Август на Острове магов

– Куда прёшь, орт? Жить надоело?! – сердится он.

К счастью, второй страж вступается. Хотя его слова не успокаивают.

– Да оставь ты его. Нам потом возиться с этой падалью.

Первый к словам товарища прислушивается сразу и копьё убирает.

– Ладно. Иди… пока не передумал.

И хотя всё обходится, но уже появляются мысли о том, что, возможно, стоило всё-таки прислушаться к словам кузнеца. Он, кстати, ведь что-то говорил про одежду? А ещё про лес. Стоило бы спросить, но после истории с побегом вообще никому доверять не хочется.

А в стенах города глаза разбегаются. Красивые каменные строения, тонкие, извилистые улицы, вывески, громадные здания. Брусчатка, деревянные рамы, каменные кирпичи и громадные блоки – сказка на любой вкус!

Здесь нет преобладающего стиля. Они будто распределены по районам. Первым делом попадаются дерево и камень, но вперёд и в стороны уходят широкие улицы. И вдали можно заметить совершенно другие дома, и полностью деревянные, и из какого-то странного светлого камня, из мрамора, с плиткой – какие угодно. Разве что нет современных высоток. Ну да а откуда им тут взяться?

Довольно светло, хотя фонарей нет. Вместо них магические светлячки, прилипшие к городским стенам и уголкам крыш.

Людей почти нет. Где-то вдали шумят пьяные голоса, но не удаётся сориентироваться и понять, где именно. Улицы здесь прямые, а здания не выше двух этажей. Даже три – уже редкость. Хотя, есть и исключения. Например, даже отсюда видно огромный замок, который не такой широкий, но в высоту достигает просто огромных размеров.

Немного послонявшись вокруг, Август понимает, что заблудился. Даже сейчас, ночью здесь так красиво, что едва можно сдержать восторг. Одни домики с балкончиками, другие с невысокими башенками, то ли просто для украшения, то ли для того, чтобы наблюдать за звёздами или наслаждаться такой же прекрасной ночью, как эта.

Иные окружены узкими улочками, кривыми лесенками. И, похоже, что эти маленькие, неровные ступеньки делали лишь для красоты, настолько приятно они выглядят.

Стоило засмотреться, оглянуться и вот уже вокруг совершенно непонятное место. Как сюда ноги принесли – не вспомнить. Страшновато становится.

Конечно, жутко оказаться в незнакомом месте посреди ночи. Если бы дорога до города была короче, то удалось бы ещё застать людей. А вышло добраться только к ночи.

И вдруг где-то рядом раздаются шаги. От того ещё страшнее. Куда бежать – неизвестно. Приходится спрятаться в ближайшем тёмном уголке.

К счастью, рядом оказываются какие-то тряпки. Не задумавшись, Август набрасывает их и прижимается к стене. В нос ударяет вонь брошенной в мусор гнили, но уже поздно. Двое незнакомцев зашли в переулок.

– Завтра князь вместе со своим выродком будут в лавке алхимика около полудня, – говорит один из них.

Сквозь ткань не видно лиц, хотя в проулок попадает магический свет с углов крыш. Можно распознать только силуэты. Когда незнакомцы застывают, то начинают сливаться с тьмой, но пока они двигаются, их можно различить.

Говорят шёпотом. Будто боятся, что их застукают.

– Если с ними… скажем… внезапно что-то случится – что-то смертельно опасное – то Хеварт нам очень хорошо заплатит. Хм-хм-хм…

Август замирает. Если его найдут, то неизвестно, чем это кончится.

– И почему нельзя было сказать при Касторе? – недоумевает второй.

– Потому что он нас предал. Кастор работает на Виктора. Если он узнает, то Виктор заберёт всё сам, как было в прошлый раз.

– Что?!

– Да тише, ты!..

Оба замолкают и осматриваются.

– Кроме того, такая удача. Стражников кто-то подкупил, так что они… стой. Тсс. Тихо. Слышишь?

– Что?

– Будто кто-то сопит…

Дыхание замирает. Такой хороший слух? Разве это вообще возможно?! С другой стороны, откуда простому человеку вообще знать, что тут возможно, а что нет. Они могли заметить.

– Да нет там никого, – бормочет второй. – Тебе кажется.

