Дворянская кровь 3. Партизан

Посмотреть, как отреагируют на это другие французы, не получится. Но надеюсь, что поймут и сделают правильные выводы.

Двигаясь по проселочной дорогой, я размышлял над запредельной удачей, преследующей меня в этом мире. Из опыта прожитой жизни точно знаю, что разговоры про полосы чёрные и белые - не досужий вымысел. Всё так и есть. Вот и думаю, что белая полоса в моей жизни здесь выдалась какая-то очень уж богатая. Как бы при наступлении чёрной не поплохело, если она по насыщенности окажется пропорциональной. С другой стороны, везение мне сейчас необходимо, как воздух. Ведь я чужой в этом мире. Не успел я начать себя жалеть или

Для начала я приказал остановиться на пять минут. Задал ему вопросы, нет ли головокружения, тошноты и других симптомов сотрясения мозга. Убедившись, что эта напасть обошла его стороной, я приказал напоить его вином, захваченным у французов. Из-за собственной глупости мысленно пообещал самому себе стукнуться головой о какое-нибудь дерево. Когда отправились увозить подальше кареты, я с какого-то перепугу оставил сумку с медикаментами у Степана. Дурацкий поступок, ничего не скажешь! Чтобы хоть как-то облегчить участь избитого офицера, я принял решение поить его вином. Все-таки, тряска на телеге не способствует спокойствию и бередит травмы не по-детски.

Дождавшись, пока он утолит жажду, я приказал двигаться дальше. Сам, оставшись рядом, продолжил расспросы. Прапорщик, а именно в таком звании был избитый офицер, рассказал, почему он со своими солдатами двигался в отрыве от других частей армии. Оказывается, они были одними из последних защитников Смоленска, и отступая, вытащили в последний момент раненых сослуживцев. Пока пристроили их на извлечение в одной из глухих деревень, упустили время и отстали от основной массы войск. Все дороги были забиты французскими войсками. Решили переждать, пока схлынет самый мощный поток неприятельской армии, и только тогда следовать вслед за ними. Прапорщик рассудил, что в любом случае, рано или поздно состоится какое-нибудь сражение. Вот в момент столкновения он и попробует соединиться со своими войсками. План так себе. Но, как говорится, не суди, да не судим и будешь. Чем закончилось, понятно. Будет ему наука на будущее. Если не дурак, сделает правильные выводы, и в похожей ситуации поведет себя по-другому.

На мой вопрос о его дальнейших действиях, он ответил однозначно. Немного отлежится и двинется догонять армию. О том, чтобы остаться и присоединиться ко мне, даже слушать не захотел. Попросил поделиться оружием и припасами и оставить их по пути в какой-нибудь из деревень. Хозяин – барин. Хочет действовать таким образом - его дело. Уговаривать и не подумаю.

Целый день получилось пройти спокойно, без нежелательных встреч. На ночевку остановились на лесной поляне. По словам солдат, знающих местность, завтра мы доберемся до небольшой лесной деревушки, где сможем оставить прапорщика с его людьми. Дальнейший путь до знакомых нам мест пришлось зарисовывать с их слов. Благо, бумагу и письменные принадлежности я обнаружил в сумке одного из французских офицеров.

Припасов у нас теперь много, поэтому после сытного ужина мы завалились спать, не забыв выставить охрану и распределить дежурства. Прапорщик с удивлением смотрел на организацию охранения и засыпал вопросами, почему делаю так, а не иначе. Пришлось объяснять, что часовые должны страховать друг друга. Так у противника было меньше шансов бесшумно снять охрану. Ведь умельцы сработать по-тихому есть в любой армии мира, поэтому и необходимо свести риск к минимуму. Ночь прошла спокойно. На рассвете мы отправились в дальнейший путь. Правда, далеко уйти не получилось. Прискакал один из двух бойцов, двигавшихся в передовом дозоре, и доложил о французском обозе, идущем навстречу.

