Истории из уст Си Цзиньпина

Пот и кровь народа

В уезде Ланькао[20] некогда жил известный своей честностью чиновник по имени Чжан Босин. Он был генерал-губернатором сначала провинции Фуцзянь, а затем провинции Цзянсу, позднее он возглавил Министерство церемоний[21].

Чтобы вежливо отказаться от подношений, он написал специальный «Манифест об отказе принимать подношения». В нем были такие строчки:

На мой взгляд, это [стихотворение] может служить зеркалом [для чиновника].

Из выступления на расширенном заседании Постоянного комитета парткома уезда Ланькао провинции Хэнань. 18 марта 2014 года

Если говорить о честных чиновниках цинской империи[22], то помимо всем известного Юй Чэнлуна нельзя не упомянуть Чжан Босина из уезда Ланькао провинции Хэнань. Чжан Босин родился в 1652 году, умер в 1725. Он был назначен генерал-губернатором провинции Фуцзянь, а затем – провинции Цзянсу, в конце концов дослужился до главы Министерства церемоний. Император Канси говорил о нем: «Всем в Поднебесной известно, что Босин – честный чиновник». «Среди порядочных людей Поднебесной он первый».

Когда Чжан Босина назначили генерал-губернатором в провинцию Фуцзянь, он, чтобы остановить нескончаемый поток даров, написал специальный «Манифест об отказе принимать подношения» и расклеил его на воротах своего дома и воротах ямэня[23] генерал-губернатора. В этом манифесте простыми словами было сказано, что и паутинка, и крупинка риса связаны с его добрым именем, и даже мелкая монета (0,1 фэня[24]) – это пот и кровь простого народа. Возьмешь копейку – и простой человек удостоится милости на копейку. Потребуешь медяк – и грош тебе цена. Кто сказал, что это норма общения? На самом деле это наносит огромный вред морали и нравственности. Откуда взяться всем этим вещам, если только не от неправедно нажитого богатства?

Все те, кто приходил с подарками, видели этот резкий манифест и, не рискуя нарваться на неприятности, тихонько уходили прочь. Манифест очень быстро стал известным и популярным, его назвали «золотым мерилом».

В трудные неурожайные годы Чжан Босин помогал людям рисом и деньгами, для них шили теплую одежду, чтобы люди пережили голод и холод. Он открывал хранилища и раздавал зерно бедствующим районам, помогал при стихийных бедствиях. Некоторые осуждали его за такие самовластные решения и действия, но он сурово и категорично отвечал: «Что важнее – амбары с зерном или человеческие жизни?» Такие бескорыстные хорошие чиновники всегда почитались простыми людьми. Когда Чжан Босин сложил полномочия генерал-губернатора провинции Цзянсу, простые люди Янчжоу[25], прощаясь с ним, принесли овощи и фрукты. Чжан Босин и тогда вежливо отказался принять подношение. Люди со слезами обратились к нему: «Когда Вы приехали по назначению в наши края, то выпили лишь стакан воды из нашей реки, сегодня Вы уезжаете – пожалуйста, не отвергайте наше угощение». Оказавшись в безвыходном положении, Чжан Босин взял кочан зеленого салата и два куска соевого сыра. «Чистый человек, без единого пятнышка».

Второй этап практической деятельности партии по обучению, ориентированному на массы, Си Цзиньпин связал с уездом Ланькао провинции Хэнань. На расширенном заседании Постоянного комитета парткома уезда Ланькао он рассказал историю о Чжан Босине. Этим примером из прошлого Си Цзиньпин пояснил, что скромные поступки и деликатность – первый шаг к сохранению чистоты и незапятнанности, а стиль хорошей работы проявляется в мелочах. Си Цзиньпин привел полный текст «Манифеста об отказе принимать подношения», тем самым заставив членов партии вспомнить о глубоком философском смысле закона перехода количества в качество. Ведь «большинство коррупционеров пришли к разложению и падению именно потому, что не уделяли внимания мелочам».

