– Я – машина.

– Ну что-то вроде того. Биологическая.

– Откуда берёте энергию?

– Она вокруг, неисчерпаемый океан, просто пока не видите и не чувствуете – уровень развития низкий.

– Очень?

– Очень.

Решила, что это мой шанс. Раньше я сочиняла, выдумывала, но такая фантазия вряд ли бы пришла мне в голову, так почему не воспользоваться случаем и не узнать побольше о нашем мире и Улли.

Ну и что мне надо сейчас сделать, чтобы отправиться с вами в путешествие?

– Ну, во-первых, купить лотерейный билет, заказать загранпаспорт, сообщить родным и близким, что уезжаете.

Решила перейти на ты, всё же мы уже познакомились, зачем формальности.

– А, ты где всё это время будешь?

– Рядом, но одновременно нигде. Не бойся потерять открытку – она лишь материализация твоего желания путешествовать. А у меня, какой бы образ не приняла, будет на груди значок с изображением этой открытки, так что всегда узнаешь.

– Ладно, вези домой. Надо переварить информацию.

Дом на колёсах исчез, появилось обыкновенное жёлтое такси с шашечками, сели и поехали к моему дому. Машина остановилась у подъезда, я вышла, поднявшись на второй этаж, увидела мальчишку почтальона, раскладывающего корреспонденцию по ящикам. Он повернулся, на груди – значок с таким же пейзажем, что и на открытке. Улыбнувшись, сказал, завтра к ним в отделение поступит новая партия билетов моментальной лотереи, поэтому, чтоб не забыла зайти часам к десяти, и тут же растворился в воздухе. Я вздрогнула. Говорят, ко всему привыкаешь, надеюсь, что привыкну к метаморфозам Улли.

Глава 3

Утром, часов около десяти, пришла на почту, при мне распаковали коробку с билетами, взяла тот, что показался самым большим и красивым. Вскрыв его, как-то буднично восприняла выигрыш в пятьсот тысяч. Всё оформили быстро, удержали налоги, и я открыла валютный счёт, под руководством Улли: она везде меня сопровождала и консультировала, под видом моего юриста Оли, этакая молодая, амбициозная, длинноногая, креативно одетая с ног до головы, мужчины оборачивались ей вслед, а женщины бросали завистливые взгляды. Оставшись наедине, сказала, что это перебор, надо быть проще и одеваться скромнее, ведь странно, что у такой женщины как я, юрист, как у какой-нибудь крутой бизнесвумен. Оля ответила, что она лучше меня разбирается в человеческой психологии и знает, как быстро продавить ситуацию, чтобы всё шло как по маслу, в конце концов почему у меня не может быть такой крутой сестры. Не стала спорить – ей виднее, тем более, что всё складывалось как нельзя лучше.

Вот так я оказалась здесь. Правда, вначале хотела действительно к морю, на песочек с соснами, но поразмыслив решила, что стоит использовать такой шанс с пользой и побывать там, где история и современность прекрасно сосуществуют, великолепные пейзажи и еда. А Прованс, особенно его глубинка, всегда были мечтой, ещё с тех пор, как изучала французский язык в школе.

Покончив с воспоминаниями, достала из сумки планшет, отправить сообщение сыну, что доехала отлично и где сейчас нахожусь. Конечно, можно было связаться по скайпу, но была вероятность того, что он поймёт, что что-то скрываю и начнёт беспокоиться, а это лишнее. Пусть думает, что у меня такое же путешествие, как у обычных туристов, колесящих на автобусах по Европе.

