Проект «Надежда». Книга 3. Неожиданный итог

– Как думаешь, откуда они здесь появились? Не подставные хозяева, конечно, а те, кто за ними скрываются? – не сводил взгляда с безопасника владелец станции.

– Да тут и думать нечего, – усмехнулся Лейн. – Всего лишь сложить два и два. Даже глубоко копать не нужно. Не секрет, что буквально на днях пограничники и наёмники устроили небольшое побоище. Наёмникам крепко досталось, но всё же кое-кому из них удалось сбежать. Думаю, что заинтересовавшие нас люди как раз одни из таких счастливчиков. То, что их судно несёт на себе следы недавнего столкновения, и отнюдь не с метеоритом, говорит в пользу моей версии. Но, как ни прискорбно признать, я не могу найти ответа на вопрос – что вынудило наёмников ввязаться в открытое столкновение с военными? Согласитесь, должна быть веская причина. Я бы сказал, очень веская!

– Не думаю, что всё так серьёзно, – возразил Влакис. – Не надо приписывать этому отребью какие-то высокие цели или чувство долга. Они напрочь лишены какого-либо благородства. Всё гораздо проще и прозаичнее. Капитан решил слинять под шумок. Как только припекло, он решил, что ему уже не по пути с соратниками. Своя шкура дороже.

– Не скажите, – продолжал отстаивать свою линию безопасник. – Уверен, что у них есть связи со многими преступными кланами. Без этого невозможно так быстро найти надёжных подставных людей с правильными метками идентификации личности. Но в ваших рассуждениях есть доля истины. Капитан, или кто он там на самом деле, не торопится вписать своё имя в реестр судовладельцев. Тут вы правы, вполне возможно, что он опасается мести тех, кого так подло кинул на поле боя. Думаю, что его опасения небезосновательны. Я вот что хочу сказать. Эти типы, кроме схватки с пограничниками, участвовали и в налёте на союзный нам клан контрабандистов. Это не подлежит сомнению. Однако должен признать, что для ареста и взятия под стражу у нас нет никаких существенных доказательств. Одних только наших рассуждений маловато для закона. И тем не менее считаю, что пришельцев нельзя оставлять безнаказанными.

– Что предлагаешь? – озадаченно приподнял бровь владелец станции.

– Надо бы стребовать должок за эту проделку, – усмехнулся безопасник и потянулся за недопитым бокалом.

– Ну не тяни, выкладывай, что надумал? – недовольно буркнул Влакис. Он знал слабость подопечного к хорошей выпивке. Тот часами мог тянуть напиток через соломинку, изредка бросая короткие реплики, чтобы никто не заподозрил, что он пьян в стельку.

Рука Лейна замерла над бокалом, а потом медленно отодвинулась. Безопасник с упрёком взглянул на владельца станции, но промолчал и ничем не выдал недовольства такой неучтивостью к его личности и занимаемой должности.

– Нам необходим весомый аргумент для последующего разговора с владельцами, и найти его мы можем только на корабле. Предлагаю захватить подозрительное судно, а дальше действовать по обстоятельствам. Либо нам заплатят, либо оставим корабль себе, пока не получим компенсацию за допущенные ошибки по отношению к нашим друзьям.

– Ты в своём уме? Может, ты не расслышал, что я говорил про владельца?! У этого человека такой послужной список, что тебе и не снилось! – подскочил от возмущения таможенник. – Как вообще ты себе это представляешь?

– Предлагаю выманить экипаж на банкет по поводу окончания ремонта. Это обычная практика и никто ничего не заподозрит. А тем временем заняться кораблём, – предложил безопасник.

– Ты забываешь про дежурную смену. Она в любом случае останется на судне, – скептически скривился Маркис. Предложение ему категорически не нравилось. Нельзя учесть все нюансы при проведении такой операции, а значит, будет шумно. Очень шумно.

– На данный момент ремонт ещё не закончен, а значит, у ремонтной бригады есть коды доступа к корабельному мозгу. Вот ими и воспользуемся, – улыбнулся безопасник.

– Твои ребята справятся? – испытующе посмотрел на него владелец станции.

