Наследие литературы XXI века

Незнакомка с интересом рассматривала собеседника. Он был невысокого роста, как и её соплеменники. Симпатичное лицо залил румянец, глаза внимательно рассматривали её.

– Не знаю, может быть, приду, – после паузы ответила она.

Целый день Костя находился под впечатлением встречи. Он постоянно вспоминал образ незнакомки, мельком виденное лицо. Он упрекал себя за то, что не спросил её имя. Ночью несколько раз просыпался и думал о ней. Утром после завтрака взял походный мешок, бросил в него туесок, котелок и две берестяные кружки, повесил на плечо ружьё и направился к выходу.

– Зачем ружьё взял? – спросила мать. – Мяса в доме много, мешать будет ягоду брать.

– На обед рябчиков добуду.

– Зачем далеко ходить, ягод рядом много.

Костя промолчал. Неведомые ему чувства тянули его на свидание. Он никогда ещё не испытывал такого душевного подъёма и радости от предстоящей встречи. Его беспокоило только сомнение: «Придёт или не придёт».

По дороге добыл пять рябчиков. На брусничной поляне незнакомки не было. Он выбрал в стороне место для костра, очистил площадку от хвои и веток, чтобы не случился пожар. Затем вырвал с корнями пучок брусничника с ягодами, взял котелок и отправился к воде. Зачерпнул котелком воду, смыв с корней брусничника землю и мох, положил пучок в котелок. На выбранном для костра месте разжёг небольшой костерок и повесил над ним котелок. Снял с рябчиков кожу вместе с пером, насадил их на прутья и воткнул в землю около огня. Незнакомка не появлялась. У Кости испортилось настроение. «Придётся рябчиков есть мне и Хадару», – подумал он.

Незнакомка появилась неожиданно, не с той стороны, с которой её ожидал Костя. Он вскочил от костра, около которого сидел на корточках, и направился навстречу. Его лицо сияло радостью. Она шла с открытым лицом и улыбалась. Остановившись около неё, Костя произнёс:

– Вуща вула, – что означало «Здравствуй, живи».

Лицо девушки засияло радостью, ей было приятно слышать приветствие на хантыйском языке. В быт хантов давно вошёл русский язык. Их детей отправляли в интернаты для обучения. Учёба проводилась на русском языке, они постепенно забывали родной язык и традиции предков. В ответ прозвучало на русском языке:

– Здравствуй!

– Я ждал тебя с другой стороны.

– Запах дыма привёл меня к твоему костру.

Костя дотронулся руками до её одежды и пригласил к костру. Ему хотелось обнять и прикоснуться щекой к её щеке, но этикет не позволял фамильярности с незнакомыми людьми.

– Как тебя звать? – спросил Костя.

– Анга. А тебя?

– Меня зовут Костей, давай присядем к костру.

Они опустились на приготовленную Костей хвойную подстилку. У костра было жарко и не было гнуса. Анга откинула с головы платок с широкой бахромой. Костя увидел густые чёрные волосы и две косы, спускающиеся с головы. Вплетённые в косы красные тряпочки привлекли к себе внимание. Заканчивались косы бантиками и привязанными грузиками. Шею украшали бусы.

Костя выдернул из земли прутик с рябчиком и протянул Анге. Она без лишних слов приняла его. Затем извлекла из-за пазухи лепёшку, разломила пополам и одну половину подала Косте. Его сердце затрепетало. По обычаю предков она дала понять, что готова с ним всё делить поровну. Костя разрезал одного рябчика охотничьим ножом и положил остывать на мох. Хадар сидел рядом и ждал своей порции.

Рябчиков ели молча, поглядывая друг на друга, и улыбались. Костя собрал остатки рябчиков и отдал Хадару, который завилял хвостом в знак благодарности.

Покончив с дичью, Костя налил в кружки чай. Корни брусничника придали ему тёмно-красный цвет, а ягоды кисловатый привкус.

Молодые люди пили ароматный чай и внимательно рассматривали друг друга.

– Из какого племени ваш род? – поинтересовался Костя.

– Из племени Лисицы.

– Где живёт ваше племя?

– Наше племя жило по берегам реки Лисицы. Мой род жил в селении Лисица.

– Зачем покинули родовые земли?

– В наши угодья пришли люди, стали уничтожать лес. Зверь ушёл, олени убегали от шума. Люди пошли к русскому начальнику и спросили:

– Зачем нашу жизнь убиваете?

– Какую жизнь – удивился начальник.

– Ты разве совсем глупый, нет леса – нет для ханта жизни.

– Леса много, – сказал начальник, – хватит нам и вам.