Пришлось срочно убираться с дороги, маскировать следы и самому двигаться в разведку, чтобы оценить степень опасности идущих французов. Похоже, пока белая полоса продолжается. В этот раз повезло встретить фуражиров, возвращающихся с мест экспроприации. Четыре телеги, подобные захваченным у артиллеристов, в сопровождении двух десятков солдат расслабленно двигались нам навстречу. Грех было не воспользоваться моментом. Засаду мы организовали быстро и качественно.

В этот раз я решил дать возможность победить своим людям. Им нужно почувствовать уверенность в своих силах. Мне поневоле придётся формировать отряд, который способен будет воевать согласно принятым здесь правилам. Ведь боеприпасы, которые я принес с собой из своего мира, не бесконечны. Наступит время, когда придётся сражаться местным оружием. Вот и нужно учить людей побеждать уже сейчас. Поэтому я разместил свое воинство с одной стороны дороги, а сам спрятался с другой. Перед этим провел инструктаж, на котором строго настрого приказал вступать в бой только после того, как французы начнут укрываться от моего огня за телегами.

С самого начала что-то пошло не так, как я планировал.

Я спрятался за толстым стволом дерева с таким расчётом, чтобы стрелять чуть наискосок относительно движения обоза. Очень не хотелось нечаянно зацепить кого-нибудь из моих людей. Противника подпустил метров на сорок и начал быстро отстреливать. В первую очередь тех, кто шли по моей стороне дороги. Эти уроды вместо того, чтобы прятаться, дружно вскинули свои ружбайки и залпом выпалили в мою сторону. Только чудом я успел укрыться за стволом дерева, в который, как горохом сыпануло. С такой частотой застукали пули. Я даже поначалу не заметил, что одна из них чиркнула по ноге. Недостаточно хорошо укрылся, не повезло.

Дождавшись окончания перестука пуль, я продолжил стрельбу по противникам, бросившимся в мою сторону. Они сразу после залпа побежали в атаку. Никогда я так быстро не стрелял, обойму винтовки выпустил за пару секунд. Перезарядиться не успевал, поэтому пришлось в очередной раз использовать свою «Беретту». Реально по краю прошёл. Последнего вражеского бойца уничтожил в двух шагах от себя. Даже на ногах стоять был не в силах после такой передряги. Чуть сам себя не перехитрил. Уселся, где стоял, и задумался, что это было. Опытные солдаты, или наоборот, без бога в голове. Ведь логично же, в случае нападения, искать укрытия. Так какого хрена они побежали в атаку?

Ни хрена непонятно. Пару минут передохнув, я стал осматривать рану. Хорошо, что бойцы уже знают, как действовать во время грабежа обоза, и моего участия в этом увлекательном деле не требуется.

Пуля прошла по касательной, оставив глубокую длинную борозду на ноге ниже колена. Вроде и старался укрыться на совесть, а все равно не уберегся, обидно. А ещё больше обидно, что перевязаться, по сути, нечем. Как я уже говорил, сумка с медикаментами осталась у Степана.

Думать над решением этой проблемы не пришлось. Егор, увидев, что я ранен, сбегал к нашему спрятанному обозу, притащил приличный кусок чистого полотна и большую керамическую бутыль самогона.

Я не стал пока выяснять, откуда у него взялся этот животворящий напиток. Не видел его среди трофеев, позже узнаю. Сейчас полностью сосредоточился на перевязке. Обильно полил рану самогоном и туго перемотал полотном, разорванным на полосы.

По-хорошему зашить бы, но нечем. Да и не рискнул бы я это делать в такой антисанитарии, чревато нехорошими последствиями. Главное, зарубку себе в памяти сделал, что медикаменты нужно таскать при себе даже при посещении туалета. Больше подобной ошибки не допущу.

В захваченных фургонах оказалось очень разнообразное продовольствие, награбленное в окрестных деревнях. Забиты эти повозки были реально под завязку. Порадовали почти полсотни живых кур, которых обнаружили в одной из телег, связанными не хуже пленников. Будет подарок нашим крестьянам, если, мы, конечно, сможем довезти их живыми.

