Паровой бык под лангедокским соусом

2. Письмо Арлекина, Выжималка и цветочница

Сэр Энтони вышел из душа, и как был, невозмутимо проследовал в гостиную двухместного люкса. Он промокал полотенцем потемневшие кудри.

– Ванна свободна! Но учти, горячей воды нет.

– Боги Олимпа! Не имею никакого желания простудиться! – Рико окинул взглядом его безупречную фигуру, – Лучше оденься. Ты не дома, а в викторианско-пуританской Англии! Хотя бы от окна отойди.

И снова вернулся к изучению желтого каталога, лежавшего у него на коленях.

Тони скорчил рожу и бросил в него мокрое полотенце:

– Я проголодался! Ты выбрал, где мы сегодня ужинаем? Что ты изучаешь?

– Ищу номер одного писателя! Раз я уж решил взять у него интервью. И потом, я кроме него никого здесь не знаю. Надеюсь, что такие столпы общества, как сэр Оскар Уальд, должны уцелеть и при альтернативном варианте развития истории. Он был настоящей звездой, вечно окружённый толпой журналистов. Я отлично знал его! И, скорее всего, он сможет хоть чем-то помочь в нашем деле.

– Хорошо! Но ни телефона, ни электричества… как ты с ним свяжешься?!

– А пневмопочта на что?! – заявил Рико таким гордым тоном, будто сам её только что изобрёл, – Видишь, за стеклянной дверцей, нишу в стене? Рядом кнопки для ввода номера абонента. Только я никак его не найду.

– Как ищешь? – Лучезарный, благоухая ванильным шампунем, наклонился над справочником. Несколько капель с гривы мокрого льва упало на страницу.

– О. У. А как ещё?

– Позволь, дорогой, ты помнишь, как звучало в другом временном потоке его имя полностью? Оскар Фингал О’Флаэрти Уилс Уальд. Он же сын леди Сперанцы! Может она в этот раз и не вышла замуж за старого окулиста Уальда, но наверняка назвала сына в честь своих ирландских корней. Есть вещи, которые никогда не меняются! Ищи О’Флаэрти.

– О! Быстро нашёлся. Гениально. Как ты догадался?!

– Это просто. Главное остаётся неизменным! Что ты ему напишешь?

– Пошлю свою визитку с просьбой встретиться.

– У тебя есть визитки? Серьёзно?!

– Да, есть всегда. В каждом гостиничном номере, в прикроватной тумбочке, обязательно найдутся две вещи: библия и колода карт. Принеси, пожалуйста. И оденься.

– Здесь только карты! – прозвучал голос сэра Энтони из спальни.

– Неси их, – вздохнув, ответил Рико.

Тони передал ему колоду и стал застегивать запонки на рукавах белой рубашки. Рико какое-то время смотрел на него, приподняв бровь. Потом ловко перебросил карты веером из руки в руку. Джокер сразу выпал из колоды и лёг на журнальный столик, рубашкой вниз. Весёлый красно-белый Арлекин, казалось, насмехался надо всем на свете.

– Ты шулер, Рико!

Тот и ухом не повёл.

Он достал из внутреннего кармана ручку, начертил на карте несколько странных знаков и сунул её под стеклянную дверку. Набрал номер, сверяясь со справочником.

Картонный прямоугольник тут же исчез в пневмотрубопроводе.

– Подождём, – сказал новоиспечённый журналист и закурил. А Тони побежал за леденцом.

Ответ пришёл не сразу. Сначала из трубы выпала пара рекламных проспектов, за ними – вечерняя газета, которую они успели по очереди прочесть.

Потом зашла горничная проверить свечи. Она рассказала красивому итальянскому джентльмену о Ночи сбора дождя. Которую в народе называют попросту Выжималкой.

– Послушайте, мистер Федерико, в этот день в мировой столице, вводиться комендантский час. После одиннадцати часов ночи запрещено выходить на улицу. Чёрные Котелки устраивают облавы на припозднившихся прохожих! Будто бы даже с участием механических кошек – убийц, которые не щадят нарушителей. А в полночь сам Мэр запускает Выжималку, чтобы отжать воду из туч, вечно висящих над Лондостимом. На город сразу обрушивается целое озеро воды! Её собирают в подземный резервуар, очищают, а потом опять продают горожанам и фабрикам. Про Цистерну чего только не болтают: будто она старше Лондостима и так глубока, что туда может зайти целый флот! И в её водах полно рыбы, которую нельзя есть, а преступников и пиратов отправляют на расправу Большому Карпу из очистных.