Народ пошёл к шаману, просили провести камлание – обряд «Ёл-та-ку», спросить у духов, куда кочевать. Оставаться на обжитых землях стало невозможно. Наш шаман из сильного рода шаманов. Его дед был великим шаманом, способности лечить людей передались внуку. В начале тридцатых годов, после казымского восстания хантов, деда арестовали вместе с другими вождями племён, увезли в Сургут и тайно расстреляли. Наш шаман редко шаманит – только по просьбе людей. Он занимается в основном лечением, но в тот раз согласился провести большое камлание. После завершения обряда он долго лежал на земле. Люди с замиранием сердца ждали, какой совет духи дадут шаману. Выйдя из состояния транса, он поднялся с земли и произнёс: «Надо уходить за солнцем, строго на запад». Вот почему мы оказались здесь, – подвела итог рассказа Анга.

– В Лисице кто-нибудь остался? – спросил Костя.

– Осталось несколько семей, которые занимались ловлей рыбы для лесорубов. Среди них мой дядя Синарбин.

Собеседники не заметили, как солнце стало клониться к закату. Анга поднялась и произнесла:

– Мне давно пора в стойбище.

– Завтра встретимся? – спросил Костя.

– Встретимся.

– На ям вула, – попрощался Костя, что означало «Опять живи хорошо».

– До свидания, – ответила Анга и поспешила в стойбище.

Она несколько лет жила и училась в интернате. Русским языком овладела хорошо. Костя не учился, и ему русский язык давался с трудом. В его речи всегда перемешивались русские и хантыйские слова.

В нижнем течении Оби ханты когда-то были самым многочисленным народом. Их не смог покорить Кучум. Они дали ему достойный отпор. Когда пришёл Ермак, у них хватило мудрости заключить с ним союз, чтобы не воевать на два фронта. В семнадцатом веке приняли христианство, сохранив свои обычаи. В начале тридцатых годов (1931–1934) ханты вели вооружённое сопротивление политике советской власти по ликвидации традиционного экономического и социального уклада их жизни. Одной из причин восстания был принудительный сбор детей для обучения в школе-интернате. Для населения, которое вело кочевой образ жизни, такое обучение детей было неприемлемым. Родители понимали, что ребёнок будет оторван, изолирован от семьи. Их страшила мысль, что, выучившись грамоте, дети забудут родной язык, не вернутся в стойбища.

Молодые люди встречались несколько дней. При встрече Костя обнимал Ангу и целовал в щёку. Хантыйский этикет запрещал говорить напрямую о брачных намерениях. Сидя рядом на хвойной подстилке, Костя обратился к Анге:

– Можно я попрошу отца послать сватов к твоим родителям?

– Конечно можно! – воскликнула Анга. Разве ты не понял, когда я разломила лепёшку пополам?

– Понял, но сомневался.

Костя обнял Ангу и поцеловал в губы. Между ними был заключён союз, скреплённый первым в жизни поцелуем.

Вечером, обращаясь к отцу, Костя сказал:

– Мне пора жениться.

– Ты выбрал невесту из нашего племени? – удивился отец. – Это запрещено законом.

Ханты нуждались в здоровом потомстве. Они всегда выбирали невест из других племён, чтобы не было кровосмешения.

– Она из другого племени, – ответил Костя.

– Из какого?

– Из племени «Лисы».

– Это племя живёт далеко на севере. Когда ты успел там побывать?

– Род Анги стоит за кедровым островом. Отец, пошли сватов.

– Сначала я сам сплаваю к ним. Познакомлюсь с родителями, спрошу их согласие на свадьбу, а уж потом пошлём сватов. Закон и порядок сватовства надо соблюдать.

Душа Кости ликовала. Отец дал согласие на его женитьбу. У хантов вопросы сватовства полностью решали родители. Часто сыну сватали невесту, которую он даже не видел. На следующий день он сообщил Анге радостную весть. Они были счастливы и считали себя уже мужем и женой. Анга не думала о последствиях их отношений. Она полюбила Костю и надеялась провести с ним всю жизнь. У хантов не осуждали девушку, родившую ребёнка до свадьбы от мужчины из другого племени. Они радовались новому члену семьи.

Встречи молодых людей продолжались около месяца. Отец Кости отложил поездку со сватовством до окончания путины.

Перед ледоставом по Катыльге скатывалась рыба в Васюган. Жители посёлка вели активный лов, не отвлекаясь на другие дела. На рыбалке со старшим братом Кости произошла трагедия. Он ставил сеть в устье Катыльги с обласка – долблёнки. Внезапно налетел сильный ветер и перевернул обласок. Оказавшись в тёплой одежде в воде, он не смог выплыть. К тому же почти все ханты не умеют плавать. Долблёнку нашли выброшенной течением на берег, а человек канул в воду. У утонувшего брата осталась жена и двое детей. По истечению дней траура отец сказал Косте:

– Теперь ты обязан содержать семью брата.