– Ничего сложного, – кивнул Лейн, наконец ухватив вожделенный бокал. – Дежурную смену заблокируем в каютах. Корабль на ремонте, а значит, никто не станет оставлять там полноценную охрану. Минимум людей для контроля за ремонтниками. Так что с этим не вижу никаких проблем. Мы будем в тяжёлых боевых скафандрах, которым малочисленной охране нечего противопоставить, а лёгкие коридорные турели нам не помеха.

– При таком раскладе они понесут потери, – продолжал упорствовать таможенник. – Не боишься мести?

– Не дрейфь, Маркис, – не выпуская изо рта соломинку, парировал безопасник. – Потенциальных жертв потом можно представить расплатой за нападение на соседей. Там много народу полегло. Виновных надо наказать.

– Хорошо, согласен, – кивнул Влакис. – На мне устройство банкета и разговор с капитаном и владельцами. Маркис предоставит технарей-ремонтников с кодами доступа. За тобой, Лейн, силовая часть операции.

– Ох, всё же мне не по себе, – недовольно покрутил головой таможенник. – Чего-то мы не учитываем.

– Да не дрейфь ты так, – с усмешкой посмотрел на него безопасник. – На тяжёлом вооружении эсминца блокировка, а с остальными возможными проблемами разберёмся на месте.

Сигнал тревоги поступил от Саниты в тот самый момент, когда Виктор заканчивал колдовать на складе вооружений. Он настраивал магическую систему управления одной из корабельных торпед.

(Санита: – Эй! Ты как там? Кажется, нас штурмуют.

Виктор: – С чего такие выводы?

Санита: – Корабельный мозг перешёл в режим тестирования. Команда поступила с внешнего контура. Во входном шлюзе посторонние в тяжёлых боевых скафандрах. Мне самой всё это странно, но передаю то, что вижу. Не могу понять, с чего бы это вдруг? Вроде мы повода не давали. Напротив, всё чисто и благородно. Даже ремонтники пригласили экипаж отпраздновать завершение восстановительных работ. Я проверила, здесь это обычное дело, а значит, к нам отнеслись как к своим. Ауры у людей были чистые, техники против нас ничего не замышляли.

Виктор: – Ха-ха-ха, они, может, и не замышляли, но нашлись другие, не такие доброжелательные, и им очень хочется прибрать нашу посудину к рукам.

Санита: – Я же говорю, что странно! Контрабандисты обычно стараются гостей не обижать. Такие заскоки плохо отражаются на репутации.

Виктор: – Как вариант могу предположить, что нас могли принять за пиратов, которые недавно пощипали соседей. Это недалеко от истины.

Санита: – Хм… Всё равно не сходится. Это не повод беспричинно грабить гостей. Без поддержки корабельного мозга дежурный персонал не сможет противостоять нападавшим, а тот выйдет из теста только через несколько минут. Будут потери. Захватчикам хватит времени, чтобы добраться до центра управления. Лёгкое оружие экипажа и внутренние турели не преграда для тяжёлых скафандров. Людей сметут, а турели вскроют, как консервные банки. Придётся вмешаться.

Виктор: – Ладно, займись гостями, но по возможности без членовредительства, а я попробую устранить все остальные угрозы.)

Командир абордажников с позывным «Ветер» нервничал. В первую очередь он переживал за своих бойцов, координируя их перемещение от входного шлюза. Картинки не было. Многослойная броня эсминца мешала работе канала. С трудом пробивалась лишь голосовая связь, а расставлять ретрансляторы по проходам не хватало времени. Техники гарантировали всего несколько минут бездействия корабельного мозга.

К удивлению командира, никакого сопротивления его люди не встречали. В коридорах вообще никого не было. Это настораживало. Дежурная смена уже должна отреагировать на нештатное отключение центра управления кораблём, но тем не менее никто не выдвинулся навстречу незваным гостям, а коридорные турели оставались бездействующими.

Система безопасности судна данного типа была автономной и не могла отключиться. Об этом свидетельствовали работающие камеры наблюдения, а значит, есть тот, кто следит за мониторами, на которых видны все перемещения штурмового отряда в тяжёлых скафандрах. И всё же корабль оставался пустынным и притихшим. И от этого становилось не по себе. Наёмники, кем бы они ни были, никогда не уступят свой транспорт без боя и не сбегут при первой же опасности.

– Ветер, электронный глаз засёк объект. Это девушка в форменном обмундировании со знаками отличия, принадлежащими экипажу корабля, – доложил разведчик, управляющий роем летающих мобильных сканеров.

