Попаданка с огоньком, или Испытание для Тёмного

Глава 4

Двэйн Ардер

«Что это было?!» – шальная мысль зазвенела в висках, словно разбившийся хрустальный шар.

Нет, это не могло померещиться! Эйлин О’Кин, рыжеволосая бандитка, от которой одни только неприятности, пару мгновений назад стояла перед Двэйном почти что во плоти – на том секторе каменного круга, что относился к Вратам Феникса.

Её образ был чуть расплывчатым, но испуганный взгляд ясно говорил о том, что Двэйна она тоже видела.

Он приехал к месту недавней инициации почти сразу после того, как Эйлин отбыла в Скриос. Хотел нащупать направление к Вратам Ингимона. А тут такой сюрприз!

Куда только смотрела охрана Эйлин? Они не должны были допустить того, чтобы она таскалась по лесу в непосредственной близости от запечатанных Врат. Неужели вся эта история с болезнью отца и необходимостью принять его дела была лишь выдумкой, поводом, чтобы улизнуть из Гитмора достаточно надолго?

Ещё некоторое время Двэйн пытался нашарить след её магии по линиям связи с Вратами, но она пропала так резко, словно её и не было вовсе. Пришлось спешно возвращаться в Гитмор.

Вместо того чтобы сразу отправиться к себе, Двэйн прошёл через тренировочный плац – мимоходом проверить, как упражняются «зародыши». Там, к счастью, царила почти образцовая дисциплина. Бэйв был спокоен, а стихийники оттачивали мастерство. Не хватало только Эйлин – для полной идиллии.

– Тебя что, лошадь в зад лягнула? – не удержался от колкости Бэйв, нагнав Двэйна у самой двери.

– Хуже. Я видел Эйлин – там, где её вовсе не должно было быть.

Воздушник поскрёб в затылке.

– Я, конечно, всё понимаю, но не слишком ли ты увлёкся, чтобы она начала тебе мерещиться?

Двэйн скрестил руки на груди.

– Такой вариант меня устроил бы. Но… нет.

– Значит, она снова выкинула какой-то финт? – обречённо улыбнулся воздушник.

Двэйн посмотрел за спину друга на учеников, которые уже навострили уши и даже подобрались ближе к краю плаца, чтобы расслышать хоть что-то.

– Я уже привык… почти, – хлопнул его по плечу. – А ты иди разгони их по местам. У нас и так без Эйлин рассыпалась боевая связка. А состязание с действующими Стражами никто не отменял!

Двэйн уже открыл дверь, собираясь войти.

– Надеюсь, ты не понесёшься следом за ней в Скриос, – ворчливо буркнул Бэйв. – Здесь слишком много дел, чтобы мотаться за вздорной девицей.

– Пока нет. Хочу кое-что выяснить.

Слуги быстро доложили Двэйну, где искать важный источник информации о несносной лиэсе О’Кин. Графиня, закутавшись в плотное пальто и шаль, сидела во дворе, среди увядших кустов роз, и читала в полнейшем одиночестве. Правда, неподалёку раздавался перезвон женских голосов.

– Приглядываете за внучкой, графиня? – Двэйн неспешно приблизился.

– К сожалению, Айне не так самостоятельна, как Эйлин. И слишком романтична, чтобы её можно было оставить без присмотра, когда где-то поблизости шастает Кадан Гард.

Нэсса подняла на него совершенно незаинтересованный взгляд.

– А Эйлин, значит, самостоятельна?

– Вы даже не представляете себе насколько.

О, сегодня Двэйн очень ясно себе это представил. Убедился, так сказать, воочию.

– Похоже, вы приложили немало усилий к её воспитанию. – Он присел рядом с молчаливого разрешения. – Она и правда очень неординарна. И с каким бы сомнением я ни относился к этому раньше, но сейчас готов признать, что из неё получилась отличная помощница.

– Не знаете, куда себя деть, да? – усмехнулась графиня. – Упорхнула птичка из клетки, а вы дверцу не успели захлопнуть. Что ж… порой даже таких мужчин, как вы, постигают немалые разочарования. Ничего, это полезно для здоровой самооценки.