– Не-ет, там кто-то…

Август видит, как позади одного из них вдруг появляется искра. Маленькое, беленькое пятнышко. Далеко не такое яркое, как те волшебные штуки на стенах. Днём её можно было бы и не заметить. Вдруг она бьёт тонкой стрелой белых чернил.

Одна из теней падает на землю с хриплым стоном. Второй мужчина присаживается рядом.

– Вот нельзя было по-хорошему? – говорит он. – Все же были при своём, никто тебя не трогал… Эх… Теперь тут полежи, подумай над тем, стоило ли ради этого лезть на территорию Виктора.

Ещё одна вспышка, глухой стон, и молчание. Тень снова поднимается, но не уходит. Грудь уже болит – требует воздуха, но страшно. Вдруг услышит?

– Кто там?

Стоило только подумать, как самое жуткое опасение стало явью.

– Вылезай. Или разнесу череп.

Сердце ещё быстрее колотится. Сдерживаться почти нет сил, но что делать? Голова вспыхивает мыслями. Сидеть? Бежать? Сдаться? Ещё всего одно мгновение, и больше не стерпеть. Внутри всё будто дрожит. Воздуха… Воздуха! И опять вспышка.

Тень бросает яркий пучок, который мчит сторону Августа. Не успевает он разрастись, как врезается в мусор и разбрасывает кучу по сторонам.

На голову падает какая-то деревяшка. Едва получается не закричать, не застонать, не издать случайно какой-нибудь звук.

Тяжелее приходится, когда в ногах что-то начинает шевелиться. В то же мгновение раздаётся писк, а после в разные стороны начинают бежать крысы.

Несколько штук проносятся над головой, а одна пробирается под тряпку, но сразу выбегает, задев хвостом лицо.

Этого незнакомцу оказывается достаточно. Он уже собирается уходить, когда кто-то сверху высовывается из окна.

– Кто там ещё?! А ну проваливайте, алкаши проклятые!..

Недовольное бурчание вынуждает поторопиться. Август ждёт ещё несколько секунд, просто чтобы убедиться, что тот страшный человек исчез. Оставаться здесь настолько противно и жутко, что терпеть не осталось сил. И лишь теперь можно втянуть воздух и осторожно выбраться из-под завала.

И бежать. Скорей! Выбраться из переулка. Вдруг, тот человек погонится следом? Два раза налево, один направо, еще налево, по прямой. Ещё несколько поворотов, затем можно выдохнуть и спросить себя: «как я здесь оказался?».

Теперь из переулков хочется скорее выбраться. Уже и глаза слипаются от усталости, едва сердце успокаивается. Надо что-то делать.

Надо рассказать кому-то… Нет, нельзя. Кому? Один из убийц ведь сказал, что подкупил стражников. Как узнать, кого именно? Вдруг схватят, стоит об этом заговорить?

– Надо как-то его найти…

Август сосредотачивается. Единственный, кого он встретил здесь – это кузнец. Никого больше он вообще не знает. Ведь он же должен понимать, куда идти и что сделать. Осталось лишь выбраться.

В переулках и улочках не видно ни стен, ни замка. Других ориентиров запомнить пока не удалось. И всё же в небе видно мутное пятно со стороны волшебных светильников. Теперь лишь надеяться, что это огни со стены, а не с крыш, и двигаться в их сторону.

Оказаться ночью в городе. В одиночестве. Раньше бы от одной мысли волосы встали дыбом. Сейчас, как ни странно, уже не страшно. Вот прятаться в переулке от убийц, оказаться на волоске от смерти…

Дойти до стены не составляет большого труда. И вот уже Август оказывается на хорошо освещённой широкой дороге. Здесь дома так же сильно разнятся по стилю, но только сейчас он замечает, что на широкой улице вдоль стены расположены в основном торговые лавки. Все надписи на каком-то странном языке, но иногда на вывесках есть изображения.

На одной нарисована самая настоящая волшебная палочка. Взгляд цепляется и с любопытством изучает рисунок. Рядом изображение в таком же стиле, вырезанное чем-то на дереве, будто выжженное. Правда, там изображено какое-то странное растение с листьями. Чуть дальше на вывеске что-то странное, похожее на изогнутый волнами лист.

