Мой тёмный бывший – 2, или Опасный брак для попаданки

Глава 2

Фрейн

– Ты уверен, что он там будет? – уточнил я, когда мы с Дрейком в ночи выехали из резиденции Ветров для проведения весьма важного, на мой взгляд, разговора. – Я не смогу выводить тебя за ворота слишком часто.

Сегодня мне пришлось встретиться с самим князем, чтобы выбить для нас возможность покинуть территорию. Об истинной причине я не сообщил, но сказал, что тёмный маг может вывести нас на истинного главаря шайки, которая напала на мою жену. На безопасность Адель я упирал больше всего – и, видимо, это подкупило Тертиуса.

Он, конечно, высказал сомнение в том, что мне вообще стоит приплетать к этому делу личные мотивы, однако выезд разрешил. Но вся моя легенда трещала по швам, и второй раз может ничего не получиться.

– Он всегда поёт в “Филине” по этим дням. Но он уже давненько ошивается в Дейвуде, скоро может и уехать, а там ищи, где он остановится в следующий раз, – бесстрастно пояснил Дрейк. – Тревор всё про всех знает, а у Колосса он и вовсе в друзьях. Тот всегда отсыпал ему монет больше других.

– Это, конечно, очень мило. Тогда с чего вдруг твоему барду сдавать своего приятеля?

– А пёс его знает. Если его напоить, может что-то получиться.

На этом тёмный замолчал. Я тоже принялся обдумывать ситуацию со всех сторон. Если бард, на которого Дрейк указал как на верный источник информации, откажется говорить, где найти Колосса, всё это может растянуться Тьма знает на сколько.

– Надеюсь, ты помнишь, что я за тобой слежу. Подашь ему какой-нибудь не тот “знак”, и все наши договоренности потеряют силу.

– Да помню я, помню. – Дрейк закатил глаза. – Я в тюрьму не хочу, запомните, шейр Дерсиди.

– Надеюсь, мы друг друга поняли.

Дальше поехали в молчании, добрались до города, который уже был погружён в вечернюю сонную тишину. Только в тавернах и на постоялых дворах ещё сохранились очаги шума и веселья. Мы оставили лошадей на другой улице на коновязи гостиницы, после чего я накрыл себя теневым куполом, а Дрейка отправил вперёд.

Тот дошёл до таверны “Сытый филин”, как ни в чём не бывало придержал дверь, чтобы я тоже успел проникнуть внутрь, и огляделся. Среди всеобщего нетрезвого гомона и правда проплывали звуки довольно приятной струнной мелодии.

Мы прошли чуть дальше, и тогда в освещённом углу, где было устроено что-то вроде сцены, я заметил довольно пропитого на вид мужика в типичной одежде бродячего музыканта: кафтан, который был моден лет десять назад, несвежая рубашка, широкие брюки, заправленные в видавшие виды сапоги. На голове у него красовалась шляпа со слегка помятыми полями и неизменным пером, таким обглоданным, будто его час мусолила кошка.

– Вот он, – шепнул Дрейк так, будто я не догадался.

Затем он прошёл к барной стойке, нашёл себе место с краю, чтобы мне было удобно стоять рядом и слушать всё, о чём они будут говорить.

Когда Тревор закончил петь и пошёл “промочить горло”, тёмный изобразил бурное узнавание.

– О-о! Шельма, как ты тут оказался? – сразу включился в беседу бард, а затем слегка понизил голос: – Сто лет тебя не видел, с тех пор как прошёл слушок, что ты рассорился с Колоссом. Если честно, подумал, что он тебя того… пришил.

Дрейк скептично хмыкнул и сделал знак бармену подойти.

– Да меня пришить не так-то просто.

– Это да… Это да… – Тревор жадным взглядом проводил бутылку, из которой в стакан Дрейку налили какого-то пойла. – Так как ты теперь поживаешь? Слышал, на днях тут поймали целую банду каких-то идиотов. Всем известно, что к князю приехал сам Хранитель печатей. Так что им было бы лучше вообще не высовываться.

– Да, я тоже слышал. Опасное это дело без нужных связей. Без прикрытия…

Тёмный состроил досадливое выражение лица и попросил налить Тревору тоже. Тот оживился ещё больше и явно настроился на долгую беседу, чтобы успеть урвать от неё побольше. Я переступил с ноги на ногу и попытался занять такое положение, в котором меня не задела бы какая-нибудь подавальщица. Они постоянно сновали поблизости, выходя из кухни.

– Но деньжата у тебя, смотрю, водятся, – заметил бард.