Зато на следующий день – праздник: туч как не бывало и всегда светит солнце! Пока небо снова не покроется дымно-паровой завесой. Не ходите лучше никуда, сэр! Или возвращайтесь пораньше. С одиннадцати часов двери нашего отеля будут заперты до самого утра.

– Слышал новость?

– Как ты ворковал с горничной? То же мне новость!

– Про ночной потоп и комендантский час! Глупость какая-то.

– Забудь! Ответ пришёл. Пригласительный на два лица в морской ресторан Сытый Боцман. От хозяина заведения. На девятнадцать часов. Ты точно адрес не напутал?

– В городском справочнике Оскар О’Флаэрти один. Не удивлюсь, если он и есть тот, кого мы ищем. Оскар и раньше любил поесть. Прогуляемся. А то уже в животе бурчит. Ресторан – очень кстати.

– Одним виски сыт не будешь, верно?! Птенец, пойдём с нами!

– Я не Птенец! Я Пичуг! – ответила механическая птичка, прятавшаяся под цилиндром Энтони, – Я с удовольствием расскажу вам о городе, джентльмены.

Гигантский дирижабль проплывал так низко над проспектом, что друзьям было видно выражение лиц пассажиров в окнах первого класса. Хромированные борта гондолы пускали ослепительных солнечных зайчиков.

Джентльмены и Пичуг с интересом разглядывали конструкцию воздушного судна, пока оно тянулось мимо, длинное как товарняк.

– Три футбольных поля! – с нескрываемым восторгом изрёк Тони, глядя вслед.

– Хочешь дирижабль?! Не знал, что их измеряют футбольными полями!

– Я могу желать что угодно, – блондин накрыл голубым цилиндром птичку, выбравшую его хозяином, – но у меня сейчас туго с деньгами. Всего несколько фунтов. Надеюсь, ты догадался прихватить с собой чековую книжку?

– Я пустой! Но это не на долго, – надевая темные очки, – подожди меня здесь, на остановке стимнибуса, вернусь и поедем.

Хитроумный резко повернулся на каблуках и тут же столкнулся с уличной цветочницей. Корзинка полетела в одну сторону, а девушка в другую. Цветы высыпались под ноги торопливой вечерней толпе.

– Куда прешь, Фредди! Очки протри!

– Прости! – буркнул он, и пропал в людской толчее.

– А ещё джентльмен! Все фиалочки в грязь затоптал! Нарциссики мои рассыпал, – отряхивая букеты от пыли и складывая обратно в корзину, причитала цветочница, – Кто теперь купит их у бедной девушки?

Порыжевшее пальто было ей узковато. Ботинки на высокой шнуровке знали лучшие дни. Шляпа с надорванной вуалью давно потеряла первоначальный цвет под слоем пыли и копоти Лондостима. Жалкое зрелище! Но Лучезарный смотрел на нее без сострадания.

– Позвольте, откуда вы знаете, что моего друга зовут Фредди?

Пичуг завозился под шляпой.

– А, так это Ваш приятель?! Раскидал у девушки все цветочки и смылся! Хорош гусь! А в нашем городе цветов не достать – я за ними на поезде езжу ни свет, ни заря! Теперь вот платите за своего друга!

Пичуг больно клюнул Лучезарного в темя, желая предотвратить вымогательство.

– У меня только крупные.

– Так я разменяю, сэр. Вы честный! Сразу видно, что из благородных. Помогите бедной девушке!

Лорд Энтони порылся в карманах и все же нашёл пару мелких монет. Пересыпав их в чумазую ладошку, он крепко сжал её запястье, заглянул в глаза:

– А теперь скажите, откуда вы знаете моего спутника? И не отпирайтесь: вы назвали его по имени!

– Очень мне нужно отпираться. И вовсе его не знаю – сказала наугад! Какая разница Фредди или Джонни? Хотела быть вежливой. Купите бутоньерку!.. Из фиалочек… Под глаза…

– Деньги на ветер, – проскрипел голубь под цилиндром.

В толпе мелькнуло красное пальто Федерико, ещё раз. Вот и он сам появился на остановке, увлекая Тони к подошедшему стимнибусу.

– Я, между прочим, заплатил за цветы. Девчонка знала твоё имя!

