На задворках совести

– А что такое?

– Капитан Тувалов мечтает найти девушку себе, – сказал Максим, залезая в брюки.

– Да без проблем. Есть у меня одна на примете. Тоже без парня, очень порядочная.

– Это хорошо. Давай зови ее тогда тоже с собой. Позвоню, как соберемся.

– Хорошо. Я буду очень-очень ждать.

У Юли в глазах появился азарт, она поцеловала Симолина на прощание. Вот так и жило это милое создание. От тусовки до тусовки. Не работая, не учась, просто прожигая жизнь. Это ее вполне устраивало. Тогда, в «Гоморре», первый раз встретившись с Максимом, она даже не поняла кем он работает, откуда деньги на пентхаус и несколько машин. Ей было все равно, а когда Симолин показал ей корочку милиционера, то она никак не отреагировала. Максиму тогда даже легче стало.

В управление майор Ващенко пришла пораньше. Тарасов уже сидел в своем кабинете. Он перебирал бумаги. Брал из одной стопки и перекладывал в другую. По крайней мере, это выглядело со стороны именно так. Ващенко постучалась и вошла. Она выложила ему всю информацию о вчерашнем дне. С Предгорной поговорить не удалось, так как ее не было дома. Вика прождала ее до вечера, но она так и не появилась. Ей отправили повестку в милицию для допроса. Капитан Тувалов появился чуть позже. Максим опаздывал. Тувалов доложил о визите в отель.

– Предгорная должна сегодня прийти на допрос, – сказал Тарасов, – что с Окуневым?

– Он ничего не знает про убийства. Говорит, что он не причем, – сказал Тувалов.

– А алиби у него есть? Проверяли? – тут же спросила Ващенко.

– Алиби нет. В момент убийства он находился дома. Это никто не может подтвердить. Но Максим верит в его непричастность.

– А с каких это пор Максим решает кто виновен, а кто нет? – спросила майор.

Тувалов хотел сказать, что Симолин и Окунев были знакомы, но тут же осекся. Он посмотрел на Вику и пожал плечами. Прикинулся дурачком. Это сработало. Тут пришел Максим и у Тувалова отлегло.

– Про меня говорите? – спросил с порога Симолин, немного запыхавшись. – Прощу прощения за опоздание.

– Что с Окуневым? – кивнула в сторону Максима Ващенко.

– А что с ним? Он не убивал Буфанову.

Максим сел ко всем за стол, налил воды из графина и выпил. Это действие он совершал нарочито медленно, что безусловно действовало на нервы Вике.

– Какие доказательства? Алиби? – допытывалась Ващенко.

– Что Евлампич сказал? – обратился к генералу Максим. Вопрос от Вики он проигнорировал.

– Скоро придет. Его люди весь особняк обклеили. Уверен, что там найдутся улики, – ответил Тарасов.

– Ты мне не ответил, – забурчала Вика, как обиженный ребенок.

– Да все под контролем, майор. Не волнуйтесь. Окунев не виновен. Когда экспертиза подъедет, вы в этом убедитесь.

Пофигительское отношение к службе Максима бесило Ващенко, хоть она еще не долго с ним работала. В ее глазах он выглядел не как типичный милиционер. Он одевался хорошо и со вкусом, всегда приятно пах, подтянут, на запястье красовались дорогие часы, насколько Вика могла судить. Такой образ никак не вязался у нее с привычными представлениями о служителях внутренних органов. Майор повидала их много. Прежде чем служить в Гординске, она проработала в Новосибирске, где сделала себе карьеру и получила высокое звание. Ее ценили и называли лучшим опером города. По распоряжению командования ее послали в Гординск.

В кабинет вошел Никодим Евлампиевич. После приветствия он стал выкладывать на стол свои результаты работы. По предварительному докладу следовало, что убийца не оставил каких-либо следов, кроме волоса, который не удалось идентифицировать. Следы на подоконнике открытого окна были стерты. Работа криминалистов продолжалась, но надежды на что-то более содержательное не было.