– Конечно, я не оставлю их в беде.

– Придётся женить тебя на Авдотке.

– Зачем женить! – воскликнул Костя, – я буду помогать без женитьбы.

– Такой закон, – сказал отец голосом, не требующим возражения.

– Авдотка намного старше меня, я люблю другую девушку, – пытался Костя убедить отца изменить своё решение.

– Закон придумал не я, его надо соблюдать.

Костя готов был зареветь, его душу разрывало горе, рушились планы создать семью с любимой девушкой. Он выскочил из дома и побежал на кедровый остров, хотя о встрече с Ангой не договаривался. Ему хотелось увидеть место их встреч, упасть на хвойную подстилку и предаться своему горю.

У кострища он увидел Ангу. Она сидела с низко опущенной головой. На ней была повседневная одежда. Обычно она наряжалась на свидания с ним. Услышав его шаги, соскочила с места и побежала навстречу, обняла его и заплакала. Вздрагивание её тела передавалось ему и усиливало его душевную боль.

– Анга, что случилось? – спросил Костя, отстраняя её от себя, чтобы посмотреть в глаза.

– Наш род завтра откочёвывает из этих мест, – с горечью в голосе произнесла она.

– Куда?

– Шаман провёл «Ёл-та-ку». Духи сказали: надо кочевать на север.

– У меня новости ещё хуже. Отец женит меня на Авдотке – жене брата.

Слёзы перестали капать из глаз Анги.

– Он обещал прислать сватов. Хант должен держать данное слово.

– Утонул мой брат, у него осталось двое детей.

Анга знала обычаи предков, она не бросила упрёков Косте. Произнесла на родном языке: «На ям вула», последний раз посмотрела на любимого человека, медленно повернулась и пошла от него. Он произнёс вдогонку:

– Мы должны ещё встретиться.

– Дорог в тайге много, может быть, наши когда-нибудь пересекутся, – тихо произнесла она, медленно двигаясь между деревьями.

Костя смотрел ей вслед, его душу переполняло горе разлуки. Он понимал, что от него уходит не только девушка, а любовь и мечты на счастливое будущее.

Костя не мог оставаться жить в посёлке. Ему стали ненавистными дома отца и Авдотки. Он уплыл в посёлок Старый Васюган, устроился работать в госпромхозе штатным охотником, заключил договор на добычу пушнины, и его забросили вертолётом на отдалённый промысловый участок.

Наталья Калинина

Родилась и живёт в Вологде.

По образованию экономист. Работала в банковской сфере с 1996 г. и завершила карьеру в апреле 2024 г.

Автор девяти женских романов и порядка сорока рассказов.

Лонглистер конкурсов «Любовь между строк» (2023), (2025), шортлистер конкурса «КНИГАсветное путешествие» (2023), лонглистер интернет-конкурса VIII литературного форума «Центр Европы» (2024).

Номинант на соискание национальной литературной премии «Писатель года»; победитель премий «Ева», «Наследие литературы XXI века», «Время читать» (2024).

Награждена знаками, орденами и медалями за вклад в развитие литературы.

С февраля 2024 г. член литературного клуба «Творчество и потенциал» издательства «Четыре». С августа 2025 г. член Союза писателей Северной Америки.

Её рассказы публикуются в разных альманахах, сборниках и журналах.

Может, это любовь?

(Отрывок из повести)

На своё сорокалетие Михаил пригласил в их новый дом своих друзей, коллег и партнёров по бизнесу. Он сделал это нарочно, отказавшись от ресторана: ему хотелось приблизить девушку к своему кругу, и в то же время он очень боялся, что ей может понравиться кто-то другой. Все его друзья имели вес в обществе, да и внешне он им уступал.

В том, что Таня его не подведёт, он не сомневался; банкет был потрясающим. Столы ломились от угощений. Гости были всем довольны, даже неожиданно проведёнными среди них конкурсами.

Девушка в сверкающем вечернем платье и высоко забранными волосами, открывающими её длинную шею, выглядела просто сногсшибательно. Её красота гармонировала с умом. Она отвечала на запальчивые вопросы его друзей и коллег с тонким юмором или мягко переходила на другую тему. По лицам присутствующих Михаил понял, что она произвела среди них фурор.

Таня и сама это заметила, но старалась не выделяться, дабы среди присутствующих дам не нажить врагов. Михаил подметил, что девушка очень гармонично вписалась в его окружение.

Весь вечер он не мог оторвать взгляда от своей возлюбленной. Покачивающиеся золотые серьги в её ушах, эти две завитушки на шее и виске просто сводили его с ума.

Он уже не мог дождаться, когда весь этот поток гостей иссякнет и он сможет вдоволь насладиться теплом её тела. Он даже начал ревновать её к присутствующим мужчинам: они бесконечно сыпали комплиментами в её адрес и целовали ей руку.