Двэйн оглядел профиль Нэссы, едва сдерживая улыбку. Она ни капли не тушевалась, не увиливала и не опасалась сказать что-то не то. С её жизненным опытом можно было себе это позволить.

– Признаться, у меня много важных дел. И скажу вам, как человеку рассудительному и в некоторой степени надёжному: проблем среди них немало. Впрочем, вы можете мне помочь.

– С чего бы мне вам помогать? – фыркнула графиня. – Вы здесь Привратник. Вот и решайте ваши привратничьи проблемы.

– Может быть, вы могли бы мне помочь ради благополучия вашей внучки? Она в очень затруднительном положении. А секреты вашего семейства, как и её личные, могут только усугубить его.

– Не понимаю, о каких секретах вы говорите.

– Сегодня я стал свидетелем того, что она многое скрывает. Но я готов её защищать и ограждать от гнева принца, а то и самого императора. Это совершенно искреннее желание.

– Потому вы хотели загнать её в леотскую кабалу, прекрасно зная, что она этого не хочет?

Графиня покосилась на него с лёгким презрением. Но сейчас весь её вид выражал нарастающую заинтересованность.

– Может быть. Отчасти. Отчасти – потому что я и правда хочу, чтобы она стала моей…

– Просто вашей, – прервала его Нэсса. – Да, я понимаю.

Двэйн вздохнул. Что ж, лучше быть с графиней предельно честным, поэтому смысла спорить нет.

– Помимо помощи Эйлин, я хочу помочь вашей семье. Хочу поспособствовать тому, что с вас снимут опалу и позволят вам вернуться в свои родовые земли. Я способен этого добиться.

– И чего вы хотите?

– Ответной откровенности. – Двэйн улыбнулся. – С полной гарантией того, что это останется между нами.

– И?

– Скажите… Ваш старший племянник Бриан О’Кин… Он был Фениксом? И знал способ открыть Врата Ингимона. Так?

Губы графини дрогнули, когда она поджала их, выражая наивысшую степень непоколебимости. Похоже, к откровенности она не расположена…

Эйлин/Есения

Как ни странно, к тому, что я затерялась в лесу без ведома моей охраны, та самая охрана отнеслась вполне себе спокойно. Нет, перепугались, конечно, когда обнаружили, и даже пожурили, что мне не стоило уходить так далеко от стоянки.

Осталось только виновато пустить слезу и сказать, что я попросту заблудилась среди этих огромных деревьев. И вообще, лес-то волшебный, завёл, задурманил – вот и результат.

«Эх, думал, грибочки-то дольше будут действовать, – сокрушённо вздохнул Гугл. – С дозировкой промахнулся…»

Суровые стражники, которых, как оказалось, звали Киф и Лью – почти как Болек и Лёлек, – только покачали головами. Но ни запирать, ни связывать меня, к счастью, не стали, хоть в какой-то миг я и поверила, что они на это способны.

В целом же мы добрались до Скриоса быстро и без проблем. В Пас меня пропустили как родную – а как иначе, если у меня разрешение от самого Привратника!

А вот дома меня ждали дела более скорбные.

Как только я вошла, сразу ощутила, что там что-то не так. Какое-то болезненное веяние. Немногочисленные оставшиеся на работе слуги передвигались почти на цыпочках, разговаривали шёпотом. Но, как оказалось, вовсе не потому, что не хотели потревожить Молана, а потому, что Бронна из-за всех неурядиц уже несколько дней маялась мигренью.

Ну или притворялась – это она умела тоже, когда не знала, что делать.

– Зачем ты приехала? – сразу налетела на меня «матушка». – Я ведь не о том просила! Ты должна стать леотой, тогда только сможешь нам помочь.

Я посмотрела на неё, стараясь вложить во взгляд весь укор, на который была способна. Вот так, значит, иной судьбы для своих дочерей она не видит.

– Ну конечно! А тут всё будет разваливаться!

– Дело Молана и так давно уже разваливается. – Брона взяла меня за руки и усадила на чуть скрипучий диван в гостиной. – Подумай! Уж лучше нам продать уже эти акции. А деньги положить в банк. Я уже разузнала, где можно получить неплохой процент! А там и думать, что делать дальше. Лишь бы у вас с Айне жизнь наладилась!

– Стать леотой того, кто мне омерзителен, – это не та жизнь, о которой я мечтаю.