– Итак, что мы имеем, – подытожил Тарасов, – тело есть, орудие убийства знаем, но его не нашли, следов нет, свидетелей нет. Единственные фигуранты – это Предгорная, которая, надеюсь, придет к нам и расскажет что-нибудь, и депутат Окунев, который по версии младшего лейтенанта Симолина не виновен. Кроме его слов у нас ничего нет.

Генерал свел руки в замок и закончил:

– Ненавижу такие дела.

После короткого брифинга генерал отпустил всех заниматься делами. Вика должна была остаться в управлении и ждать Предгорную. Если она не явится вовремя, то майору придется ехать к ней домой снова, что она не очень хотела. Тувалов отправился домой к Окуневу поговорить с соседями, чтобы подтвердить или опровергнуть алиби депутата. Симолину выпало задание съездить в строительную компанию, которой владела Буфанова.

Максим эту компанию хорошо знал, ведь он в какой-то степени приложил руку к ее становлению. Долго он там не задержался. Поспрашивал людей про конкурентов, про конфликты. Все по стандарту или, как говорят, по учебникам. Единственное, что Симолин не зафиксировал в письменном виде, так это то, что он пригрозил нынешнему исполняющему обязанности генерального директора компании серьезными проблемами, если тот упомянет милицию в интервью со СМИ, а особенно о его знакомстве с Буфановыми. Тут он обошелся без своих шуток. Выйдя из офиса компании, Максим позвонил очередному знакомому и попросил встретиться. Его «рабочая» подъехала к месту встречи. Пошел снег, который сразу таял на асфальте. Погода стояла пока теплой, но такие деньки уже были сочтены, ведь совсем скоро ворвутся сибирские морозы, и зима полноценно вступит в свои права на ближайшие четыре месяца. Максим сидел за рулем своей машины на парковке перед супермаркетом. Он ждал одного человека. Слушал радио. После десяти минут ожидания к нему подсел пожилой мужчина с высоким лбом, в пальто и волосами, походившие на одуванчик.

– Приветствую, Николай Валерьевич, – поздоровался Максим.

– Привет, – протянул руку пожилой мужчина, – что случилось?

– Дело есть. Знаешь компанию «Стройград»? – спросил Максим.

– Знаю. Ее владелицу убили вчера.

– Да я этим делом как раз занимаюсь. Мне нужна твоя профессиональная помощь.

– Что ты задумал? – насторожился Николай Валерьевич.

– «Стройград» сейчас фактически без владельца, так?

Мужчина кивнул. Он догадывался к чему вел Симолин.

– Там есть мои люди. Я с ними только что говорил. Они уже в курсе моего плана, – Максим выдержал паузу. – «Стройград» надо переписать. Ты понимаешь, о чем я?

Николай Валерьевич протер лоб ладошкой. Он не удивился такой просьбе, но не приходил от нее в восторг.

– Сейчас? – спросил он.

– Как раз сейчас это лучший момент.

– А не покажется странным, что после гибели владелицы ее компания внезапно перешла к чужим людям?

– Ты делай, а я буду заботиться о том, чтобы это не показалось странным. Тем более ты что, настолько хорош, чтобы провернуть это за один день?

– А Анатолий Борисович как на это посмотрит?

– С Буфановым я тоже все улажу.

Максим заметил, что Николай Валерьевич занервничал, и решил его приободрить.

– Да все будет нормально. Тебя точно ничего не коснется, если что. Ты главное сделай свою работу, а я хорошо заплачу.

Николай Валерьевич пожал руку Максиму и вышел из машины. Он не проронил не слова. Это означало согласие. Симолин посмотрел в заднее зеркало и увидел там свое отражение. Такое же безупречное, как и он сам.

В конце рабочего дня все снова встретились в кабинете генерала для доклада. Результаты неутешительны. Тувалов сказал, что соседи видели Окунева тем вечером, как он заходил домой. Его жена сказала, что Григорий находился весь вечер и ночь с ней. Алиби нашлось. Вика Ващенко доложила, что Предгорная не пришла на вызов, не отвечала на телефон и не была дома. Подозрения на эту женщину усилились. Тарасов вцепился в эту версию и заставил ее проработать до конца. Другими словами, нужно было во что бы то не стало найти Людмилу Предгорную и задать ей вопросы. Максим высказался в конце. Все в общих чертах. Сказал, что в «Стройграде» не было конфликтов, и конкуренты не угрожали, и все такое, что его самого мало интересовало.