Внезапно захотела есть, время не позднее, решила прогуляться и купить что-нибудь сладенького. Оделась, спустилась вниз, прошла мимо незамечающей ничего особы, уткнувшейся в телефон, и вышла на улицу. Закатные солнечные лучи тёплой вуалью окутывали улицу, проезжающие машины негромко шуршали шинами по асфальту, кроны деревьев, слегка раскачиваясь, вторили им. Нашла уютную кондитерскую, здесь пахло кофем, ванилью, печёным хлебом. Кофе на ночь – не мой случай, взяла взбитые миндальные сливки, посыпанные шоколадом и самый маленький багет. Похрустывая хлебом и отхлёбывая ложечкой сливки, смотрела через окно на прогуливающихся по улице людей. Мысль плавно скользила от умиления видом за окном к тому, что можно ещё увидеть. Ланс конечно хорош: интересно рассказывает, много чего знает, но хочется какой-то тайны, загадки, скрытой в этом городке. Что он там говорил про тамплиеров и их артефактах? Да, что там тамплиеры, здесь свидетельства древнего Рима на каждом шагу. Да, что Рима, кого он там упоминал, галлов или финикийцев, которые здесь когда-то жили. Вот где история, вот где загадки. Ух, понесло. Конечно, тут, в Провансе, место было бойкое, перекрёсток торговых путей, и понятно, войны за него велись постоянно, а значит кладов от врагов припрятано немалое количество. Хоть бы один найти, какой-нибудь необыкновенный, мистическо-мифический. Ха-ха-ха, кто бы говорил, это я-то трусиха, да я его за километр обойду, ужас как боюсь всякого такого, особенно подвалы, лабиринты. Хотя, с Лансом боятся нечего, он всё тут похоже знает, да и Улли может танк создать или бронемашину. Мы, когда по Парижу проезжали, там шли баталии жёлтых жилетов, выстрелы, зажигалки, толпы бушующей молодёжи, а нам нипочём: джип лавировал мимо них на бешенной скорости и всё отскакивало от него, словно мячи пинг-понга.

За окном сгущались сумерки, поспешила покончить с десертом и вернуться в гостиницу. Мамзель на ресепшене даже голову не подняла, может и не заметила. О, современная молодёжь, она не видит, как жизнь пролетает мимо них на своих огромных крыльях возможностей, продолжая ныть в соцсетях, что не хватает удачи и пытаясь в пустых диалогах узнать, где найти талисман счастья. Поднявшись к себе, переоделась, включила телевизор, но поскольку не люблю назойливую рекламу и о чём говорят не всегда понимаю, решила завалиться спать, лучше завтра встану пораньше и сделаю длинную пешую прогулку, чтобы всё осмотреть и почувствовать атмосферу городка.

Проснулась рано, приняла душ, оделась по-спортивному и спустилась вниз. За стойкой администратора – никого, а входная дверь – открыта. Они, что тут совсем ничего не боятся? Пройдя быстрым шагом метров сто, заметила догоняющего меня Ланса.

– Можно присоединиться?

– Валяй?

– Решили, куда сегодня пойдём?

– Что-то не припоминаю, что были предложены варианты?

– Значит прослушали. Может немного расскажу в целом об этом мистическом месте, а потом примете решение?

– Давай.

– Так вот. Наш городок находится в самом центре треугольника образованного городами: Арль, Ним, Сен-Реми-де-Прованс. Арль или Арелат в древние времена населяли лигурийцы. Происхождение их туманно. Есть даже версия, что они из Атлантиды. Они владели технологиями, которые позволяли обтачивать до зеркального блеска камни, очень успешно занимались земледелием, были непревзойдённые мореплаватели и неутомимые воины. Лигурийцы поклонялись Солнцу, также богине-матери Эпоне, наполовину женщине, наполовину лошади. Любимыми рисунками на керамике, изделиях из металла были круги, колёса, спирали, знаки бесконечности. Артефактами, наделёнными божественным смыслом, являются: яблоко – знак плодородия, змея, сосуд – ситулла, в виде ведра, зеркало из металла особой формы, обрамление с рукояткой которого имеет форму своеобразного креста. Река Рона соединяла Арль с морем, создавая благоприятные условия для торговли и развития. Однако, в 123 году до н.э. его захватили римляне и сделали культурным и религиозным центром своей империи. Архитектурных памятников лигурийцев не сохранилось, а вот времен римской империи предостаточно.

Другой город – Ним, в давние времена являлся столицей галлов, по другой версии – был основан сыном Геракла. Галлы поклонялись богине – Керридвен, владевшей способностью преобразования и метаморфоз. Священными предметами, сопутствующему богине были: котёл, сума, крыло, корзина с плодами, змея с бараньей головой, шейная гривна и кельтский крест. Священным животным считался вепрь. Город был захвачен римлянами 121 году до н. э. Из древней архитектуры в Ниме сохранилось сооружение, названное позднее храмом Дианы и развалины Башни Мань, построенной до н. э. Некоторые учёные считают её мавзолеем, есть ещё древнеримский храм, построенный до н.э., а позднее перестроенный в христианскую церковь Мезон Карре.