Конечно, сейчас я имела в виду Кадана Гарда. А уж о притязаниях Двэйна Ардера Броне лучше не знать.

– Мечты! – всплеснула руками «матушка». – Ты ещё можешь говорить о мечтах – в таком-то положении! Нас скоро пустят по миру. И мы должны действовать на опережение. Завтра к нам приедет тот, кто хочет выкупить все наши убыточные активы.

– Только не говори, что это…

– Ну и что? – сразу возмутилась Брона. На опережение, видимо. – Если Уэн Мактал единственный, кто желает это сделать!

Я встала, отряхивая подол.

– Об этом не может быть и речи! Я поговорю с отцом, и мы решим, что делать! Ты наверняка даже не советовалась с ним!

Брона закусила губу и опустила очи долу. Значит, я права.

– Ему сейчас лучше не волноваться. Сердце… – перешла она к последнему аргументу.

– Когда он узнает, что ты решила отдать его дело Макталу, ему точно станет хуже! Я этого прохиндея с лестницы спущу, так и знай!

А не хватит сил, что вряд ли, – спустят мои охранники. Они парни крепкие. Даже сейчас Киф и Лью стояли неподалёку, у лестницы. Разговор не слушали, но присматривались. Видимо, чтобы я снова не испарилась.

– А это кто? – Брона на них покосилась. – Такие лбы! За какие деньги я их кормить буду?

– Дорх Ардер выделил средства на их проживание на всё время, пока я буду здесь, – парировала я. – Пусть слуги, кто ещё остался, подготовят для них комнаты!

Конверт с деньгами для всей моей «свиты» Двэйн тоже отдал мне – правда, через служанку. Видимо, чтобы мне не пришло в голову отказаться и от них. Но тут у меня вопросов к претемнейшему не возникло. Зря он волновался.

– Постой-постой! – не поняла Брона. – Почему дорх Ардер, а не Кадан Гард?

Не ответив и последний раз взглянув на пристыженную «матушку», я отправилась в комнату к Молану.

Тот не разлёживал в постели, но из спальни выходил только на балкон. Лекарь рекомендовал ему не нагружать сердце: оказалось, пока я разбиралась с поездкой, у него всё же случился приступ.

– Наконец ты приехала! – Он, кажется, и правда был рад. – Я отправлял письмо! Ты получила? И дорху Ардеру я ответил. Он…

– Когда я уезжала, он, кажется, не получал от тебя никаких писем. – Я присела с ним рядом – на соседнее кресло у приоткрытого окна. – Странно…

Мелькнула нехорошая мысль, что кто-то эти письма мог перехватить. Может, сама Брона.

– Я, признаться, был удивлён, – слегка ошарашенно улыбнулся Молан. – Не думал, что Дорх Ардер предложит мне разобраться с закрытыми Вратами. Ведь он вёл дела с Макталом.

Я кивнула служанке, которая принесла нам чай.

– Честно говоря, я и сама не знала…

А претемнейший тот ещё интриган!

– Это рискованно с его стороны.

Что есть, то есть. Положиться на полуразорившегося дельца, о котором молва только и твердит, что он неудачник.

– А ведь знаешь, я уже поверил, что мне повезло! – заговорщицки произнёс Молан. – До того мига, как случилось всё это. Мы, кажется, вышли на след крупной жилы солида!

– Правда?! – Я едва не поперхнулась чаем. – Для этого ты взял ссуду?

Молан тут же помрачнел.

– Я не хотел, чтобы ты узнала. Думал, моя удача всё покроет. Но работы длятся дольше, чем я планировал, и мы почти израсходовали все средства. Жилы пока нет, но я уверен, что она уже близко!

Я вздохнула. Вот так всегда. Это не первая жила, за которой гонялся «отец». И если Уэн Мактал мог позволить себе зарабатывать на множестве не слишком богатых месторождений и закрывать совсем негодные, Молан вынужден был работать с тем, что есть. Средств отхватывать чужие рудники у него не было.

– Если это и правда так, – я решила оставить сомнения при себе, – то это же прекрасно! А что же насчёт Врат? Ты согласен взяться за них? Нам нужно изучить повреждения, разобраться в конструкции и решить, не могли ли они стать местом утечки Хаоса.

