Сборник произведений участников фестиваля «Аэлита», посвященного Иннокентию Анненскому и Жюлю Верну – «Аэлита». Часть 1

Становилось немного страшно от висевшей вокруг тишины.

Толик был похож на персонажа сказки, готового вот-вот провалиться в кроличью нору.

Но школьник шел дальше – ведь он был не из той породы людей, кто боится трудностей.

Наконец, суперкомпьютер был найден.

Обычный системный блок с большим лучевым монитором двадцатидюймовой диагонали и куча стоящих стопок с сиди-ромами – вот тот набор аксессуаров, какие ожидал увидеть мальчик.

Вид огромных вычислительных узлов, каждый размером с химический шкаф, и гигантского черного экрана с диагональю как в кинотеатре заставил Толика задуматься об истинной природе этого места. То, что клавиатура у суперкомпьютера была стандартных размеров и даже имела клавишу «виндоус» и русскую раскладку, мальчика не удивило. Равно как не удивил и нормальный деревянный стул, на каких сидели многие ученики в школе. Не удивили и большие дешёвые колонки для воспроизведения звука. Но вот сама архитектура экрана и огромных блоков с тысячей микросхем внутри – вот это было загадкой! С одной стороны, иметь такое в обычной школе – считалось большим везением, с другой – с первого взгляда было ясно, что простые инженеры и электронщики никогда не будут создавать подобную конструкцию, и, уж тем более, ставить её в подвал общеобразовательной школы. Но старшим классам нравилось баловаться с такой игрушкой. Стопки сиди-ромов с видеоиграми, собрания томов переводных серий романов ужаса, «Центрполиграфа» и «Альфа-книги», а также десятки номеров журналов о мире видеоигр наполняли стоявший рядом с экраном стол.

Суперкомпьютер пребывал в режиме сна.

– Очевидно, – подумал Толя, – Макс и его дружки совсем загоняли бедную технику.

Но прежде чем включить уснувший аппарат, школьнику требовалось решить еще одну задачу – природу чавкающих звуков слева от себя.

Самая страшная мысль пришла в голову как раз в тот миг, когда источник непонятных сигналов спустился с потолка.

Инопланетное насекомое мягко приземлилось на щупальца-лапы, и три челюсти смачно прищёлкнули языками.

Толик хотел отвернуться от монстра, но это создание было большим, разумным и обладало неестественной для земных существ грацией движения.

В средней пасти чудовища исчезало тело Кулеванова, любителя ужастиков и мистических триллеров. Он был достаточно силен, чтобы постоять за себя, но оживленный им персонаж малотиражного романа оказался более искусным охотником за добычей, чем сам Кулеванов.

– Вот чья кровь была на плакате! – прошептал Толя и посмотрел в сторону суперкомпьютера. – Но так же нельзя поступать с фанатами!

Машина никак не отреагировала на возмущение школьника.

– Ты будешь моим десертом в этом складе бесполезной информации, – громко прошипело существо, выстрелив тонкой паутиной Толику в ногу.

– Я не звал тебя! – громко произнес испуганный ребенок. – Уходи!

Чудовище всосало часть выброшенной в добычу паутины в левую пасть, и Толя почувствовал, как падает на пол, и его что-то начинает тащить к голодному существу.

Нужно было кого-то звать на помощь. Но кого? Охранник Игорь наверняка уже дремлет. Да и вряд ли он смог бы победить голодную тварь из чужих грез.

Монстр медленно прожевывал паутину, подтаскивая добычу к себе.

– Алик! – прокричал испуганный мальчик, вспомнив почему-то имя главного героя романа «Прибытие на Марс». Почему-то в адрес Кулеванова в тот момент не сыпались сотни проклятий за то, что он посмел оживить персонаж ужастика. Но ситуация требовала действий, и надо было как-то вырывать свободу. Алик Дролов или Космический Змей вряд ли мог бы сойти со страниц книги и помочь своему читателю.

При упоминании этого имени чудовище издало резкий свистящий звук. Книга Ивана Берова выпала из рук школьника. Щупальце-лапа кошмарной твари отбросила книгу от детских рук.

– Он тебе не поможет, – прошипело существо, довольно мигая глазами.

– Алик! – прокричал Толя еще раз.

Монстр щелкнул челюстью, как бы пробуя на вкус запах человеческого тела.

– Оставь ребенка в покое.

Мир вокруг школьника и голодного чудища остановился.

Молодое лицо двадцатишестилетнего мужчины с большими карими глазами, с ухмылкой посмотрело в сторону лежавшего на полу пацана и клацающего челюстями монстра. Хотя выражение лица Змея ухмылкой назвать было нельзя, он всегда улыбался – это была своего рода его визитная карточка. Как прочитавший книгу, Толик помнил, что под дружеским ухмыляющимся лицом может таиться улыбка тигра, готовящегося к прыжку.