Постепенно воображение успокаивается. Хотя в окружении магических лавок на лицо пробивается улыбка. Её не сдержать. Внутренний голос так и кричит: «Смотри! Ты здесь! В мире самой настоящей магии!».

Немного насладившись ощущением грядущих перемен, непередаваемым чувством, рождённым незримой близостью волшебства, Август нахмуривает брови. Не время развлекаться, ведь от мальчика зависит чья-то жизнь.

Больше негде и незачем задерживаться. Добраться до дома кузнеца удаётся быстро. Даже слишком. В доме явно все спят. Во всяком случае, свет не горит. Да и до утра ещё много времени. А у кузнечной печи так тепло, хотя в ней давно уже ничего не горит. И вдруг наваливается усталость, стоит только присесть рядом с горнилом на засыпанный песком пол.

День был короткий, но тяжелый. Безумно хочется спать. Жаль, нет подушки, но хотя бы песок вокруг печи мягкий и тёплый. Только на секунду глаза закрыть, как уже спишь. И что-то приятно шуршит…

Мысль будит ум. Откуда звук? Тяжело заставить себя просыпаться, не успев заснуть. С трудом удаётся приоткрыть глаз, а оказывается, что уже утро. Вдобавок напротив сидит хмурый кузнец и таранит взглядом непрошенного гостя.

Август вздрагивает и прижимается к стене.

– Ты что тут забыл? – спрашивает мужчина.

Мальчик смотрит растеряно, быстро поняв, что ему не угрожает опасность. Затем он отводит взгляд, о чём-то задумавшись, и в следующий миг его веки распахиваются. Тяжёлое покрывало сна мгновенно слетает с плеч.

– Вспомнил! Это важно! В городе… там было ужасное!..

Мужчина вздыхает.

– Ну и чем тебя местные обидели? Отказались подать на пропитание?

Звучит обидно, но сейчас не имеет значения.

– Нет. Я случайно подслушал разговор.

Кузнец поворачивается, берет инструмент и начинает точить.

– Один из них убил второго.

Мужчина застывает.

– Не может быть. В этих стенах не бывает убийств.

И почему никто не верит? Почему все вокруг первым делом подозревают во лжи?

– Я не вру! – не сдерживается мальчик.

– Я и не говорю, что ты врёшь, малец, – успокаивает мужчина. – Я о том, что магия стражей не позволит совершить убийство. Тогда бы мертвеца и убийцу сразу нашли.

Приходится краснеть от смущения.

– Но я же видел, – робко возражает мальчик. – Они говорили… потом один повернулся… другой что-то протянул… потом была вспышка. А потом один упал, а второй снова выстрелил. А потом вспышка. Такая, белая…

– Видимо, один другого опьянил заклинанием. Или просто усыпил. Разная бывает магия.

Кузнец не против объяснить. Что-то в этом мальчике привлекает внимание. Что-то кроме отметины на шее. Весь в грязи, исцарапанный, но дело не в жалости.

– Да и какая разница? – продолжает он. – Подрались и плевать. Кому есть дело до разборок пьяниц из таверны.

– Это не всё, – объясняет Август. – Они говорили, что князь будет у алхимика и что должна… э, должна произойти смертельная опасность.

Память не сохранила точное выражение, но это и не важно.

Кузнец выпрямляется и откладывает заготовку. Он берёт табурет и садится рядом. Почти впритык. И это очень жутко, когда человек в три или три с половиной раза выше тебя нависает с грозным видом, и будто пытается одним лишь взглядом что-то из тебя вытащить.

– Ты не мог ошибиться? Именно так и говорили?

– Нет… нет, я точно помню, – подтверждает мальчик. – Они говорили, что магистрат будет в лавке алхимика. И что если с ним произойдёт смертельная опасность, то им заплатят… или с его сыном? Они сказали «выродок».

Кузнец щурится.

– И ты не подумал, конечно, что я могу быть одним из их товарищей?

Какое-то странное заявление и совсем не по делу. Звучит глупо. А становится от этого страшно, и голова начинает работать. Значит, он тоже знает про князя?

– Вы меня убьёте?

Август пугается. И сердится на себя в то же время. Не стоило ничего говорить, нужно было быть осторожней.

– Вас зовут Виктор? – добавляет он, вспомнив имя.