– Если бы речь шла о любых других вратах, Эйли, – вздохнул Молан, – я бы согласился без раздумий. Но тут… Нет.

Так-так! А вот этого я не ожидала!

И даже растерялась на пару секунд. Кто бы мог подумать, что довольно почётная просьба Привратника вызовет у опального аристократа не энтузиазм, а скорее наоборот.

«Еся, сейчас самое время всё выяснить! – подбодрил меня Гугл. – Как бы он ни отпирался, не верь. Он точно что-то знает! И с его знаниями нам будет легче с этим всем разобраться».

Что ж, раз надо напирать, будем напирать. Лишь бы Молана до нового сердечного удара не довести…

– Ты боишься, да? – Я заглянула в его бледное лицо.

«Отец» посмотрел на меня, и его черты вдруг ожесточились.

– В чём ты сама меня подозреваешь?

– Я подозреваю, что о делах дяди Бриана ты был осведомлён лучше, чем хотел показать. И верю, что ты сможешь помочь мне с одним заклинанием, что я увидела на арке Врат. Ведь ты маг земли.

– Ты была там?! – едва не крикнул Молан.

И мне стало немного страшно за его самочувствие.

– Так получилось. Я не собираюсь тебя осуждать. Просто хочу выяснить…

Я схватила листок, который лежал на столике рядом, вынула перо из чернильницы и принялась записывать символы заклинания. Гугл подсказывал мне визуальные образы, словно бы транслировал их перед моими глазами. Руки почти сами собой выводили плавные завитки древнего языка. Когда я закончила, сама поразилась тому, что выдала.

Молан так вообще, кажется, пребывал в тихом шоке. Но ладно хоть в сознании.

– Ты что, и правда видела его?

– Я же унаследовала силы дяди, разве ты ещё не понял?

– Знаешь ли, раньше ты выказывала очень скромные способности в магии, – вдруг возмутился «отец». – Я уж обрадовался, что тебя миновала эта участь – быть носительницей этой… силы. А скорее проклятия. – Он ткнул пальцем себе в висок. – Что ты поняла об этом заклинании?

Его тон стал назидательно-строгим, словно он принялся меня экзаменовать.

– Что оно разрушительное. И, наверное, направленное на то, чтобы запереть Врата навсегда, – предположила я.

– Нет, – фыркнул Молан. – Оно несёт в себе энергию разрушения, верно. Но разрушает те чары, что уже были на Вратах. Иными словами, оно было способно открыть Врата снова. Но почему-то не вышло.

– Ну вот! – Я невольно улыбнулась. – И стоило отпираться!

Но лицо «отца» осталось мрачным.

– Я не просто знаю «что-то» об этом заклинании. Я его создал.

«А я его недооценивал, – задумчиво изрёк Гугл, присаживаясь на спинку кресла Молана, как будто собирался клюнуть его в затылок. – Его вообще все недооценивали. И, похоже, как бы печально это ни было, его сослали не зря. Если взглянуть со стороны тёмных, конечно!»

Я и сама едва челюсть подобрала. Мысленно.

– Как это вышло?

– Не думаю, что тебе стоит знать. Так будет безопаснее.

– Перестань. Безопаснее для меня будет узнать как можно больше!

– Что за странное рвение? Жила ведь спокойно! – Молан встал и прошёлся по комнате.

Я дала ему время слегка остыть.

– Не хочешь вмешиваться в это… Я могу действовать сама, а о твоих подсказках никто не узнает!

Молан меня как будто не слышал: молчал и смотрел в окно.

– Он говорил точно так же… – Нет, оказалось, всё же слышал. – «Я всё сделаю сам. О твоём участии никто не узнает». Я изучил структуру Врат так детально, как только мог. Поднял документы и хроники. Я не знаю до сих пор, где они находятся, но знаю о них всё. И если бы моё заклинание сработало, наверное, сейчас всё было бы по-другому.

– Мы не знаем, как было бы, – я вздохнула, – но сейчас мы вынуждены действовать. Следы сбежавшего Хаоса ведут в те Врата. И чтобы от него избавиться, их придётся открыть.

Молан обернулся, посмотрел на листок, а затем подошёл и сгрёб его в кулак.