Надолго на месте схватки мы не задержались. Убрались за собой по-быстрому и продолжили путь. Прапорщик со своими солдатами, не участвовавшие в стычке, засыпали нас вопросами. Что и как происходило. Пришлось сочинять на ходу, расписывая чуть ли не эпическое сражение. Мои солдаты только посмеивались, слушая мои выдумки. А что делать? Не рассказывать же, что я в одиночку уничтожил всех противников. Не поверят. Да и не нужно им это знать.

Довольно быстро мы добрались до намеченной деревеньки, где распрощались с прапорщиком и его людьми. Не жадничая, поделились оружием, припасами и продолжили путь. Правда, из-за недостатка людей или избытка транспортных средств, пришлось городить городушки. Изощрялись и использовали по одному вознице на две телеги. Пушки и не подумали оставлять, такое добро самим нужно.

Двигались мы с небольшими остановками весь световой день, остановились на ночевку уже в сумерках. Пока бойцы разбивали лагерь, обихаживали лошадей и готовили ужин, я решил разобраться с затрофеенными деньгами. Надо же знать, какая сумма нам досталась.

Пересчитывая деньги, не мог отделаться от чувства неправильности происходящего. Что-то меня смущало в сложившейся ситуации. А вот причину этого смущения я обнаружить никак не мог. Помог в определении неправильности Егор, который, глядя на мои манипуляции с деньгами, произнес:

— Какие-то слишком новые банкноты.

Сразу после его слов все встало на свои места. Запах краски с новизной купюр и откуда-то появившиеся воспоминания из истории моего мира. Читал когда-то о фальшивых деньгах, которыми Наполеон хотел наводнить воюющую страну. Похоже, нам достались именно фальшивки. На секунду я разочаровался и продолжил подсчеты. Пофиг, что они фальшивые. Придумаю, как использовать. Не жечь же их в самом деле! Да и бойцам пообещал сделать их богатыми.

На следующий день в процессе движения я начал подыскивать место для организации ещё одного лагеря. Нам, при всем желании, сейчас не светит протащить обоз к нашему озеру. Болото не позволит. Вот и надо найти укромное, удобное для длительной стоянки, место. В связи с этим приходилось довольно часто останавливаться на продолжительное время и разбегаться в разные стороны. Поиски увенчались успехом только во второй половине дня. Конечно, пробраться до обнаруженный поляны, обильно поросшей травой, будет очень непросто. Всё-таки, дикий лес - это не городской парк. Грамотно проложить путь сквозь густые заросли не просто, но мы справились. Место, выбранное для организации лагеря, устраивало нас по всем параметрам. Оно было расположено на берегу небольшой речушки, рядом с довольно широким оврагом. Получается, если смотреть с высоты полёта птицы, это был своеобразный равнобедренный треугольник, состоящий из сходящихся между собой реки с оврагом и густого, обильно заросшего кустарником, леса. Главное, что здесь достаточно травы, необходимой для прокорма лошадей. Их у нас собралось приличное количество.

Весь остаток дня и половину следующего, мы потратили на преодоление относительно небольшого расстояния от проселочной дороги до нового места расположения. Очень сложным выдался путь. Много времени мы потратили из-за желания оставить, как можно меньше следов. А сделать это было очень непросто. Справились с трудом.

В этот день я решил остаться здесь и проконтролировать организацию стоянки и охраны нашего имущества. До вечера успели построить шалаши, чтобы было, где укрыться на случай дождя. Да и ночевать гораздо комфортные под крышей над головой, даже если она сделана из веток. Телеги и пушки тщательно замаскировали на опушке леса, укрыв таким образом от случайного взгляда. Мало ли кто забредет на эту поляну? Одно дело увидеть стреноженных лошадей, а другое - пушки с телегами. Лошадок обиходили, стреножили и отпустили кормиться. Короче, подготовили все, необходимое для длительной стоянки.