Си Цзиньпин подчеркнул, что «Манифест об отказе принимать подношения» Чжан Босина «может служить зеркалом», поскольку в этом тексте отражена строгая самодисциплина – чиновник должен быть во власти непреклонным и неподкупным. Кроме того, Си Цзиньпин объяснил, что победы и поражения честного правительства и борьба с разложением в древней культуре – это драгоценный опыт для воспитания неподкупного правительства. Си Цзиньпин неоднократно на разных площадках рассказывал древнюю историю о честном чиновнике, приводил в пример поговорки о неподкупном правительстве. В 2013 году при его поддержке Политбюро ЦК специально провело коллективные учения по китайской истории противостояния коррупции и поощрению бескорыстия.

Ба-ван прощается с наложницей

Наша партия получает помощь и поддержку широких народных масс. В Китае нет политической силы, способной заменить КПК. У нашей партии очень прочный фундамент власти, но если мы не будем правильно решать вопросы, связанные со стилем работы, то может возникнуть ситуация как у Ба-вана, когда ему пришлось проститься со своей наложницей. Мы должны осознавать, где источник бедствий.

Из речи в ходе практического учебного мероприятия по исследованию руководящей линии партии в провинции Хэбэй. 11–12 июля 2013 года

В конце эпохи Цинь генерал Сян Юй со своим дядей Сян Ляном поднял войско и двинул его против циньской династии. Бойцы сметали все на своем пути и в сражении в [уезде] Цзюйлу разбили императорскую армию. После падения династии Цинь Сян Юй, пользуясь своей властью, разделил Поднебесную и принял титул одного из 18 князей. Все видели, что он выделялся воинским мастерством, духом затмевал современников, а физическая сила Сян Юя была огромной. По характеру это был настоящий герой. В сражении в Цзюйлу он наводил ужас на всех, и его прозвали Ба-ван (князь-предводитель – Примеч. пер.) из Западной Чу.

Пир в Хунмэне[26] был для Сян Юя отличным шансом убить Лю Бана, однако на пиру Сян Юй был слишком самоуверен и высокомерен, он поверил покорному поведению бывшего союзника и его готовности уступать. Сян Юй поверил [генералу из армии Лю Бана] Фань Куаю и нарушил договор со [своим советником] Фань Цзэном. Последний много раз подавал знаки Сян Юю, напоминая, что пришло время покончить с Лю Баном, но

Сян Юй делал вид, что ничего не замечает. Лю Бану удалось покинуть пир, пока Сян Юй с удовольствием рассматривал поднесенный ему Лю Баном же подарок. В гневе Фань Цзэн упрекнул Сян Юя: «Мальчишке не под силу строить серьезные планы!», но тот не обратил на советника никакого внимания. В итоге Сян Юй в борьбе за власть в Поднебесной проиграл Лю Бану, и ему пришлось покончить с собой. Сян Юю тогда был всего 31 год.

В «Ши цзи»[27], в главе «Основные записи [о деяниях] Сян Юя», говорится, что накануне того, как войско Сян Юя было разбито и в панике отступило, он прощался со своей [любимой наложницей] Юй Цзи, страстно изливая ей свое горе:

Эта горестная песня трогала всех до слез.

Сыма Цянь писал: «Он был слишком заносчив и высокомерен, воодушевлялся собственными мыслями, но не учился у древних», «он все еще не понимал и не осуждал себя». Когда развязка была близка, он, вопреки ожиданиям, говорил: «Это Небо губит меня, а не мои ошибки в боях»[29]. Он снимал с себя ответственность, а значит, гибель его была неизбежной.

Мао Цзэдун в своих стихах «НОАК овладела Нанкином» говорил: «Нужно собрать все силы и решительно преследовать загнанного врага. Не прославишься, если брать пример с Ба-ва-на!» То есть нужно быть настороже (как перед лицом опасности), сохранять войско, нельзя быть заносчивым и самодовольным и не стремиться вперед. В 1962 году на «съезде семи тысяч делегатов»[30] он снова обратился к классическому сюжету «Ба-ван прощается с наложницей». На этом примере он призывал партийных работников к большей открытости, прислушиваться к чужому мнению. Если же, подобно Сян Юю, игнорировать противоположное мнение, трудно будет избежать участи Ба-вана.