– Я подумаю над ним. Ещё раз. И если найду решение, скажу тебе.

– Спасибо! – Я подскочила, обняла его и, не удержавшись, чмокнула в щёку.

Остаток дня ушёл на то, чтобы вновь обустроиться в комнате, от которой я уже слегка отвыкла, рассказать Броне все новости и выслушать всё о том, что творилось здесь. Правда, все мои наводящие вопросы о письмах Молана и о том, что их в Гитморе никто не получил, она прокомментировала только универсальным «не знаю», которое сопроводила совершенно невинным хлопаньем ресницами.

К вечеру я так устала от трескотни, смешанной с аккуратными упрёками «маменьки», что завалилась спать раньше всех.

И хорошо, что отдохнула и успокоила нервы, потому что сразу после завтрака меня оглушило самым неприятным визитом, какой можно было придумать. А ведь я понадеялась, что Брона благоразумно его отменит!

Как бы не так! Я уже собралась было ехать на рудники, даже с лестницы спустилась, обматывая вокруг шеи шарф, как едва не слетела с последней ступеньки, увидев, что «матушка» вполне радушно встречает на пороге треклятого Уэна Мактала.

– Доброе утро, лиэса О’Кин! – поздоровался он так елейно, что меня едва не стошнило прямо на ковёр.

– Было доброе…

Я уничтожающе посмотрела на Брону, но она сразу предпочла сбежать.

– Распоряжусь насчёт чая! – донеслось издалека, как только она скрылась с глаз.

– Лучше насчёт яда! – бросила я ей вслед.

– Что же вы так со мной неласковы, – протянул Уэн, проходя дальше.

Совершенно по-свойски он отдал пальто и зонт слуге, а затем, стряхнув лёгкую влагу с брюк – на улице ещё с ночи накрапывало, – расположился на диване.

Вот же нарисовался, не сотрёшь. И разговаривать с ним не хочется, и оставлять его наедине с Броной опасно.

– А с чего мне быть с вами ласковой? Вы ничем это не заслужили. Тем более попыткой решить выгодные для вас вопросы в обход отца.

Я подошла и опустилась в кресло напротив.

– Вы сами должны понимать, что сейчас ваш отец не может управлять делами, – развёл руками Уэн. – Но и ваша матушка, к сожалению, не имеет к ведению бизнеса совершенно никаких способностей. Думаю, вполне разумно для вас наконец избавиться от тех забот, что довели Молана до такого состояния. Столько переживаний, неудач – любой заболел бы! А если вы переживаете за финансовое положение семьи, то моё предложение женитьбы остаётся в силе. Я готов ждать столько, сколько потребуется.

Я выслушала его, чувствуя, как огонь нетерпеливо перекатывается под кожей.

– Вы ошибаетесь. Пока я отвечаю за дела отца, не продам вам даже разбитую вагонетку с рудника, не то что какую-то там долю.

Пока Уэн обдумывал мои слова, я позвала служанку и тихо попросила её добавить в чашку с чаем господина Мактала одно очень действенное средство. Она удивилась, конечно, и даже, наверное, испугалась. Но здесь хозяйкой – пусть и младшей – была я. Так что ей осталось только послушаться.

– Если вы будете упрямиться, только продлите все эти неприятные процессы, – продолжил делец. – Знаете что… Я много думал об этом. И готов оставить за вашим отцом место управляющего. Конечно, когда он полностью восстановится после болезни.

Крайне широкий жест. Но направленный скорее на унижение достоинства Молана, потомственного аристократа, владельца обширных земель, с которых его прогнали. И довольно сильного, как выяснилось, мага.

– Всё переменчиво. – Я пожала плечами. – Особенно удача.

– В вашем случае проще закрыть рудник.

Голос Уэна стал жёстче. И у меня прямо-таки открылись глаза! Это же его личные планы! Закрыть рудник Молана сразу после получения контроля над ним. А куда пойдут рабочие? Что будет с их семьями?

Служанка принесла чай. Затылком я ощущала взгляд Броны, которая подсматривала за нами из какого-то закутка, но опасались выйти и присоединиться к разговору.