– Да разве ж это деньги? Вот раньше были деньги… – мечтательно вздохнул Дрейк. Так натурально, что даже я ему на миг поверил. – Думал, сколочу свою банду, а они постепенно все разбежались.

– Да, дело непростое… – кивнул певец. – Да и следить за дорогами стали лучше. Вон поймали же охламонов.

– Вот я и думал… Может, вернуться к Колоссу? – Тёмный покосился на него. – Перетрём, посудачим, я извинюсь…

– Тяжко без старших, да?

Тревор допил свой стакан и требовательно стукнул им о стойку. Бармен с разрешения Дрейка подлил ему ещё.

– Не то слово… Ты, случаем, не знаешь, где он сейчас?

Ответа пришлось подождать, пока музыкант опустошит ещё один стакан, закусит хлебом и, утерев выступившую слезу, вспомнит, что его о чём-то спросили.

– А я его давненько не видал. Как последний раз в Вилгере встретил вас, так и всё. Вы тогда отмечали какое-то крупное дельце…

– Было, – согласился Дрейк. – А куда он двинулся дальше, не слыхал?

Тревор воровато огляделся и, подозвав к себе собеседника взмахом руки, таинственно сообщил:

– Говорят, он пропал пару недель назад. Совсем.

– Ну так и обо мне ты думал, что меня шлёпнули, – усомнился тёмный.

– Нет, тут верняк. Пропал. Это, конечно, скрывают, но его давно никто нигде не видел. А за него суетится Кулак.

На этот моменте я едва не застонал от разочарования. Да что же это такое? Единственная верная нитка, которая могла бы привести меня к заказчику похищения Алендиса, рисковала оборваться. Если подвыпивший бард, конечно, не врёт.

– А Кулака где найти? Может, и Колосс там?

– А они усвистали далеко. Слышал, куда-то в сторону Анаксагора. Поговаривают, за ними сейчас идёт настоящая охота, только неизвестно, кто охотник. Вот они и не засиживаются долго на одном месте.

Я пнул Дрейка по голени – надо уходить! – и тот сразу спохватился.

– Эх, жаль… Значит, буду искать. – Вздохнул и, подвинув к барду свой стакан, встал. – Ладно, Тревор, бывай. Может, ещё встретимся.

Адель

Сегодня нас ждал ответственный день. Именно поэтому Мини с самого утра была взбудоражена так, будто напилась энергетиков, прихорашивалась, как на бал, и даже тихонько напевала.

Причину её бурного волнения я понимала прекрасно: совсем скоро вся наша группа практикантов спустится в святая святых Ассавента – к великому Воздушному Источнику. В нём, как считается, содержалась магия, которая питала все земли княжества. Мы должны были посмотреть, как он выглядит, и даже немного с ним соприкоснуться.

Этот момент беспокоил меня больше всего, потому что мои уроки по концентрации проходили, мягко говоря, неоднозначно. И это не зависело от того, занимаюсь я с куратором или мужем. Порой мне удавалось контролировать поле своей магии, а иногда она без всякой видимой причины отказывалась подчиняться, и тогда время проходило впустую.

Одно был хорошо в этой ситуации: Даламан и правда перестал видеть радужные лучи моей ауры. Сначала он недоумевал, потом попытался разобраться, а затем как будто даже смирился, сделав вывод, что это было какое-то разовое явление.

Я мысленно воздавала хвалу своему “рукастому” мужу. Уж что-что, а магией он и правда владеет ювелирно.

Единственная трудность: теперь мне приходилось общаться с ним гораздо чаще обычного. Он постоянно проверял целостность маскирующего заклинания, пытался научить меня хитростям и приёмам сдерживания своей ауры, и поэтому мы постоянно соприкасались не только магически, но и физически тоже.

Это меня нервировало. И волновало. Скорее, больше волновало, потому что чем дольше это всё длилось, тем большую близость с ним я ощущала. Что самое скверное – это становилось привычкой. Необходимостью.

А я хотела держать дистанцию… Шиш там!

Вот и сегодня перед спуском к источнику Фрейн назначил мне контрольное занятие, поэтому пришлось встать чуть раньше обычного. Когда Мини ещё умывалась, я уже сидела одетая и допивала свой чай.

– Только не опоздай, я прошу тебя! – взмолилась она, когда я собралась уходить. – Это же просто грандиозно! Если честно, не думала, что нас допустят к источнику. Уверена, это будет хорошим толчком для моих сил.

– Я вернусь вовремя, – успокоила я подругу.