– И что? – удивился командир.

– Она без оружия, но не двигается. Такое впечатление, что ждёт нас. – В голосе подчинённого слышалось недоумение.

– Парализуйте её и двигайтесь дальше. Время на исходе.

– Пытался. Не реагирует, – неуверенно отозвался разведчик.

– Что значит не реагирует? У тебя парализатор просрочен?

– Проверял перед выходом. Это девушка на выстрелы не реагирует. Сканер зафиксировал три попадания лучей.

– И что? – непонятно почему занервничал командир.

– Без толку. Она на них даже внимания не обратила, хотя сканеры наши видит.

– Хочешь сказать, на ней защитный скафандр?

– Нет на ней никакого скафандра, обычный комбинезон.

– Вы уже минуту топчетесь за поворотом. Не хочешь убивать, действуй лазером. От таких ранений ещё никто не сдох. Надеюсь, сканеры вы с собой взяли в полной комплектации?

– Э-э-э… командир, что-то мне не по себе. Ты же знаешь моё обострённое чувство опасности, – с жалобной ноткой в голосе отозвался разведчик.

– Хочешь сказать, что испугался бабы?! Выполнять приказ! – рявкнул на обеспокоенного подчинённого Ветер. Оператор был опытным бойцом, но иногда на него находило нечто подобное, и требовался хороший пинок, чтобы вывести парня из такого состояния. По крайней мере, раньше это всегда срабатывало.

– Чтоб тебя бездна взяла! – раздался в канале связи возглас разведчика.

– Ну что там ещё? – буркнул на ходу командир.

– Всё, Ветер, мы остались без глаз. Эта су… особа что-то сделала, и весь рой сдох.

– Это ты, бестолочь, что-то сделал! Не тупи и перезагрузи систему управления.

– Нет, командир, перезагрузка не поможет. Роя нет вообще! Разлетелся на тысячи маленьких микросхем. Проще говоря, превратился в песок, – прохрипел разведчик и закашлялся. В горле у него пересохло.

– Хочешь сказать, у неё полевой дезинтегратор?

– Ничего я не хочу сказать, командир, – хрипло продолжал боец. – Нет у неё в руках никакого оружия. Наши системы скафандров тоже не зарегистрировали отражённых волн.

– Проклятье, – прошипел командир. – А как хорошо всё начиналось! Ждите. Уже выдвигаюсь к вам.

Время, отведённое ремонтниками на захват судна, подходило к концу. Наплевав на предостережения разведчика, Ветер под прикрытием двух бойцов рванулся в коридор, где находилась девица.

Всё было в точности, как докладывали разведчики. Посреди пустого коридора стояла одинокая фигурка, облачённая в рабочий комбинезон с шевроном техника на рукаве. Девушка спокойно скрестила руки на груди и, чуточку притопывая ногой в нетерпении, ждала нападавших.

– Что-то вы долго, – недовольно скривилась она. – У меня полно работы, а я должна отвлекаться на кучку каких-то идиотов.

– Предлагаю сдаться. Если не окажете сопротивление, останетесь в живых, – рявкнул через внешний усилитель скафандра Ветер. Звук голоса, усиленный динамиком скафандра, должен был заставить противника содрогнуться, но этого не произошло.

Девушка даже не поморщилась, продолжая пристально смотреть на незваных гостей:

– Да что вы говорите… – насмешливо протянула она, а затем, мельком взглянув на рабочий комп на руке, добавила: – До выхода корабельного мозга из тестового режима осталось меньше двух минут. Вам на выход в другую сторону. Сами пойдёте или вас подтолкнуть?

– Убрать её! – приказал Ветер.

– Что за… – только и успел прохрипеть боец, пытавшийся справа обогнуть командира. Он словно наткнулся на стену и не мог продвинуться ни на сантиметр. Подчинённый, обходивший командира с другой стороны, тоже замер на месте. Попытка сдвинуться назад тоже ни к чему не привела. Люди в тяжёлых скафандрах словно попали в невидимый клей. Даже усилий сервомоторов не хватало, чтобы вырваться из призрачного плена. Командир рассвирепел. Подняв энергоизлучатель, он направил его на девушку и нажал курок.