Ведь уже нет разницы, потому что сделать мальчик ничего не сможет. Да и сбежать тоже.

– Нет, меня зовут Марк, – отвечает кузнец спокойным голосом. – И я ничего тебе не сделаю.

Он отворачивается и оставляет гостя в растерянности. Чего кузнец вообще пытается добиться? Через несколько мгновений он объясняет.

– Я не из банды тех преступников, которых ты подслушал ночью, – признаётся кузнец. – Но я бы мог быть одним из них. Почему ты об этом не подумал?

– Подумал, – дуется Август.

– И?!

– Иначе кто-то бы мог умереть.

Он говорит обиженным голосом. Даже щёки разнесло, как шарики. И всё-таки любопытный мальчишка, готов был рискнуть собой просто ради шанса спасти того, кого и знать не может? Или просто добродушный дурак?

Кузнец только начал точить металлический предмет, как вновь решает его отложить. А тут как раз в памяти всплывают новые подробности.

– А! Ещё они сказали, что подкупили стражу! – вспоминает он только сейчас. – Поэтому, я не знал, кому сказать.

– Ты мог нарваться именно на тех стражников…

Марк оборачивается. Взгляд у него другой. Глядит иначе, будто поравнялся ростом.

– И ты пришёл ко мне. Неплохо, малец. Не скажу, что умно.

Не ясно, можно ли расслабиться, но атмосфера полегчала. Марк откладывает инструменты в сторону и снимает рабочий фартук.

– О каком именно князе они говорили?

Остаётся только помотать головой.

– Ц. Придётся поторопиться. Посторожи дом, я схожу в город и всё улажу.

Мальчик вскакивает от удивления. Похоже, что кузнец не шутит.

– Вы оставите меня одного?! А если я вор? Или сломаю что-то?

Марка такой вопрос ни капельки не смущает.

– А ты ничего не трогай. Иначе найду и переломаю ноги тебе. Ты не знаешь тут никого, а я живу всю жизнь, от меня не спрячешься.

И ведь не шутит. Действительно уходит. А одному тут нечем заняться. Стоит успокоиться, как от скуки взгляд берётся изучать обстановку.

Спать уже нет желания. К тому же, вокруг много интересного. Даже обыкновенный молот и тот непростой, с гравировкой. Не ясно, буквы это, или просто какие-то символы, но выглядит красиво. Хочется взвесить из любопытства, но беспокойство требует отойти. Да и кузнец вряд ли ушёл далеко, вдруг ещё решит вернуться и проверить? Лучше ничего не трогать.

А глаза так и разбегаются. Тут и щипцы, и лопатки, и совки, и заготовки разных форм и размеров. И даже руда лежит в сторонке, в большой деревянной коробке с ручкой. И куча необычных инструментов, которых нигде видеть не приходилось.

Просыпается и отвлекает жажда. Пить хотелось давно, но сейчас чувство разбушевалось.

Взгляд бросается по сторонам, искать кран. Жаль, что одной только привычки недостаточно, чтобы магия сработала. Трубопровода в доме, похоже, нет. А желание растёт и высушивает губы.

Взгляд цепляется за тканевый свёрток на небольшом столике в углу кузницы. Он заметно выделяется на фоне тёмных инструментов и каменных стен. Рядом стоит глиняный кувшин и кружка.

Ясно, как день, что внутри еда! Слюнки текут, не успеваешь задуматься. А стоит чуть ближе подойти, как нос улавливает такой невероятный запах, какого в жизни ещё нигде и никогда не приходилось чувствовать.

И это уже вовсе не от голода. Этот аромат так невероятен, что из-за него легко можно потерять рассудок.

Руки без команды принимаются разворачивать угощение. От изумления даже страшно на миг становится, пальцы не слушаются и не желают останавливаться.

Приходится отступить. И страшно останавливаться, пока спина не упрётся. Встав на углу, Август делает шаг и выходит из кузницы. Лишь через несколько минут, сев на траву, он потихоньку успокаивается.

Конечно, проще всего поддаться искушению и съесть лакомство, но ведь кузнец сказал ничего не трогать. Неужели, хочет проверить? Может, в свёртке вообще не еда, а какая-нибудь магическая приманка. Или отрава. А может это его собственный завтрак или обед, и он оставил его только потому, что пошёл в город. В любом случае, надо удержаться.