– Хорошо. Отдыхайте. На сегодня все, – сказал Тарасов.

Он начал собираться, еще не дожидаясь окончания доклада Симолина. Очевидно, куда-то спешил. Милиционеры разошлись, а Максим напомнил Тувалову, что сегодня они идут в «Гоморру», добавив, что Юля приведет симпатичную подругу.

Симолин заехал за Сергеем на «лексусе». Они отправились в клуб. «Гоморра» стоял на своем месте и весь светился. Отсюда, к слову, рукой подать до Энергетиков. Что означало поток криминальных объектов в клуб и возле клуба. Для предотвращения этого нужны были крепкие ребята-вышибалы. Поставлял их Симолин, Женя Алтунин утверждал. «Лексус» подъехал ко входу. Тут же Максима поприветствовал один из охранников. Лейтенант сунул ему купюру. Охранник сел за руль и отогнал внедорожник от входа на парковку. Тувалов вразвалочку заходил в клуб за напарником. Они сели в вип-зону за стол, стали ждать прихода девушек, которые опаздывали.

– Серега, – сказал Максим, – сейчас с Юлей придет девушка. Ты ее сразу в оборот бери.

Сергей решил снять небольшое напряжение. Напарники заказали по бокалу виски. У Максима зазвонил телефон. Снова Юля. Она зачем-то спрашивала, где он сидит.

– Как обычно, – ответил Симолин.

Через минуту девушки поднялись в вип-зону и подошли к столику, где сидели молодые люди. Обе оделись в вечерние платья. Юля была в красном платье, как всегда, выставляя на показ свою грудь. Вторая выглядела скромнее, в белом, но ее длинные ноги она подчеркнула с помощью высоких каблуков. Максима и Сергея обдало жаром. Они чуть разом не крикнули, когда увидели, кто стоял рядом с Юлей.

– Эта Вика, – представила она свою подругу парням.

Вместе с Юлей пришла Вика Ващенко. Она тоже, не меньше своих подчиненных, удивилась такому стечению обстоятельств. Максим тихо засмеялся, а бедный Тувалов в растерянности глядел на свою начальницу.

– Максим, ты что? – не понимала Юля.

– Ты знала? – Вика зло посмотрела на свою подругу.

– Чего знала?

Вика чувствовала себя неудобно. Ей хотелось побыстрее уйти. Все находились в растерянности. Ситуацию спас Симолин.

– Прошу вас, Виктория. Присаживайтесь, – сказал он.

Юля поняла, что все хорошо и прыгнула рядом со своим любимым на диван.

– Юль, я пошла домой, – измученно пробормотала Вика.

– Куда ты, Вик? – поинтересовался Симолин.

– Ты же только пришла. Оставайся, Викуль, – произнесла Юля, обнимаясь с Максимом.

Он, к ее удивлению, ее не обнимал. Только смотрел на Вику и уговаривал ее остаться. В итоге Ващенко подсела к Сергею. Он обливался потом и нервничал. Максим сделал жест официанту. Молодой паренек лихо подбежал к столику, вытащил блокнот и стал принимать заказ.

– Дай две «Сапфировые звезды» для дам, мне «бриз», а молодому человеку сто граммов водки.

Официант удалился. В компании чувствовалась напряженность, как бы Максим не пытался ее разрядить. Шутками ли, разговорами ли, все в пустую. Вика ощущала себя лишней. Наконец, Симолин нашел слова, которые должен был сказать сразу:

– Вика. Ты не на работе. Расслабься, расскажи что-нибудь. Ты же у нас в отделе новенькая. Завтра мы с Туваловым твои подчиненные, а сейчас просто друзья.

– Дак вы знакомы? – дошло сейчас до Юли.