Си Цзиньпин рассматривает вопрос стиля работы с руководящих партийных позиций как вопрос жизни и смерти, подчеркивая, что ключевым фактором побед и поражений является народная поддержка. Приведенная им история «Ба-ван прощается с наложницей» предостерегает кадровых партийных работников: если не решить вопрос стиля работы, то можно потерять поддержку народных масс и может настать печальный миг гибели партии, гибели страны. Он говорил: «Если не взяться решительно за исправление стиля, пустить все на самотек, то как будто невидимая стена разделит партию и народ. Партия может утратить основу, лишиться кровеносных сосудов, потерять силы». Эти четкие слова – глубокомысленное обобщение исторического опыта и его уроков, в них также чувствуется ожидание, что члены партии исправят стиль работы и наладят тесную связь с народом.

С карьерным ростом становиться скромнее

Безусловно, если и брать на себя ответственность, то ради дела партии и народа, а не собственной карьеры, поступать же не считаясь ни с чем, полагать себя выше всех и вся, – это совсем не означает брать на себя ответственность.

В государстве Сун периода Чуньцю жил один сановник по имени Чжэн Каофу. Высший сановник при нескольких императорах, он был крайне требователен к себе и на треножнике, который стоял в его домашнем храме, выгравировал изречение: «Получив первое назначение на должность, наклони голову в поклоне, при втором назначении – почтительно поклонись (склони спину), при третьем назначении – склонись в глубоком поклоне. Ходи вдоль стен, не давай повода оскорбить [тебя], питайся жидкой кашей». Это значит, что при каждом повышении по службе нужно вести себя все скромнее и скромнее. При первом назначении можно склонить только голову, во второй раз – поклониться пониже, при третьем повышении – склониться в глубоком поклоне; а если идешь по улице, нужно держаться ближе к домам. И все, что нужно для жизни, – каша из клейкого риса, сваренная в треножнике.

Я прочел эту историю и был чрезвычайно тронут. Наши кадровые работники – это партийные работники, власть которым делегировали партия и народ, и они тем более должны действовать смело и решительно, стремительно двигаться вперед, с людьми же вести себя скромно и осмотрительно, не зазнаваться и не проявлять излишней поспешности.

Из речи на Всекитайском совещании по организационной работе.

28 июня 2013 года

Для тех, кто занимается административной деятельностью, главное – это честность и бескорыстие. Корень бескорыстия в самодисциплине. Более 2000 лет тому назад Конфуций говорил: «Тот, кто действует, стремясь к выгоде для себя, вызывает большую неприязнь»[31]. Одно лишь стремление к личной выгоде может вызвать только ропот недовольства. «Когда благородный муж умерен в еде, не стремится к удобству в жилье, расторопен в делах, сдержан в речах и, чтобы усовершенствовать себя, сближается с людьми, обладающими правильными принципами, о нем можно сказать, что он любит учиться»[32]. Дальний потомок Конфуция Чжэн Каофу давно осознал важный жизненный принцип: нужно быть честным с самим собой.

Чжэн Каофу – это сановник государства Сун эпохи Чунь-цю, потомок Конфуция в восьмом поколении, был старшим советником при трех правителях-гунах: Дай-гуне, У-гуне и Сю-ань-гуне. Все правители очень его ценили; как говорится, выше него был только правитель, а ниже – десятки тысяч людей. При этом Чжэн Каофу был скромным и уступчивым благородным мужем, к людям был крайне внимателен и никогда не повышал голос. Чтобы предостеречь самого себя и оставить назидание потомкам, он выгравировал надпись на треножнике, который стоял в его домовом храме: «Получив первое назначение на должность, склони голову в поклоне, при втором назначении – почтительно поклонись (склони спину), при третьем назначении – склонись в глубоком поклоне». В этой фразе три слова, которые показывают степень почтительности: средний поклон (склонить спину) уважительнее, чем малый поклон (наклонить голову), глубокий поклон (согнуться в пояснице) почтительнее, чем средний. Эти три определения к поклону показывают, что чем выше становилась должность Чжэн Каофу, тем учтивее он вел себя. «Три назначения» следовали одно за другим, он поднимался все выше, при этом скромность его поражала до слез, а почтительность была беспредельна. Затем следует такой сюжет: «Ходи вдоль стен, не давай повода [тебя] оскорбить». Вот сила характера, сила нравственности!