И тут, освободившись от чар волшебного запаха, голова начинает работать чуть активнее. Ведь здесь должна быть питьевая вода, иначе никак. Журчит неподалёку река, о которой Август чуть не забыл, а вот колодца нигде нет. Так что приходится довольствоваться тем, что есть. Жаль, это не избавит от голода.

Полдня приходится ждать. Иногда удаётся отвлечься на красивый пейзаж, но голод так мучает, что это не сильно помогает. Можно было бы посмотреть на инструменты, но в кузницу заходить нельзя – устоять перед соблазном не выйдет. И это грызёт изнутри, но приходится держаться.

Возле единственного дерева во дворе стоит топор. Даже странно. Небольшой пенёк, дерево и топор. Август пытается его поднять, но и этого не выходит. Топор настолько тяжелый, что его не оторвать от земли.

В конце концов, остаётся ждать возле ворот. Живот скручивает от голода, даже подташнивает. Хочется только, чтобы кузнец быстрее вернулся.

Как только мужчина показывается на улице, Август бежит навстречу.

– Всё хорошо? Я могу пойти?.. Я ничего не трогал.

Марк улыбается, решив, что это ложь. Хотя ничего не говорит.

– Значит, без подробностей? Ладно. Всё хорошо. Иди, малец, если это всё.

Теперь скорее бежать.

Услышав топот за спиной, Марк усмехается. Трудно представить, куда мальчишка может так торопиться.

Хотя, мальчишка сумел удивить. На бестолкового он всё же не похож, точно понимал. И пошёл на риск. Не всякому духа хватит.

Раздумывая, Марк вздыхает, проводит ладонью по щетине и только сейчас замечает свёрток, который оставил утром на столе. Даже фыркает недовольно.

– Вот балбес. Я же это тебе оставил.

Подумав, он встаёт, хватает свёрток и сразу отправляется обратно в город. И в пути обдумывает поведение Августа.

Значит, он сидел в кузне, но еду не тронул. Запах он не мог не заметить, значит, не стал брать. Решил, что нельзя. И ведь смог же удержаться.

Марк улыбается, но вдруг на миг от удивления даже застывает. Теперь ясно, куда мальчишка побежал. Полдня он страдал в кузне от голода. Ещё и запах его дразнил. И за всё это время не притронулся к еде. Вот и рванул, в надежде что-нибудь выпросить в городе.

Лицо Марка изменяется. Впервые за много лет он так ошибся. А ведь малец мог просить у князя за спасение дары. Он об этом может и не знать, но даже не поинтересовался о награде. Надо всё-таки хоть чем-то ему отплатить, пока мир не разжевал его доброту и не выплюнул её на свалку забытых детских чувств.

У ворот мужчина останавливается и обращается к одному из стражей.

– Мальчишка тут пробегал? Грязный такой…

– Ты про орта? К чему тебе знать про эту падаль?

Марк не отвечает, потому что не может понять, как ребёнка приняли за орта. У него же на шее мох. Неужели спрятал? Второй стражник принимает это молчание за недовольство.

– Спросил, значит надо. Тебе то что?

Копейщик виновато выпрямляется.

– Я тебя обидеть не хотел, Марк. Проходил, только недавно свои вонючие… кхм, прошёл мимо. Да. Точно.

Кузнец на лишнее беспокойство даже не реагирует. Он спрашивает спокойно:

– Куда пошёл, видели?

– Нет…

– Нет. Не оглядывались.

Марк кивает и проходит дальше. А стражники остаются переругиваться шёпотом.

Где искать мальчишку – загадка, так что начинать приходится с самого простого.

По обе стороны от ворот идут ряды лавок. У стен стоят торгаши в открытых палатках, напротив них большие магазины. Продавцы в лавках, видеть точно ничего не могли, но вот уличные торгаши ни за что бы не упустили мальчика из виду.

Так и получается. Первый же торговец даёт подсказку.

– Видел, конечно! Выпрашивал что-то среди вон тех палаток. Еду, наверное. Выпросил хорошего пинка! Ха-ха!

Марк вздыхает.

– А куда он отправился?

– Да куда-то туда побежал. По центральной.

Надо было догадаться сказать, чтобы мох не прятал. С другой стороны, теперь найти его совершенно никаких проблем. Весь город уже на ушах!