С Фрейном мы встретились в уже давно облюбованном Зелёном павильоне. Здесь нам понравилось больше всего: он находился чуть в стороне от остальных, где чаще всего кураторы проводили занятия со своими адептами, да и свет здесь был какой-то особенный.

Когда я пришла, Фрейн уже был внутри, расстелил коврики на дощатом полу и… разделся до пояса.

Я остановилась в дверях и подумала, не уйти ли мне прямо сейчас, но пришла к решению, что просто сделаю вид, что ничего особенного не происходит.

– Доброе утро, крошка, – в своей манере поздоровался тёмный.

Он выглядел слегка уставшим: сегодня ночью они с Дрейком выезжали в город, чтобы проверить какую-то зацепку по делу Меллерана. И, судя по тому, что Фрейн был явно чем-то раздражён, всё прошло не совсем так, как надо.

– Ну что, вам удалось что-то узнать? – спросила я, стараясь не смотреть на мужа.

Потому что если посмотрю, то это всё… Это будет провал. Вообще, считаю, быть настолько великолепным – это незаконно и должно быть внесено в перечень административных правонарушений. Или, возможно, даже уголовных. Его тело было вылеплено по какой-то идеальной формуле: все эти мышцы, перекаты, рельефы, бронзовая кожа – убийственное сочетание.

– Почти ничего. Только очередной город, где – возможно! – что-то отыщется. Да и то не факт, – цедя слова, ответил Фрейн. – Так… Давай приступим. И прошу сегодня отнестись к занятию особенно серьёзно.

– Ну да, именно поэтому ты разделся, – ляпнула я и только через секунду поняла, что сказала это вслух, а не подумала.

Тёмный сразу приободрился, и, хотя он попытался сохранить серьёзный вид, я заметила, как его губы изогнулись в коварной улыбке.

– Это для большего ощущения свободы, – пояснил он невозмутимо. – И для лучшего эффекта. Потому что сегодня, крошка, я буду тебя прессовать.

– Чего?!

– Не в буквальном смысле, конечно. Не волнуйся. – Он уселся на коврик и жестом предложил меня сделать то же самое. – Но это необходимость. Потому что сегодня я не смогу пойти с тобой к Источнику.

– Почему?

– Тёмным магам моей силы нежелательно приближаться ко всем источникам, кроме Тёмного. В целом ничего особенного произойти не должно, но есть опасения, что соприкосновение с ними может нарушить правильный баланс магии.

– Это как при прохождении через порталы?

– Да. При высоком напряжении магического поля могут пойти необратимые изменения, которые приведут к разрушениям. Так что придётся тебе справляться одной. И поэтому я хочу сегодня заставить твою магию сжаться так, как она ещё ни разу не сжималась.

Не знаю, как там магия, а у меня внутри уже всё сжалось до размеров изюма. Даже представить сложно, что он там выдумал. Стараясь не выдать возросшее во много раз волнение, я села напротив и обнаружила, что сегодня мы сидим как-то очень близко друг от друга. А вместо того, чтобы сосредоточиться, уставилась на Фрейна, как дурочка, у которой мгновенно отключился мозг.

И что-то подсказывало мне, что разделся он всё-таки намеренно. Не для того, чтобы меня соблазнить, нет. Просто он хотел максимально осложнить мне процесс достижения концентрации.

И это ему удалось прямо с ходу.

– Адель! – окликнул он меня с лёгким укором. – Ты сосредоточена?

Я кашлянула.

– Ещё бы! – ответила ехидно.

Он взял мои ладони и прислонил к своей груди, а затем наклонился вперёд.

– Тогда начнём.

Прозвучало, прямо скажем, интимно. И если до этого я уже пребывала в слегка неадекватном состоянии, то теперь у меня разве что слюна из уголка рта не потекла. Большим облегчением было бы узнать, что Фрейн наслал на меня какие-то чары, а моя магия взяла их и усилила, как это обычно бывает. Но нет. К сожалению, я прекрасно осознавала, что единственная “чара” здесь – это он сам.

– Адель! – грозно окликнул меня тёмный.

– Гхм…

Я закрыла глаза, но легче стало ненамного. Потому что его кожа под моими ладонями осталась такой же гладкой и горячей, а при каждом, даже малейшем движении под ней перекатывались мышцы. “Бу-бу-бу”, – прозвучало где-то в глубине глупого шума, наполняющего мою голову.

Что, простите?

– Адептка Вайтвинн! – зарычал тёмный, потеряв терпение.