– Да. Это наш начальник. Майор Ващенко. Но сейчас она просто Вика, – разъяснил Симолин, еще раз посмотрев на Вику и, дав понять, что все хорошо.

– Ничего себе, как получилось! Я же не знала.

– Все хорошо. Я же тебя попросил позвать симпатичную подругу для Сереги Тувалова. Правда он что-то не рад.

Максим и Юля посмеялись. Капитан смотрел на стол. Ващенко слегка улыбнулась и немного раскрепостилась. Она начала рассказывать про себя. Про службу в Новосибирске и дальнейшей, как она выразилась, ссылкой в Гординск.

– Я думаю ты преувеличиваешь, – протянул Максим, – наш город очень даже ничего. Он со своей атмосферой. Его надо прочувствовать, понять душой.

– Набережная хорошая у нас, – вставил слово Тувалов.

Потом принесли коктейли. Максим бережно пододвинул Вике ее напиток.

– Это что? Настоящие сапфиры? – удивилась Вика, рассматривая бокал.

– Да. А посмотри тут, – он потянулся к бокалу, случайно задел ее руку. Она неловко отпрянула назад. Симолин сделал вид, что ничего не произошло. – Это обрамление вокруг сделано из платины.

Капитан Тувалов закинул подряд две стопки водки, потом заказал целую бутылку. Вика смотрела на него с упреком. Максим это заметил, и тут же ей сообщил:

– Не переживай. Он завтра будет в порядке. Я его знаю. Это боец.

Компания разговаривала все активнее и активней. Максим заводил всех, рассказывая какие-то смешные истории. Вика начала чаще улыбаться. Ее родинка около рта забегала из стороны в стороны. Позже заказали бутылку дорогущего «Кристалл»1, потом закуску из морепродуктов. Тувалов начал пьянеть. Он закинул руку на спинку дивана так, чтобы приобнять Вику. Она дернулась и посмотрела на капитана. Он на минуту пришел в себя. Максим сидел в обнимку с Юлей. Его рука гладила ее гладкие ноги, потом переходил выше. Вика снова заскучала.

– А где тут туалет? – поинтересовалась Ващенко, прерывая ласки Симолина с его подругой.

– Пойдем со мной, я покажу, – вызвалась Юля.

Максим остался с Сергеем один.

До этого времени Тувалов вел себя тихо. Казалось даже, что он засыпал на своем месте. Когда девушки вышли, то капитан тут же подпрыгнул и как ошпаренный запрыгал на месте.

– Это что такое, Макс? Это твои шуточки?

– Ты чего? Я про Вику не знал. Так вышло, – сказал Максим. Он смеялся.

– Это знак, дружище. Мне с девушками не везло никогда. И сейчас мне свыше намек, чтобы я не рыпался и сидел на жопе ровно.

Подобные выражения Симолин не часто слышал от Тувалова. На этот раз он превзошел себя, благодаря выпитому алкоголю.

– Капитан, отставить. Пошли, девушку тебе найдем. Там на танцполе одинокие кисули тебя уже заждались, – Максим начал вставать.

Сергей оторвался от спинки дивана, уперся локтями в стол и посмотрел пьяными глазами на Максима.

– Я домой поеду, – выдал он.

– Как домой? Еще даже двенадцати нет. Пойдем на свежий воздух.

– Нет. Сидим.

– Ну сидим так сидим. Ты только не засыпай и не уходи. И не говори, что девушки нет. Просто твоя еще не созрела для такого персика, как ты.

Максим улыбнулся и закурил.

Вскоре пришли девушки. Юля сразу села на свое место рядом с Максимом, а Вика встала у столика и объявила:

– Я поеду домой. Всем пока.

Она собралась развернуться и уйти вниз по лестнице. Симолин ее остановил.

– Стой! Куда ты поедешь-то? Давай десерт закажем.

– Нет, я поеду, – стояла на своем Вика.

– Пусть идет. Она и так с нами долго сидела, – сказала Юля.

Максим встал рядом с Ващенко.

Примечания