Будь моим Повелителем

– И всё же я настаиваю, чтобы мне обеспечили уединение, – упрямо повторила девушка.

– Ты не в том положении, чтобы настаивать, – с очевидно двусмысленным намёком напомнил мужчина.

Однако пациентка предпочла его проигнорировать.

– В вашем присутствии у меня не получится сосредоточиться! – безапелляционно заявила она.

– А тебе и не надо. Подожди немного – и природа сама возьмёт своё. Возможно, не сразу – но нам торопиться некуда.

Возразить девушка не успела. Стоило ей лишь открыть рот, как её вдруг скрутило в болезненном спазме – а в следующее мгновение неучтённая жидкость сплошным потоком хлынула наружу, прихватив с собой то, ради чего заливалась. Притом сопровождалось это таким характерно звонким звуком, не позволяющим спутать процесс ни с чем иным, что пациентка непроизвольно покраснела, спрятав лицо в коленях. Чем врач и воспользовался, незаметно подкравшись сзади и, присев на корточки, сделав девушке вторую клизму. Настолько быстро, что пациентка лишь в последний момент пискнула от неожиданности, рефлекторно подавшись вперёд… Благо мужчина был начеку и не дал ей упасть.

– Держи равновесие! – непреклонно вернув несчастную на место, напомнил он. – Ещё не хватало тебя ловить.

– Зачем вы это делаете? – молча проглотив упрёк, спросила девушка.

Не иначе, чтобы отвлечься.

– Затем, что анальный секс без подготовки очень грязная и неприглядная вещь. К тому же дурнопахнущая… Кстати, – выпрямившись, врач обратился к скучающим санитарам. – Включите там вытяжную вентиляцию. Дышать нечем.

И все старания пациентки абстрагироваться от происходящего пошли насмарку.

Вздрогнув, словно получив пощёчину, она согнулась ещё сильнее. Практически сложилась пополам, не смея оторвать взгляд от пола из-за обуревающего её стыда… И почти сразу испытала невероятное облегчение, избавившись от второй порции жидкости.

– Ну как, готова повторить? – приблизившись, во вновь наступившей тишине произнёс врач.

– Я надеюсь, это последняя? – даже не шелохнувшись, глухо обронила девушка.

– А что? – мужчина выразительно склонил голову набок. – Мечтаешь уже поскорее приступить к следующему этапу?

Покладистость собеседницы явно пришлась ему по вкусу – и в его голосе прорезались весёлые нотки. Которые пациентку, разумеется, не обрадовали.

– Нет, – буркнула она. – Ноги затекли.

– А, – с лёгким налётом разочарования протянул врач. – Тогда встань на колени. Так будет проще нам обоим – тебе не придётся удерживать равновесие, а мне – подбираться снизу. Достаточно будет просто нагнуться и немного тебя приподнять… Давай помогу.

На этом мужчина отложил набранную грушу, намереваясь подхватить девушку под локти и усадить над сеткой – ровно так, как говорил… Однако пациентка мириться с его решением не пожелала.

– Вы не ответили на вопрос, – резким движением плеч скинув чужие руки, она в упор посмотрела на собеседника. – Сколько вы ещё собираетесь меня мучить?

– Столько, сколько потребуется, чтобы вода на выходе стала такой же чистой, как и на входе, – невозмутимо откликнулся врач.

После чего всё-таки заставил её опуститься на колени, хорошенько надавив на затылок. Что, как ни странно, не помешало ей продолжить допрос:

– А конкретнее?

Создавалось впечатление, будто ответ беспокоил её куда больше, чем могло показаться на первый взгляд. В противном случае стеснение бы вряд ли отошло на второй план. Слишком откровенной получилась поза… А ведь, кроме врача, существовало ещё минимум два свидетеля её унижения, дежуривших на входе! И это – не считая камер наблюдения.

– По-разному, – подобрав клизму с пола, мужчина вставил её в призывно обнажённый анус и принялся медленно, словно измываясь, сдавливать пальцы. – Обычно хватает шести-семи раз. Но не исключено, что в твоём случае потребуется восемь или девять…

– Сколько?! – аж подпрыгнула девушка, не справившись одновременно и с мерзкими ощущениями от клизмы, и с нахлынувшим возмущением. – Вы с ума сошли?!

И попыталась малодушно удрать – однако не сумела даже слезть с груши. Потому что врач, готовый к подобному развитию событий, клещом вцепился в ворот её смирительной рубашки и не разжимал кулак, пока не влил всё до последней капли.

– Проконтролируйте, чтобы не промахнулась, – вновь помрачнев, кивнул санитарам.

Которые в тот же миг перехватили строптивую пациентку, скрутили, безжалостно подавив вялое сопротивление, и нацелили попой в нужное место. И никакой деликатностью – мнимой или настоящей – здесь уже не пахло.

– Отпустите меня, пожалуйста, – немного потрепыхавшись, смиренно попросила девушка. – Мне сложно, когда меня держат.

Чувствовалось, что спокойный тон давался ей нелегко – и её было нетрудно понять. Всё-таки клизма – крайне неприятная процедура. И весьма болезненная. Особенно если не давать ей выхода, сдерживая закономерные позывы испражниться… А пациентка, если судить по наглухо стиснутым зубам, периодически закатываемым глазам и подавляем стонам, именно этим и занималась, не в силах побороть смущение в присутствии стольких зрителей. На что врач и обратил внимание в первую очередь.