История о Чжэн Каофу и его славное имя приводится в древних классических книгах, таких как «Ши цзи» (раздел «Жизнеописание рода Конфуция») и «Цзо чжуань»[33]. В разделе «Наследственный дом Кун-Цзы – Конфуция» читаем: «Чжэн Као-фу из их рода помогал в управлении сунским княжеством Дай-гуну [127] (799–766), У-гуну (765–748) и Сюань-гуну (747–729). Выполняя повеления трех гунов, он все больше укреплял свое высокое положение»[34], что показывает, как строго он относился к самосовершенствованию, сколь высока была его нравственность в неподкупном служении государству. Он обучал своих детей беспристрастному соблюдению нравственных норм, прививал им скромность и почтительность, и истории о нем стали прекрасной легендой. Сыма Гуан в своем произведении «Наставление в бережливости и напутствие в процветании» писал: «Когда-то Чжан Каофу утолял голод кашей, и Мэн Сицзы написал, что в будущем он станет великим человеком». В эпоху Чуньцю сановник княжества Лу, Мэн Сицзы, по одному выражению «Чжэн Каофу утолял голод кашей» смог предвидеть, что в «роду Чжэн появится мудрый человек», а сегодня историческая опера «Чжэн Каофу» в совместной постановке театра Пекинской оперы и государственного большого театра Китая демонстрирует на сцене деяния этого замечательного человека. Бескорыстие Чжэн Каофу на службе государству, скромность и почтительность во власти, верность и справедливость, передаваемые потомкам, – все эти выдающиеся качества могут и дальше влиять на людей.

Скромность и немногословность Чжэн Каофу, его справедливость и осмотрительность, привлекающее совершенством отношение к власти позволяли ему не нарушать правила как личности и не преступать границ (не злоупотреблять властью. – Примеч. ред.).

Си Цзиньпин, выступая на Всекитайском совещании по организационной работе, привел в пример историю «С карьерным ростом становиться скромнее», чтобы напомнить руководящим партийным работникам: следует, подобно Чжэн Каофу, постоянно работать над собой, строго относиться к применению власти, быть жесткими в отношении дисциплины и не злоупотреблять своим положением.

Правильное отношение к власти и правильное ее применение – это, можно сказать, самое важное требование для руководящего работника. Си Цзиньпин много рассуждал по поводу воззрений руководства на власть. Выступая в центральной партийной школе, он подвел к тому, что «марксистское воззрение на власть» – это «власть на службе у народа, власть во имя народа». На Всекитайском совещании по организационной работе он подчеркивал: «Пренебрегать своими обязанностями для государственного служащего есть позор всей его жизни»; кадровый партийный работник должен быть смелым в решениях и смелым в действиях, стремиться двигаться вперед, в общении с людьми быть скромным и осмотрительным, не зазнаваться и не проявлять излишней поспешности. Беседуя на семинаре в Центральной партийной школе с уездными секретарями парткомов, он выдвинул «Четыре обязательства» – думать о партии, думать о народе, быть ответственным, быть бдительным. Эти важные комментарии скорректировали взгляды на властные полномочия руководящих работников и показали им направление движения.