Ну а чего он хотел при таком-то сомнительном воспитательном подходе? Я ж всё-таки уже достаточно зрелая девушка, чтобы при настолько откровенном контакте испытывать определённые позывы тела. Вот, например, взять и впиться ноготками в эту его твёрдую грудь.

Он зашипел.

– Адель!

– Так тебе и надо! – Я качнулась назад, но Фрейн не пустил.

– Давай не будем ступать на эту скользкую дорожку. Сейчас. Я хочу, чтобы ты отбросила всё, что тебе мешает, и обратилась к магии. Я запущу заклинание обычного теневого полога, а ты постарайся сделать так, чтобы не усилить его. Ясно?

– Ясно, – вздохнула я.

И вдруг поняла, что, пока мы болтали, и правда перестала думать о телесном. Уверенный и совершенно бесстрастный тембр Фрейна наконец настроил меня на нужный лад.

Я нырнула в купол собственной магии – за “скорлупой” она оставалась всё такой же яркой, но её радужное сияние становилось всё привычнее. Затем, отметив собственные границы, я обратила внутренний взгляд на ауру Фрейна. Он уже активировал заклинание, и сероватая туманность вокруг него начала расползаться.

Моя магия радостно ринулась ей навстречу, чтобы, конечно, переработать и усилить. Я попыталась её удержать, но тут Фрейн шевельнулся, и под моими ладонями внезапно вновь “появился” его торс, о котором я уже забыла.

– Ё-моё! – выдохнула я, когда вокруг нас внезапно стало так душно, что не вздохнуть.

Открыла глаза: весь павильон наполняла густая плотная тьма, и даже лицо мужа, сидящего в каких-то тридцати сантиметрах от меня, было видно едва.

– Что опять случилось? – мрачно уточнил Фрейн.

– Ты случился! – буркнула я.

– Простите, пожалуйста! – саркастично ответил он. – Ты – будущий профессиональный маг и должна уметь контролировать свою ауру в любых обстоятельствах. Под водой, посреди лавовой реки и на краю обрыва!

Мне стало совестно. И правда, чего я раскисла, будто гормоны затопили мой разум? Так нельзя! Я должна быть хладнокровной!

– Ещё раз! – скомандовал Фрейн.

Быстро нейтрализовал последствия нашей общей вспышки, и мы снова замерли в расслабленной позе. Лёгкое напряжение фона – и заклинание мужа холодком коснулось кожи, окутало меня до самого пояса.

Я держалась, сосредоточившись на перемещении его энергии, постепенно сжимая поле своей магии, чтобы она не вздумала соприкоснуться с чужой силой. Показалось, мне даже удалось слегка изменить контур ауры, уклоняясь от взаимодействия с ней.

И в самый ответственный, так сказать, момент я почувствовала тёплые губы на своей шее.

– Что ты делаешь? – прошипела, изо всех сил пытаясь не потерять с трудом обретённый контроль.

– Усложняю тебе задачу, – шепнул Фрейн, слегка касаясь моих губ своими.

Он отпустил мои руки, но зато теперь вёл ладонями вверх по моей спине, усиливая напор, пока одним рывком не пересадил меня к себе на колени. «Ох, мамочка…» – мысленно выдохнула, зарываясь пальцами в его волосы. Это всё ещё занятие, да? Или спланированная акция по укладыванию меня в постель? Вернее, на коврик.

Не знаю, в какой момент мы начали целоваться – так самозабвенно, что забыли вообще обо всём. И о том, что вокруг нас мирно клубится чернильный туман, и о том, что мы, вообще-то, находимся в общественном месте и сюда может зайти кто угодно и когда угодно.

Ладони Фрейна как-то незаметно проскользнули мне под рубашку, и меня словно прошило лёгким электрическим разрядом. Его губы были везде, я чувствовала их прикосновения то на шее, то на оголённых плечах, то на приподнятой лифом груди. Меня словно качало на мягких волнах, которые рисковали обратиться настоящей бурей. Если я не возьму себя в руки прямо сейчас.

Вот прямо сейчас.

– Ты справилась, – внезапно прозвучало возле моего уха.

По спине скатился град мурашек.

После чего Фрейн просто взял меня за талию и пересадил обратно на коврик. Как будто там я и была всё это время, а остальное мне просто померещилось. В горле пересохло, по телу гулял жар, ударяясь то в голову, то в сердце, то в кончики пальцев.

Я открыла глаза. Фрейн сидел напротив в совершенно невинной позе, словно только что медитировал и совсем ничего не делал.

На несколько секунд я действительно засомневалась, не поехала ли у меня крыша.