Переночевав, на рассвете в сопровождении двух бойцов, я направился домой. Надо побыстрее добраться до сумки с лекарствами. Рана начала подергивать и сильно воспалилась. Без антибиотиков теперь не обойтись. Налегке получалось передвигаться намного быстрее, уже ближе к обеду мы добрались до знакомого болота. Конечно, преодолевать его в незнакомом месте довольно опасно. Но объезжать, нарезая очередной круг, совсем не хотелось. Поэтому вырубили пару слег, и бойцы, меняя друг друга, спешившись, начали прокладывать безопасный путь.

Часа три мы потратили на передвижение по жидкой грязи, пока, наконец-то, выбрались на твердую поверхность.

Селение, основанное нами на берегу озера, за время недолгого отсутствия преобразилось. Помимо нескольких новых домов, здесь появилась небольшая деревянная церквушка. Когда только успели? Прошло-то всего несколько дней.

Удивило и разозлило отсутствие какой бы то ни было охраны. Ладно крестьяне, гражданские люди. Но для моих солдат, оставшихся здесь, это эпический залет. Об этом им сказал, как только добрался до места их работы. Конюшню они строить начали, а о том, что надо охранять поселение, даже не задумались. Ничего, пробегутся десяток- другой километров, мозги сразу заработают, как надо.

Больше всего удивила, и где-то даже напрягла, встреча с графиней.

Она вышла из дома посмотреть, из-за чего поднялся шум, связанный с нашим прибытием. А когда поняла, подошла и сказала тихим голосом:

— Я волновалась за вас. Не пропадайте больше так надолго.

В её глазах заблестели слезинки. Я в непонятках от происходящего даже забыл про больную ногу, спрыгнул с лошади и чуть не заорал от прострелившей боли. С трудом не подал виду. Но, когда попытался наступить на раненую конечность, скрежета зубов сдержать не смог. Было очень уж больно. Тем не менее, девчонке ответил бодрым голосом:

— Не надо за меня переживать. Это лишнее.

Улыбнулся и продолжил:

— Вы уж меня простите. Я чуть позже к вам зайду и расскажу, почему задержался. Сейчас надо привести себя в порядок.

Она в ответ только кивнула головой, и слегка нахмурившись, пошла к дому. Я, соответственно, похромал к своему, попросив одного из бойцов разыскать Степана и забрать у него сумку с медикаментами. Второму бойцу приказал как можно быстрее нагреть побольше воды. Приводить себя в порядок - так полностью. Помыться совсем даже не помешает. И вообще надо посмотреть, сколько они там кирпичей успели налепить. И заняться их обжигом. Хочу в баню, которую надо ещё построить.

Пока дошагал до своего дома, обратил внимание на гораздо большее, чем раньше, количество народа, суетящегося по округе. Да и стоящий в стороне батюшка, которого раньше здесь точно не было, навевал мысли о непонятном. Надо будет выяснить, что происходит, и откуда взялись эти люди.

Через пол часика, уже сполоснувшись, я занялся перевязкой. Размотав полотно, заменяющее бинты, даже потерялся от открывшейся картины.

Глава 5

Рана выглядела ужасно. Мало того, что она воспалилась, так ещё и начала гнить. Пришлось чистить по-живому. Обрабатывать перекисью, мазать зелёнкой вокруг и пить антибиотики. Так себе лечение, не врач я ни разу. Одна надежда на стерильность и отдых. Да и организм теперь молодой, надеюсь обойдется.

Пока делал перевязку, почему-то устал, как будто вагон разгрузил. Прилёг на минутку передохнуть и уснул. Снилось что-то хорошее. Жаль, что не запомнил этот сон, оно и не мудрено. Открыв глаза, рядом обнаружил графиню, которая подрагивающими пальцами гладила на моем плече почти заживший шрам. Непонятно, что происходило. Но было очень приятно. Я не удержался и произнес:

— Так привыкну к ласке, что придется все время раны получать.

— Дурак, — отдергивая руку, тут же произнесла графиня и покраснела.