Когда за последней парой закрылась дверь, Михаил, как изголодавшийся волк, набросился на свою добычу. Он зацеловал девушку до засосов.

– Миш, ты перебрал? – Таня была удивлена его поведением. Обычно он знал меру спиртному.

– Нет, я стёкл как трезвышко, – он широко улыбнулся. – Просто я уже начал ревновать тебя ко всем мужчинам, – признался он.

Таня ласково провела рукой по его лицу, убрав упавшие вихры с его лба.

– Глупый, мне никто кроме тебя не нужен. Ты же знаешь. – Она прижалась к нему.

– Знаю, и поэтому хочу, чтобы ты была моей женой.

– Миша, какая тебе разница – есть в паспорте штамп или нет? – взбрыкнула девушка в его объятиях, но он ещё крепче прижал её к себе. – Ты мне дорог.

– Таня, мне нужна жена! Официальная! – Последнее слово он произнёс по слогам, чтобы до девушки дошёл смысл. Таня мягко и очень нежно поцеловала его в губы.

– Поговорим об этом позже, а то ты сожжёшь моё платье своим взглядом.

Михаил одним рывком оторвал её от пола и унёс в спальню.

После полученного им очередного отказа Михаил обратился за помощью к Татьяниным родителям. Он позвонил им и договорился о встрече.

– Надежда Сергеевна, вы меня поймите. Я её очень люблю. Поговорите с Таней. Я ведь не мальчик, понимаю, что она ещё молода и, возможно, ждёт своего принца. Знаю, что она меня не любит, как мне того хотелось бы. Но я не могу заставить её силой выйти за меня замуж. Сначала у неё были отговорки, что она плохая хозяйка, а сейчас её и так всё устраивает… Я не понимаю, что не так, – развёл он руками.

Надежда Сергеевна, сидевшая напротив гостя, промокнула кончиком платочка слезу.

– Мишенька, миленький. Дело, скорее всего, не в тебе. А в этом Павлике, будь он неладен! – Женщина снова вздохнула. – Ей было восемнадцать, когда она с ним познакомилась на дискотеке. У них была безумная любовь. Во всяком случае, Танюшка любила его до потери памяти. Они встречались долго, около года. Всё дело шло к свадьбе. Копили деньги, мы им квартиру купили, уже и платье было сшито. За день до свадьбы этот Павлик исчез вместе с её деньгами. О господи, как она убивалась по нему! – Надежда Сергеевна всплакнула. – С того времени она перестала ходить на всякие мероприятия, да и вообще выходить на улицу. Всё ждала его, сидела у окна и смотрела стеклянными глазами в пустоту. Надеялась, что он вернётся. Наверное, и сейчас всё ещё ждёт.

Михаил сжал всю волю в кулак, чтобы не дать выйти ревности:

«Чёрт побери, почему она от меня всё это скрыла?!»

– А фотография этого Павлика у вас есть?

– Да, по-моему, одну я тут недавно видела.

Надежда Сергеевна суетливо стала перебирать фотографии, разбросанные по фотоальбомам. Вскоре свирепые глаза Михаила разглядывали фото соперника.

На следующий же день Михаил нанял детектива. Спустя три с половиной недели на его столе лежал готовый отчёт и видеоплёнка: Павлик оказался брачным аферистом со стажем.

– Сделайте так, чтобы его засадили, и надолго, а информация об этом прошла в средствах массовой информации, – приказал он в трубку телефона и швырнул её на место.

«Так будет лучше, – посчитал он. – Зло должно быть наказано!»

Михаил уже час не мог дозвониться Татьяне на сотовый телефон и начал беспокоиться, потом уже беситься. Ревность грызла его изнутри. Он обещал себе, что не позволит чувствам преобладать над разумом, но…

Приехав домой и обойдя квартиру, мужчина понял, что Таня домой не заходила. Телефон её родителей тоже не отвечал. От неизвестности, а ещё больше от бездействия он тихо стал сходить с ума.

В голове крутились слова его матери, что Таня не совсем честна с ним и водит его за нос. Он стал перебирать последние дни, выискивая что-то подозрительное, но так ничего и не нашёл.

Перебрал всех своих друзей, кто бы мог совершить подлость и начать ухаживать за его невестой (так он представил её на своём дне рождения).

Размышления прервал скрежет ключа в замке. Михаил вышел в коридор и замер: он впервые видел заплаканное и потерянное лицо Тани, и внутри у него всё оборвалось.

– Что случилось? Где ты была?

Вместо ответа Таня, даже не сняв верхнюю одежду и обувь, бросилась в объятия мужчины, как будто ища защиты. Михаил подумал о том, что на неё напали и попытались надругаться или ударили.

Примечания