– А ты расслабься, – полуобернувшись, посоветовал он. – Как мы уже выяснили опытным путём, от тебя ничего сверхъестественного не требуется. Только послушание и толика терпения. Остальное тело выполнит само.

Поспорить было трудно. Хотя бы потому, что каждый следующий спазм скручивал девушку всё больше, не позволяя ей выдавить из себя ничего связного. И в результате она действительно благополучно опорожнилась, практически не задействовав разум.

– Я знаю, зачем вы на самом деле это делаете, – отдышавшись, пациентка обратилась к подошедшему мужчине. – Вы получаете наслаждение от того, что мучите меня. Вы садист.

– О нет, – криво улыбнулся он, наперекор собственному заявлению довольно грубо загнав клизму в попу собеседницы. Однако вливать очередную порцию не спешил. Лишь слегка шевелил грушей, чтобы её кончик касался стенок прямой кишки, напоминая о своём присутствии и не давая несчастной девушке сосредоточиться. – Если бы я был садистом, я бы прочистил тебя целиком. И даже больше. Чтобы ты кричала, плакала и молила о пощаде, готовая на всё – только бы прекратить этот ад…

От подобных картин пациентку ощутимо передёрнуло, а врач ещё и усугубил ситуацию, впрыснув воду одним мощным нажатием. Словно хотел показать, что до этого действовал нежно и заботливо… Но сумел лишь убедить девушку в своих нездоровых наклонностях.

– Неправда! – сквозь злые слёзы безысходности выкрикнула она. – Вам нравится то, что вы делаете! Я же вижу…

– Ошибаешься, – мужчина небрежно вытащил клизму. – То, что происходит сейчас, не доставляет мне ни малейшего удовольствия, – тут ему, по-хорошему, следовало уйти – в качестве подтверждения – однако вместо этого он вдруг склонился к лицу собеседницы и вкрадчиво прошептал: – А вот то, что ждёт тебя впереди, вселяет в меня вдохновение…

Сказать, что пациентку напугала его последняя фраза – значит, не описать и половины того ужаса, что она испытала. Потеряв дар речи, несчастная круглыми глазами уставилась на мужчину и лишь судорожно хватала ртом воздух, будто выброшенная на берег рыба – силясь что-то сказать, но не в состоянии выдавить ни звука… Языком, по крайней мере. Потому что влитая несколько мгновений назад вода, воспользовавшись шоком девушки, нашла лазейку – и бесследно исчезла в глубинах канализации, гулко простучав по металлическим трубам. Чем невольно вернула пациентку к жизни.

Взяв себя в руки, девушка упрямо сжала губы, превратив их в тонкую белую линию, и очередную клизму встретила гордым молчанием. Как и все последующие… Что, впрочем, никого не обмануло. Ведь в глубине души она по-прежнему боялась. Притом до дрожи. Ждала от врача какой-нибудь подлости и неизменно напрягалась, когда он к ней приближался – неважно, с пустыми руками или не очень… Однако мужчина проверять её решимость на прочность не стал. Разве что процедур всё-таки провёл не шесть, а девять. И последние три не отходил ни на шаг, внимательно наблюдая за процессом избавления от влитой жидкости – чтобы оценить её цвет и прозрачность. Чем дополнительно вгонял пациентку в краску, заставляя крепиться изо всех сил…

– Всё, – наконец-то удовлетворённо обронил он. – Вроде чисто.

И девушка шумно выдохнула, не сумев скрыть облегчения.

– Осталось только подмыть – и можно вешать, – обращаясь не столько к помощникам, сколько к самому себе, добавил врач.

На что пациентка снова насторожилась – но мужчина просто взял лоток с водой и, помогая себе рукой, тонкой струйкой ополоснул кожу её попы и бёдер. Без каких-либо вольностей, бережно и аккуратно. Затем снял использованные перчатки, стянул с нижней полки столика ворох непонятных верёвок, ремней и карабинов, связанных между собой в некое подобие сети, ловко обмотал ими девушку, затянул, отрегулировав под её размеры, и отступил, сжимая в кулаке не пригодившиеся концы со свободно болтающимися металлическими кольцами.

– Готово, – сообщил санитарам.

А те словно этого и ждали, вмиг подхватив растерянно оглядывающуюся пациентку на руки и подняв высоко в воздух. Так, чтобы врач сумел без помех закрепить систему на пресловутых потолочных крюках, слегка привстав на мысочки.

– Спасибо, вы свободны, – опустившись обратно, он поблагодарил помощников. – Дальше я справлюсь сам.

И мужчины тотчас отпустили девушку. Которая, повинуясь натяжению ремней, повисла примерно в полутора метрах над полом в полулежачем положении с широко разведёнными ногами и полностью обнажённой нижней частью тела. Как в диковинных качелях или, вернее, сидячем гамаке с огромной дырой вместо сидения. Только без возможности выбраться самостоятельно, поскольку сверху на неё по-прежнему была надета смирительная рубашка, а бёдра и талию плотно обхватывали широкие ремни, крепко удерживая в строго определённом положении.