– Э-э, – только и смогла выдавить.

– Ты справилась, – повторил муж.

Мне захотелось срочно треснуть его по голове. Но от немедленной смерти в результате черепно-мозговой травмы его спасло лишь то, что стеклянная дверь павильона тихонько звякнула, открываясь, и посыльный в форменной одежде мягко доложил:

– Шейра Вайтвинн, вас вызывает куратор.

Не знаю, чего я в этот миг испытала больше: облегчения или раздражения оттого, что Фрейну удалось избежать расправы на месте за своё крайне не джентльменское поведение. И за вот эту улыбочку, которая сияла сейчас на его безмятежном лице.

– Мы закончили, иди, – великодушно разрешил он.

А мне пришлось спешно поправлять каким-то волшебным образом расстёгнутую рубашку, жилет и растрёпанные волосы. Слуга старательно делал вид, что ничего этого не замечает.

– Надеюсь, сегодня мы больше не увидимся, – бросила я Фрейну напоследок.

Он слегка помрачнел – а вот будет знать, как играть на моих чувствах и человеческих инстинктах! Гордо выпрямив спину, я удалилась и поначалу была очень довольна собой. Но постепенно мысль о том, что сейчас мне придётся разговаривать с мужчиной, который мне совсем уж неприятен, снова испортила настроение.

А окончательно оно провалилось в бездну, когда я вошла в кураторскую и увидела рядом с Даламаном ещё и госпожу Председателя. Да что же это у меня за непруха такая с утра?

– Доброе утро, адептка Вайтвинн, – поздоровался Эстерио.

А Руцифелла, по своему обыкновению, лишь окатила меня презрением. Как будто она каждый день надеялась, что я исчезну сама собой, но это никак не происходило. Что ж, придётся вам смириться, шейра Парбон, я отсюда никуда уходить не собираюсь и намерена остаться в Наскаите хотя бы назло таким снобам, как вы.

Произнеся этот мысленный монолог, я слегка успокоилась. Но ненадолго.

– До меня вновь дошли связанные с вами, Адель, тревожные слухи.

Несколько секунд я пыталась сообразить, чего такого она ещё могла узнать за последние дни, но так и не поняла. Кажется, ничего из ряда вон выходящего давно уже не случалось, практика шла своим чередом.

– Хотелось бы пояснений, – холодно ответила я, уверенная в том, что за мной нет никакой свежей вины.

– Шейр Даламан изложил мне некоторые свои наблюдения за вами и вашей магией. И в них выявилось несколько несостыковок. Долгое время мы не могли понять, в чём может быть причина таких резких изменений в вашей ауре.

– Мне не могло показаться, – вставил Эстерио.

– Я тоже считаю, что ваш куратор, имея огромный опыт в работе с адептами, не мог настолько сильно заблуждаться. И буквально сегодня мне в голову пришла одна догадка. Ведь мы упустили одну важную деталь: ваш муж – тёмный маг с выдающимися навыками маскировки.

Вот теперь у меня нехорошо засосало под ложечкой. Шеф, всё пропало! Если тётушка раскусила Фрейна, теперь у неё на руках все козыри.

– Я совершенно не понимаю, о чём вы говорите. Да, моя магия нестабильна, и я пытаюсь совладать с ней. Но при чём тут мой муж?

– Подойдите, пожалуйста, – мягко – слишком мягко! – проговорила Руцифелла.

Обычно таким тоном маньяк подзывает к себе жертву, и всем вокруг сразу становится ясно, что с такой же милой улыбкой на губах он будет резать её на части.

– Зачем? – Я попятилась.

– Просто небольшая проверка. Если вы ничего не скрываете, вам нечего бояться.

Ещё одна безотказная манипуляция. Не подойду – признаю вину. Подойду – и это будет конец. Выбора у меня нет.

– Мне уже нужно идти. Иначе я опоздаю…

– Никуда вы не опоздаете, – возразил Эстерио. – Вы вообще не пойдёте к Источнику. При вашей силе из соображений безопасности я не могу вас туда допустить. Об этом я уже доложил князю.

– Не хотите подходить – я подойду сама. – Руцифелла встала.

Я отшатнулась к двери, но уйти мне не позволили. Эстерио поймал меня за локоть, а Председатель приблизилась так быстро, что я даже опомниться не успела, как в меня со всех сторон впились иголки какого-то сканирующего заклинания. Хотелось кричать, но сил хватало только на стон. Колени подогнулись, я начала сползать на пол, и лишь руки куратора ещё держали меня на месте.