Шаровидный огненный сгусток энергии насквозь прошёл сквозь тело девушки и увяз в дальней стене коридора за её спиной. Глаза людей под забралами скафандров полезли на лоб. Дыра в груди, проделанная зарядом, мгновенно стала затягиваться. Потом, так же стремительно, срослись края комбинезона, не оставив ни малейшего следа. Небрежно поправив складку на одежде, она с укором посмотрела на нападавших.

– До вас ещё не дошло? О боги вселенной! С какими же имбецилами приходится возиться! Как же вы мне надоели! – с гримасой смертельной скуки произнесла она и нахмурилась.

Лёгкое движение руки отправило громадные туши абордажников к стенам и припечатало к вертикальной поверхности. Распятые скафандры выглядели как экзотические бабочки. Девушка внимательно осмотрела дело рук своих и, чуть склонив голову, словно любуясь произведением искусства, плавно шевельнула пальчиком. Повинуясь невидимой силе, один из распластанных на стене скафандров повернул шлем в сторону и оттопырил зад, словно ему припекло. А второй комично воздел руки над головой и согнул ноги, как будто в панике убегает от своего товарища.

– Забавненько получилось. Не находите? Из меня получится неплохой дизайнер. Точно! Решено! Устроим в этом коридоре выставочную галерею. Это будет моя первая авторская работа. Вы не против? – с милой улыбкой поинтересовалась она у застывших абордажников.

– Общая атака, – с трудом выдавил из себя команду Ветер, находясь под невидимым прессом. Даже в скафандре дышалось с большим трудом, а уж пошевелиться он вообще не мог.

После приказа командира скрывающиеся за углом бойцы выскочили в коридор и тут же попали в ту же самую ловушку. Неведомая сила зафиксировала их в воздухе.

– Приказываю вам сдаться, – продолжал упорствовать Ветер, с огромным трудом ворочая языком.

– Не занудствуй! Не видишь, я занята творческим процессом, – раздражённо отмахнулась наглая девица, с азартом и упоением продолжая развешивать по стенам бойцов, при этом придавая им самые разнообразные позы, одну нелепее другой. Подчиняясь движениям её рук, огромные туши бронированных скафандров порхали в воздухе, словно невесомые, и намертво приклеивались к стенам.

Создание арт-галереи длилось недолго. Ещё раз придирчивым взглядом окинув свои творения, художница критически посмотрела на единственного оставшегося без обработки командира абордажников, всё так же неподвижно застывшего посреди коридора:

– Ну-с… Посмотрим, что тут у нас.

Ветер с ужасом почувствовал, как неведомая сила разрывает скафандр напополам. Сервоприводы и крепчайшая броня ничего не могли противопоставить этой мощи.

Внешняя оболочка распалась как кокон, и человек вывалился наружу. Сгруппировавшись во время падения, он сразу вскочил на ноги, но даже не представлял, что делать.

Девушка насмешливо смотрела на мужчину.

– Чего замер как вкопанный? Пошли, мне нужен переговорщик, – кивнула она в сторону центра управления корабля. Развернулась и, плавно покачивая бёдрами, словно избалованная всеобщим поклонением знаменитость, поплыла впереди.

Ошалевший Ветер тупо последовал за ней. Опытный боевик, побывавший во многих схватках, пребывал в полнейшей растерянности и не представлял, что происходит. Наконец, мелькнула спасительная мысль: «Псионы». В сети давно ходили слухи о специальных подразделениях из людей с необычными возможностями. Похоже, именно ему посчастливилось столкнуться с ними.

Едва люди оказались в командном центре, ожил основной экран корабельного мозга. Судно опять полностью подчинялось экипажу. Дежурные операторы находились на своих местах и вообще не обращали внимания на посетителей.

Санита, а это именно она выступала в роли гламурной дизайнерши, с удовольствием отыграла свою партию, почерпнув опыт театральных постановок у мужа. Сцена, разыгранная перед глазами нападавших, должна была полностью деморализовать их и подготовить для последующего разговора. Вообще-то девушка хотела лично участвовать в постановке, но Ата категорически воспротивилась этому, и вместо реальной актрисы на сцену вышел воздушный голем, созданный по её образу и подобию. Остальные магические помощники, задействованные в инсценировке, оставались невидимыми, а девушка только мысленно передавала своей копии слова, мимику и движения. Вот и весь секрет её неуязвимости и таинственной силы.