Гибель династии

Цинь Шихуан первым объединил разрозненные феодальные княжества, его правление стало важной вехой в историческом развитии Китая. Однако своим тщеславием, обременительными налогами и поборами он вызвал ропот и гнев народа. Более того, уже при втором правителе династии Цинь, Эрши, династия закончила свое существование. В своем произведении «Эфангун»[35] поэт Ду Му писал:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Си Цзиньпин цзуншуцзи силе чжунъяо цзянхуа дубэнь (Важные речи генерального секретаря Си Цзиньпина) / Отдел пропаганды ЦК КПК. Пекин: Сюэси Чубанынэ, Жэньминь чубаньшэ, 2016. С. 211. —Здесь и далее, кроме отмеченных отдельно, – примечания переводчика.

2

Си Цзиньпин о государственном управлении. Пекин: Издательство литературы на иностранных языках, 2014.

3

Из речи «L’Ordre du discours» («Порядок дискурса») французского философа Мишеля Фуко, произнесенной 2 декабря 1970 года при вступлении в должность профессора кафедры «Истории систем мысли» в Коллеж де Франс. См. сборник: Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет. М.: Касталь, 1996. С. 60–61.

4

Краткая информация о жизни упомянутых в тексте китайских императоров и некоторых других деятелей китайской истории и культуры приведена в указателях на с. 387–395. Хронологию китайских династий см. в таблице на с. 396–397. —Примеч. ред.

5

Чэнь Вандао (1891–1997) – китайский ученый и публицист. В 1920 году по поручению журнала «Недельное обозрение» впервые перевел на китайский язык «Манифест Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса. История, которую упоминает Ян Чжэньу, произошла так: Чэнь Вандао был настолько сосредоточен на переводе, что, когда ел цзунцзы (блюдо из риса с начинкой, завернутое в лист бамбука или тростника), по неосторожности обмакивал их в тушечницу вместо пиалы с коричневым сахаром. – Примеч. ред.

6

Лянцзяхэ – горная деревушка, где в годы «культурной революции» находился Си Цзиньпин.

7

Имеется в виду Поль-Мишель Фуко (1926–1984) – французский философ, психолог, культуролог и историк. Здесь идет речь о его книге «Археология знания».

8

Цит. по: Лунь юй (Суждения и беседы) / Пер. с кит. B.A. Кривцова. СПб.: Кристалл. С. 17.

9

Букв.: «при четырех свидетелях отказаться от золота».

10

В эпоху Хань один слиток весил примерно 250 граммов и выплавлялся в форме диска или конского копыта.

11

В эпоху Хань Ян Сюй управлял одним округом. Однажды подчиненный преподнес ему живую рыбу, но Ян Сюй повесил ее в дворе в знак того, что не принимает подношений.

12

Второе (неофициальное) имя, даваемое при достижении совершеннолетия. Используется в течение жизни.

13

«История династии Поздняя Хань» («Хоу Ханыпу») – продолжение исторических династийных хроник «Ханыпу», охватывает период с 25 по 200 гг. н. э.

14

Гуаньси – территория к западу от горного прохода Ханьгугуань, пров. Хэнань.

15

Примерно 200 000 юаней на сегодняшние деньги.

16

«Семь наставлений» («Ци фа») – наиболее известное произведение поэта эпохи Хань Мэй Шэна. Оно написано в жанре ци и построено в форме диалога между наследным принцем и У кэ («гостем из царства У»; так называли ученого, состоящего при дворе правителя). – Примеч. ред.

17

Совещание Политбюро ЦК КПК в курортном месте Лушань (провинция Цзянси) в июле 1959 г. Было посвящено обсуждению итогов политики «Большого скачка».

18

Цитата из книги «Гуань-цзы» – сборника древнекитайских философских трактатов различных авторов, живших в основном в IV–III веках до н. э. Название дано по имени Гуань Чжуна (Гуань-цзы), первого министра царства Ци. Первоначальный вариант памятника сложился в середине III века до н. э. в царстве Ци.

19

В декабре 2017 года существовала вероятность, что сериал закроют, однако в январе 2018 года было решено продлить его на шестой сезон, который станет финальным. – Примеч. ред.

20

Уезд провинциального подчинения провинции Хэнань (КНР).

21

Министерство ведало императорским церемониалом и экзаменами на чиновничью должность.