Правда, на одной из улиц след почти теряется. Несколько человек говорят, что видели мальчика, но куда он пошёл, они не знают. К счастью, в этот момент из переулка доносится чья-то ругань. Может там мальчишка, может, нет, но проверить стоит.

– Никчёмный попрошайка!.. – доносится из подворотни.

Где-то очень близко. Опасаться нечего, так что спешка ни к чему. Звук в проулках иногда может заблудиться и только запутать. Лучше прислушаться.

– …на. Жри. И чтобы больше я тебя здесь не видела!

Как назло. Кричать женщина перестаёт ровно в тот момент, когда кажется, что осталось сделать пару шагов. Это не беда, лишь бы не сбежал. Не хотелось бы до вечера плутать в переулках. К счастью, за поворотом мужчина встречает Августа.

Тот как раз уселся возле стены на деревяшку. Видимо, подобрал из мусора. Едва успел раскрыть брошенный ему свёрток с хлебом, но ещё не отхватил кусок. Марк даже не решается позвать.

Вдруг из-под мусорного завала раздаётся жалобный писк. Учуяв запах еды, маленький щенок заскулил. Если бы сейчас не было так тихо, то его бы никто не услышал. Это его последний шанс выжить, и даже самому выбраться из завала не хватает сил.

Мальчик в этот момент открывает рот, чтобы сделать укус. От голода челюсть сводит, а слюна чуть не брызжет. Чтобы остановиться, приходится сделать усилие. С другой стороны, рядом какое-то несчастное создание. Возможно, что оно точно так же мучилось от голода, но так и не дождалось помощи.

Вздохнув, Август заворачивает хлеб, чтобы не испачкать, и кладёт на землю, подложив свитер. Он не сразу находит щенка, долго копается, потом садится обратно, взяв бедолагу на руки.

Животное почти не двигается. Только зрачками стреляет туда-сюда и дышит, вывалив язык. Боится. И Август, вместо того, чтобы, наконец, поесть, первым делом начинает кормить щенка.

Кузнец наблюдает. Он смотрит, как щенок оживает в руках мальчика. Поначалу будто не верит. Смотрит на маленький кусочек, который для него оторвали, но не берёт. А как только угощение касается языка, пёс начинает ворочать челюстью. Ещё спустя какое-то время уже самостоятельно ест.

– Больше изо рта вываливается, – жалуется Август. – Ешь спокойно, никто не торопит.

Марк наблюдает со стороны. Он глядит на свёрток в руках и думает о чём-то. Потом откладывает его к стене с мыслью о том, что какому-то голодному бедолаге это может пригодиться. А мальчишку такой мелочью не отблагодарить.

Мужчина подходит ближе.

– Добрая ты душа, малец.

Август смотрит удивлённо. Явно не ждал увидеть кузнеца снова. Во всяком случае, не так скоро.

– Ко мне есть пойдёшь? До дома если потерпишь, накормлю.

А мальчишка смотрит. Даже хмурится. Не угадать, что задумал.

– Я без щенка не пойду.

Как тут не улыбнуться? Сам слюной давится, а щенка кормит. Ему нормальную еду предлагают, а он условия ставит.

– Так бери его с собой. Но если где не надо нагадит, сам будешь убирать. Пошли. Завтра отрабатывать начнёшь.

Марк разворачивается и идёт. Идёт медленно. Знает, что малец замешкается. А его надо бы отвести домой. Если мальчик ещё и умелый, отличное подмастерье выйдет.

Вскоре он догоняет, но идёт чуть позади. Будто прячется за спиной. При виде его все кривятся с отвращением. Пока не замечают кузнеца. Тут же делают вид, будто смотрят в другую сторону.

– Тебя как зовут, малец?

– Август.

– Ну пойдём, Август. Сегодня отдохнёшь, а завтра мы поглядим, что из тебя получится.

Глава 4 – Под колпаком

Как только открываются глаза, сон исчезает, и взгляд постепенно возвращается из миражей в реальный мир.

Вчерашний вечер пролетел за одно мгновение. Кузнец привёл домой, накормил. Спать уложил в сарае на куче сена. С непривычки всё чешется, но спать было приятно. Да и можно было бы поваляться, если бы не лай.