— Ну вот, счастье было недолгим. — Сказал я с улыбкой и начал вставать.

— Вам нужно лежать и стараться не бередить рану, — тут же отреагировала графиня на мою попытку встать.

Потом как-то замялась и спросила:

— Вы почему не сказали о своём ранении? Я бы помогла с перевязкой.

— Ранение не тяжелое. Зачем Вас беспокоить? Да и не дело это, когда аристократка ухаживает за простым смертным. Вдруг я - простолюдин? — Сказал, а сам с интересом стал наблюдать за реакцией на мои слова.

— Глупости говорите. Вы мне жизнь спасли. Так почему думаете, что чувство благодарности мне чуждо?

Куда-то не туда у нас разговор стал сворачивать, поэтому решил спустить его на тормозах и спросил:

— Здесь появилось много новых людей. Откуда они?

Графиня с каким-то сожалением на меня посмотрела и ответила:

— Крестьяне по моему приказу прошлись по деревням и селам, принадлежащим нашей семье. Одно поселение, как и здешнюю деревню, французы разграбили и сожгли. Вот и пришлось приютить людей.

В принципе, я не против. Но всю округу мы вряд ли сможем прокормить. Надо подумать, каким образом поступить, чтобы люди, прибывшие сюда, начали приносить пользу, а не сидели на шее нахлебниками. Наверное, действительно придётся формировать из мужиков партизанский отряд. Подумал, а потом задал собеседнице вопрос:

— Скажите, а Вы можете продать мне некоторых своих крепостных? Из тех, кого я выберу?

— Зачем Вам? — Спросила графиня, сразу изменившись и став построже.

— Буду учить их обращаться с оружием и делать из них партизан. — Ответил я, и с интересом стал наблюдать за гаммой эмоций, промелькнувших на её лице.

Она немного подумала и начала отвечать:

— Я не хочу отдавать своих людей в солдаты. Не хочу принести им горе.

Пришлось её перебивать, иначе договорится до чего-нибудь не того. Ход её мыслей мне был понятен. Сейчас люди, попавшие в армию, служат по двадцать пять лет. Обрекать своих людей на подобное дело…

— Вы неправильно понимаете мои слова. Я не собираюсь делать из них солдат и передавать этих людей на службу после освобождения земель. Наоборот, я собираюсь по окончании войны дать им вольную и отпустить на свободу. Конечно, риск гибели для них большой, но и выгода может быть немалой.

Графиня странно на меня посмотрела и сказала:

— В таком случае можете набрать нужных вам людей просто так. Мне не нужно денег.

Но нет. Если уж я ввяжусь в это дело, то люди, которые будут у меня в подчинении, должны быть моими, и никак иначе. Не хочу зависеть от переменчивого настроения этой дамы. Мало ли что ей взбредет в голову завтра? Конечно, все это я не стал ей говорить, просто повторил:

— Либо я куплю этих людей с выправлением всех необходимых бумаг, либо просто забудем об этом разговоре.

Она пожала плечиками и ответила:

— Хорошо. Хотите купить – покупайте. Я не буду препятствовать, хоть и не понимаю, зачем вам тратить деньги.

Хорошо хоть не сказала - нищему тратить. Вообще сегодня она какая-то слишком покладистая, даже странно. Хоть и не было особо необходимости вставать, но и лежать я не смог после таких-то договорённостей. Я поднялся на ноги. Как-то так получилось, что графиня в это время тоже решила встать. Мы не поняли, каким образом оказались настолько близко друг к другу. Руки сами по себе легли на её талию, а она ни с того ни с сего прикрыла глазки, чуть приоткрыла ротик и приподняла голову, как будто ожидая поцелуя. В голове как будто граната взорвалась от множества пролетевших мыслей. Главной из них была:

— Она хочет, чтобы я её поцеловал?

Следующая была совсем нереальной:

— Может в прошлый раз понравилось, и она на меня запала?

Я даже на мгновение потерялся, но успел ещё подумать:

— Пофиг, нравится мне эта девчонка.