(Виктор: – Всё. Я готов к дальнейшему разговору с противником.

Санита: – А поконкретнее?

Виктор: – За стеной ангара находится технологический реактор дока. От простого взрыва он защищён, но удара корабельной ракеты не выдержит.

Санита: – Торпедные аппараты заблокированы.

Виктор: – Я работал со складским боезапасом. Так что ничто не помешает подложить противникам хорошую мину. Не думаю, что они пойдут на обострение. В таком патовом состоянии им не до геройства, и разумнее всего замять инцидент. С них же вся галактика ржать будет.)

Наклонив голову, девушка с интересом смотрела на озирающегося пленника:

– И с чего бы это вы стали таким тихим? Может, есть что сказать? Говори, но помни, что мне бы хотелось получить все модели для своей выставки. Итак…

– Сдавайтесь, вам отсюда не выбраться, – уже не так уверенно продолжал настаивать командир абордажников.

– Фу-у-у… Какой же вы скучный! А если мы проверим на прочность, например, вот эту перегородку? – Девушка кивнула на экран, где отобразилась картинка с внешней камеры ангара.

– Тяжёлое оружие судна заблокировано, – совсем уж неуверенно пробормотал Ветер. Он знал, что в соседнем отсеке находится технологический реактор ремонтного дока.

– Правда? Тогда что это? – продолжала издеваться над пленником Санита.

Командир абордажников в ужасе увидел на экране, как из открывшейся грузовой шахты судна медленно выползает корабельная торпеда. От взрыва этой штуки не спасала даже полевая защита, что уж говорить о технической переборке, пусть даже усиленной. Взрыв не уничтожит станцию полностью, но повреждения всё равно будут грандиозными. Стоимость десятка кораблей не покроет потери.

Ветер уже ничего не понимал. Как центру управления судна удалось сохранить контроль над тяжёлым вооружением? Таможня просто не пропустила бы корабль. Он окончательно сник. Штурм провалился.

– Я не уполномочен вести переговоры, – тяжело вздохнул Ветер, признавая полный провал.

– Зато вы знаете, кто уполномочен, – улыбнулась Санита. – Прошу, – кивнула она на место ближайшего оператора, который без всякой команды вскочил с кресла и освободил его для пленника.

На ватных ногах боец подошёл и уселся на предложенное место. Ввёл свой личный код. Тут же установилось соединение.

– Как дела? – На него смотрел начальник службы безопасности станции. – Раз вы вышли на связь из центра управления, значит, судно полностью под нашим контролем.

– Под контролем, только не нашим, – скривился командир. – Потерь нет, но весь отряд в плену, а под стеной технологического реактора висит корабельная торпеда. При взрыве защита внешней оболочки судна выдержит, чего не могу сказать о внутренностях станции.

– Значит, ситуация патовая, – пробормотал безопасник. – У нас под колпаком бо́льшая часть экипажа, а они держат нас за кадык своей торпедой. Хорошо, давайте поговорим.

Санита перевела сигнал на себя:

– Мы не пираты, как вы могли подумать, – криво усмехнулась она. – Информация об отношении к гостям способна нанести серьёзный ущерб вашей репутации. И это не говоря уже о пленённых бойцах. Думаю, мирное решение вопроса устроит обе стороны.

– Чего вы хотите? – вздохнул безопасник.

– Всего лишь запрошенные ранее документы по легализации судна и небольшую компенсацию за причинённые неудобства, – улыбнулась девушка.

– Насколько небольшую? – скривился безопасник, предполагая грандиозные потери в сейфе владельца станции.

– О-о, мы не пираты. Я вам это уже говорила. Просто вернёте деньги, уплаченные за ремонт, выдадите нам документы и не будете препятствовать возвращению нашего экипажа. Ах да! Чуть не забыла! Не стоит нам мешать покинуть вашу гостеприимную станцию в любое подходящее нам время.

– Хорошо, договорились! – обрадованно кивнул безопасник.

Похоже, они просчитались. Это наёмники из числа военных, но никак не пираты. Просто обстоятельства совпали по времени. Запрошенная контрибуция была разумной и справедливой. Испорченная репутация могла стоить гораздо дороже. К тому же кроме нескольких техников и отряда абордажников об операции никто не знал, а это люди надёжные и будут молчать. Анализировать ошибки можно и позже.