Ну и последний городок, образующий треугольник – Сен-Реми-де-Прованс. Финикийцы основали его, примерно, в 6 веке до н.э. и называли его Гланум, по имени своего божества Глана, чьё святилище и жертвенник располагались на берегу ручья. Сам город находился на торговых путях и понятно, что финикийцы занимались в первую очередь торговлей. Они поклонялись богине Астарте, олицетворявшей собой центр вселенной, свет и жизнь. Артефактами, сопутствующими ей, были: трон, керубы-телохранители, похожие на сфинксов, сосуд цилиндрической формы со сферической крышкой, солнечный диск с крыльями и крест – анкх. Несмотря на то, что Гланум был захвачен кельтами, а потом римлянами, финикийская культура совсем не пропала, в городе сохранилось место и фрагменты сооружений святилища Гланум, а от римского правления: мавзолей Юлиев, Триумфальная арка и 275 метровый акведук Вер-Пон-дю Гар, в 22 километрах от города.

Римляне, присоединив эти территории, добавили в свой пантеон богов и божеств, захваченных народов. Однако и у римлян были свои боги и святыни. Главная богиня Веста – покровительница очага, олицетворение центра вселенной. Храмы, посвященные ей, занимались поддержанием вечного огня, и хранили в тайных комнатах артефакты, привезённые с захваченных территорий. Самые известные из них: покров Иллионе, скипетр Приама, 12 щитов Анчила, Палладиум, прах Ореста, квадрига Веленти, иглы Кибеллы. С появлением христианства, святая церковь, продолжила собирать артефакты со всего мира, поручив эту работу, в частности рыцарям ордена тамплиеров. После падения ордена, некоторые из этих сокровищ оказались в хранилищах Ватикана, но не все, многие были утеряны. Тамплиеры спасались от преследования, могли их спрятать здесь, где сама земля пропитана тайнами и кровью исчезнувших цивилизаций. Чтобы понять, секретный язык тамплиеров, вспомним, что основными их символами являются: роза, пчела, крест, пятиконечная звезда в круге, треугольник и знак «5». Предлагаю поискать следы, оставленные тамплиерами на камнях этих трёх загадочных городов. Так куда мы сегодня двинемся?

За время его монолога, мы прошли вдоль главной улицы из конца в конец уже два раза. Рассказ так увлёк, явственно видела перед собой то, о чём он говорил. Захотелось прикоснуться к истории исчезнувших народов, священные реликвии которых могут быть совсем рядом, например, в основании моей гостиницы, которой уж точно несколько веков. Стряхнув впечатления блеска сокровищ, перед глазами, как у Остапа Бендера, спросила.

– А какой к нам ближе всех?

– Арль.

– Ну вот туда и поедем. Только вначале надо подкрепиться и взять съестного в дорогу. Тебе то что, – энергией питаешься, а вот я – нет, так что час на сборы, покушать и в путь.

Ланс свернул за угол, чтобы раствориться, а я пошла в гостиницу собирать вещи, потом зайти в кафе и магазин.

Глава 4

Пухленькая администраторша сидела на своём боевом посту. Увидев меня, напевно прокартавила, когда собираюсь выезжать. Ответила, что хочу оставить комнату за собой ещё на три дня, пока буду знакомиться с достопримечательностями Прованса. Она оживлённо закивала головой, в знак согласия, затем уставилась на меня почти влюблёнными глазами и попросила задаток, в знак того, что не передумаю. Любезно передала ей деньги и заскрипела ступеньками лестницы, поднимаясь к себе на этаж. Вслед лилось воркование пожелания мне счастливой поездки и приятных впечатлений.

Через сорок минут мы уже мчались с Лансом по дороге в Арль, обдуваемые свежим ветерком и ароматами цветущих полей. День предстоял напряжённый и меня радовала лёгкая дымка в небе, обещающая нежаркую погоду. Чтобы занять себя делом, просмотрела на планшете достопримечательности Арля. Самые известные из них были: римский обелиск – поставлен в центре площади Республики, напротив Ратуши, Собор святого Трофима, Музей истории Арля, фонтан Аманл Пишо, древний некрополь Алискамп и Криптопортик – подземная часть римского Форума. Почти сразу решила, что мы их просто обзорно осмотрим: вряд ли в экспозиции музея будут подлинные артефакты, их давно подменили; Собор святого Трофима – слишком на виду, да и был разграблен во время французской революции, как и некрополь Алискамп; обелиск на площади был восстановлен в честь Людовика 14, поэтому древняя атрибутика на нём была заменена монархической символикой. Остались три объекта, которые могли содержать ценную информацию. Это церковь святой Анны, аббатство Монмажур и большая церковь Богоматери (Эглис Нотр Дам де ля Мажор). Все они появились в раннее средневековье и не подвергались реконструкции.