– Показалось тебе. Давай теперь я заплачу за тебя кондуктору. Садись к окну.

Тони с удивлением следил, как его друг отсчитывает за проезд. Объёмное портмоне набито крупными купюрами.

– И не спрашивай, – хмыкнул он, прилаживая чёрные очки на тулью алого цилиндра, – на дороге нашёл. Просто повезло.

Лучезарный только головой покачал.

– Зато мы прекрасно пообедаем, – подытожил Рико, оглаживая эспаньолку – предмет его гордости и всеобщей зависти.

3. Капитан «Сытого Боцмана»

– Глядя в окно в новом городе всегда чувствуешь себя немного ребёнком, правда? Все необычное – улицы, прохожие, и сам будто меняешься.

– Обратите внимание на местную достопримечательность: МехМагСтим, – заливался Пичуг, удобно расположившись в кудрях Лучезарного, – Здесь можно купить всё – от мелкой шестеренки до дирижабля. А это высокое здание из стекла и бетона— Мэрия Лондостима. Справа вы видите памятник первому Мэру …слева…

– О, наконец твой птенчик вошёл в режим путеводителя! Выдаёт абсолютно лишнюю информацию, о которой и не спрашивают! Вывеску не прогляди, Энтони! Сытый Боцман! Помнишь?

– Перед вами уникальное здание ресторана …

Тони надел на голову цилиндр, лишив птичку обзора. В темноте Пичуг замолчал.

– Давай на выход, Рико! Это наша остановка.

– Да где? Не вижу.

– Сейчас увидишь, дорогой.

Они выскочили на широкой площади, где когда-то была набережная Темзы. Но реку давно испарили, залили бетоном и превратили в парк развлечений. На другом его конце возвышалось колесо обозрения небывалых размеров – казалось оно теряется в облаках вверху и опускается под землю в бесконечном движении.

– А это точно аттракцион?!

– Не уверен. Не до него сейчас. Смотри, вот то что мы ищем.

Посреди площади стоял трёхмачтовый галеон. В натуральную величину. Казалось, его паруса были наполнены попутным ветром, хотя погода была тихая. Друзья обошли корабль по кругу.

Во всю корму тянулась надпись Сытый Боцман. Носовая фигура золотой русалки стыдливо закрывала руками грудь. А окна были витражными.

Навязчивый фотограф тащился за ними со своей трёхногой камерой, предлагая снять джентльменов на фоне деревянных бортов, но они отказались.

– Корабль-то настоящий. Ходил по морю, и не один раз!

– Странно. Что общего у Оскара Уальда и корабля? Скорее можно догадаться, чем ворон похож на письменный стол!

– А я знаю ответ. Тяга к роскоши!

– Где старая посудина, а где роскошь, Тони?! Бутафория одна.

– Ты не понял, милый. Взгляни вокруг. Мы не видели ни одного дерева – все ушли на растопку. Теперь топят углём! А тут целый деревянный корабль! На вес золота. Реку превратили в пар, а воду используют повторно… уверен, что нам предложат в заведении родниковую за бешеные деньги, вот увидишь!

– Ты прав! Пошли внутрь. Заново познакомимся с хозяином.

Дверь со звоном распахнулась. И они оказались в трюме, обитом красным деревом и увитым тропическими растениями.

– Ну, что я тебе говорил? Орхидеи! – сказал Тони, сдавая Пичуга в гардероб вместе с цилиндром.

Тут же к ним подошла девушка с синими волосами. Узкая полоска чёрной кожи заменяли ей бикини. На бёдрах красавицы поблёскивал стаканами и бутылями своеобразный патронташ.

– Добро пожаловать на борт Сытого Боцмана, – обратилась она к вошедшим. – Джентльмены, по традиции мы посвящаем вас в почётные «матросы» нашей команды. Ура и по штрафной! приветствие за счёт заведения: коктейль Нептуне́ц.

Она налила в два стакана янтарную жидкость.

– Выпей, Фредди! – передавая стакан удивленному брюнету, который с удовольствием его опрокинул.

– Штрафная, Бобби! – сунула стопку в руки ошалевшему Лорду Энтони Роберту.

Он тоже решился выпить, глядя на блаженно улыбающегося друга.

– Пахнет трюфелями прямо на входе! Должно быть, здесь отличная кухня! – замурлыкал Федерико, разглядывая витрину с морепродуктами.