Впился в её губы, как голодающий в кусок свежего хлеба. Руки зажили своей жизнью, а девчонка в моих руках превратилась в пластилин, и в прямом смысле этого слова, растаяла. Похоже, накрыло нас обоих не по-детски, потому что мы даже не поняли, каким образом в доме появилась её служанка. Она, как заведенная, твердила одно и то же. А потом начала стучать своей пухлой ладошкой мне по спине:

— Барин, до свадьбы никак нельзя. Грех это. Барин, нельзя говорю до свадьбы…

Я с трудом оторвался от таких сладких губ и посмотрел на эту женщину, наверное, считающую себя бессмертной.

Рука сама по себе потянулась к поясу в поисках пистолета. Благо, что не нашла. С какой-то досадой я только и смог сказать:

— Исчезни бога ради, не доводи до греха.

Момент был упущен. За эти несколько мгновений растаявшая графиня пришла в себя, и осмотревшись, обратилась к служанке:

— Что ты сказала?

Та хмыкнула и начала набирать в грудь воздуха, чтобы ответить. Но я успел раньше: — Она говорит, что нам надо срочно венчаться.

Графиня повернула голову, внимательно посмотрела мне в глаза и сказала очень серьёзным тоном:

— Без благословения батюшки нельзя.

Меня понесло. Ведь это совершенство я до сих пор так и не выпустил из рук. Слегка прижал затрепетавшую девчонку и произнес:

— Покаемся потом.

Снова впился в такие податливые губы. Аристократка в очередной раз обмякла. Наваждение какое-то, по-другому не скажешь. В этот раз служанке пришлось стучать мне по хребту посильнее. Никогда, ни в одной из жизней меня так не накрывало. На служанку в этот раз я посмотрел, как на врага народа. И не я один, кстати сказать. Та стояла, как скала, несокрушимо. Плюнул в сердцах и произнес – прорычал, обращаясь к этой обломщице:

— Давай сюда батюшку, венчаться будем.

Погорячился, конечно. Графиня очнулась и запротестовала. Дескать, а как же подготовиться, красиво одеться? Да и предложения я, оказывается, ещё не делал. Только, когда я заглянул ей в глаза и увидел там озорные смешинки, меня слегка отпустило. Тем не менее, я постарался сказать строгим голосом с поучительной интонацией:

— На подготовку Вам один день, завтра вечером венчаемся. Война идёт, некогда заниматься всякими благоглупостями. Детей рожать надо.

Выпалив все это, опять поцеловал. В этот раз с неохотой выпустив совершенство из рук, пошёл на выход из дома. Уже на выходе услышал вопрос служанки к своей госпоже — Эээ, это как?

Ответ меня порадовал:

— Как в старину. Увидел и взял себе. Воин он, а не крестьянин.

Окончательно в себя я пришел уже возле реки. Брызнул ледяной воды в лицо и сам себе задал вопрос:

— Блин, я вообще нормальный? Что за фигня сейчас произошла? Какая женитьба?

Прислушался сам к себе. Как это не странно, мысль о браке отторжения не вызвала. Наоборот, некоторая часть тела сладко заныла. Тьфу на тебя. Ладно, что теперь горевать? Слово сказано. Вот где проблем не хватало! Теперь ещё и разборки с аристократическим семейством предстоят. Придумал же себе забаву. Нет, графиню-то понять можно. Засиделась в девках, а с природой сильно не поспоришь. Другое дело, что выбора она лишена. Кроме меня сейчас и замутить не с кем, а припекло её видно не слабо. Ладно, фиг с ним. Как будет, так и будет. Сейчас надо сосредоточиться на другом. Людей необходимо выкупить до свадьбы, чтобы отцу невесты можно было что-то предъявить. Хорошо, что деньги на это имеются с избытком. И я сейчас не про фальшивые говорю. Не настолько я ещё оскотинился, чтобы поступать с родней подобным образом. Их мы будем тратить в Европе. Поменяем на валюту или прикупим чего-нибудь нужного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.