– Я заплачу самую щедрую цену, лиэса О’Кин, – продолжил Уэн, отпив из своей чашки. – Из уважения к вашему отцу, который всё это время проявлял огромную стойкость. И из самых сильных чувств к вам.

Он многозначительно улыбнулся. Я улыбнулась тоже, наблюдая, как он допивает чай. Через некоторое время его накроет волной крайне волнительных ощущений!

– Ваши чувства совершенно меня не беспокоят. Как и ваши подачки.

– Рассчитываете на покровительство Двэйна Ардера? – Уэн приподнял брови. – Я знаю, что дело изучения старых Врат он решил отдать вам. Но у вас ни знаний, ни опыта ведения подобных дел. Впрочем, скоро он и сам поймёт, что это решение было опрометчивым. Я об этом позабочусь.

– Спасибо за предупреждение. Я буду готова.

Уэн побледнел, вытаращив на меня глаза. Я и сама поражалась своей смелости.

– Вы просто слишком много воображающая о себе девица, – не выдержал он.

– В таком случае, ваши притязания на меня с этого момента я считаю пустым капризом. – Я встала, собираясь уходить.

Мои охранники уже появились в гостиной – удивительно бесшумно! – и встали неподалёку, ожидая и наблюдая.

– Эта игра становится всё занимательнее. Боюсь, в ней вы проиграете. Следующая партия уже за мной. Акционеров вам не удержать, – ядовито процедил Уэн.

Затем задумался, словно бы прислушиваясь к собственным ощущениям, и до слуха донеслись глухие звуки его бурного пищеварения. Он сразу заволновался, но не встал, а только вжался в диван, нервно шаря взглядом вокруг.

– Это мы ещё посмотрим. А теперь прошу покинуть мой дом. Вам здесь не рады. Лэсы, – я взглянула на охранников, – прошу проводить господина Мактала.

Они переглянулись и, пожав плечами, подошли. Разом подхватили Уэна под мышки и, перетащив через спинку дивана, повели к двери.

– Что вы себе позволяете! – возмутился тот с совершенно неподобающей истерикой в голосе.

Его вопль прервался очередным утробным звуком бурления в животе.

Я подошла к окну, чтобы насладиться видом «выноса тела». Уэна неласково проводили с крыльца вниз, толчком в спину вынудили отдалиться на несколько шагов, а затем только бросили ему в руки пальто и зонт.

Стекло отгородило меня от звуков его негодования, которые наверняка далеко разносились по улице. Однако, видя, что это не приносит плодов, и чувствуя, как тело предаёт его, требуя скорейшего визита в уборную, Мактал таки торопливо забрался в экипаж и укатил прочь по засыпанной опавшей листвой аллее.

– Я сам не справился бы лучше! – вдруг раздалось с лестницы.

Я обернулась. Молан стоял наверху, держась за перила. Чувствовал он себя по-прежнему не слишком хорошо, но наш разговор с его давним противником, видно, поднял ему настроение.

– Боюсь, это было несколько грубо… – я усмехнулась.

– В самый раз. К тому же некоторые причуды и капризы вполне можно простить столь очаровательной лиэсе. – «Отец» хитро прищурился и пошёл обратно к себе.

Я же наконец выехала на рудники. Сегодня много дел.

Глава 5

Двэйн Ардер

Первая попытка добраться до Врат Феникса вышла неудачной. Лес оказался настолько непролазным, что даже тёмная магия не могла пробиться сквозь эти лютые заросли. Двэйну пришлось проламываться сквозь густо переплетённые дебри самому, а отряд стражи, прихваченный из Гитмора на случай непредвиденной опасности, только растерянно тащился следом.

Даже наломав веток на год отопления замка вперёд, удалось продвинуться не так уж далеко. Лес словно бы зарастал следом, и возвращаться приходилось с таким же трудом.

– Это просто какой-то кошмар! – Двэйн откинулся на кресле в кабинете и вытянул ноги.

Камердинер убрал со стола посуду после уединённого ужина, который пришлось устроить себе, чтобы не отвечать на расспросы леот.

К тому же общество Гленны с некоторых пор стало заметно его тяготить. Лия была всё так же мила и нейтральна, совсем как сестра, – и всё чаще голову посещала мысль, что такая связь на поверку оказывается крепче тех, что завязаны на пылких чувствах.