– Меня больше волнует откуда девчонка знает наши имена? Вторая подряд! Это пахнет магией. Или слежкой.

– Какой ты мнительный! У нас назначено на семь. Я же посылал наши имена. Отсюда и знает. НептунЕц недурён. Прямо амброзия, – и, понизив голос, – а магией ощутимо тянет, из всех щелей. Хотя в этом мире она и под запретом. Становиться даже интересно. Спасибо, милая!

Рико опустил скрученную купюру в пустой стакан и вставил его обратно в патронташ.

– Прошу, джентльмены! Капитан О’Флаэрти ждёт вас, – красавица поманила их за собой.

За бархатной портьерой оказался обширный зал со сценой и фонтаном. Столики самой разной формы от простых бочонков до рококо на изогнутых ножках были почти все заняты.

Но самым удивительным оказался пол! Лучезарный даже легонько вскрикнул, от неожиданности, сделав первый шаг. Прямо под ногами в прозрачной воде кишели морские обитатели: мурены струили длинные тела вдоль кораллового рифа, морской петух проплывал мимо них будто ему ни до кого нет дела! Морские ежи топорщили иглы среди актиний. Лангусты и крабы потешно копошились на каменистом дне. А о тунцах, макрели и форели и говорить нечего: рыб было превеликое множество!

Федерико невозмутимо шагал за синеволосой, постукивая тростью по толстому стеклу пола. Он потрепал по щеке хорошенькую русалочку, раздающую гостям игристое прямо из фонтана.

Официанты— сплошь бородатые карлики в кожаных передниках— сновали между столиками, высоко подняв подносы.

– Прошу прощения! Я не заметил, – Тони чуть было не упал, наступив на бороду одного из них.

Стюарт зашаркал прочь, ворча что-то про неуклюжую каланчу. Лучезарный не успел удивиться такой наглости, как едва не наскочил на другого.

Пьяные «матросы» блаженно улыбались, потягивая кальян. Несколько леди и джентльменов в масках танцевали, поглядывая то и дело под ноги. Рыбы расплывались в разные стороны прямо из-под каблуков.

Капитанский мостик, отгороженный от общего зала раздвижной ширмой шинуазри, был скорее похож на кабинет писателя. За столом, заваленным бумагами и заставленным бутылками, сидели двое: капитан в белом кителе и красивый юноша с орхидеей за ухом. Витражные окна наполняли комнату радужными бликами.

Капитан встал во весь свой гигантский рост, протягивая руку гостям.

– Федерико Эль Магнифико, журналист Римстим Таймс, – представился брюнет, пожимая крепкую ладонь, – и мой друг, лорд Энтони Роберт Санрайз.

Блондин лучезарно улыбнулся.

– Капитан О’Флаэрти. Можно просто Оскар, – серые глаза ирландца внимательно изучали посетителей, – я вас определённо где-то видел. Обоих.

Друзья переглянулись.

– А это принц Флёр де Лис, мой компаньон.

– Лорд Альфред Дуглас, – кивнул красавчик, манерно нюхая орхидею, – друзья Оскара – мои друзья. Зовите меня Бози.

– Я же говорил: главное никогда не меняется! – прошептал Тони себе под нос.

Рико только поднял бровь.

– Сэр Оскар, слава о Вашем ресторане, как об одном из чудес света докатилась до Римстима, – вдохновенно врал Рико, – Начнём интервью? Расскажите, как Вам пришла в голову идея создать кулинарно-театральный проект?!

– Мой ресторан полон волшебства, которого так не хватает в современной жизни. Полное погружение в магическую реальность! Идею подкинула моя уважаемая и обожаемая матушка, Сперанца О’Флаэрти. Теперь мое заведение самое популярное в Лондонстиме. В нашем принципиально атеистическом обществе не принято верить в русалок, гномов, эльфов. И богов. Но никто не может запретить мне нанимать актёров качестве своих официантов и барменов. Смесь двух видов искусства: кулинарии и театра приносит посетителям наибольшее удовольствие. Кулинарные спектакли меняются несколько раз в неделю. Вчера мы показывали Сон в летнюю ночь великого Шекспира. В меню были традиционные блюда английской и римской кухни, десерт «Пыльца фей» и коктейль «Метаморфозы».

– Гениально! – журналист зааплодировал, – а сегодня что?

– Сегодня Выжималка. Мы закроемся в десять часов. Но время поговорить ещё есть. А почему Вы ничего не записываете? – удивился Оскар.

– У меня профессиональная память, сэр! – отбрил Рико, – расскажите лучше о своей матери. Леди О’Флаэрти автор популярной книги «Древние легенды Ирландии», если не ошибаюсь? Она большой знаток и античной культуры. Отлично владеет греческим и латынью. Красивая, статная дама!

– А Вы, должно быть, знаете её? Сами все и рассказали. Только книга ещё не окончена.

– Я привёз ей для перевода несколько редких Орфических гимнов и привет от друзей с Материка. Как мне увидеть её? – спросил Федерико, поигрывая тростью. Обе золотые змейки, обвившие набалдашник, казалось, хитро подмигивают.

– Матушка живет за городом, – протянул Оскар, задумчиво глядя на трость. – О, вспомнил! Откуда знаю вас обоих!

– Слушаем, – одобрительно кивнул Тони и закусил кончик леденца как сигару.

– Видите эти великолепные витражи за моей спиной?! В каждом квадрате по одному изображению святых или богов. Когда я творю – они освещают мой стол! Их написал специально для меня талантливый художник, матушкин хороший знакомый. Смотрите: каждый квадрат своего цвета. Архангел Михаил – красный, святой Патрик – зелёный, Жанна Д’Арк – лимонный. Музы всех цветов радуги. Посередине, в золотом – мой покровитель Аполлон. Точно как Вы, лорд Санрайз! Взгляни, Бози! Поразительное сходство! Одно лицо!

Тони открыто улыбнулся. И в комнате стало светлее.

– Ну, не знаю! Вроде бы сходство есть… Наверное, художник с Вами знаком? Мастера Ангелов знаете? С меня он нарисовал Эрота! – лорд Альфред вздернул нос, – Оскар! Покажи им где я!

– Розовый квадрат!

– Очень похоже вышло! Марципаново! – сказал Рико, глянув на Эрота.

– А где же сэр эль Магнифико?! Вы, наверное, тоже знакомы с автором витражей? Да? Нет?

Заинтригованный Бози вертел головой глядя то на брюнета, то на витражи.

– Вот мой квадрат, – Рико подобрал выпавшую у Бози орхидею и вставил в свою бутоньерку, – справа от Аполлона. Синий с золотом. Только я там в профиль и без бороды.

Все разом уставились на кобальтовое стекло, где тонкой золотой линией был очерчен профиль с крылышками на висках. Вокруг кадуцея переплелись две змеи.

– Я думал это Морфей, бог сновидений. Подписано Эрминий. Это кто вообще?

– Ты ошибся, Бози! Сам Гермес, покровитель торговли и магии! – чувствовалось, что Оскар пришёл в детский восторг. Он вылез из-за стола, чтобы лучше разглядеть небывалых гостей.

– Права была матушка, когда говорила: если ты будешь упорно трудиться, сынок, боги сами придут к тебе!

– Боги приходят к тому, кто готов встретить их, Оскар! – мягко сказал Энтони.

– Это прекрасно! – повторял капитан, не сводя глаз с Тони, – я удостоился величайшего посещения! Сам Аполлон! Не вериться. О, Гермес! Где усадить, чем угостить?!

– Ну ты сразу и поверил, Оскар?! Я по-твоему Эрот, раз с меня Амура написал сам мастер Ангелов?! Он и Зевса нарисовал с Джонни Парового Быка! Вон, над Аполлоном, в первом ряду! Как есть Джонни! И борода его.

– Где, где? – оживился Тони, вставая во весь рост и приглядываясь к изображению бородатого джентльмена в первом ярусе витражей, – Смотри, Федерико! Отец! С молнией в петлице!

– Я уже увидел, – невозмутимо сказал тот.

– Позвольте, господа сегодня угостить вас лучшим в нашем городе ужином. Все деликатесы готовит наш шеф, а черепаший суп будет доставлен из Паристима. Пневмопочтой. В течении часа! А завтра, в День Чистого Неба, приглашаю вас к матушке, за город. Она будет просто счастлива!

Гости вернулись в зал вместе с хозяином. Шампанское по-прежнему бурлило и пузырилась в фонтане. Морская дева протягивала им тонкие руки с широкими бокалами, которыми зачерпывала игристое.

– Джентльмены, выпьем веселого французского вина за встречу! Я слышал красивую легенду: будто бы традиционные бокалы для него были впервые изготовлены по форме груди Марии-Антуанетты.